BAMBI

Кира проснулась от легких поцелуев, отдающих в её сердце мощью локомотива. На девушку тут же обрушились события последней ночи, и румянец расцвёл на бледных щеках.

– А вот и запоздалое раскаяние, – улыбнулся Ройс, касаясь её щеки и отодвигаясь достаточно, чтобы Кира увидела поднос с завтраком. – Надеюсь, ты не подхватишь болезнь желудка после моей стряпни.

Стало ясно, что Ройс входил в разряд мужчин, не привыкших стоять у плиты, но от вида неумело поджаренного бекона, слишком толстого стоя масла на тостах и ломтиков сыра разной толщины Кира пришла в восторг! Пускай неказисто, пускай неприглядно, зато от души и ради неё. Впервые в жизни.

Она уселась в позе лотоса, подбив пушистое одеяло под руки, и пододвинула поднос поближе. Девушка чувствовала на себе взгляд главаря, отчего по позвоночнику пробежались мурашки. Одна из вещей, которая совсем недавно вводила Киру в ступор.

– Итак, – начала она, запустив в рот большой кусок хлеба, оказавшийся, на удивление, очень вкусным. – Мне кажется, самое время показать свой бумажник, Мистер Загадочность.

Мужчина засмеялся, оставив быстрый поцелуй на оголенном плече, и вынул из кармана куртки, висящей на деревянном изголовье кровати, толстый чёрный бумажник. Длинные пальцы, от которых Кира снова покраснела, вспомнив, что они умеют проделывать, ловким движением достали пластиковую карточку.

Это была последняя из тайн. Ройс всегда с аккуратностью относился к информации о себе, прежде не раскрывая её никому. О нём знали лишь несколько человек, но он готов был впустить в свою жизнь и Киру. Ему казалось правильным, что она будет знать его настоящее имя и дату рождения. Поэтому он с легкостью протянул пластиковую карточку Кире.

Девушка внимательно рассматривала удостоверение, пробегаясь глазами по названию штата в верхнем углу, и остановилась на персональных данных.

– Оливер О'Нил, – протянула Кира. – Как Эд?

– Какой Эд? – сразу же нахмурился Ройс.

– Эд О'Нилл из «Женаты с детьми», ты не слышал об этом сериале? – округлила глаза девушка, продолжая разглядывать пластик в руках.

– Нет, я О'Нил, как Шакил, – приятный смех снова разлетелся по комнате.

Кира не ответила, стараясь запомнить максимум информации. Дату рождения, фотографию, где он, как всегда, выглядел красиво, размашистый почерк и остальные данные.

– Оливер, – она смаковала имя, словно пробовала на вкус каждую букву. Ещё никто не произносил его так интимно. – Мне нравится, приятно познакомиться.

– Я бы предпочёл, чтобы ты оставила Ройса, ладно? Хотя бы на людях. Настоящее имя знают несколько человек, и я хочу, чтобы всё так и оставалось, – во взгляде проскользнуло волнение. – Как ты себя чувствуешь?

– Лучше всех, Оливер.

Легкая боль внизу живота, служащая напоминанием об их единении, воспринималась девушкой скорее как приятный бонус, стирающий все сомнения, – это был не сон. Кира приникла к сильному телу, положив голову на плечо. В каждом жесте девушки читалась благодарность – за ночь и вообще за всё. Не будь его рядом, она бы давно сдалась.

Сегодня утром она напоминала ему дикую кошку, которую он смог приручить. Открытые ключицы, едва виднеющаяся ложбинка между грудей, по большей части спрятанная под тканью одеяла, блеск в глазах, румяные щечки и губы, которые она сложила в трубочку, когда вчитывалась в его права – всё в ней кричало о сексуальности. В простом наклоне головы, открывающем изящную шею, и тонкой пояснице с слегка выпирающими позвонками было намного больше женственности, чем в движениях той же Никки, когда она прыгала на нём.

Ройс закрыл глаза, вдыхая запах женских волос и проводя пальцами по спине девушки. Мурашки, следующие за рукой, словно в подтверждение и так плохо скрываемой взаимной тяги, пронеслись по Кире. Пластик упал на пол, когда она обняла шею Ройса.

Как бы там ни было, дела смогут подождать несколько часов.

2

– В сухом остатке мы имеем крысу среди нас, беспокойного странного Магнума, решившего копнуть глубже, и мои бурно развивающиеся отношения с главарем, – подытожила Кира, потянув смузи через трубочку.

Девушки расположились на потертых шезлонгах задней лужайки. Тень от зонта падала им на лица, защищая от июльского солнца. Кира подняла знакомые очки-авиаторы на макушку, проводив Ройса взглядом. Он общался с темнокожим парнем, выглядевшим на несколько лет моложе его самого.

Дом, где они сейчас находились, ничем не отличался от их собственного. По крайней мере, внутренним укладом. Сегодня днём, когда Кира всё-таки смогла отвлечься от Ройса, ей сказали, что звонила настойчивая Мария и хотела встречи.

Поэтому они тут. Мужчина, не желающий подставлять девушку под удар, лично доставил её к Марии. Кира и не думала сопротивляться, ей было приятно.

– Кира! – позвал знакомый голос с небольшой веранды, прилегающей к дому.

Девушка, пожав плечами и улыбнувшись Марии, поспешила к мужчине.

– Я вернусь через час, – коротко проинструктировал Ройс. – Дождись меня.

– Обещаю, что не пушусь в бега, – Кира подняла руку. – Я не в том настроении, да и ты слишком быстр для меня, – отшутилась девушка. Зря Ройс так беспокоился, в её планы не входил очередной побег к семье.

– Я не об этом, – Ройс прошелся по волосам девушки. – Но ты права, решишь убежать – я отправлюсь на поиски и найду тебя.

Она кивнула, отогнав неприятное чувство. Фраза звучала довольно пророчески, с учётом сложной ситуации, в которой они все оказались. Каждая минута могла стать последней, пока Робин беспрепятственно бродил по Лос-Анджелесу. И отпускать Ройса девушке совсем не хотелось, но того требовали обстоятельства – ему необходимо встретить людей в аэропорту. Крипсы стягивались со всей страны, надеясь лично поучаствовать в уничтожении Робина. К счастью или сожалению, ничем другим это закончиться не могло.

– Возвращайся скорее, я буду ждать тебя.

Он оставил целомудренный поцелуй у неё на лбу, и его фигура скрылась за дверьми. Кира ещё несколько мгновений всматривалась в дерево, покрытое белой краской, но, в конце концов, нацепив улыбочку, вернулась к Марии.

– Фьють! – присвистнула она, откидываясь обратно на лежак. – А я сначала не поверила про вас, но теперь у меня не осталось сомнений.

– Неужели это кажется таким невозможным?

– Я помню твой лестный отзыв про него, поэтому да, это кажется невозможным. Так что, куда он поехал?

– Встречать остальных, сегодня к нам присоединяются ещё шесть человек. И все они жаждут увидеть Робина в собственном соку, как сказал Ройс.

Мария внезапно схватилась за телефон. Она извинилась перед Кирой и отошла на достаточное расстояние, чтобы девушка не могла увидеть текст СМС. Вернулась она с явно раздражённым видом.

– Что случилось? – Кира приподнялась на локтях, внимательно наблюдая за Марией. – Только не говори, что ты так завелась из-за того, что твой тайный ухажёр не отвечает целых полчаса, – на её губах заиграла хитрая улыбка. – О нет, ты падаешь в моих глазах. А как же самостоятельность и независимость, которой ты мне весь мозг вынесла?

Мария вернула себе непринужденный вид, отмахнувшись от подруги.

– Я в его сетях, детка, и мне никуда не деться, так что притворяться, что я от него не завишу, по меньшей мере, глупо.

– Ты так и не сказала, кто он. Из наших?

– Нет, – Мария покачала головой. – Хватит с меня банд и прочей чепухи, хочется спокойной жизни. Ты знала, что у меня есть брат? Когда всё закончится, я заберу его и мы свалим куда-нибудь на восточное побережье.

– Ты не говорила про брата.

– Ему всего лишь семнадцать. В таком возрасте у них гормоны играют, так что он меня безумно бесит, но что важнее семьи?

Она произнесла это с такой горечью, что Кира едва не бросилась успокаивать девушку. Что бы там ни было, у этих двоих непростые отношения.

– Меня вырастили в семье, где самой главной ценностью считались родственные узы, так что мы все готовы друг за друга порвать глотку любому. Это и хорошо, и плохо одновременно. Я устала ставить проблемы брата выше своих.

– Что он натворил? – Кира не выдержала и положила руку поверх ладони Марии.

– Ничего, выбросить из головы, это семейные разборки.

– У меня в семье всё по-другому. Моя мать не считалась с моим мнением, а отец постоянно пропадал на работе, так что от него толку не было. Тем более, он всегда выбирал сторону матери, потому что его так научили, – Кира понимающе качнула головой. – И если бы не Калеки, я сомневаюсь, что смогла бы вырваться из этого замкнутого круга, поэтому для меня важнее всего те, с кем я сейчас живу.

– Ладно, давай не будем о грустном. Лучше расскажи, какой дальнейший план действий. Ты же, вроде как, приближенная, а я рядовой Крипс, – Мария игриво толкнула Киру в бок.

3

Час, который должен был служить временем, отвлечённым от всех проблем за женскими легкими разговорчиками, стал для Киры пыткой. Мария не унималась и всё время расспрашивала о мельчайших подробностях. Кира понимала её беспокойство. Всё, что с ними случится, случится и с Марией. Отвечая на все вопросы, Кира надеялась, что хотя бы так сможет помочь подруге.

Когда на горизонте появилась высокая фигура Ройса, Кира готова была его расцеловать, но нормы приличия не позволили ей этого сделать, поэтому девушка просто сильно сжала большую и тёплую ладонь, стараясь выразить взглядом всё, что не могла словами.

Из-за количества народу, явно не влезающего в один автомобиль, прибывшие сразу же арендовали машину, и в Дом они возвращались небольшим кортежем.

– Как же здесь все поместятся? – причитала Кира, стоя за кухонным столом.

– Не беспокойся, если мест не хватит, лягут на полу. Одеял достаточно, – оторвавшись от телефона, ответил Ройс.

– Это не очень гостеприимно, знаешь ли, – Кира дунула на выбившиеся из хвоста волосы.

– Почти каждый из нас прошёл через многое, и поспать несколько ночей на полу нам ничего не стоит, – он убрал надоедливую прядь за ухо девушки. – А вот ты могла бы попросить помощи у Кили.

Девушка не любила увиливать от своих прямых обязанностей, и, не смотря на близость с Ройсом, бралась за готовку для всей команды. Война войной, а ужин по расписанию.

– Зачем, если я справляюсь?

Рис отваривался в мультиварке, кускус запаривался под крышкой в кастрюле, а остальные ингредиенты не требовали особых знаний по части кулинарии – знай только, как резать. Этим и занималась девушка: перец, авокадо, огурец и, наконец, лосось отправились в разные глубокие блюда, в небольшие тарелки она красиво выложила нарезанный ломтиками сыр и редис. Затей она в такой большой компании уделять внимание каждому поке, никогда бы не успела.

Ройс помог девушке с сервировкой, расставил блюда и тарелки, нашел по всему дому дополнительные стулья и, когда Кира с уставшим видом поставила на стол рис, красиво оформленный в стеклянной салатнице размера XXL, позвал всех на ужин.

Из-за того, что основной массой банды являлись мужчины, чьи желудки не знали пределов, она разогрела полуфабрикатые крылышки, заранее предугадывая, что одним поке они не насытятся.

За столом не хватило места, поэтому Кира, включив хозяйку, осталась стоять у кухонного гарнитура, опираясь об него бедром. Она положила себе большую порцию, обильно осыпав еду кунжутом, и сейчас уплетала за обе щеки. Ройс, в знак солидарности, ел, стоя рядом с ней.

– А где Йок? – обведя глазами всех, она не нашла друга.

– Он сейчас на особой диете, – ответил главарь, потянувшись за добавкой. Поднятые вверх брови заставили его продолжить. – Им занимается Кили, выводит весь алкоголь из организма.

– События набирают обороты, и мы не можем рисковать пьяным Йоком. Он слишком хорош в драках, чтобы списывать его со счетов из-за алкоголизма, – пояснила Кили. – Но, когда всё закончится, я сама уйду с ним в запой.

Она уверена – всё будет хорошо, но у Киры, от одной мысли, что кто-то из сидящих перед ней может не вернуться, болезненно сжался желудок. Давно пора было понять – это никакая ни игра, всё настоящее. Ненависть. Злость. Война.

Девушка, ошарашенная недавним открытием, посмотрела на Ройса и не поняла, как он может быть таким спокойным, будто ничего и не происходит. Будто они не ждут каждую минуту сообщения о Робине.

Искусство быть лидером полностью погасило в нём чувство беспокойства и страха. Он не мог поддаваться эмоциям и вести за собой людей. Но в последнее время эта правда пошатнулась. Хватало одного взгляда на Киру, измученную тренировками с Йоком, чтобы где-то внутри главаря забилось чувство паники за эту девушку. Впервые за долгое время он переживал, но не показывал виду.

После ужина Кили снова заняла своё место у спящего Йока. Она аккуратно провела рукой по его бритой голове, смахивая холодный пот, отчего латинос коротко вздрогнул и отрывал глаза, выйдя из транса.

– Пора? – он приподнялся на локтях.

Девушка, чей взгляд блестел в тусклом свете ночника, медленно кивнула. Она знала, как ему паршиво.

– Да, дорогой, я принесла тебе воды.

Йок уже несколько дней был трезвее любого бывалого трезвенника благодаря жёсткой чистке организма. Сейчас его глаза выражали смирение и что-то, что мелькнуло в них слишком быстро, чтобы девушка смогла распознать.

– Как она? – хрипло поинтересовался Йок.

Кили тяжело вздохнула. Он совершенно не заботился о своём состоянии, всё время расспрашивая о Кире. Чувство вины, вперемешку с плохим самочувствием, надежно закрепилось под его кожей. Йок до сих пор переживал из-за их разговора, когда он повёл себя, как мудак. Вместо поддержки Кира получила порцию дерьма в свой адрес от человека, которого она считала своим другом. Он тоже так думал, но из-за вспыльчивого характера и алкоголя, горчившего кровь, они имели то, что имели. И это без конца терзало его.

– Она в полном порядке. Пока рядом с ней Ройс, Кире ничего не грозит, – Кили подняла стакан и несколько таблеток. – А теперь пей.

– Знаешь, я больше так не могу. Мне нужно с ней поговорить, –  с уверенностью заявил Йокки. – Я хочу извиниться за то, что был таким козлом. Я поступаю с ней так каждый раз. Она рассчитывает на меня, а я... таких гадостей наплёл, что самому тошно.

– У тебя ещё будет возможность обсудить это с ней, но сейчас нужно поднять тебя на ноги, – девушка цокнула языком. – Расставь приоритеты или снова оттолкнёшь её. Докажи всем, что ты сильный, Йок, потому что это правда.

С каждым днём его терпение заканчивалось. Раз за разом, видя в дверях Кили со стаканом воды и очередной горстью таблеток, он готов был лезть на стену и чувствовал себя безумно бесполезным. Подвёл команду в такое время. А всё эта идиотская зависимость. Сколько бы он ни боролся, стоило алкоголю замаячить на горизонте, и у него срывало крышу. И это его Кили называет сильным? Он самый слабый из всех, кого знает.

Но в словах Кили была правда. Он может снова оттолкнуть своего оленёнка только из-за того, что не может справиться с собой. Он этого не допустит. Теперь у него есть Кира, которую нужно оберегать. Йок уже давно смирился, что им никогда не быть вместе, но чувство заботы никуда не делось, и он просто записал Киру в сёстры. Ему тоже хотелось рычать над девушкой, только немного по другим причинам, нежели Ройсу.

Он взял ненавистные таблетки и с остервенением запихнул себе в рот, запив всё это водой. Йок знал, что через полчаса начнётся ад. С этим пониманием он откинулся обратно на подушки, внимательно прослушиваясь к своему организму.

Кили залезла на кровать с другой стороны, накрыв их большим одеялом.

– Я буду здесь, когда всё начнётся, – сказала она, положив голову на плечо другу.

4

После полуночи Дом, наконец, перестал скрипеть половицами под ногами гостей, бегающих из комнаты в комнату, чтобы выбрать удобное место для сна. Свет на первом этаже погас, погрузив помещение во мрак. В воцарившейся тишине было слышно, как парни за соседней стенкой переговаривались шепотом, горячо обсуждая последние новости и стараясь не шуметь, но толщина стен не давала возможности для конфиденциальности.

Кира, уставшая после мытья посуды вручную для отвлечения от скверных мыслей, вышла из примыкающей к спальне ванной, промокнув волосы большим полотенцем. Она наблюдала за мужчиной, печатающим что-то в своём телефоне одной рукой, в то время, как вторая покоилась под его головой.

За несколько недель, что показались бы другому человеку очень маленьким отрезком времени, они успели стать настолько родными друг для друга, что засыпать порознь – или в разное время – приравнивалось ими к самой большой пытке. Именно поэтому Ройс дожидался девушку, хотя глаза у него давно слипались от усталости.

Кира повесила полотенце на крючок, отбросила халат в сторону и нырнула под одеяло, повернувшись к главарю лицом.

– Я переживаю, – и это было преуменьшение, она чертовки волновалась, до тошноты и дрожи.

– Из-за чего, милая? – Ройс отложил телефон на прикроватную тумбу, фокусируя своё внимание на девушке.

– Из-за всего. Меня волнует ситуация с Йоком, я чувствую, что мы отдалились друг от друга, а я не хочу его терять, – честно призналась девушка. – Но ещё страшнее то, что сегодня я поняла, что это не шутки, война с Робином закончится либо его смертью, либо вашей, – Кира сильнее сжала мужскую руку, представив худший исход.

Скажи ей три месяца назад, что она станет на полном серьезе разговаривать о возможной смерти близких ей людей, Кира бы рассмеялась от нелепости этого заявления. В её прошлой жизни не было места смерти, но сейчас она занимала все мысли девушки, нависая над головой чёрными клубами.

– Не думай о глупостях. У Йока всегда был взрывной характер, а новость о наших отношениях стала для него неожиданностью. Он был пьян, поэтому так отреагировал, – Ройс обхватил девушку, прижав к себе. – Я обещаю, что история с Робином закончится хорошо. Для нас.

До этого момента, Ройс никогда ей не врал. Но сейчас он не мог знать наверняка, что будет завтра, что уж говорить о Робине. Но он поклялся сам себе, что сделает всё возможное, чтобы выбраться оттуда. Впервые в его жизни появилась та, ради которой хотелось бороться со всеми обстоятельствами, нагло брошенными судьбой ему в лицо. О нет, он ни за что не потеряет это. Только не сейчас, когда всё стало хорошо.

– Не смей оставить меня одну, – пылко зашептала Кира, незаметно смахнув слёзы. – Обещай, что вернёшься ко мне. Неважно, что случится, обещай, что будешь рядом!

– Всегда.