Пролог
Том первый.
Путь в тысячу ли начинается с первого шага.
Князь Северных земель империи Ханьчжоу был честным и справедливым человеком. Народ искренне любил и почитал своего правителя за скромность и простоту жизни. Даже его резиденция не отличалась вычурностью и роскошью, кои полагаются людям его положения. Как военный человек, будучи генералом, он привык обходиться малым и не любил излишние растраты и праздность . Познавший в юности лишения военной жизни на пару с голодом и холодом, князь поклялся никогда не подвергать своих подданных подобному и не пировать, как другие чиновники, пока по улицам скитаются голодные дети. Последних по этой причине в его землях и не было.
Проезжая по улицам княжества, можно было увидеть счастливые лица горожан, процветающее ремесло и лавки, полные людей и разномастных товаров. Таким уровнем жизни не могла похвастаться даже императорская столица – Цзиньдао, о чём иногда в шутку и говорил сам Император.
Последний всегда ставил своего названого брата в пример другим чиновникам и подданным, за что те в сердцах своих таили на него обиду. Все считали, что не к чему приближенным Императора и правителям жить как простолюдины; не для того они прошли войну и дворцовые ступени, чтобы не иметь возможности жить в своё удовольствие.
Хоть князь тот и был человеком строгих порядков, сердце его было отнюдь не суровым. Именно оно и помогло ему снискать любовь единственной императорской сестры, которая, всего раз приехав в угодья князя, больше не покинула их никогда.
Любовь та была сильной и крепкой, с первого взгляда и до последнего вздоха. Отказавшись от жизни в шелках и золоте в столице, она была счастлива остаться в княжестве и скромно жить вместе с любимым супругом. И жизнь их была хорошей и лёгкой, да только детей у них не было, что немного омрачало обоих. Придворный лекарь увещевал супругов, что оба они в полном порядке, просто Боги решили – не время. Утешившись мыслью об этом, супруга князя решила отдать волю Небу и не расстраивалась. Князь же, улыбаясь жене, соглашался, но втайне от всех молился Богам о нисхождении в роще у подножья горы, в храме, воздвигнутом Небу.
Князь молился Богам денно и нощно, жёг благовония и без устали преклонялся, стирая коленями нефритовый пол.
– Я никогда и ни о чём никого не просил, но взываю к вам, молю, помогите...
Дни сменялись днями, и так за годом год, но вот едва уж минула третья весна, когда князь наконец был услышан.
Выходя из древнего храма на рассвете, он увидел чёрную лису, стоящую на краю леса. Сверкающие глаза зверя с улыбкой взглянули на князя, и мужчина ответил тем же.
– Чудо случилось, князь! – воскликнул слуга, как только правитель вошёл во двор.
– Что такое? – взволнованно спросил тот.
Маленький слуга прикрыл улыбающийся рот рукой и указал в сторону крыльца, сияя глазами.
Проследив взглядом, князь увидел придворного лекаря, с улыбкой спускающегося по ступеням.
Вмиг подлетев к нему, князь взволнованно схватил его за плечи и принялся трясти, приподняв над землёй:
– Что с ней? Что с моей женой?!
– К...князь... отпустите-е-е, – болтаясь в разные стороны, едва вымолвил придворный лекарь.
Правитель разжал руки и, выпустив целителя, уставился на него во все глаза.
– Всё в порядке, всё в порядке... – с улыбкой успокоил лекарь и похлопал его по плечу. – Чудо случилось, князь! Ваша супруга беременна!
Тишину, заполнившую двор, разрезал стук меча, упавшего на землю из ослабевшей руки князя. Лекарь довольно кивнул в сторону крыльца, по которому спускалась девушка, прижимавшая хрупкую ладонь к животу.
Делая неуверенные шаги и оглядываясь на столпившихся вокруг людей, князь подошёл к супруге.
– Время наконец-то пришло, Боги смилостивились над нами, – тихим голосом сказала она, но князю показалось, что слова эти громом ударили по его затуманенному сознанию, вмиг развеивая в нём марево.
Князь, никогда не преклоняющий коленей даже перед Императором, рухнул на землю и с трепетом прижался к животу супруги. Горячие слёзы радости обжигали его лицо, измученное долгими годами ожидания.
Княгиня улыбалась сквозь слёзы и гладила любимого мужа по голове.
Они долго стояли так, после чего, поднявшись, князь с любовью огладил красивое лицо супруги и крепко прижал её к своей груди. Народ ликовал и сыпал поздравлениями, вокруг оживлённо пели птицы и слышался радостный смех.
– За добрую весть, друг мой, я жалую осыпать тебя золотом из своей личной казны. – Похлопав молодого лекаря по плечу, князь взмахом руки велел слугам исполнять приказ.
– Ай-я-я... князь, да будет вам, – смущённо рассмеялся лекарь и почесал затылок.
– Подданные! – зычным голосом позвал князь и развернулся к толпе. – Слушайте мой приказ! Мы устроим пир, какого ещё не видывали эти земли!
Народ зашумел пуще прежнего, а слуги, исполнившие приказ господина, из кувшинов осыпали золотыми монетами радовавшегося со всеми целителя.
Гора золота вмиг затопила лекаря. Кое-как высунув голову, он воскликнул, сощурившись в широкой улыбке:
– Премного благодарен, друг мой!
Все вокруг рассмеялись, наблюдая за его попытками высвободиться из-под груды награды. Всё, что оставалось незадачливому целителю, – это вертеть головой и смеяться вместе со всеми.
Народ ликовал и праздновал дюжину дней, вознося хвалы Богам и желая счастья княжеской чете.
Даже сам Император прибыл из столицы со свитой, чтобы поздравить своего названого брата и дражайшую сестру.
С того дня княжество заиграло новыми красками. Со всех уголков империи прибывали министры, чиновники и князья, поздравляя супругов и отдавая дань уважения одному из великих генералов Ханьчжоу.
Одной безлунной ночью, в середине зимы, на весь княжеский двор раздался плач новорожденного младенца.
Князь, метавшийся по крыльцу резиденции, мигом ринулся внутрь. Отгоняя прислужников и повитух, он пробрался сквозь толпу, чтобы увидеть супругу, прижимавшую свёрток к груди.
Убедившись, что с женой всё в порядке, он огладил её измученное улыбающееся лицо, а затем осторожно приоткрыл ткань, в которую был завёрнут младенец.
– Поздравляю, князь, у вас сын! Здоровый крепкий мальчик!
– Весь в отца... весь в отца, а глаза-то какие... – радостно залепетали слуги, толпясь у дверей.
Звон медного колокола разнёс по округе радостную весть.
Посмотрев в насыщенные синие глаза новорождённого сына, князь, чувствуя в сердце радость и благодарность, осыпал поцелуями лицо жены.
Медный колокол ещё не затих, а первые блики рассвета не коснулись княжества, когда полчища демонов вырвались из огненных разломов в земле, сметая всё на своём пути.
Тёмные твари Призрачного царства бесновались и устрашающе ревели, задирая рогатые головы и разрывая плоть людей, попадавшихся им на пути. Певчее княжество заполонили стенания и крики боли, мольбы о пощаде и чавкающие кровавые звуки. Отродья истязали женщин и утаскивали их в бездну, рвали и грызли стариков и детей, никого не щадя. Кровь лилась рекой, и казалось, что рассвет никогда уже не наступит. Тёмное небо чернело день ото дня. То был кровавый пир, погрузивший некогда процветающее княжество в хаос и разруху, навечно запятнав эти земли кровью невинных.
Демоны пировали дюжину дней.
– Хм... господин Мо, вам бы обложку сменить. Книга-то вроде как неплохая: демоны, князья, певчие красотки. Обложка только... слегка простовата, да и названия нет. Или это так и задумано? – вертя в руках потрёпанную книгу в кожаном переплёте, задумчиво спросил юноша, поднимаясь с плетёного кресла. – Вообще, в наше время чем ярче, тем лучше. Кто же купит такую невзрачную книгу?
– Вот ведь бестолковый мальчишка! – проворчал старик, легонько хлопнув паренька по голове сложенным веером. Но весь его запал мигом пропал, сменившись затаённой тоской, стоило ему лишь опустить взгляд на книгу. – Кто сказал, что это на продажу, да и вообще...
– Да, да, господин Мо, вы правы. – Сощурившись в улыбке и подняв раскрытую ладонь, парень чуть поклонился. – Я возьму, почитаю, ладно?
– Иди уже, бездельник! – Тряхнув длинными седыми волосами, старик, ворча, скрылся меж стеллажей. Спустя миг оттуда послышался стук, словно что-то попадало с полок.
Спрятав книгу в рюкзак, парень похлопал себя по груди и вскинул уголок губ:
– И ничего я не бездельник. Я вообще-то староста литературного факультета, так что...
– Твои занятия начались десять минут назад, староста литературного факультета Лю Синь, – насмешливо протянул старик из глубины помещения.
– Вот чёрт!
Выскочив из старой книжной лавки, юноша со всех ног помчался через дорогу к университету.
День был суматошным и долгим, и, только придя домой, он вспомнил о книге, взятой у старика, к которому наведывался вот уже несколько лет в поисках интересных историй.
Решив не ужинать, Лю Синь сразу же направился в свою комнату.
– Я дома! – крикнул он на ходу соседу, с которым уже пару лет делил небольшую квартирку.
Тот не ответил, что, впрочем, не было неожиданностью. Сосед был тихим и едва удостаивал Лю Синя парой предложений в неделю. Учась дистанционно, всё своё время он проводил за компьютером, то и дело просматривая дорамы да зачитываясь новеллами. Именно поэтому редко показывлся сожителю на глаза.
«Вот это, я понимаю, жизнь...»
Зайдя в свою комнату, Лю Синь кинул на кровать рюкзак, из которого тут же выглянул краешек книги.
Он перечитал уже множество историй, что пылились на полках в старой лавке, но всегда обходил потрёпанную книгу стороной. Всё-таки, что ни говори, а обложка истории играет немаловажную роль. Лю Синь бы и дальше проходил мимо потрёпанной, старенькой книги, если бы этим утром старик не обмолвился вскользь, что написал её сам. В конечном счёте, любопытство взяло над юношей верх.
– Так, на чём я там остановился...
Демоны пировали дюжину дней.
– Ну и фантазия у старика Мо. В таком возрасте только и делай, что гаремники пиши да мечтай, – пробормотал Лю Синь.
Погрузившись в книгу, он провёл за чтением всю ночь.
История, начавшаяся с кровавого пира, повествовала о становлении главного героя как великого мечника и прославленного спасителя, который, сражая врагов, перевернул всю Поднебесную в поисках убийц своей семьи. К слову, гарем там тоже был, хоть и немногочисленный.
Прочитав треть книги, Лю Синь выдохнул:
– Ну что за скукота...
Рассвет уже брезжил на горизонте, а он так и не дошёл ни до одного важного события. Герой только и делал, что рыскал по империи по наущению своего наставника да истреблял врагов, спасая то бедовых красавиц, то незадачливых братцев. Битвы, битвы, тренировки, ещё одна спасенная жизнь, ещё один поверженный мелкий враг, и так по кругу.
– Сюжет-то где?! – заворчал Лю Синь и хотел было отбросить книгу, чтобы почитать в оставшееся время что-нибудь более интересное, но в последний момент передумал. Маясь от интереса и устав от бесконечных сражений, он решил заглянуть в конец книги.
– Да я только одним глазком гляну, кто там в итоге убил его родителей, чтобы не мучиться от любопытства, – оправдывал себя Лю Синь, с шорохом переворачивая страницы.
Впившись в последнюю главу, он с жадностью принялся поглощать написанное. Но с каждой новой строкой улыбка с его лица медленно исчезала, а взгляд наполнялся негодованием.
То, что он увидел, поразило его.
Захлопнув книгу, Лю Синь уставился на неё, сведя брови к переносице:
– Какого?.. Злодей? Уничтожение мира?
Пытаясь сообразить, как прославленный герой встал на тёмный путь и, вознесясь на вершину мира, решил его уничтожить, Лю Синь злился всё больше и больше.
– Старик Мо из ума выжил?! Да кто вообще будет читать... – Его монолог был прерван раздражающей трелью будильника, что со звоном ворвалась в и так растревоженный разум.
Пыхтя от злости, Лю Синь собрал рюкзак и швырнул в него книгу, собираясь перед учёбой заскочить в лавку к старику и высказать всё, что он думает о его книге.
– Утолил любопытство, называется! Только ночь зря потратил, – всё возмущался Лю Синь.
Сев на свой велосипед и поехав по объездной дороге, он никак не ожидал, что на повороте у обрыва попадёт в аварию и успеет увидеть только перевёрнутое небо под ногами, прежде чем погрузиться в темноту.
Автору есть, что сказать:
Пожалуйста, перед тем как углубиться в эту историю, обратите внимание на её жанры, а особенно на метку «становление героя». Это значит, что главный герой не является сильным и храбрым с самого начала, но обязательно придёт к этому, преодолев множество препятствий на своём пути.
Приятного прочтения ~
Распространение запрещено. Текст редактируется и постепенно обновляется.