《[Быстрое переселение] Социофоб отказался выполнять задания 》

Глава 142. Уезд Наньшань

На месте события сразу же начался хаос.

— Отлично! — сказал Лун Юаньлу, и его глаза вспыхнули боевым азартом. Он мгновенно бросился навстречу Сун Юю.

Его жажда победы всегда была велика — если он сегодня не сумеет одолеть Сун Юя, то точно не сможет спокойно уснуть.

По воле Сун Юя их схватка через несколько мгновений переместилась в воздух над императорским дворцом. Магические удары гремели один за другим, заполняя пространство оглушительным шумом.

Но, поскольку на месте был государственный наставник, Фэн Юйци только сначала немного испугалась, а затем быстро взяла себя в руки. Вскоре даже окружающие снова вернулись к обычному ритму.

Так как Сун Юй атаковал и Фэн Чжи-чжи, подозрения императрицы значительно ослабли.

Она бегло окинула взглядом развернутый свиток, убедившись, что он полностью соответствует её воспоминаниям, и не стала больше углубляться в этот вопрос. Вместо этого, покинув тронный зал, она с интересом наблюдала за битвой в небе.

Как и любой другой правитель, Фэн Юйци боялась смерти. Именно поэтому она согласилась назначить Лун Юаньлу государственным наставником.

Сейчас же, с восторгом наблюдая за схваткой между Лун Юаньлу и Сун Юем, Фэн Юйци становилась всё более увлечённой их магическими искусствами, способными наносить колоссальный урон.

Постепенно в её голове начали зарождаться новые мысли.

— Ян Буянь, — обратилась она к евнуху, — подойди и предложи этому духу сделку. Если он согласится служить мне, я прощу его за сегодняшнее святотатство.

— Пообещай ему что угодно: богатство, почести, власть. Всё, что он пожелает, я готова вручить ему обеими руками.

— Да, ваше величество, — поклонился Ян Буянь и немедленно выступил вперёд, выкрикивая предложение императрицы.

В этот момент Лун Юаньлу, сражаясь с Сун Юем, на мгновение замешкался. На его лице отразилось крайнее раздражение.

Кому угодно было бы неприятно, если бы во время поединка его повелитель вдруг попытался переманить противника на свою сторону.

Лун Юаньлу почувствовал угрозу своему положению. Он понял, что должен продемонстрировать ещё большую силу, чтобы Фэн Юйци осознала его истинную ценность.

Ведь её благосклонность была ключом к его превращению в божество.

С этой мыслью он запрокинул голову, и его шея начала покрываться белыми чешуйками.

Глаза Сун Юя расширились от изумления.

В следующее мгновение Лун Юаньлу превратился в сверкающего серебристого дракона.

— Р-р-ра! — раздался оглушительный рёв, заставивший землю сотрясаться.

Фэн Чжи-чжи бросилась вперёд и поддержала Фэн Юйци, чтобы та не упала.

Императрица вцепилась ей в руку так сильно, что ногти почти впились в кожу.

— Тайная наследница, ты видела? Это дракон... настоящий дракон! У меня есть истинный дракон в подчинении! — её голос дрожал от восторга.

Придворные тоже застыли в ужасе и благоговении. Теперь в их взгляде к императрице появилось ещё больше покорности.

Даже у Фэн Чжи-чжи на миг промелькнуло сомнение: а не ошибалась ли она?

Но быстро взяла себя в руки.

Осмотревшись, она заметила, что лица всех придворных выражают такой же фанатичный восторг, как у императрицы.

Если даже слуги во дворце так потрясены, что же тогда происходит за его пределами?

Фэн Чжи-чжи не сомневалась: столь громкий инцидент не мог остаться незамеченным чиновниками и знатью за стенами дворца.

Она взглянула на Сун Юя, который теперь противостоял дракону, и почувствовала тревогу.

Сун Юй тоже не ожидал, что Лун Юаньлу окажется драконом.

Но он повидал слишком многое, чтобы впадать в панику. Сделав шаг назад, он создал защитный барьер с помощью своей кисти, но едва ли мог выдержать натиск.

Лун Юаньлу, увидев это, пришёл в восторг и усилил атаки.

Фигуры человека в голубых одеждах и серебряного дракона кружили в воздухе, сталкиваясь друг с другом, словно вспышки молний.

Земля под ними содрогалась.

Вдруг на площади возле императорской библиотеки засиял магический круг.

Сун Юй резко бросился вниз, точно ласточка, ныряющая в воду.

Лун Юаньлу последовал за ним.

Но когда он опустился, фигура Сун Юя и светящийся круг исчезли без следа.

Лун Юаньлу, полный раздражения, сделал ещё один круг над дворцом, но так и не нашёл и следа беглеца.

Только тогда он нехотя спустился на землю и снова принял свой обычный облик.

— Государственный наставник, что с духом? — тут же подбежала к нему императрица.

Её голос был ласковым, не похожим на обычную холодную отчуждённость.

Лун Юаньлу взглянул на неё и спокойно ответил:

— Он сбежал. Но ваше величество может не беспокоиться — рано или поздно я его поймаю.

Если бы раньше Фэн Юйци могла раскритиковать его за неудачу, то теперь всё изменилось.

Она широко улыбнулась и доверительно произнесла:

— Если государственный наставник сказал так, значит, я верю.

— Раз у вас теперь свободное время, не могли бы вы помочь мне с совершенствованием моей техники?

Лун Юаньлу уловил скрытый смысл её слов и кивнул:

— Сегодня у меня нет других дел, я могу провести для вас занятие.

Императрица просияла.

— Прекрасно! Наставник, прошу вас!

Они ушли вместе, полностью забыв о Фэн Чжи-чжи и Лю Тунлине.

Оставшись стоять на месте, те переглянулись.

Что делать? Конечно же, разойтись.

Чтобы не вызывать подозрений у наставника, Фэн Чжи-чжи забрала картину обратно.

Когда она вернулась в библиотеку Восточного дворца, напряжение, наконец, ослабло.

Но, даже не успев отдышаться, она уже начала размышлять о следующем шаге.

Тут перед ней медленно возникла фигура в голубых одеждах.

Фэн Чжи-чжи вздрогнула, но затем обрадовалась:

— Вы в порядке?

— Всё хорошо, — спокойно ответил Сун Юй. Его взгляд остановился на свитке. — Что ты собираешься с этим делать?

— От него нужно избавиться, — уверенно ответила она. — За этим делом явно стоит кто-то ещё. Пусть сами уничтожат свою ловушку.

Сун Юй ничего не сказал, увидев, что у неё есть свой план.

— Если так, я пойду.

Но прежде чем он ушёл, Фэн Чжи-чжи вдруг спросила:

— Куда направляется почтенный дух?

Сун Юй слегка прищурился:

— Тебе что-то нужно?

— В уезде Наньшань разразилась саранчевая чума... — начала объяснять она.

Выслушав её, он кивнул.

— Я понял.

Он не сказал ей, что его путь уже лежит в Наньшань.