Глава 1. Пятница 13-е.
Снег под её ногами хрустел так, будто ломались кости мелких зверьков. Луна висела над городком Менроуд, как слепой глаз — мёртвый и равнодушный. Кейли подтянула ворот куртки, рукавицы были влажными, а волосы прилипали к щекам. После 14-часовой смены в больнице, её тело ныло, разум плыл в полудрёме. Всё, чего она хотела — это душ, постель и тишина.
Но в этот вечер Менроуд не хотел тишины.
Общежитие казалось пустым. Дверь в их с Элизой комнату была приоткрыта. Кейли нахмурилась.
— Лиз? — её голос сорвался, дрогнув. — Ты здесь?
Тишина. Липкая, как кровь на перчатках.
Она шагнула внутрь. Гулко хлопнула дверь. Свет лампы мигнул.
И тут она увидела.
Элиза лежала на полу. Бледная, безжизненная. Её глаза... нет, их не было. Вместо них — чёрные дыры, будто кто-то вырвал душу через зрачки. Ноги вывернуты, как у куклы, забытым ребёнком. На животе, посреди обнажённой кожи, была вырезана роза. Лепестки шли от пупка вверх, будто кровь цвела.
Кейли в панике отшатнулась, вскрикнула, упала, расцарапала ладони.
— Назад! — громовой голос пронёсся, как выстрел.
Рука схватила её за плечо, рванула. Кейли столкнулась с грудью мужчины — жёсткой, пахнущей кожей и металлом. Он был высоким, в потёртой кожаной куртке, небритый. На его шее — татуировка: череп, в который вросли чёрные розы.
— Ты кто такая? — он оттолкнул её к стене.
Кейли задохнулась:
— Я... я живу здесь... Это моя соседка... Господи...
— Значит, ты нашла тело. — Он прошёл мимо неё, осматривая комнату. В его глазах — холод. Не от страха. От того, что он слишком привык видеть смерть.
— Кто ты? — прошептала Кейли, всматриваясь в его лицо.
— Джон Роуд. Полиция Менроуда.
Он склонился над телом, присмотрелся к розе на животе. Его челюсть дёрнулась.
— Как вы... — начала Кейли, но он резко повернулся.
— Убирайся. Это место — теперь улика.
— Но... — Она осеклась. Его глаза впились в неё — чёрные, как ночное небо. А потом... замерли на её губах. Дрожащих, влажных, испуганных. Он не сказал ни слова, но взгляд был тяжелым, странным. Грязным.
— Кто вам сообщил? — прошептала она. — Вы приехали слишком быстро...
Джон усмехнулся — безрадостно, зло.
— Иногда тени говорят громче сирен.
Он снова повернулся к телу. Кейли стояла, вцепившись в дверной косяк. В её животе сжался ледяной узел. Это был не просто коп. Он смотрел на смерть, как на старую знакомую. И в этом взгляде... было что-то ещё. Что-то, от чего её сердце сжалось и бешено забилось.
Она вышла на улицу, снег теперь казался ещё более жутким. Он всё ещё хрустел под ногами. Как будто кто-то был рядом. Кто-то следил.