Изабель

Следующий день был последний, который Дэниел намеревался пробыть в поместье Брук. Его стараниями он не провел ни минуты наедине с Амелией. Причем маркиз так изловчился в этом деле, будто само провидение приложило к этому руку, а не старательно выверенные стратегические ходы. Через день возвращался Алистер Брук, и Амелия прикладывала все свои усилия, чтобы упросить остаться Дэниела до этого времени, под предлогом, что у её отца есть к нему одно дело. Блэкстоун прекрасно понимал, что оставшись, он подвергнется сразу двойному давлению со стороны семейства Брук, что в его планы никак не входило. Остальные же гости планировали уехать завтра днем после обеда, напоследок насладившись загородными пейзажами и свежим воздухом.

Сидя перед зеркалом, пока слуга брил его лицо, Дэниел вспоминал прошлый вечер. В особенности ту его часть, когда отыграв одну партию в карты, Джон, извинившись перед всеми, так же отправился в библиотеку, чтобы «что-нибудь почитать перед сном». Однако затем он вернулся через полчаса, как отметил Дэниел без книги, но очень счастливый. Его так и подмывало отправиться в эту злосчастную библиотеку, но Джон разрушил его планы, сообщив присутствующим, что Изабель поднялась к себе, так как была утомлена сегодняшним днем. И теперь, натягивая белоснежную рубашку, Дэниел уже сомневался, не остаться ли ему еще на один день, чтобы проследить за событиями в этом доме.

К несчастью ждать ему пришлось недолго, уже за обедом, когда все гости были в сборе, Джон поднялся со своего места и следующими словами оглушил Дэниела:

– Друзья мои, не имею сил и желания скрывать от вас следующую новость. Мы с мадмуазель Дюмо помолвлены.

Спина Изабель резко напряглась, а взгляд испуганно метнулся к Джону.

– Конечно нужно еще соблюсти все формальности. Однако не думаю, что возникнут какие-либо препятствия на пути к нашему браку, – закончив сие умопомрачительное объявление, он с нежной улыбкой взглянул на Изабель.

Маркиз же, напротив, ясно видел одно препятствие, и довольно значимое, в виде собственной персоны. Удивленное, а скорее ошарашенное выражение лица Дэниела, разделяла и Брижит. Но вовремя спохватившись, виконтесса присоединилась к поздравлениям мужа и Амелии, которая, надо признать, совершенно искренне была рада за молодую пару.

Изабель пыталась улыбаться, не осознавая где она находится и что делает. Ощущение, что она была во сне. Сон, который брал свое начало в библиотеке и длился до сих пор. Вчера вечером она была настолько поражена своим ответом, что ей даже в голову не пришло попросить Джона держать их помолвку в тайне. Тогда бы у неё еще был шанс все исправить. Но теперь поздно. Она не сможет так унизить его перед друзьями. Что подумают о ней самой, Изабель было уже было все равно.

Поднявшись со своего места, Дэниел сухо поздравил Джона, даже не взглянув на Изабель, а затем под предлогом важного письма удалился в кабинет отца Амелии. Захлопнув за собой дверь, маркиз почувствовал необходимость выпить что-нибудь покрепче черного чая. Плеснув себе выдержанного виски Алистера Брука, он выпил жидкость залпом, пытаясь смыть последние воспоминания. Как могло произойти, что единственная девушка, в которую он имел несчастье влюбиться, не ответила ему взаимностью и теперь помолвлена с его другом? Это был словно рок судьбы за все его прошлые интрижки. Если бы маркиз Лестер только знал какая на самом деле в этом таилась ирония. От переполнявшей его ревности, Дэниел в сердцах разбил стакан. Звук битого стекла оглушительно пронесся вдоль стен комнаты.

За минуту до случившегося в кабинете, Изабель поняла, что больше не может выдерживать это счастье, свалившееся ей на голову. Радостные поздравления диссонировали с её внутренним состоянием, еще немного и из её груди выплеснется вопль истерики и отчаяния. Извинившись, она выскочила из столовой, даже не потрудившись что-либо объяснить удивленным лицам друзей. На пути к лестнице её остановил звук разбивающегося стекла и последовавшее за ним приглушенное ругательство. Заглядывая за дверь, Изабель ожидала найти нерадивого слугу, однако её взгляд столкнулся с пронзительно серым. Понимая, что маркиза привлек шум открывающейся двери и у неё нет возможности незаметно скрыться, девушка произнесла:

– Прошу прощения, я не знала, что вы здесь...

– Иначе бы вы за милю обошли эту комнату? – жестко спросил Дэниел. Оказавшись один на один с виновницей своих терзаний, маркиз в его теперешнем состоянии не мог контролировать свое поведение. Пускай он унизит своё достоинство в её глазах, ему было необходимо выговориться.

– Я бы не стала вас беспокоить, – непонимающе отвечала Изабель. Он был в явно заведенном состоянии и ей хотелось поскорее покинуть его.

Заметив, как рука Изабель приподнимает юбки, чтобы развернуться и оставить его, словно он был чем-то неприятным, окончательно помутнило рассудок маркиза. В несколько шагов он пересек разделяющее их расстояние, буквально втащив девушку в кабинет, и захлопнул за ней дверь.

– Что вы себе позволяете?!

Тяжело дыша, словно он бежал марафон, Дэниел молча взирал на разгневанную Изабель, наблюдая как алеют её щеки и искрятся глаза. В этот момент девушка была до невозможного притягательна, и он не стал отказывать себе в желаемом. Крепко обхватив её за руки выше локтей, Дэниел резко потянул Изабель на себя и запечатлел грубый поцелуй, стараясь сделать его как можно больнее, чем приятнее.

Возмущенная и испуганная больше его непредсказуемым поведением нежели болью, Изабель пыталась вырваться, однако через мгновение он сам прекратил поцелуй, всё еще не выпуская её из объятий.

– Полагаю, вы были мне его должны, – холодно произнес он, держа своё лицо в миллиметре от Изабель.

Совершенно сбитая с толку, Изабель пыталась разобраться в собственных чувствах. Все эти дни и ночи она мечтала оказаться в его объятиях, почувствовать его губы, желая только, чтобы все происходило иначе чем раньше. Но теперь всё стало только хуже! Она помолвлена с другим, а Дэниел словно лишился рассудка. Девушка не находила иного объяснения его поступкам.

– Что это должно значить? – только и смогла вымолвить Изабель.

– Я поражен тем как вы, мадмуазель Дюмо, с вашей холодностью, смогли так быстро принять предложение Рассела, – он буквально выплёвывал каждое слово ей в лицо.

– Не понимаю в чем я провинилась.

Изабель неприятно поразил тот факт, что проявление чувств Дэниела было всего лишь мужским соперничеством. Он не заполучил того чего хотел, но стоило преуспеть другому, как он включился в игру. Словно она была неким призом, а не живым человеком.

– Ваше непостоянство кого угодно сведет с ума, мадмуазель Дюмо.

Её непостоянство?! От возмущения Изабель не находила слов. Только сейчас она обратила внимание на то, что от маркиза пахло спиртным, а в разбитом стакане могло быть ничто иное как алкоголь.

– Вы пьяны?

– Я пьян, но увы не виски.

– Говорить о моём непостоянстве просто верх лицемерия с вашей стороны, ваша светлость, – голос Изабель принял такие же холодные оттенки, что и у Дэниела, – Позвольте напомнить, что вы сами почти помолвлены. А посему я нахожу оскорбительным ваш интерес к моей персоне.

– Вы упрекаете в непостоянстве меня? – взбешенно прошипел маркиз, – Раз за разом получая от вас отказ, полагаете мне стоило пасть у ваших ног?

– Я полагаю, ваша светлость, что вам стоило усмирить вашу гордость.

Дэниел резко выпустил Изабель из своих объятий и отошел в сторону. Его приводило в бешенство, что он до сих пор не мог понять, что творится в её голове. Однако она не выглядела оскорбленной его вольным поведением, подразумевая конечно, что у неё были какие-то чувства к Джону.

– Вы влюблены?

Изабель удивилась столь внезапной перемене в теме разговора и интонации маркиза. Было очевидно, что он интересовался её чувствами к Джону.

– К сожалению, да, – ответила Изабель, подразумевая его самого, а не графа.

– Вы уверены?

Нахмурившись, девушка не произнесла ни слова, давая понять своим молчанием, что она думает о подобном вопросе. Поведение маркиза больше напоминало поведение сумасшедшего. Словно прочитав её мысли, Дэниел произнес:

– Вы думаете я сошел с ума? Что ж, это вполне закономерно. Я сошел с ума, когда вознамерился попытаться завоевать вас. Я сошел с ума, когда понял, что вы другая, и решил не отступать. Я сошел с ума, когда свои чувства к вам думал подавить другой женщиной. Я сошел с ума, приехав сюда, зная, что вы будете постоянно мелькать перед моими глазами. Я сошел с ума, когда полюбил вас!

Последние слова были произнесены с таким уничижением, что до Изабель не сразу дошел смысл сказанного. Широко раскрыв глаза, она молча наблюдала за маркизом, пытаясь справиться с радостной дрожью, охватившей её тело.

– Ну а вы, влюблены в другого, – уже спокойнее констатировал Дэниел, словно наконец смирился со своей участью.

– Но я влюблена в вас.

Её глаза засветились теплом и искренностью, когда Изабель наконец открыла так долго скрываемые чувства. Дэниел не мог поверить услышанному, всё это время он вел себя как законченный идиот, когда счастье было так близко.

Не теряя ни минуты, он обнял Изабель и, словно стараясь загладить свою вину за прошлый поцелуй, нежно прильнул к её мягким губам. Положив руки к нему на плечи, девушка ответила, сначала робко, а затем всё смелее, отметая прочь девичью стыдливость. Её невинный пыл возбудил в Дэниеле всё естество, и он прижал Изабель к себе еще крепче. Забывшись в своей страсти, они оба не услышали стука и как вошедший стал невольным свидетелем их объятий.

– А я наивно полагал, что вы оба испытываете друг к другу холодную вежливость, – протянул из прохода Джон Рассел.

Резко отпрянув от Дэниела, словно их окатили ведром воды, Изабель попыталась сбивчиво объяснить своё поведение.

– Не стоит, – Джон жестко оборвал девушку, – Я возвращаю вам ваше слово, мадмуазель Дюмо.

Развернувшись на каблуках, он вышел из кабинета, оставив за собой горький осадок после такого сладкого поцелуя. Изабель хотела было последовать за ним, но Дэниел остановил её, взяв за руку:

– Не стоит, – повторил он за графом, – сейчас он даже не станет пытаться слушать тебя.

Изабель удрученно опустила голову, и маркиз привлек её к себе, в попытке утешить. Девушка чувствовала себя ветреной, неверной женщиной, хотя на самом деле и не любила Джона.

– Мне неясно только одно, – начал Дэниел, стараясь быть спокойным, однако Изабель уловила напряженность в его голосе, – Если ты не любила его, то почему согласилась выйти за него замуж?

Изабель знала, что рано или поздно он бы поинтересовался этим вопросом, но вне зависимости от момента, она всё равно не знала, что на это ответить. Тяжело вздохнув, она подняла голову и встретила ничего не выражающий взгляд маркиза.

– Я не собиралась соглашаться, но слова вылетели сами, и с того момента я пребывала в некой прострации.

Дэниел молча ждал продолжения. Было совершенно ясно, что такой ответ его не удовлетворит.

– Это правда. Я размышляла о Джоне как о вероятном супруге, но поняла, что это будет невозможно, ведь я люблю другого... Однако, когда он вчера сделал мне предложение, в голове словно все смешалось, и по неведомой причине я сказала да. И тем не менее я хотела с ним объяснится, сказать, что не смогу быть его женой. Но я не ожидала, что всё сложится таким образом.

Дэниел видел, что Изабель испытывает неподдельную печаль, и был склонен верить её объяснению. Прижав свои губы к её волосам, он произнес:

– Пройдет время, и он поймет.

Сам он считал такой исход маловероятным, однако ему хотелось успокоить совесть Изабель.

Через полчаса, достаточных для сбора вещей, погрузки багажа и объяснений перед хозяйкой дома, Джон Рассел отбыл в Лондон, сославшись на неотложные дела. Еще через полчаса маркиз Блэкстоун вышел из гостиной, удачно избежав столкновения с керамической статуэткой ангела, после неприятного объяснения с Амелией, которое мисс Брук поначалу ожидала с радостным предвкушением. Оставшиеся гости, наблюдая развернувшуюся у них на глазах драму, решили покинуть поместье из чувства такта. Удивительно как эта поездка разрушила чаяния одних и исполнила желания других, о которых они даже не смели мечтать.