Опасные улицы

Маргарита возвращалась к девочкам воодушевленной. Отец поможет и это главное. Совершенно не важно какими способами она этого добилась. Прежде всего нужно заставить Валеру два дня ничего не делать и никуда не рыпаться, иначе вся ложь и помощь отца пойдет коту под хвост. Она уже заходила в подъезд, когда достала телефон, оставленный им и зашла в контакты. Там был он один, названный буквой В.

Дрожащей рукой маргарита жмет кнопку вызова, и тот сразу берет трубку. Молчание.

- Два дня, - кратко говорит блондинка, поднимаясь к квартире Регины. – Два дня залягте на дно, отец поможет.

Еще пару секунд молчания, и звонок сбрасывается. Была надежда что он послушает, сделает так как сказала она. Но зная то, как мужчина терпеть не мог ее отца и каким своевольным он был, все могло пойти совершенно не по плану. Да какой-там, даже плана толком не было. Рита терялась в том, что совершенно не знала, что будет делать ее отец и какие действия будет делать Валера. Но теперь была поддержка отца, а значит все в разы будет легче.

Зайдя в квартиру, Маргарита увидела взволнованные лица Регины, Наташи и Айгуль. Все ждали от нее хоть каких-то вестей, и Рита с радостью была готова их рассказать девушкам. Выложив все кратко, она заметила облегчение на лице Регины, и улыбку на лице Айгуль. Хотя Вова и Марат совершенно не были виноваты в этом и на них не распространялся розыск, хотя кто знает, что Артем нарыл на них.

Пока Регина придумывала как им отметить небольшую победу, Рита заняла свое излюбленное место на кухне закуривая крепкий табак. Она делала большие затяжки уже по привычке, выпуская плотный дым. В ее голове все еще не укладывалось как Артем мог так поступить. Что стало конечно точкой, после которой мужчина проявил свою истинную сущность? Или, например, что стало катализатором его поведения? Неужели появление Валеры в ее жизни? Но он ведь совершенно не знал ее до этого, да и вряд ли бы отец стал рассказывать о каком-то мелком группировщике в ее жизни, или даже о ее прошлом.

Почему Артем поступил именно так? Зачем именно она была ему нужна?

Слишком много вопросов, от которых начинала гудеть голова. Все еще не веря что Артем мог так натурально играть, блондинка все чаще задумывалась о том что он может и испытывал к ней какие-то чувства, но еще больше он был эмоционально нестабильным, что могло бы привести к непредвиденным последствиям.

Регина зашла на кухню и застала подругу опять курящей, пока пепел валялся на столе, потому что она мимо скидывала его. Рита всегда, когда волновалась или задумывалась курила аж до фильтра, и приходила в себя, когда чувствовала мерзкий вкус на кончике языка и брезгливо выкидывала окурок. Но сегодня был какой-то исключительный день, ведь она даже не докурила и просто сидела, и думала, пока сигарета тлела. Регина, вздохнув взяла тряпку с раковины и убрала пепел, словно выводя подругу из размышлений.

- Ты когда ела? – недовольство слышится в голосе Регины, пока она стряхивала тряпку в раковину, а позже споласкивала тряпку. Рита улыбнулась тому, как шатенка переживала за нее, словно мамочка.

- У отца ела, - кратко отвечает Рита, но Регина машет головой словно чувствуя ложь от подруги.

- Мне то не ври, - бурчит Регина, кладя тряпку на батарею. – Быстро есть! Я недавно картошку жарила.

Рита кивает, но продолжает сидеть, витая в своих мыслях, и Регине приходится наложить теплую картошку и поставить перед подругой с характерным звуком, чтобы вытащить ее из раздумий.

- Как думаешь у нас с Валерой получится? – внезапно спрашивает Маргарита, смотря пронзительным взглядом на подругу. Регина тяжело вздыхает, садясь напротив подруги.

- Вы оба вечно впадаете в дерьмо и как-то умудряетесь выкручиваться, - констатирует словно факт подруга, подпирая руку щекой и зорко следя за тем, чтобы Рита ела. – Не пойму кто у вас ангел хранитель, но с вашим везением на вас даже царапины не останется, я уверена.

- Это так странно, - признается Маргарита, ловя вопросительный взгляд подруги. – Странно что я ведь совершенно случайно с ним познакомилась, и как я ненавидела его ты бы знала! А сейчас готова от пули его защитить, да вообще от всего.

- Наверное его ангел хранитель именно ты, - шутит Регина, но Рите не особо смешно.

- Я была уверена, что после нашей последней встрече в тюрьме мы больше не встретимся, а о любви я даже говорить не буду, - серьезно говорила Рита, насаживая картошку на вилку. – А теперь не могу понять как я эти года жила без него? Или это я не нормальная, или жизнь опять меня испытывает?

- Рит, - выдохнув начала Регина, складывая руки перед собой. – Ты заслужила счастья, любви как никто другой. Тебе всегда попадались дерьмовые мужики, и Валера делал дерьма не меньше, но он умеет признавать ошибки, всегда умел. Поэтому если ты счастлива с этим, я поддержку твой выбор, но лишь до момента пока он не сделает чего-то ужасного.

- Я...спасибо. Мне правда важно это слышать, такое ощущение что я Валеру всю жизнь искала, понимаешь?

- Понимаю, - кивнула Регина. – Я также, когда встретила Вахита. До него словно было не так, будто я была пустой, а с ним я настолько счастлива, что я с улыбкой каждый ден просыпаюсь. Считаю, что наша поездка в Казань не была напрасной, а скорее судьбоносной.

- Надеюсь судьба будет благоволить нам в этом деле, - прошептала Рита.

- Я даже не знаю кому молиться, но надеюсь, что да.

***

Два дня. Два дня как на пороховой бочке. Ни звонка, ни смс от отца или Валеры, от чего Маргарите казалось она начала сходить с ума. Она проверяла каждые пару минут стационарный телефон, или кнопочный который ей дал Валера. Регина пыталась справиться с тревогой готовкой, Наташа уборкой, блондинка уже чуть ли не начала ремонт в этой квартире, потихоньку ковыряя старые обои на стенах. Айгуль же в отличии от всех справлялась лишь творчеством, выплескивая все свои эмоции на альбомный лист. Регина ходила в магазин и тогда Айгуль попросила купить просто карандаш и тоненький альбом, в котором почти закончились страницы. Все же творческое нутро рвалось даже в таких обстоятельствах.

Утро третьего дня выдалось еще более ужасным чем предыдущие два дня. Рите было настолько плохо эмоционально, что это выливалось и физически. Она не могла есть, курила чуть ли не по пачке в день, и сделала небольшую дырку в старом деревянном столике на кухне. Она так часто там сидела и курила, параллельно скребя ногтем в одном и том же месте, что за почти три дня там была небольшая выемка.

Черт.

Маргарита уже была готова сожрать себя полностью, и уже не надеялась на проявление или новостей от Валеры. Отец тоже молчал, от чего Рита просто сходила с ума. Это касалось ее напрямую, может поэтому она чуть ли не зависела от новостей об этой ситуации.

В час дня раздался звонок на стационарный телефон, и Рита буквально пулей подбежала, снимая трубку, в надежде услышать голос отца.

- Здравствуй, Лиса, - ехидный голос Артема послышался в трубке, и сердце Маргариты пропустило удар. Девочки напряглись в ожидании, пока блондинка оперлась на стену, чтобы не потерять сознание.

- Это не должно звучать от тебя, - она не узнала свой голос. Некогда звонкий и веселый, он превратился в надломленный с хрипотцой. Отчаяние витало в воздухе вперемешку со страхом, от чего воздух казался спертым.

- Прости, но твой паренек скоро сядет надолго, и я думаю, что в колонии проживет недолго, - Артем явно веселился. Мужчина с извращенным наслаждением говорил о смерти того, кто был ей небезразличен.

- Что ты хочешь?

- Встречи, - кратко ответил Артем, и послышался сразу деловой тон. – Я хочу встречи с тобой, чтобы мы все решили и возможно получилось бы сделать это мирно. Я знаю как ты эмоциональная, не очень хочется лишней крови.

Рита застыла будто статуя. Время словно перестало течь и остановилось, давая ей выбор, или иллюзию выбора.

- Где? – она спрашивала все коротко, не желая даже говорить с ним дольше положенного времени.

- Можем дома у моих родителей или...

- На нейтральной территории, - прервала его Рита. Она чувствовала подвох, и зная Артема, или ей казалось, что она его знала, мужчина просто так не выбрал бы место. Может это была засада? Он же не был глупым и явно догадывался что она связывалась или с Валерой, или с отцом. Может обратить это себе в пользу? На раздумья потребовались секунды, и Рита даже не думала, что может загнать себя же в свою ловушку. – Давай, где не будет лишних ушей. Может у...

- Помнишь, где мы давно катались на лошадях? Там было наше первое свидание, - неожиданно предложил Артем и Рита задумалась.

- Там где начало, там и конец, - констатирует факт Рита. Она прекрасно помнила это место потому как это было одно из необычных свиданий.

- Я буду ждать тебя там сегодня в пять и приезжай одна, -кратко говорит Артем и сбрасывает трубку, словно зная, что та согласится. Рита дрожащей рукой набирает номер отца, и тот берет трубку незамедлительно. Пересказав ему все то, что говорил Артем она ожидала вердикта отца.

- Если ты ждешь моих указаний, то я тебе уже говорил, соглашайся на любую встречу с ним, - голос отца был уставшим, и Рите даже стало его жаль.

- Он сказал приезжать одной, - подметила девушка. – И как ты собираешься все это остановить? Вдруг он меня убьет?

- Все с тобой будет нормально, - уверенность слышалась в голосе мужчины, и Рите стало чуточку легче. – Езжай, все будет в норме.

- А с тобой?

- А я уже свое отслужил.

- О чем ты? – непонимающе спросила Рита.

- Мое заявление на увольнение уже готово к отправке, ибо если меня уволят за это я лишусь всех привилегий. Поэтому я подготовился быстрее.

- Но...

- Езжай Рита, все будет хорошо, ты никогда не была одна, - голос отца вселял уверенности, и девушка сдавалась.

Может ее ангелом был все же отец?

***

Девочки еле отпустили ее, порываясь поехать с ней, но Рита наотрез отказалась. Подвергать опасности ни в чем неповинных девушек было глупо, тем более у двоих из них были дети, в которых сама Рита души не чаяла. У нее было плохое предчувствие на счет этой встречи и тяжелое сердце. Будто она ехала на казнь, а не на решение проблемы. Прежнего огня в глазах и сердце не было, и она ехала абсолютно пустой и до безумия уставшей.

Ей было за что бороться, но вот сил на борьбу не было. У нее в принципе сейчас было ощущение что она затухает, как некогда яркое пламя. Все имело свойство заканчиваться, как и она сама. Хотелось, чтобы это все решилось без каких-либо увечий, драм и опасности для жизни.

Когда она приезжала в Казань в восемьдесят девятом, все твердили что это самые опасные улицы, но сейчас родная Москва подкидывала проблем и людей, куда опаснее Казанских улиц.

Она подъезжает к конюшне, где по ее воспоминаниям они с Артемом были впервые. Тогда он и вправду заморочился, подготовил такое прекрасное свидание, о котором она вспоминала с теплотой в груди. Сейчас же все омрачалось. Артем оказался не тем, кем был, конюшня стала тем местом, где все и закончится, поэтому ей было даже жаль омрачать такими вещами это место.

Выйдя из такси, она на негнущихся ногах пошла ближе к конюшне, рассматривая специально огороженное место для катания. Лошадей не было, а ветер приятно обдувал ее горячее лицо. Ладошки вспотели от предстоящей встречи, а тело била мелкая дрожь. Рита чувствовала неизбежность этой встречи, неизбежность того, что должно свершиться. Сегодня либо закончится все, либо закончится она, другого выхода не было.

Погода словно чувствовала нарастающее напряжение, потому что приятный ветер, обдувавший щеку, солнце, которое сейчас пряталось за надвигавшимися тучами. В воздухе был запах дождя, и Рита глубоко вдохнула, заходя через ограждение. На горизонте не было Артема, как и вообще каких-либо признаков жизни. Обычно на этой конюшне всегда был кто-то, но сейчас была пустота, гнетущая и давящая на нее.

Рита с интересом и опаской осматривала первое помещение, где было снаряжение для лошадей и производилась оплата, но место пустовало. Значит Артем либо в конюшне, либо он еще не приехал.

Хотелось уже все быстрее решить, и упасть в объятия Валеры. В ее голове она уже собрала вещи, и они уехали куда-то далеко, с надеждой на лучшее будущее. Москва оставляла кровоточащие раны на ее душе, как и Казань, от которой остались не самые приятные воспоминания. Хотелось уехать максимально далеко и именно вдвоем, чтобы душевные и физические раны затянулись, чтобы она смогла вернуться в Москву без ужасных воспоминаний и мыслей об этом городе.

Маргарита знала, что если бы Валера сейчас знал где она и чем занимается, то несомненно бы разозлился и прочитал бы ей нотацию, что она опять лезет в пекло без какого-либо предупреждения. Но в этот раз Рита достала свой козырь в лице отца. Она не была одна, и это вселяло в нее уверенность. В голове она представила как мужчина стоит со сложенными руками на груди, как хмурит брови, а нефритовые глаза темнеют от злости. Она усмехнулась, понимая то, насколько знала его, что аж было больно от такого внутри. Знать кого-то так как Рита Валеру было чем-то удивительным.

Артем стоял в конюшне и гладил единственного коня. Того, на котором она каталась на их свидание. Воздух выбило из легких, и девушка застыла у входа. Мельком оценив обстановку, она поняла, что они лишь вдвоем, и выдохнула, хотя он представлял опасность и один.

- Привет Марго, - его голос был мягким, а от звучания своего имени по-другому девушка вздрогнула. Чаще всего ее называл так именно Котик. – Ты пришла.

Рита мялась. Только сейчас поняла, что у нее не было с собой никакого оружия. Вед блондинка надеялась на благоразумие бывшего жениха, и что все закончится без насилия.

- Я пришла все закончить, - голос был твердым и решительным. – Давай сделаем это без лишних увечий.

- Что ты можешь предложить мне взамен на свободу Туркина? – мягкий голос резал по ушам, пока Артем был максимально спокоен, гладя морду животного. Она молчала, обдумывая что может предложить.

- Место в прокуратуре? Достаточно высокой должности, - наобум говорит девушка. – Что ты хочешь? Вряд ли ты не знаешь этого.

- Место в прокуратуре я, итак, получу, - усмехается мужчина. Лошадь громко чавкает морковкой, и этот звук успокаивает девушку. – Ты знаешь, чего я хочу.

- Нет, - наотрез отказывается девушка. – Я не останусь с тобой.

- А жаль, у нас бы получилась прекрасная пара и думаю не менее прекрасные дети, - улыбается Артем, так словно не он уничтожал ее морально и физически. Как он мог говорить о таком, а сам причинять боль ей? – С такими родственниками, наши дети бы и вправду имели бы власть.

- Я не хочу Артем, - твердит Рита. – Ты причинил достаточно боли мне, и я уверена ты будешь счастлив с другой. Оставь меня и Валеру в покое, мы уедем из Москвы сразу как ты все это отзовешь. Пожалуйста.

Артем оставляет лошадь и движется к Рите, от чего ей хочется сделать шаг назад, но она словно приросла к земле и не может этого сделать. Воздух накалился до предела, и послышался гром. Подойдя ближе, яркие глаза мужчины впивались в ее лицо, а рука нежно коснулась подбородка. Рита хотела отвернуться, но он сжал его достаточно сильно, чтобы она поморщилась.

- Почему он? Бандит, который грабит женщин, детей, убивает людей, провозит незаконно наркотики и оружие, а ты все равно выбираешь его? – в его голосе сквозил искренний интерес, как будто он пытался и вправду ее понять.

- Я не знаю, - признается Рита. – Я...он был со мной в достаточно темные моменты жизни, когда нужна была его поддержка. Каждый из нас защищал друг друга как он мог. С ним я поняла, что такое любовь, и, наверное, все это время любила лишь его.

- Влюбленные люди – дураки, не мне тебе это говорить, - с нежностью говорил мужчина, а Рита глаза жмурится, и вся жмется, боясь удара. – Может поэтому я все еще даю тебе чертов выбор, вместо того чтобы молча увезти.

- Это похищение Артем...

- Как думаешь, насколько мне плевать на это? – на его лице не было сочувствия, и Рите стало тошно. Ком в горле стал таким ощутимым, что она лишь молчала. – Я тоже человек, и тоже хочу быть счастлив. Именно с тобой.

- Я не та...не так кто нужна тебе, - выдавливает Рита. – Просто отпусти меня, и все будут счастливы. Я не хочу быть с тобой, не могу. Ты же не заставишь меня насильно?

- Сколько заявлений в милиции от жен, что их бьют, и они также потом их забирают? Везде присутствует насилие, и без него ты будешь не собой. Ты сама привыкла к нему, к моральному, физическому, так почему не со мной? – он говорил это так просто, что Рита аж задыхалась. Раскаты грома были все чаще, а напряжение в теле сильнее.

- Поэтому я с Валерой, - неожиданно выпаливает девушка, ненавистно смотря в светлые глаза. – Он дает выбор мне, и не оспаривает его. Он готов защитить меня от всего гребанного мира, даже ценой собственной жизни. Пока ты размышляешь о насилии надо мной, он защищает от таких как ты.

Это казалось вывело Артема из себя. Вся наигранная нежность спала, и он брезгливо убрал пальцы от ее подбородка.

- У тебя два выбора, - кратко сказал он. – Либо ты со мной и твой Валера свободен, либо он садится в тюрьму, а я по итогу все равно свое забираю.

От его самоуверенности Рите хотелось блевать. Слишком многое на себя брал этот мужчина, чтобы такое говорить.

- Что из моих слов сидеть и не высовываться тебе было не понятно, Лиса? – родной голос коснулся ушей, и обернувшись Рита увидела Валеру, стоявшего у входа.

- Я блядь говорил приходить одной! – рявкает Артем, и его рука метнулась к задней части брюк, где находилось оружие.

- Пасть закрой, уебок! – затыкает Валера, и движется к ней.

Рита будто вновь может дышать, и сама неосознанно бежит к нему, падая в крепкие объятия. Валера был напряжен и это чувствовалось от него. Он хмурил брови, наставляя оружие на Артема.

- Ты один? – шепет Рита, и получает отрицательный кивок. От этого удавка спадает с шеи. Господи, он не один.

- Нахуй ты привела его? – рявкает Артем. – Я хотел все сделать по-человечески. Давал тебе гребанный выбор, но ты как уличная собака, которая была верна хозяину, а позже кусает его.

- Ты себя блядь реально мнишь хозяином, а ее собакой? – тон Валеры был яростным, а взгляд пылающим. Рита неосознанно жалась к нему, а его крепкая рука обхватывала ее за талию.

- Это была метафора, тупица, - шипит Артем. – В любом случае вы не выйдете отсюда вдвоем.

- Да что ты говоришь, - фыркает мужчина. Рите было спокойнее даже в это обстановке, когда его рука прижимала к себе, а он словно скала защищал ее.

Внезапно послышались удары о крышу здания. Дождь влил так сильно, что Рита вздрогнула от этого звука. Все сопровождалось раскатами грома, и где-то виднелась изредка молния. Воздух стал еще более тягучим, а напряжение было на грани пика. Кто-то выстрелит, вот только вопрос кто?

- Я люблю тебя, - раздается на ухо Валере, и он теряется буквально на секунду.

Но этого хватает, чтобы оглушительный выстрел раздался, а позже Рита теряется на пару секунд, а пуля попадает в грудь Валеры. Дальше все словно в тумане, послышались непонятные крики, шаги, наставленное оружие друг на друга и выстрелы. Появились люди Артема, которые скорее всего были в засаде, но и в этот момент как по велению судьбы, появился отец девушки, с большим отрядом специального назначения. В силу своих полномочий он мог использовать их, либо подкупил кого-то, не имело значение.

Он пришел. От этого Рита выдохнула и улыбнулась ему. Отец непонимающе смотрел на нее, пока она удерживала Валеру, чтобы не потерять сознание.

- Плутаков Артем Сергеевич, вы арестованы, - голос отца набатом звучит в ее голове, и она выдыхает. Он обещал, и он исполнил свое обещание. – По 303, 116, 30 статье УК РФ. Вяжите его парни.

- Какая статья? Ты че шьешь мне?! – рявкает Артем. Никто не двигался, а обстановка была на грани. – За дочку свою шалаву вступаешься, которая еще и с бандитом крутит? Вот он настоящий прокурор!

Артем словно издевался, либо выигрывал время.

- Я посмотрю, как ты заговоришь на допросе, - холодно говорит Андрей Викторович. – И отец твоей тебе не поможет, будете рядом на допросе сидеть. За взятки статья тоже неплохая у нас.

- Ты сука...

Артем не успел договорить, как люди отца все же заковали его в наручники и уводили.

В это время Валера стоял на улице с Ритой, пока капли дождя стекали по лицу.

- Не смей блядь прощаться со мной, Лиса, - как в бреду шепчет Валера, держа ее крепко за талию, а второй убирает прилипшие волосы.

- Я не прощаюсь, - она была на грани сознания, пока тело горело. – Терпи, вытащат пулю, и все хорошо будет.

Рита уже откровенно плакал, пока на белой рубашке Валеры проступило красное пятно. Черт возьми. Отец вышел напряженный, и при виде этой картины, лишь обхватил торс Валеры, и они вдвоем понесли его к машине. Валера хотел поблагодарить, но слова так и не вылетели изо рта. Он потерял сознание, от чего Рите тяжелее стало вдвойне, когда тело обмякло.

- Тише-тише Валер, чуть-чуть осталось, - она была явно в бреду. Отец молчал, когда укладывал Валеру на заднее сиденье. – Пап пожалуйста, спаси его!

Андрей Викторович был напряжен, когда вжимал педаль газа в пол, а Рита рядом сидела и всхлипывала, пытаясь унять дрожь в теле. Сердце болело за мужчину, лежащего на заднем сиденье.

- Не реви, ребенку вред не причиняй, - серьезно сказал отец, пытаясь разглядеть что-то через лобовое стекло. Дождь лил стеной из-за чего видимость была плохой.

Блондинка лишь кивает, не в силах признаться, что по итогу она обманула его.

- Не посадят твоего Валеру, — это заставляет Риту сильнее заплакать, но уже от облегчения. Все те эмоции, которые она прятала эти дни, обрушивались лавиной, от чего ей было тяжело даже дышать, ибо она задыхалась от слез и эмоций. – Все в порядке будет. Теперь веришь?

Кивок. И все словно на своих местах.

***

(Читать под песню Триада – Она не узнает)

В больнице пахло бинтами и смертью, еще чем-то стерильным. Рита уже пару дней приходила к Валере, пока все остальные проводили время со своими любимыми людьми. Мужчины уже были у него, а сейчас решили дождаться полного выздоровления, и тогда уже покинуть Москву. Зайдя в палату, блондинка увидела стоящего у окна Валеру, и не сдержавшись налетела на него с объятиями.

За все эти дни она проревела, наверное, миллион часов, при этом находясь дома у родителей, и отец вместе с мамой давали ей всю поддержку какую только могли. Но Рите было плохо без него.

- Привет Лиса, - улыбается мужчина, пока зеленые глаза светятся счастьем. Они смогли. У них все получилось. – Расскажи, как так твой отец согласился помочь?

- Я наврала ему, - с красными щеками от стыда говорит Рита. Валера нежно обхватывает ее лицо большими руками, и смотрит в пронзительные голубые глаза. – Сказала, что беременна, но это не так.

— Значит в ближайшее время нам нужно заняться произведением наследников, а то негоже твоего отца обманывать, - ухмыляется мужчина. – Я люблю тебя.

Этот момент стоил всего. Всех слез, нервов, всего что она прошла в своей жизни, чтобы сейчас стоять перед ним и он говорил ей эти слова. Чтобы касался своими потрескавшимися губами ее. Чтобы сердце было на грани вылета к нему. Вот так она любила. Отдавая себя без остатка, всю себя, и теперь вся нежность и любовь принадлежала лишь ему.

- Мы смогли, - не сдержав слез прошептала Рита. – Неужели правда получилось?

- Правда Лиса, - Валера сцеловывает слезы с щек, гладя ее скулу большим пальцем. – Мы смогли.

- Обещай, что мы навсегда, — это было так по-детски, так наивно. Но почему-то Рите хотелось это слышать. – Пожалуйста.

Валера и не мог представить в прошлом что знакомство с ней принесет столько эмоций в его жизнь. Что только она может уничтожить и возродить его, одним словом, взглядом. Что его сердце, душа, тело, все будет лишь ее.

- Навсегда, - соглашается Валера.

***

Стоять тут было физически больно. Все казалось сном, бредом, ведь этого не могло произойти. Начало апреля было до жути холодным. Дождь был казалось стеной, неприятно касаясь кудрявой головы, а мороз проникал под кожу. Валера подкурил окоченевшими пальцами, ожидая друзей и близких. Взгляд зацепился за золотое кольцо на безымянном пальце, и ком встал в горле. Блядь. Это все не могло произойти.

Наташа, Вова, Марат, Айгуль, Регина и Вахит стояли рядом, словно поддерживая его. Впереди стояли Андрей Викторович и Людмила Алексеевна. Плачь женщины был тихим, но в голове стучал набатом. Муж обнимал ее за плечи, пока они стояли около церкви.

Белый гроб с бледной девушкой лежал прямо перед ними, пока священник читал какие-то молитвы. Валера не верил. Не хотел и не мог принять эту ситуация. Что любимая женщина, улыбка которой освещала ему гребанный жизненный путь, сейчас лежала мертвенно бледной. Больше не улыбки, ни пылающего взгляда, не горячего шепота, который был лишь для него. Ничего этого не было. Была лишь пустота и ее закрытые глаза.

Она лежала словно ангел. В белой ажурной кофте, а волосы были разбросаны по белой подушке. Рита словно спала, только теперь навсегда.

Валера пытался держаться. Ради дочери, ради себя, но блядь он не мог. Он сдал позиции, как только увидел ее сейчас, такую холодную, лежащую перед ним. Слезы стояли в глазах, пока он поджимал губы, чтобы не показать слабость перед другими.

Все выглядели плохо. Особенно Марат и Регина, которые были ближе всего к ней. Парень не скрывал слез, и Айгуль крепко держала его за руку, пока Регина не сдерживала рыданий. Это видеть было невыносимо.

Отец держался стойко, пока Регина цеплялась пальцами за гроб, а Вахит пытался ее убрать, но силы в девушки казалось было слишком много.

- Встань Высоцкая! – крик Регины звучал где-то в черепной коробке. – Ты не могла так уйти! Ты обещала научить всему Амину. На кого ты оставила тут Дарину? Зачем подвергала себя опасности, зная, что можешь умереть!

Валеру тошнило. Он был словно не здесь, где-то в пространстве, когда они несли гроб к выкопанной могиле. Дождь размягчил землю, делая месиво под ногами, а холод заставлял стучать зубы. Нести гроб любимой женщины физически было легко, но морально словно самого Валеру засунули под могильную плиту и оставили там. Несли гроб четверо. Марат, Вова, Андрей Викторович и Валера.

Он не мог представить какого мужчине хоронить свою дочь. Они все потеряли кого-то большего. Дочь, сестру, подругу, супругу.

Валера потерял свою жизнь, когда видел, как гроб начали опускать. Плачь женщин, поджатые губы и слезы в глазах у мужчин. Не выдержали даже самые стойкие.

Валере хотелось остаться тут на всю жизнь. Рядом с ней. Плевать было на все, пока она лежала в гребанной земле, а он ходил живой. Сам процесс прошел быстро, лишь дождь делал грязь тяжелее, и она громким стуком падала на белый гроб, пачкая его.

Валера смотрел на красивую девушку на памятнике. Она была прекрасна. Улыбалась, а в глазах была жизнь. Снизу было выгравировано:

«Лучшая дочь, жена, подруга и сестра. Ты навсегда будешь с нами»

Валера поднял голову за весь этот чертов день лишь один раз. Сейчас. Когда в апреле пошел неожиданно снег, падая на черный памятник и оставаясь там на пару секунд.

- Навсегда, - хриплый голос прозвучал впервые за весь день, когда он коснулся мокрой земли, кладя на нее букет свежих лилий. – Я дам лучшее дочери, что только могу, но никогда не смогу заменить тебя. Ты была единственной, ей и останешься.

- Пойдем Валер, - надломленный голос Андрея Викторовича не заставил встать его с колен, испачкавшись в грязи. Валера впервые не сдержал все же слезы, пока они обрушивались лавиной. Он не смог. Не справился. Также как и сейчас, больше не мог держаться. – Пойдем. Вряд ли бы она хотела видеть нас такими. Сама всегда была огнем, не хотела, чтобы мы угасли.

- Я не смог, - признается Валера. Это была его личная исповедь. – Не спас, не защитил.

- Она всегда слишком хорошо умела лгать, даже тут обвела нас всех вокруг пальца, зная, что никто из нас не позволил бы ей умереть ради ребенка, - голос мужчины сквозил болью, и сейчас Валера понимал его как никогда.

- Она всегда хотела быть самостоятельной, делать выборы и жить как хочет, - делился Андрей Викторович. – А я как наседка всегда пытался оберегать, защищать, и не давал их ей.

- Я...блядь не верю, - сдавался Валера. Его глаза жгло от слез, а в носу щипало. – Не могу. Мы ведь повенчались всего меньше года назад. Я...мы хотели состариться вместе, а теперь мне что делать?

- Вставай Валер, нам еще воспитывать Дарину, она не должна потерять еще и отца, - Андрей Викторович помог подняться ему, и повел подальше от каменного надгробия.

Рита смотрела счастливыми и влюбленными глазами с камня на Валеру, и ему было больно оставлять ее тут одну. Больше всего девушка боялась одиночества, и сейчас лежала в земле совершенно одна.

Валера не справился, не смог спасти ее. И их навсегда получится возможно в другой жизни.

***

От Автора.

Вот и подошла к концу история Валеры и Риты. Знали бы вы как тяжело мне дался финал, я вся обревелась. Спасибо вам что читаете, рекомендуете и ставите звездочки. Спасибо мне что я написала это. Надеюсь, эта история останется в ваших сердцах.

Ваш Автор.