Дом...
Земля устало провёл рукой по лицу, выходя из больницы. Время посещений закончилось, и оставаться дальше не было смысла — к тому же, дома ждали Марс и Меркурий. Пока он ждал такси, в голове крутились слова врача.
«Вы — его близкий человек, и если хотите, можете остаться рядом с ним. Это поможет ему чувствовать себя безопаснее».
Мысль о том, что Венера может очнуться один в больничной палате, не давала покоя. Он не хотел оставлять его одного, не сейчас.
Конечно он переживал что Марс и Меркурий останутся одни дома, но он должен, нет обязан быть рядом с Венерой. Он думал чтобы посоветоватся с Марсом но это потом...
Когда такси подъехало к дому, Земля вышел и первым делом заглянул в ближайший магазин. Он быстро набрал продуктов — что-то для ужина, что-то для заморозки. Было важно, чтобы Марс и Меркурий могли нормально питаться, пока его не будет. Он взял пельмени, манты,мороженое,фрукты,овощи и тд.
Дом встретил его тишиной. Скинув обувь, Земля прошёл в кухню и громко позвал:
— Мальчики, я дома.
Через несколько секунд послышались шаги. Первым показался Меркурий, за ним Марс.
— Ты купил что-то вкусное? — спросил Меркурий, заглядывая в пакеты.
— Да, помогите разобрать.
Все трое молча занялись делом. Марс распределял продукты по местам, Меркурий сразу взялся за сладости, а Земля мысленно подбирал слова. Когда всё было разложено, он сел за стол и посмотрел на Марса.
— Мне предложили пожить рядом с Венерой, — начал он. — Чтобы ему было легче. Я думаю, это правильно.
Марс спросил:
— А врач что сказал?
— Сказал ты близкий человек, а также что я нужен буду ему когда он проснётся.
Марс кивнул, обдумывая.
— Я присмотрю за домом и за Меркурием, не переживай.
— Хорошо, тогда завтра я уеду к нему.
Земля решил не терять времени. В течение дня он приготовил несколько блюд, разложил их в контейнеры и убрал в морозилку. Так Марсу было бы проще — достаточно просто разогреть.
Когда всё было готово, он выдохнул. Завтра он снова будет рядом с Венерой.
Земля тщательно собрал вещи, аккуратно складывая в сумку всё необходимое. Перед уходом он снова обошёл дом, проверяя, чтобы всё было на своих местах. Затем повернулся к Марсу.
— Тут еда в морозилке, просто разогреть. Вода в бутылках на случай, если не захочешь кипятить. Медикаменты в аптечке, список лекарств на холодильнике.
Марс молча кивнул, запоминая.
— Пиши мне два-три раза в день. Просто чтобы я знал, что всё в порядке.
— Хорошо, — спокойно ответил Марс, взглянув на него с лёгкой тенью понимания в глазах.
Земля ещё раз оглянулся, словно проверяя, всё ли учёл, а потом вышел из дома. Дорога до больницы прошла быстро. Приехав, он первым делом направился к стойке регистрации, оплатил койку рядом с Венерой и подписал все необходимые бумаги.
Когда он, наконец, зашёл в палату, Венера был таким же, каким он его оставил – неподвижным, бледным, с запястьями, скрытыми под бинтами. Земля бесшумно подошёл, сел на край койки и осторожно сжал его руку.
— Я здесь, — тихо сказал он, зная, что, возможно, Венера даже не слышит его. — И никуда не уйду.
Земля осторожно лег рядом с Венерой, стараясь не задеть его раны. Он обнял брата, чувствуя, насколько тот был хрупким и холодным. Ему хотелось хоть как-то согреть его, дать понять, что он рядом.
Мягкий ритм медицинских приборов и приглушённый свет палаты постепенно убаюкивали. Земля, измотанный за последние сутки, медленно погрузился в сон, всё ещё обнимая Венеру.
Прошло около пяти часов. В комнате по-прежнему было тихо, лишь иногда доносились отдалённые шаги медсестёр за дверью.
Венера начал приходить в себя. Первое, что он почувствовал, – это тяжесть и тепло. Ему было трудно двигаться, веки казались свинцовыми, а сознание плывущим. Постепенно он сумел приоткрыть глаза, но яркий белый свет больничных ламп ослепил его, заставляя тут же их закрыть.
Он моргнул несколько раз, привыкая. Голова гудела, тело казалось ватным, а в груди странное, ноющее чувство. Он почувствовал, что кто-то рядом, и попытался пошевелиться, но мышцы не слушались.
Только через несколько мгновений он понял, что рядом с ним лежит Земля, его рука всё ещё мягко обнимает его.
В голове Венеры начали всплывать отрывочные воспоминания. Последнее, что он помнил, — это паника, слёзы, боль, крики… Потом темнота. Теперь же он снова здесь, в этой стерильной белой палате, с гудящей головой и тяжестью в груди.
Он не понимал, сколько прошло времени. Было ли это снова то же самое утро? Прошёл ли день? Или больше?
Он пошевелился, и тут же почувствовал, как рука Земли, обнимавшая его, чуть сжалась. Тот спал, но очень чутко — сразу поднял голову и, увидев, что Венера проснулся, тут же попытался его успокоить:
— Всё хорошо, Венера. Дыши ровно, не волнуйся. Всё нормально.
Голос Земли был мягким, но в нём чувствовалось напряжение. Венера понял, что если начнёт паниковать, то врачи снова вколют ему успокоительное, а он больше не хотел этой мутной тьмы в сознании. Поэтому он попытался взять себя в руки, медленно моргнул и хриплым, едва слышным голосом спросил:
— Сколько прошло?
Земля посмотрел на часы, задержал дыхание на мгновение, а потом ответил:
— Два дня.
Венера слабо кивнул, позволяя информации осесть в голове. Два дня. Он отсутствовал два дня.
Земля внимательно следил за Венерой, замечая каждое его движение. Когда тот окончательно пришёл в себя, он осторожно разжал руки и встал с кровати.
— Я сейчас, — сказал он, стараясь говорить мягко, чтобы не напугать брата.
Он быстро вышел из палаты. Выходя он сразу пошел к стоике регистрации, но там сказали что они не знают где врач и Земля начал бегать по этажам ищя врача. Наконец найдя его они вместе пошли в палату.
Войдя врач окинул Венеру профессиональным взглядом и начал осмотр. Проверил зрачки, пульс, внимательно осмотрел повязки. Время от времени врач задавал короткие вопросы, но Венера отвечал неохотно, либо просто кивал. Вдруг Венера спросил:
— Ещё долго?
— Нет,ваше состояние в норме— наконец заключил врач, выпрямляясь. — можно сказать вам повезло, так как при таких ранах вы выглядите, да и вообще все относительно хорошее.
Он убрал инструменты, а потом посмотрел на Венеру более внимательно.
— Хотите поесть?
Венера отвёл взгляд, стараясь скрыть раздражение, и коротко ответил:
— Нет.
Врач нахмурился, его голос стал чуть жёстче:
— Вообще-то это был риторический вопрос. Вы не ели два дня, а организм нуждается в питании. Даже если вы не хотите, нам всё равно придётся вас накормить.
Венера почувствовал, как его пальцы сжали уголок одеяла. Он не хотел есть. Совсем. Даже мысль о еде вызывала отвращение. Но он также понимал, что спорить бессмысленно. Врач не отступит.
Земля внимательно наблюдал за братом, готовый вмешаться, если понадобится.