Глава 5: "Тишина, которой не должно быть"
Дом был необычно тихим этим утром. Ни шума старого телевизора, который мать обычно включала на минимальной громкости, ни слабого кашля из её комнаты. Только тиканье часов на кухне и утренний свет, медленно растекающийся по выцветшим обоям.
Ваня проснулся от ощущения пустоты. Что-то было не так. Что-то давило на грудь и сковывало дыхание. Он встал с кровати, босиком прошёл по холодному полу и замер у двери матери.
— "Мам…?" — тихо позвал он, осторожно приоткрывая дверь.
Комната была наполнена бледным светом. Мать лежала на кровати, укрытая тонким одеялом. Её лицо было спокойным, почти умиротворённым, но что-то в этой неподвижности было неправильным.
— "Мам?.." — повторил он, подходя ближе.
Её руки были холодными. Слишком холодными.
— "Нет… нет… МАМА!" — крик Вани пронзил утреннюю тишину, отразился от стен, но никто не ответил.
Он упал на колени рядом с кроватью, вцепившись в её ладонь, как будто мог вернуть тепло одним своим прикосновением. Его дыхание сбивалось, глаза застилали слёзы, но он не мог отпустить её руку.
— "Ты обещала… Ты обещала, что мы справимся… Мам… Как же так?.."
Но ответа не было. И не будет.
---
Мия прибежала через час. Она влетела в квартиру, захлопнув за собой дверь, и застыла, увидев Ваню на полу возле кровати матери.
— "О, Господи… Ваня…"
Она медленно подошла, опустилась рядом и обняла его за плечи. Парень был неподвижен, его глаза покраснели от слёз, а губы дрожали.
— "Она… Она просто уснула и не проснулась…" — голос Вани был сломленным, едва слышным.
Мия крепче обняла его, сама с трудом сдерживая слёзы.
— "Мне жаль… Мне так жаль…"
---
Похороны были скромными. Ваня и Мия сами копили деньги на простой гроб, скромный венок и место на кладбище. Т/И не смогла присутствовать — её состояние ухудшилось, и врачи категорически запретили ей вставать с кровати.
Небо было затянуто серыми облаками, лёгкий дождь моросил, стекая по лицам присутствующих, смешиваясь со слезами. Ваня стоял, опустив голову, сжимая в руках венок из белых лилий — любимых цветов матери.
— "Прости… Прости, что я не успел… что я не смог…" — прошептал он, стоя у свежего холмика земли.
Мия молчала рядом, держа его за руку. Она знала, что никакие слова не смогут облегчить эту боль.
---
Дом без матери был другим. Холодным, пустым и безжизненным.
Ваня сидел на кухне, перед ним стояла кружка с остывшим чаем. На столе лежали счета за больницу, лекарства и коммунальные услуги. Цифры сливались перед глазами, но он знал одно — денег нет.
Т/И писала ему сообщения почти каждый час:
— "Как ты? Как мама?"
— "Почему ты не отвечаешь? Всё хорошо?"
Он не знал, как ей сказать. Как объяснить, что они потеряли самого важного человека в их жизни.
Телефон снова завибрировал, и на экране высветилось её имя. Ваня стиснул зубы, смахнул слёзы и ответил:
— "Прости, я был занят. У мамы всё хорошо, она отдыхает."
Он не мог сказать ей правду. Не сейчас. Она была слишком слаба, слишком хрупка, чтобы выдержать ещё один удар.
---
Поздним вечером Ваня и Мия сидели на крыше старого заброшенного здания. Ветер холодил их лица, а где-то вдали горели огни города.
— "Как ты собираешься платить за лечение Т/И? За квартиру? За всё это?" — тихо спросила Мия, глядя на ночное небо.
— "Я не знаю…" — ответил Ваня, уткнувшись лицом в колени. — "Но я не могу сдаться. Не сейчас. Она должна выздороветь. Она должна жить, понимаешь? Ради неё я готов на всё."
Мия кивнула. Она знала, что он не преувеличивает.
— "Мы что-нибудь придумаем. Вместе. Ты не один, Ваня."
— "Но как? Я пытался, правда. Я работал до изнеможения, я не спал, я считал каждую копейку. И всё равно — этого недостаточно."
Тишина повисла между ними. Только ветер продолжал шептать свои холодные истории.
— "Есть один вариант, Ваня. Но он опасный."
— "Что ты имеешь в виду?"
— "Есть люди… Они предлагают быстрые деньги. За работу, которая не задаёт вопросов."
Ваня посмотрел на неё с испугом.
— "Ты же понимаешь, что это может плохо кончиться?"
— "Понимаю. Но, может, это наш единственный шанс."
Ваня закрыл глаза и глубоко вздохнул.
— "Я подумаю. Но если что-то пойдёт не так — ты не вмешиваешься, ясно? Ты держишься подальше."
Мия молчала. Она знала, что не сможет бросить его, если всё пойдёт не так.
---
Этой ночью Ваня снова не спал. Он сидел у окна, глядя на тусклые огни города.
Мир продолжал жить, двигаться, дышать — несмотря на его боль, несмотря на пустоту внутри.
На прикроватной тумбочке лежала старая фотография: мать, Т/И и он. Трое счастливых людей, улыбающихся на фоне моря.
Ваня взял её в руки, провёл пальцем по лицу матери и прошептал:
— "Я не подведу, мам. Я сделаю всё, чтобы Т/И была счастлива. Обещаю."
И впервые за долгое время он позволил себе плакать. Тихо, беззвучно, так, чтобы никто не услышал.
За окном вставал новый день, принося с собой новый груз ответственности и новую боль. Но Ваня знал одно: он не имеет права сдаваться. Не теперь.