Апрельский пепел

Я вырисовывала носками ботинок неровные круги на снегу, чувствуя как тот попадает в обувь, и темно-красные колготки промокают насквозь. Хлопья снега медленно опускаются на мою красную шапку. Руки как обычно в карманах
чёрной куртки.
Я ждала долго. Пол часа. Час. Наконец-то я осмелилась поднять глаза на занавешенные окна дома. И разочаровалась в сотый раз.
Он не придёт. Ни сегодня. Ни завтра. Ни послезавтра. Билл не придёт.
Тяжело вздохнув, я побрела домой, спотыкаясь о сугробы. На площадке перед его домом остались десятки неровных кругов. А я дрожала от холода.

Все началось в январе. Декабрь прошёл для нас незаметно. Странно, но почему-то все самое чудесное проносится стремительно и быстро, так что, я даже не успела насладиться своей новой счастливой жизнью. С ним.
Знаешь, как красиво это было? Наедине друг с другом мы становились другими. Мы залезали на крыши домов, ветер развевал пепел с наших сигарет. Мы касались друг друга, смеялись, говорили... Часто поздно засыпали у него в комнате, оставив музыку включённой, а по утрам я уходила в школу в его футболке. Он стал чаще появляться на занятиях, меньше прогуливал. Он стал таким живым. Настоящим.
Каждый день он учил меня играть на гитаре, мы часто пели вместе.
Но близилось Рождество. И все изменилось.
Мне было страшно. Я не могу объяснить природу этого страха. У тебя когда-нибудь бывало тошнотворное чувство внутри накануне какого-то важного события? Когда все люди с нетерпением ждут его, а тебе почему-то страшно? Тебе хочется убежать. Скрыться. Нет? Значит, я не смогу тебе этого объяснить. Билл был совершенно спокоен. Ему было все равно. Для него не существовало ни праздников, ни веселья, ни Рождества.
Он всегда был таким... Спокойным.
Убитым.
Мертвым.
Том предложил собраться всем у него дома. Как обычно.
Я сказала о своём страхе только Биллу - он был единственным человеком, который мог меня понять. Я знала, он сделает так, что мне станет спокойно, потому что я была влюблена. И мне никто больше не нужен был.
Мы собрались у Тома, все веселились. Билл взял меня за руку, и мы вышли на улицу. Изо рта вырвалось облачко пара.
— Я хочу убежать, — отрывисто проговорила я, разглядывая носки ботинок.
Раствориться. Скрыться.
Мы сели в автобус и уехали. В ночь Рождества.
Телефон отключён (нас, наверное, ищут). Я в холодном автобусе. С Биллом. Мы держимся за руки - наши пальцы холодные. Он смотрит в окно, я смотрю на него.
За день до этого он обещал увезти меня в их старый загородный дом. Чтобы мы там скрылись ото всех.
Дом оказался холодным и полумертвым. А мы просто лежали на пыльном ковре в гостиной, пепел разносился по комнате, оседал на наши лица. Я вспомнила апрель. И май. Жаркий июль. Август и первое "Ло". Я вспомнила пляж. И как мы играли в видео-игры у него в комнате - я всегда выигрывала.
Рождества не было. Не было ёлки, гирлянд и огней. Ничего не было. Был только Билл. И его Ло.
Ло. И ее Билл.
Говорят, в Рождество случаются чудеса. Волшебство.
Волшебство было - мы вернули апрель, пепел разносился по комнате. Оседал на наши лица...

Утром он отвёз меня обратно. Больше я его не видела. Нет, он не пропал - Билл был у себя дома, я писала ему почти каждый день. Иногда он тоже писал мне. На каникулах мы так и не увиделись. Он появился в школе один раз и потом опять исчез. Что с ним случилось? Что стало? Я ждала неделю. Вторую. И третью... а потом я не выдержала.
Билл был болен. Морально. Может, это была депрессия. Я не знала. Я не знала, что делать.
Дорогой мне человек. Которого я всегда боялась потерять. Которого я только обрела...
Каждый день я ждала его. Не спрашивала, где он, что с ним. Не спрашивала, почему... Делала вид, что все и так понимаю, даже сама начала верить в это. Но правда была в том, что я не понимала. Не хотела понять. Я только хотела вернуть его.
Ты скажешь, что я могла бы спросить у Оливера. Все узнать, разрешить проблему. Но проблема в том.. Что Оливер не любил своего брата. У него не было брата. И он к этому привык.
Билла никто не любил.
Билл был грубым. Равнодушным. Билла не существовало ни для кого. Не должно было существовать. Он закрывался от мира, медленно погибал. И вот появилась я - год назад, в апреле. Не должна была любить его, но полюбила. Была готова стать другой, измениться, отказаться от целого мира!
Я была готова на все.
«Он мне нужен.»
Вот она правда, другая сторона медали: два человека из разных миров. Между ними бездна, непреодолимый барьер. Их связывала только любовь. В этом она и заключается: любить не за что-то, а вопреки. Не взирая на границы. Страх. Боль.
Я думала об этом, натягивая красные колготки. Зашнуровывая ботинки. Набросив на плечи чёрную куртку и сжимая в руке телефон, я думала об этом. Перешагивая сугробы, проходя мимо школы, я думала о нем. Взлетая по лестнице, стуча в его дверь, я думала. Я поняла: в мире все разное, неоднозначное, отличающееся, многое ошибочно, но все это, весь этот мир, связывало только одно - любовь.
Дальше все было как во сне. Билл открыл дверь и застыл. Он удивился? Разозлился? Испугался? Смутился? Нет. Он... Не верил своим глазам. Не верил, что я правда пришла. А я расплылась в улыбке. "Он здесь, он в порядке! Он живой, стоит передо мной. Мой."

— Билл!
Я обвила его шею руками и заплакала. Снег с моей куртки прилип к его футболке, на шее остались следы моих слез. Но он не оттолкнул меня, ничего не спросил. Он прижался ко мне, словно утопающий, хватающийся за спасательный круг.
Единственный раз в своей жизни я чувствовала, что он по-настоящему нуждался во мне. И это придало мне силы - я наконец-то вновь поверила в себя. Я взяла ситуацию в свои руки. Я сказала себе, что сделаю все, чтобы помочь любимому человеку. Вытащу из этой бездны, спасу его, буду вместе с ним бороться до конца. Этому человеку нужна была помощь. И даже если весь мир откажется от него, я все равно буду рядом.

—  Я буду рядом,  — решительно сказала я ему.
Маленькая Ло, слабая, ненавидящая себя, жалкая Ло. Почему я стала такой? Потому что полюбила его. А теперь я нужна ему - и я изменилась. Расправила плечи, вздохнула глубже и набралась силы для нас обоих. Я приступила к работе.
Я прогуляла школу. Не помню, сколько времени прошло - дни слились во одно долгое и бесконечное утро, пока мы лежали у него в комнате, говорили, думали, мечтали... Я видела свою жизнь только с ним. Хотела любить только его. Всю жизнь держать за руку, слышать его голос, делиться своими секретами... Глупо, да? Но тогда я правда смела надеяться на это.
Билл много рассказал мне тогда. До сих пор помню его слова. Как же больно было слышать это от него.
— Я мертв, Ло, —  сказал он тогда.  — Я ошибка природы, лишний элемент, ненужное звено. Я не росту, не иду дальше. Жизнь проносится мимо меня, и ничего не меняется.
—  Как ты можешь так говорить, Билл? Ты же такой.. Такой.. Красивый. И умный. Талантливый. Добрый. Ты чудесный человек.
Билл пожал плечами.
—  Я хочу...— Билл на мгновение замолчал. — Я хочу быть частью этого мира. Хочу быть человеком. Но не могу.
До сих пор помню как в сумерках он повернулся ко мне, и я один единственный раз увидела, как лед в его глазах растопили выступающие слезы. Но он так и не заплакал. И я поняла, что так было всегда. Он сидит в этой комнате и думает обо всем этом. Хочет быть как все. Как я. Как Оливер. Как Том. Но не способен. Не способен жить. Не способен любить.

Человек, который любит, но не может дать любви.

А я была той, что любила и отдавала с любовью всю себя. Без остатка.

—  Мы с тобой... Получается... Странные, да? Ошибки природы?
Билл печально улыбнулся и сжал мою руку.
—  Нет, Ло. Только я... Ты хорошая. Ты нормальная, Ло.
Это была неправда, но он не понимал этого. Когда-то я была нормальной. Но теперь нет, ведь он изменил меня. Моя любовь к нему изменила.
Последнее, что он сказал той ночью: "Иногда я думаю, что меня вовсе не должно было существовать." Больше мы никогда не касались этой темы.
Я заставила Билла выйти из дома - этого не смогли сделать даже его родители, но я смогла. Я каждое утро приходила к его дому, и мы вместе шли до школы. Он начал стараться, его результаты в учебе заметно улучшились. Не уверена, что он действительно видел в этом какой-то смысл, но делал это ради меня. Иногда я сама задавалась вопросом: а правильно ли я поступаю? Нужно ли ему это? Поможет ли? Но разве могла я сказать себе правду, когда ложь была так красива и так притягательна? Нет.
Билл вроде бы начал выздоравливать. Вроде бы все наладилось. Вроде бы мы были красивой парой, и нас даже начали замечать. Вроде бы романтичным казалось, когда в холодных стенах школы он набрасывал мне на плечи свою джинсовку. Вроде...

Как же я ошибалась тогда. Как же была слепа.