28 глава
Утро началось с тренировки, которую я настояла провести с Джонс, вытащив её из постели. Её дни были однообразны и лишены красок, заполненные книгами и кофе. Она будто убегала от реальности, и в этом, возможно, моя вина.
Моя жизнь, напротив, налаживалась. Мы с любимым человеком и дочерью наслаждались каждым моментом. В то время как работа Джонс по продвижению цветочных магазинов застопорилась. Я не понимала, почему она выбрала долгий отпуск, ведь сейчас многие дела можно было вести дистанционно. Она никогда не брала отпуск за всё время, что мы знакомы, всегда была готова к работе. Сейчас явно не её счастливое время.
Мы стали меньше проводить время вместе, вечера за коктейлями и разговорами, совместные тренировки. Мы отдалялись с тех пор, как согласились на это дело. Хотя решение было общим, я чувствовала свою долю ответственности. Важно, что мы до сих пор вместе.
Утренняя тренировка и откровенный разговор
Когда я вошла в её комнату в шесть утра, Джонс спала в любимом кресле с книгой в руках, у окна, откуда открывался вид на рассвет. Возможно, это напоминало ей ту квартиру, и я недооценила её привязанность к тому месту.
Она открыла глаза, когда я попыталась забрать у неё книгу. Сначала она не могла понять, где находится, словно её душа была где-то далеко. Из-за этого я и затеяла тренировку, чтобы поговорить, пока все спят.
Джонс была не в восторге, ей пришлось пересилить себя, чтобы выйти во двор. Её глаза выражали недовольство, но я надеялась её разговорить. Она, вероятно, заснула под утро, зная её любовь к чтению по ночам.
Тренировка перерастает в бой
Моё тело было полно энергии, несмотря на её мрачное настроение. Я не хотела вчера вечером вызывать подозрения у Джоша. Мне нравилось, что я значима для них, и я хотела, чтобы они значили друг для друга ещё больше.
Джонс почти била меня боксёрскими лапами, хотя должна была лишь помогать отрабатывать удары. За время тренировок она сама хорошо продвинулась в самообороне, что имело смысл, ведь наши жизни всегда были на волоске. Я была рада, что Эбигейл тоже захотела заниматься кикбоксингом. Она не могла выстоять против другого человека, если только это не другой ребёнок в розовом. Ненависть к этому цвету росла с самого рождения.
Удар справа пролетел мне по голове. Тренировка переросла в бой, мы начали обмениваться комбинациями ударов. Упав на землю от изнеможения, я услышала шелест травы. Джонс легла рядом, глядя на небо.
— После встречи с ним ты изменилась, — сказала я в тишину.
— С кем? — спросила Джонс, хотя явно понимала, кого я имею в виду.
— С Ником. Расскажи, что между вами? — спросила я, посмотрев на неё.
— Ничего.
Я не уловила лжи в её словах.
— Явно что-то было, — не угомонялась я, вспоминая сцену в аэропорту. — Вы разговаривали так, как люди, которых ничего не связывает, но с повышенным интересом.
— Помнишь того клиента, который не давал мне покоя с покупкой моего магазина? — спросила она, повернувшись ко мне. — Это оказался Ник. Сначала я не поверила, но потом нашла его фото в интернете. Его внезапный интерес ко мне лёг мне на руку. Он сводил меня на пару свиданий. Я относилась к этому, как к обычному рабочему делу. Узнавала от него информацию, которую он сам не подозревал, что открывает мне. Вардэр был работой, — в её словах прозвучала нота грусти, которая тут же сменилась смирением. — Я узнала пароль от камер наблюдения в доме от него. Так же узнала менее важную, но полезную информацию. Планы Стивенса на следующий день и всё остальное.
— Это всё? — спросила я.
— Больше и быть ничего не могло. Я не ты. В свою работу я не влюбляюсь, — сказала она, отбросив волосы с плеча. — Прости, — прошептала она, осознав свою резкость.
— Но он явно к тебе не равнодушен, — продолжила я.
— Мне нет до этого дела.
Её спокойное выражение лица говорило о том, что она говорила искренне. Я поверила ей. Я хотела, чтобы она двигалась дальше. Теперь, когда я знаю, что это была лишь работа, я могла быть спокойна.
Я поднялась, подав руку Джонс. Она воспользовалась помощью, осторожно ступая вперёд за мной, немного хромая.
— Давно мы так не тренировались, — сказала она, улыбаясь. Я ответила ей тем же, помогая дойти до дома. Надеюсь, теперь будет легче.
С кухни донёсся запах кофе. В одних шортах возле плиты стоял Джош.
— Отвернись, — прошептала я Джонс. Она цокнула языком и села подальше.
Сама же я подошла к своему мужчине сзади и поцеловала лопатку, обняв со спины. Я была зависима от его близости.
— Доброе утро, бабочка, — сказал он хриплым утренним голосом.
Чёрт. Я могла бы слушать это вечно.
Он повернулся и поцеловал меня.
— Доброе утро, — ответила я, вспомнив про ещё одного человека в комнате.
— Мой клубничный коктейль готов? — спросила наша дочь, войдя на кухню с планшетом. Джош отпустил меня, достал напиток из холодильника и отдал ей.
— Спасибо, — сказала она, подозвав его присесть перед ней.
По его лицу было видно, что он не понимал до конца, как с ней контактировать. Эти же эмоции были у меня, когда я привезла её домой из больницы. Но у него была помощь в виде меня. Мы будем вместе стараться превратиться в настоящую крепкую семью.
Совершенно неожиданно она поцеловала его в щеку в знак благодарности. Я не ожидала, что Эбигейл так быстро впустит в свою жизнь другого человека, но, возможно, её чувства подсказывали ей, что ему можно доверять. После этого она ушла к Джонс, рассматривать что-то в её ноутбуке.
Джошуа поднялся на ноги, оставаясь в замешательстве.
— Она поцеловала меня, — сказал он, глядя на меня.
Для него это было в новинку, как и для меня. Но, видя его попытки, я чувствовала не ревность, а тепло и спокойствие.
— Да, ты ей нравишься, — ответила я, целуя его в другую щеку. — Твой коктейль покорил её сердце.
Мимолётная улыбка проскользнула на его лице, прежде чем он поцеловал меня в ответ с той свирепостью, которую я жаждала. Наша разлука показала, что я полностью зависима от его присутствия, прикосновений и запаха.
— Мы пойдём прогуляться, — крикнула Джонс, проходя мимо нас.
Я хотела ответить, но Джош божественно целовал меня.
— Не съешьте друг друга, — оставила едкий комментарий Эбигейл.
У меня вырвался смешок, когда он засосал кожу на моей шее. Я оказалась на столешнице. Он выругался, снимая с меня трусики. Я случайно создала трение между бёдер и громко застонала.
— Ты истекаешь влагой, — сказал Джош, издеваясь надо мной. — Такая сексуальная, — прошептал он, снова впиваясь в мои губы.
Он отстранился, опустился на колени и облизал меня. Я кончила так быстро, как никогда. Я быстро поменяла наши позиции, толкнув его в грудь. Оказавшись перед ним на коленях, я взяла его в руку и медленно начала водить вверх и вниз.
— Блять, ты меня убьёшь, — прошептал он.
Я заглотнула его по самые яйца. Мне нравилось смотреть, как он запрокидывает голову от удовольствия, слышать его стоны. Я передала все полномочия ему. Его хватка на моих волосах была железная.
Мне хотелось большего. Я просунула руку вниз, начиная трахать себя пальцами. Джош заметил это, наблюдая с пущей близостью. Он вытащил член из моего рта, дальше воспользовавшись своей рукой. Пока я вводила в себя пальцы в чётким жёстком ритме. Он кончил на мою футболку и ноги.
— Я сейчас найду салфетки, — сказал он.
Я остановила его, схватив за руку. Второй я провела по его члену, давая насладиться остатками его оргазма, слизывая сперму со всей длины.
— Ты что-то говорил? — спросила я невинным голосом.
Трение между ног в мгновение принесло мне ещё один сногсшибательный оргазм. Его пальцы неожиданно впились в мою шею, протягивая к своему телу. Я врезалась в его грудь.
Его губы захватили мои в жестоком поцелуе.
— Это был мой приз, — сказала я обиженным тоном.
Он с удивлённо поднятой бровью провёл пальцами по моей скуле.
— Ты хотела, чтобы я кончил тебя в рот?
Кажется, моё лицо начало краснеть. Я кивнула.
— Возможно, в следующий раз, — ответил он.
Джош был слишком джентльмен, чтобы делать настолько грязные вещи. Он сходил с ума от произошедшего, как и я. Мои силы были на исходе.
Его сильные руки подхватили меня, унеся на диван в гостиной. Он уложил меня на себя.
Мои пальцы остановились, когда наткнулись на чёрную надпись на его ключице.
— Ты...
— Это боевые шрамы? — спросил Джош первым.
Его пальцы провели по нижней части живота, где покоился древний шрам с первых годов служения в спецназе. Потом они перешли на моё плечо с пулевым ранением.
Я только кивнула.
— Почему ты пошла работать заказным убийцей? — спросил он.
Вопрос повис в тишине комнаты.
— Возможно, я расскажу тебе, если ты ответишь на мой вопрос, — пытаясь вывести в свою сторону ситуацию, я только канула всё больше в темноту. — Какого черта у тебя появилась татуировка, как у меня? — не выдержав, заорала я.
— Я набил её, когда ты уехала, — ответил тихо он.
— Я спрашиваю, какого черта? Что это значит? — не унималась я.
Мои кулаки ударялись об твёрдую грудь.
— Как ты смеешь? Отпусти, — кричала я.
— Мне было одиноко без тебя. Каждый день был одинаковым и серым. Никаких красок. Ты ушла и забрала всё. Свои улыбки, которые мне так нравятся. Глаза, смотря, в которые можно познать мир. А самое главное часть меня, которая навсегда теперь с тобой. Моё сердце. Оно принадлежит тебе. Уехав, ты забрала его. Я не мог дышать, — говорил он, и с каждым словом мои глаза наполнялись слезами. — Это, — он указал пальцем на татуировку, освободив мою руку, — Единственное живое напоминание того, что ты была в моей жизни. Что когда-то я дышал и делал это с удовольствием, ведь рядом была ты.
— Memento more, — прошептала я, проведя пальцами по заклейменной коже. — Я люблю тебя, — сказала я единственные слова, которые могли просить прощение за мою истерику.
— И я тебя люблю, бабочка, — ласковое прозвище слетело с его губ вместе со словами любви.
— Спасибо, что ты вернулся ко мне, — прошептала я.
— Что на счёт моего вопроса?
Я не хотела портить атмосферу этого дня. Он хотел правды.
— Скажи всю правду, — прошептал он.
— Правду? — я вздернула голову, чтобы смотреть в его серые глаза. — Ладно, слушай.
— Мне было четырнадцать, когда я впервые убила человека, — начала я. — В тот день я забыла дома телефон и не смогла вызвать даже такси. Идя час по трассе, за мной увязался мужчина. Мне стало страшно. Я начала идти быстрее, и он тоже. Нагнав меня, он начал ко мне приставать. У меня была единственная попытка подобрать острый камень, валявшийся возле дороги, и ударить его по голове. Проверив его пульс, которого не оказалось, я убежала.
Я хотела видеть, как изменится его взгляд.
— Я не узнала, кто он, есть ли у него семья. Мне было всё равно. Он был маньяком. Он заслуживал смерти. Через несколько лет стало известно, что тот мужчина был насильником. Когда я узнала, что беременна в свои двадцать пять лет, без денег в кармане, я поняла, что достаточно заработать на нас двоих я не смогу. Компания, оставшаяся мне в наследство, была банкротом. Тогда в моей жизни появилась Джонс. Вместе мы выработали план, по которому обманом сделали меня известной анонимной убийцей. Начали сыпаться заказы. На эти деньги я подняла компанию родителей с колен и обеспечила будущее Эбигейл на несколько десятилетий вперёд. Отвечая на твой вероятный вопрос, я не жалею ни о чём, моя совесть молчит, а мысли чисты.
Джош ещё долго смотрел в мои глаза пустым взглядом.
Все мои ожидания рассеялись в пух и прах, когда он взял мою голову своими руками и, приблизив ближе, поцеловал в лоб, потом в нос, щёки и в губы.
— Спасибо, — прошептал он.
— За что? — ошарашенно спросила я.
— За то, что ты рассказала мне всё, не пытаясь скрыть своё прошлое. Тебе не нужно. Я не уйду. Теперь даже под дулом пистолета.
— Больше никогда, — поклялась я ему. — Ещё одно.
— Что?
— Я больше никогда не направлю пистолет в твою сторону, — пообещала я.
Моё тело наэлектризовалось, когда я увидела на столике рядом, как на дисплее моего телефона высветился номер, который никогда не звонил мне ранее, но был до боли мне знакомым. Мои руки схватили сотовый. Я поднесла его к уху, ответив на звонок. Раздался до боли знакомый голос.
— Твоя дочь или любовник, Кара?