《[Быстрое переселение] Социофоб отказался выполнять задания 》

Глава 113. Неожиданная удача

Результат был очевиден: Чжэн Цзин и Сун Юй остались снаружи.

Более того, Чжэн Цзина, как инициатора, розовый световой шар буквально отбросил назад, и он с глухим звуком шлепнулся на землю.

— Почтенный старец, да вы дискриминируете наши чувства!

Чжэн Цзин возмущенно крикнул в пустоту:

— Что не так с двумя мужчинами-культиваторами? Разве между ними не может быть искренних чувств?!

Сун Юй, будучи одним из «мужчин-культиваторов», услышав это, невольно втянул голову в плечи.

Если он не ошибался, голос, который говорил с ними, принадлежал Чи Уюаню.

Хотя Сун Юй не считал, что Чи Уюань в этот момент испытывает к нему какие-либо чувства, проведя с его душой сотни лет, он все равно не смог подавить легкую нервозность.

— Старший брат, прекрати, — пробормотал Сун Юй, толкнув Чжэн Цзина локтем и прикрыв лицо рукой.

Не спрашивайте, просто стыдно.

Чжэн Цзин, который секунду назад разыгрывал сцену обиженного влюбленного, застыл на месте. Немного смутившись, он вскочил и поклонился Сун Юю.

— Прости, младший брат. Я был слишком нагл, но Линьти-трава слишком редкая.

Он не знал, что после этих слов чей-то пристальный взгляд, который до этого наблюдал за ним, медленно отступил.

Сун Юй лишь покачал головой, показывая, что не держит зла.

Хотя у них больше не было права на испытание, Чжэн Цзин не собирался уходить.

Ведь Линьти-трава слишком ценна!

А вдруг? Вдруг Лун Исяо и Сан Яньлин не смогут ее добыть? Вдруг они окажутся ранены и не смогут защитить траву?

Эти мысли украдкой пронеслись в голове Чжэн Цзина.

— Младший брат, можешь нарисовать два стула? Давай подождем даосского друга Луна.

Сияющая улыбка на его лице явно выдавала его намерения.

Сун Юй безмолвно нарисовал два стула.

Они не могли видеть, что происходит внутри испытания.

Чжэн Цзин сел, потянулся и решил завести беседу с почтенным старцем:

— Почтенный, почему в вашем испытании участвуют только влюбленные? Разве это не несправедливо по отношению к тем, у кого нет даосского спутника?

— Раз уж я так решил, значит, на то были причины, — медленно ответил старческий голос.

— Тысячу лет назад у меня тоже был даосский спутник. Мы, как и те двое юных культиваторов, вместе нашли Линьти-траву.

— В то время моя жизнь подходила к концу. Ради выживания я выбрал траву, а не ее... Но когда потерял ее, понял, что без нее жизнь не имеет смысла.

— В конце концов, я сам отказался от Линьти-травы, посадил ее здесь и стал ждать истинно влюбленную пару...

— У-у-у...

Раздались приглушенные всхлипы.

Сун Юй повернул голову и увидел, что Чжэн Цзин украдкой утирает слезы.

— Старший брат?

Сун Юй опешил. Чи Уюань же только что выдумал этот рассказ на ходу, а Чжэн Цзин всерьез в него поверил?!

Чи Уюань тоже не ожидал, что его импровизированная история заставит кого-то расплакаться.

Он посмотрел на абсолютно невозмутимого Сун Юя, затем на всхлипывающего Чжэн Цзина — и тут же испытал отвращение.

Этот парень явно недалекий, зато его маленький друг смотрится смышленым.

В пещере раздавались лишь приглушенные всхлипывания Чжэн Цзина.

Как только он, наконец, успокоился, старческий голос снова зазвучал, но теперь в нем слышалась гневная ярость.

— Вы меня обманули! Вы вовсе не истинно влюбленные!

Как только он договорил, розовый свет исчез, и Лун Исяо с Сан Яньлин появились в пещере.

Они выглядели значительно потрепанными. Особенно Лун Исяо: его тело было покрыто следами когтей, ожогами и ранами от меча, а в глазах читался ужас пережитого испытания.

Сан Яньлин, напротив, почти не пострадала. На ее белоснежном лице лишь появились несколько кровавых царапин. В ее руке мерцала звездным светом Линьти-трава.

Но она даже не взглянула на Лун Исяо. Завидев Чжэн Цзина и Сун Юя, ее глаза сверкнули, и она мгновенно поднесла траву ко рту.

Однако Чи Уюань оказался быстрее.

— Вы не истинно предназначенные! Верните мне мою Линьти-траву!

С громким возгласом трава вырвалась из руки Сан Яньлин.

— Линьти-трава!

Сан Яньлин вскрикнула и бросилась вперед, пытаясь снова ее схватить.

— Почтенный старец уже сказал, что она не для вас!

Чжэн Цзин не колебался: он тут же схватил кисть и вступил в бой.

Несколько взмахов — и чернильное пятно полетело прямо в Сан Яньлин.

Ее глаза расширились от страха, и она поспешно отступила.

Чернила упали на землю, зашипев при соприкосновении с камнем.

Они были ядовиты!

— Всего лишь культиватор Золотого ядра, ты ищешь смерти!

Глаза Сан Яньлин сверкнули холодным светом. Она сняла с пояса длинную веревку и метнула ее в Чжэн Цзина.

— Это ты дерзишь!

Старческий голос разнесся с подавляющим величием:

— Пусть эта Линьти-трава достанется кому-то другому, но вам я ее не отдам!

Как только он произнес эти слова, трава плавно полетела к Сун Юю.

С ошеломленным выражением он поймал ее.

Вокруг него поднялся защитный барьер.

— Ты мне по душе. Это мой подарок тебе. Используй его с умом!

Голос старца донесся до его ушей.

Сун Юй неуверенно пошевелил ухом.

Заметив, что Чжэн Цзин, при поддержке Чи Уюаня, успешно сражается с Сан Яньлин, он тут же сел, бросил траву в рот и начал поглощать ее энергию.

Раз уж судьба сама протянула ему шанс, глупо было бы отказываться.

Как только Линьти-трава растворилась, мощный поток духовной энергии захлестнул его, словно гигантская волна.

Сун Юй быстро сосредоточился, чтобы не потерять контроль.

К счастью, его фундамент на стадии Закалки был невероятно крепким. Он методично направлял духовную энергию в свой даньтянь, запуская циркуляцию тысячи, затем десяти тысяч раз...

Время в культивации теряет значение.

Постепенно он заметил изменения в своем даньтяне: духовная энергия начала сгущаться, превращаясь в молочно-белую жидкость.

А затем началась компрессия.

Сун Юй продолжил культивацию по методике из Линьшу Гэ.

Внешний мир между тем изменился.

Лун Исяо и Сан Яньлин давно ушли, а Чжэн Цзин остался в пещере, наблюдая, как мощь его младшего брата растет с каждым днем.

Глупо было отрицать зависть.

Но такие возможности приходят лишь по воле судьбы.

День за днем вокруг Сун Юя скапливалось все больше духовной энергии.

Избыток начал вытекать наружу.

Глаза Чжэн Цзина загорелись: он сел рядом и принялся культивировать, пользуясь этим даром судьбы.