6
Не буду вдаваться в подробности того, как выглядит лужайка у дома и как стоит тумбочка в прихожей. Замечу, что приехали мы на место в седьмом часу, дом двухэтажных, а внутри всё обставлено в стиле минимализма.
Находясь в прихожей, я не упустила возможность посмотреть на себя в зеркало. Белые волосы были в пыли и засохшей крови, на лице были царапины. Бинты на шее выглядели чистыми, как и повязка на правой части нижней челюсти. Футболка и штаны тоже были относительно чистыми, но я всё равно чувствовала на себе слой пыли, грязи, крови и чего-то противно-липкого.
Айзава повёл меня на второй этаж. Он показал мне комнату, в которой теперь буду жить и где я могу оставить сумку. Показал свой кабинет и ванну.
Следующий час ушёл на то, чтобы отмыть с волос кровь, переодеться и поменять бинты. Пришлось потратить много времени из-за ожогов. Они были красными с пузырями и бело-серой коркой, если не ошибаюсь, то Симон называл это «струп». Со стороны казалось, будто мне на руку плеснули кислотой, а на шею кипятком. Именно так, я знаю внешний вид практически всех ожогов.
Могу сказать, что мой опекун - второй человек, которому я дала обрабатывать себе раны. Пришлось прибегнуть к его помощи из-за того, что сама я бы не справилась. Одной рукой сложно обрабатывать и швы и ожоги.
После я пошла в комнату, разбирать сумку. Не могу судить о размерах комнаты и не считаю нужным. Стены были серо-голубые, напоминают пасмурное небо. Рабочим местом служила столешница, прикреплённая к подоконнику, окно можно было закрыть рулонной шторой, офисный стул, пустой стеллаж, шкаф-купе, кровать напротив рабочего места и тумбочка рядом с ней. Сдержанно-серый стиль разбавлял оранжевый ковёр с длинным ворсом у кровати, оранжевое сиденье на стуле и такого же цвета покрывало. На этом было всё. Но большего и не требовалось, особенно если ещё с утра понятия «своя комната», да что там комната, просто "своей вещи" порой не было.
-позже можно будет поменять, если захочешь. - сказал брюнет, стоя в проходе. Я стояла примерно там же, осматривая помещение.
-не надо. Спасибо. - честно, я удивилась искренности, с которой сказала «спасибо», ведь обычно оно нужно только для воспитателей и комендантов, в глазах которых так можно поднять рейтинг.
« в детстве нам усердно вбивали то, что бы мы всегда говорили «спасибо», даже за самую незначительную малость, но не учли того, что приютским оно не нужно. Между мной и Симой это слово звучало крайне редко, ведь всё что мы делали казалось само собой разумеющимся, тем, о чём не надо просить и за что не надо благодарить. А теперь нужно привыкать к вежливости, к тому, что не всё можно говорить и учиться чувствовать. Сложно, но возможно»
-ну, тогда располагайся. К ужину позову. - я кивнула, а Шота ушёл, прикрыв за собой дверь.
Я стала разбирать свою сумку. Одежды не так уж и много. Пара-тройка футболок, какие-то штаны, шорты, свитер, кофта и школьная форма. Доставая её я замерла.
«школа... сейчас же каникулы, а что потом? Потом Шота переведёт в другую школу, это точно. Симу тоже переведут. Нужно ему написать»
Н : я приехала.
С : долго вы. Пробки?
Н : да. У Айзавы дом в первой черте частного сектора.
С : а у Юки квартира в высотке где-то в двадцати минутах от центра. В гостиной панорамные окна. К стеклу подходить жутко, благо рулонные шторы есть.
Н : не завидую. Будешь жить в человейнике среди бешенных потоков.
С : согласен. Пришли вид из окна.
За окном была самая обычная небольшая улича с лысыми деревьями, проводами, жилыми домами, магазинами, лавками и чайными.
С : круто! А у меня панорама на город.
Мне пришло фото с нереальной высоты. Неоном светились вывески, реклама, бесконечные потоки людей и автомобилей.
От фото у меня перехватило дыхание. Красиво. Очень.
Н :нет слов, одни эмоции. - кинула я в чат.
С : тогда оставлю тебя наедине с эмоциями. Вы редко видитесь. - мальчишка вышел из сети.
Я забралась на кровать и вытянулась на ней во весь рост. Та оказалась очень мягкой, не скрипела и до спинки мне было ещё далеко. Оранжевый плед был очень мягким и тёплым. Мне понравилось это ощущение.
Прикрыв глаза лишь на минуту, я провалилась в сон. После сегодняшнего дня это было вполне закономерно. Как бы я не выглядела внешне, внутри был взрыв осколочного снаряда. Признаю, сегодня что-то надломилось, я пока не до конца поняла что, но это нужно обязательно найти и что-то сделать. И лучше сделать это сейчас, во сне.
Обычно люди не помнят свои сны, не помнят что в них происходит, а находясь в них являются скорее сторонними наблюдателями, нежели полноправными участниками или хозяином.
Мне после комы ничего не снилось, да и сейчас ничего, но это даже хорошо. Неизвестно как, но я могу шариться в своём сознании. Было очень странно засыпать, потом открывать глаза в тёмно-непонятном пространстве без определённых плоскостей, без звука, без температуры, просто вакуум. Через неделю таких блужданий я немного освоилась. Перемещаться тут было довольно странно, потому что двигаешься чисто по наитию : падаешь-не падаешь, идёшь-не идёшь. На то, чтобы начать ориентироваться мне потребовалось чуть больше месяца. Если «идти» прямо сто двадцать секунд, то появится «серая» зона. Я не до конца понимаю за что она отвечает, но иногда в ней появляются бензиновые разводы. Сто пятьдесят шагов назад - «стена», сквозняк и холод. Ну, стены нет, просто дальше не пройти, начинает ещё дико морозить и завывает ветер. Скорее всего в «холодной» зоне запечатаны мои ранние воспоминания и я пока не знаю как их распечатать, да и нет у меня особого желания это делать. Ну что полезного я могу там увидеть? Родителей? Так я уже определилась, что искать их незачем, раз я оказалась в приюте. Возможно, в этих воспоминаниях есть другие мои родственники, ну там братья или сёстры, но толку с них? По тем крупицам и ощущения, что остались с прошлого, я помню, что была не одна в семье , но опять же, какой это имеет смысл в моей ситуации? Никакой, поэтому сто двенадцать секунд влево. Там я наткнулась на шары с воспоминаниями. Они выглядели как мыльные пузыри, в бликах которых проматывался прожитый день. Он мог мотаться по одному пузырю, мог по двум, иногда много пузырей слипалось и воспроизводимое перемешивалось. Самое противное, этот когда много маленьких и на каждом показывается что-то своё, и всё это звучит, мелькает перматывается. Я так и не поняла с чем это связано.
Отсчитав нужное количество секунд, я пришла к шарам-пузырям. Никогда не видела такого количества. Они кружили вокруг, сталкивались, лопались, слипались и всё это под жуткую какофонию криков, голосов и выстрелов.
-нет... не сейчас... - я отступила на шаг, от парящих кошмаров. Мне не хотелось налететь на один из них и освободить заточённый в них фрагмент.
Раздался тихий хлопок, с которым обычно лопается пузырь, и всё вокруг покраснело, появилось такое знакомое и, можно сказать, родное удушение, которое никогда не чувствуется в голове.
Я начала мотать головой, попыталась сделать шаг в сторону, но без толку. Сквозь вакуум начал прорываться нарастать гул зала, крики, стоны, выстрелы, даже запах крови. Картины минувшего дня начали мелькать с поразительной чёткостью.
«нет, нет, нет! Хватит!»
Тело замдиректора разорвало в клочья. Меня накрыла волна из крови и ошмётков, запах крови усилился раз в десять.
Всё закружилось : тела, органы, конечности, кровь, глаза, смотрящие на меня, смех злодеев. Я склонила голову, зарылась руками в волосах и зажмурилась. Не пропадает.
Мёртвые глаза замдиректора.
Кровь на стенах.
Кровь на потолке.
Кровь на Симе.
Кровь на мне.
-мамочка, папочка... простите.
-я не приду к ужину, простите.
-Сделай что-нибудь!
-Нео, почему ты меня не спасла? - в абсолютной темноте раздался хрип.
Я обернулась.
Передо мной стоял Симон. С ног до головы в крови. Одежда изорвана, а тело изрезано.
-ты же могла.
«нет-нет-нет! Ты жив! Ты не умер!» внушала я, но мальчик не пропадал.
-так почему не спасла меня, Кея и всех тех людей? У них же были дети, семьи. -он склонил голову набок.
Боже, рана на шее открылась, открывая вид на позвонки и трахею.
-почему?! - крикнул мальчик. Из глаз и рта потекла кровь. - почему ты это не сделала!? - он ухватился за воротник. - из-за тебя я умер! Я думал мы друзья, а ты дала мне умереть!
-я не... - слова растворялись в пространстве.
-ты убила меня, их, всех! Все сгорели в адском пламене! - меня обдало жаром, послышался треск огня и противный высокий звон.
-нет! Нет! Нет! - я отчаянно замотала головой.
-Нео! - Симон начал трясти меня ещё сильнее.
-я не убивала! Нет!
-да! Ты убила меня! Меня, ту девушку, мужчину, Старшего, замдиректора! Всех их!
-нет! - я попыталась оттолкнуть его, но нет!
-Нео! - меня ещё раз встряхнули.
-хватит! - будто дурная крикнула я и толкнула мальчика.
-Нео, успокойся.
Всё вокруг стало тёмным, голос поменялся. Айзава. Мужчина сидел на кровати и поглажива меня за плечи.
- всё хорошо? - я перевела на него взгляд. Мужчина был явно обеспокоен.
-что случилось?
-ты кричала во сне. Как ты себя чувствуешь?
- если исключить дрянные игры подсознания, то нормально. Нормально. - больше для себя скала я. Да уж, за это «нормально» Сима обычный отвешивает подзатыльник.
-не похоже. Ты плачешь.
- ч-чего? - я провела ладонью по щеке и глазам.
«я плачу? Да быть не может! Из-за каких-то выкрутасов подкорки и слёзы лить? Нет, это слишком ценный ресурс. Прекращай сырость разводить.»
- не три глаза - болеть будут. Ты ничего за сегодня не ела. Пошли на кухню.
«собирается развести на откровения? Нет, спасибо, не нуждаюсь.»
- и не думай отказываться. В твоём возрасте нужно нормально питаться, а тебе ещё и усиленно. - важно заявил мужчина и направился к выходу из комнаты. Я пошла за ним, вытирая остатки влаги.
-это ещё почему?
-даже на фоне сверстников ты выглядишь болезненно.
-никогда не замечала.
«потому что это и замечать не надо. Ты меня ещё на фоне одноклассников не видел. Хотя от части я сама виновата, наверное. Периодически я устраиваю себе голодовки, чтобы посмотреть на сколько хватит меня и моей причуды. От трёх до четырёх дней, а дальше скрипучая койка могильника и его потолок в сырые пятнышки и трещины штукатурки.»
Айзава готовил хорошо. Кари был вкусным, хоть и островатым. Пока я ела Шота ничего не говорил, только стоял у окна и смотрел на улицу.
- расскажешь что тебе снилось? - спросил мужчина, когда я закончила.
Желание рассказать у меня естественно не было. Это... слишком лично? Да, так.
-нет. - ответила я, отпивая чай. Вкусный, крепкий, чёрный и без сахара.
-тогда не буду настаивать. Могу предположить, что это связано с событиями в приюте.
Я только кивнула.
- у меня есть В12, если надо, то могу дать для спокойного сна.
-давайте. - я не планировала видеть такое ещё раз, да и вообще что-либо видеть, когда сплю.
Айзава дастал контейнер средних размеров со всякими коробочками и пакетиками. Вскоре передо мной опустился стакан воды и таблеточка. Я выпила и через пять минут я захотела спать. За всю сознательную жизнь я принимала что-то подобное раза три четыре и мне понравилось ощущение. Так спокойно, дышать даже легче.
- я громко говорила? - спрашиваю я. Вроде бы и незачем, но почему-то интересно.
- не важно. Ты ребёнок и после пережитого это нормально. Было бы странно, если бы ты никак на это не отреагировала. Я знаю много героев профи с большим стажем. Они говорят, что пока в тебе есть человечность, к такому не привыкнешь, не сможешь не реагировать.
-человечность... - повторила я. Человечность это то, что нас отличает от животных, так же? - значит пока герой не воспринемает своб каботу рутиной он отличается от животного. А если для него это рутина, то... - я не стала договаривать. И так понятно что «то».
-да. - кивнул Шота. - невозможно оставаться человеком, безразлично относясь к подобной работе. Я стараюсь держать эмоции под контролем, когда выполняю задания, но оставаться полностью безпристрастным невозможно.
-тогда после ухода героя номер один мы будем обречены. - собрав в голове все знания о рейтинге героев, выдала я.
-почему?
-Старатель не похож на того, кто рискнёт своей жизнью ради жизней незнакомых, во многом слабых и никчёмных людей. - я зевнула и потёрла глаза. - спокойно ночи.
Механически кивнул, явно задумавшись над моими словами. Зачем спрашивается? Я не вкладывала в них какой-то скрытый смысл, метафору или прочие литературные фантики. Просто констатировала факт.
Впрочем, не важно. Устроившись под одеялом мне понадобилось не так много времени, чтобы снова заснуть и в этот раз я кажется зависла на месте в полной темноте.
Так хорошо.