Однажды на съёмках фильма
Меня пригасили на съёмки фильма про древние цивилизации. Я не особо увлекался историей, но узнав, что нужно будет просто постоять в центре сцены для одного эпизода, недолго думая, согласился. Предложили за столь простую роль немало.
Сюжет эпизода мне намеренно не раскрывали, объясняя это тем, что им нужна максимально реалистичная игра от человека, который не совсем понимает, что в действительности происходит.
По реквизиту и обстановке я догадался, что снимать будут какой-то ритуал. Меня поставили спиной к деревянному столбу, а на руки и ноги для приличия набросили верёвку, не особо заморачиваясь с узлом — главное, чтобы случайно не упала.
На несколько секунд в зале повисло молчание. Один из актёров подмигнул мне, и камера заработала. Люди в лохмотьях плясали под диковинную музыку, выбиваемую ими на барабанах, и постепенно ускоряли темп. Наконец ритуал подошёл к кульминации: я понял это по резко сменившемуся ритму и прекращению танца. Плясавшие расступились, и навстречу мне двинулся человек, чьё лицо закрывало некое подобие капюшона. Остановившись в шаге от меня, он повернулся к воображаемым зрителям и высоко поднял правую руку. Музыка прекратилась, все застыли, а я пытался изобразить, как они и просили, максимальное непонимание происходящего. После человек в капюшоне резко развернулся, на мгновенье я увидел его улыбающееся лицо, и он вонзил кинжал мне в живот. Я рефлекторно дёрнул руками, однако простой на первый взгляд узелок затянулся, не давая возможности освободиться. Я закричал, но голос заглушил звук вновь застучавших барабанов. Вторым движением он рассёк мой живот вдоль. От столь сильной боли у меня потемнело в глазах. Вскоре кровь начала капать на пол, а в области живота я чувствовал невыносимое жжение и... тепло. Да, тепло, оно в прямом смысле выливалось наружу. Я очень хорошо ощущал, как горячая кровь покидает моё тело. Это было очень болезненное чувство, и, по всей видимости, последнее в моей жизни. Музыка становилась всё дальше, боль угасала, сознание уплывало куда-то далеко-далеко, погружалось во мрак.