Глава двадцать седьмая
- Представь, если бы он действительно пристрелил мне ладонь, я бы с такой дыркой ходил. - похвастался Джером.
- Это ведь страшно. Нечего тут довольствоваться. - я слегка пихнула его плечом, пока мы шли к машине, - Дурак. Тебе ведь чуть ногу за одно не продырявили.
- Было бы не так круто.
За эти два часа в заложниках столько энергии вышло, вообще не могу уже нормально стоять на ногах. Ещё и голова болит от удара. Мы подошли к машине, на которой привезли меня, чтобы забрать мой мобильник. И как раз Дилан вышел из дома. Один.
- Ты её...
- Я её усыпил, - непринуждённо, - пусть отоспится здесь, в полном одиночестве. Вам бы тоже поспать в машине, отсюда час ехать.
- Я полон сил и энергии, - сразу вскрикнул Джером, потягивая руки, - как будто выпил энергетический напиток.
- Завидую.
Как и ожидалось. Он оставил её в живых.
Мне дали лекарство от головной боли. В машине я моментально отрубилась на коленях Джерома, пока он проводил своими пальцами за ухом. А по приезду домой я сразу же накормила Дейзи. Однако мы с Джеромом перепачкались в крови, поэтому пришлось переодеться, и снова наряжать его в одежду своего брата. Дилан взял на себя ответственность за стирку окровавленной одежды, пока мы выгуливали Дейзи, а когда вернулись, тот уже ушёл. Я всё не могу дождаться разговора с ним. Он сказал, что объяснит всё завтра и обо всём расскажет в его убежище. А ещё мне стало интересно, скрывает ли Джером от меня что-то. Поэтому, пока мы сидели на кухне и нас разделял лишь стол, я начала:
- Почему Каэтана так одержима тобой?
- По чём мне знать? - жуя крекер промычал он, - Ну, про наши с тобой отношения ей известно, одержима местью, вот и использует меня как твоё слабое место.
- А звучит логично.
- Ты мне доверяешь? - неожиданно.
- Конечно, но сам знаешь, я слишком много думаю. Ты сегодня был таким спокойным, словно тебе нравилось происходящее. А я же... Думала, что это конец, поэтому пронеслась мысль о... Думала закончить это всё самой, своими руками... Это же из-за меня всё произошло. Я так испугалась...
Он встал и навис над столом, уперевшись на локти, и приблизился ко мне. Он посмотрел мне в глаза с серьёзным видом, как будто пытался что-то разглядеть. На вдохе он хотел что-то произнести, но не стал. Он проглотил свои слова и вернулся на стул.
- О чём ты думаешь? - спросила я.
- О том, как хочу связать тебя.
- Чего?
- Шучу.
Он встал и снял с себя свитер Ноа, что я ему дала, переоделся в свою уже высохшую одежду. Я его проводила до лифта и осталась наедине с собой. Что значили эти слова? Он ведь о чём-то другом задумался в тот момент, когда приблизился ко мне. Обычно всегда говорит, что на ум взбредёт, а тут не смог. И ушёл он каким-то задумчивым, просто сказал, что свяжется со мной. Что-то с ним не так? Это после моего откровения о том, что я хотела с собой сделать? На душе теперь не спокойно.
Весь вечер я провела лёжа в своей комнате вместе с Дейзи. Я просто читала один хороший детектив, который нашла недавно у своего брата в комнате. Но в какие-то моменты мне казалось, что в доме кто-то есть. Я прислушивалась к тишине и выходила из комнаты, каждый раз я убеждала себя, что здесь никого нет, и это просто у меня в голове. "Здесь никого нет, здесь никого нет" повторяла я себе, пока стояла уже в зале с включённым светом. Дейзи наблюдала за мной, и на самом деле, она бы дала мне знать, если бы здесь действительно был кто-то. Это чувство началось ещё в декабре, после случая с тем белобрысым парнем в маске из особенной организации. Но, я и представить не могла, как сильно это повлияет на меня и вызовет паранойю. В конце концов я себя загнала в угол и у меня начался тремор рук, после чего паническая атака... Я почувствовала лёгкий ветерок из окна и зажала ладонью грудь, мне просто надо дышать. Глаза наполнились слезами, а мои лёгкие словно не хотят, чтобы я пускала в них кислород. Во мне столько эмоций накопилось, что они просятся наружу. Я встала и поковыляла в ванную. Открыла полку в зеркале и увидела там отцовский набор лезвий для бритвы. Рука сама потянулась и схватила одну блестящую острую сталь. Слёзы скатились и попадали прямо вниз, следом и я упала прямо на пол и спустила штаны до колен. Понятия не имею, что я прямо сейчас делаю...
Кажется, всё очень плохо...
- Вау. Ты здесь живёшь?
Сегодня Дилан, как и обещал, привёл меня в свою квартиру после уроков. Она находится на самом последнем этаже дома, в пятнадцати минутах езды от моего. Здесь высокий полоток, с которого свисают гирлянды из лампочек, создавая особенный уют. Само место напоминает лофт, нет раздельных комнат, только в ванную и туалет. В двух метрах от двери напольная вешалка с одеждой. Стены в основном голые, светло серого оттенка, только над кроватью весит картина Густава Климта "Смерть и Жизнь". Большой серый ковёр посреди. Справа от окна расположен большой обеденный стол, словно здесь собирается целая семья. И кухня, будто бы ни разу не использованная. А ещё есть диван с журнальным столиком, под которым сложено небольшое количество книг. Как раз на этот столик он и выложил пистолет из кармана.
- Это моё третье убежище. О нём никто не знает.
- Третье?
- Да. Всего три убежища, раскиданных по всему Готэму, и обычная квартира не далеко от твоего дома, которую предоставляет мне дядя, а точнее, его друг.
Я сняла пальто, повесив его на свободную вешалку, разулась, и сразу подошла к кровати, чтобы разглядеть картину.
- Это подлинник?
- А? Да. - он отправился на кухню, а я расположилась на диване, - Я думал, Джером тоже придёт.
- Он не смог. - Не буду говорить про его вчерашнее странное поведение.
- Жаль.
Дилан мне рассказал, что после моего рождения, меня украл один человек, который торговал младенцами. Меня купила женщина, которая владела тем самым приютом в глуши, в котором она воспитывала таких же похищенных у родителей детей. Её целью было не спасение нас, а ритуал. Она поклонялась дьяволу, для которого и держала там детей. Суть ритуала в том, что все эти дети должны были продать душу дьяволу, а ей по итогу досталась бы вечная жизнь в богатстве и славе. Мой отец убил три года на мои поиски, и нанял мистера Фентона, который нашёл меня за пару месяцев, и его люди убили всех. Отец на самом деле заплатил ему, насчёт чего Каэтана и ошиблась, а затем её отец исчез. Нашли его спустя полгода, причина смерти — три выстрела в голову, после чего его голову отделили от тела и засунули в пакет. Убийцу так и не нашли, но мой отец был последним, кто его видел, поэтому он был единственным подозреваемым. Но улик против него не толком не было, и в конечном итоге признали не причастным к убийству. Но изучив это дело, повзрослевшая дочь убитого отца, посчитала, что всё это ложь. Она была уверена, что именно Остин Вайз, мой отец, является убийцей. Мистер Фентон был таким же наёмником, и на него много кто точил зуб, поэтому, очевидно, это всё дело рук такого же профессионала. Ещё Каэтану приютил друг его дяди. Он занимается недвижимостью, а также подпольной деятельностью здесь, в Готэме. Когда я спросила, знает ли Дилан, кто был тем убийцей, он сделал паузу и и отвёл взгляд в сторону окна. Сразу стало ясно, он знает. Он выглядит так круто, на самом деле. Сидит, откинувшись на спинку дивана, в своей повседневной одежде: чёрном балахоне и чёрных брюках. Его отросшие волосы прикрывают брови, и когда он наклоняет голову, чёлка также прячет глаза. Когда он о чём-то думает, сжимает свои длинные прямые пальцы в кулак и хрустит суставами. Как раз это он сейчас и сделал. Но почему такая пауза? Он не хочет говорить? Или думает, стоит ли мне об этом знать. Тогда, если он знает, почему не вразумил Каэтану?
- Дилан?
- Я знаю. Но лучше ей об этом не говорить.
- Понятно.
После нескольких секунд молчания, он добавил:
- Ей я сказал, что он уже пять лет как мёртв. Но это враньё.
- Если это только во благо ей, то пусть так и думает и отпустит эту ситуацию. Это было двенадцать лет назад. Месть — худшее, что есть в жизни, она пожирает человека изнутри и делает его слепым. - Выпалила вдруг я, даже не задумываясь.
А ещё я поняла, что скорее всего он скрывает правду, потому что это был кто-то из её знакомых или даже близких людей. Как бы там ни было, Дилан знает, что делает.
- Ты права. Я не хочу, чтобы она гналась за местью.
- А ты.. Что у вас с ней?
- Ах, - он улыбнулся, потянулся за пистолетом на столике и вытащил из него магазин, - я никогда не был влюблён в неё. Не знаю, что на уме у этой дамы. Видит во мне своего любовника.
- Но вы же были вместе?
- Ну, как сказать, - почесал затылок, - Она приходила плакаться мне, а на утро исчезала.
- Понятно.
- Задавай вопросы, - он откинул голову назад и закрыл глаза, потянув руки вперёд, и сразу опустив их, - Я ничего уже не скрываю.
- Тогда у меня как раз есть ещё... Ты пришёл в школу чтобы убить меня по её просьбе?
- Как я уже сказал, я изучал информацию о тебе и твоём отце, и я бы даже без этого не убил бы. Но... - застыло в воздухе.
- Но...?
Дилан так и не продолжил свою мысль, просто протянул свою руку и взъерошил мои волосы. Он решил заказать доставку еды на дом и вместе пообедать. Из всего нашего разговора я наконец разложила по полочкам неприязнь Каэтаны ко мне. Дилан извинился передо мной за то, что привёл меня на вечернее мероприятие в честь открытия ресторана. Он не думал, что она что-либо сделает со мной.
- Кстати, - начала я, пока он капался в пакетах с заказанной едой, - Чем ты занимался весь этот месяц?
- Хм, да так, тренировался в основном. Боксировал.
- Ты изменился.
- Правда? В какую сторону?
- Ха, - посмеялась я, когда увидела, как он удивился, - Я заметила изменения только в лучшую сторону. Как будто ты стал сильнее.
- Я рад. Это на самом деле так. - Он разложил по тарелкам сэндвичи, и открыл бутылку вина, - Кстати, попробуй эти сэндвичи, они просто нереальны на вкус.
- Хах, что ещё значит "нереальны на вкус"?
- То и значит, что наш мир не заслуживает таких ахрененных сэндвичей.
Они на самом деле выглядят такими простыми, там просто авокадо, креветки, какой-то творожный сыр и сёмга. Но попробовав, я поняла, почему Дилан так восхищается ими. Они действительно вкусные. Также я заметила, что Дилан много кушает: пока я ещё на половине этого сэндвича, он уже съел таких два и уже жуёт пиццу.
- А ты много ешь.
- М, - согласился он, сделав глоток вина.
- Кстати, зачем ты пьёшь вино?
- В каком смысле?
- Ну, люди зачем-то пьют алкоголь, и я не понимаю, почему...
- Ну, лично мне это помогает расслабиться и не тревожиться из-за всякого.
Я положила ладонь на свою ногу. Здесь я вчера вечером сделала пару порезов. До сих пор чувствую боль. Я так себя ненавижу за то, что я сделала.
- А что такое? Хочешь попробовать? - поинтересовался он.
- Н-нет, просто интересно стало.
Значит, вино помогает расслабиться?
Перед сном я выгуляла Дейзи. Весь этот вечер я была почти уверена, что наконец разложила по полочкам мотив Каэтаны. На самом деле я не злюсь на неё и не ненавижу, но я бы хотела, чтобы она исчезла из моей жизни и больше не появлялась на моих глазах и не пыталась сделать больно моей семье или Джерому и не раздражала в целом.
Выйдя на кухню я бросила взгляд на стеклянный стеллаж на стене слева от окна со стойкой. Родители там держат разных видов напитки. Красное вино, белое вино, бурбон, коньяк... Меня больше интересует вино. Я подошла, открыла дверцу и просмотрела каждое вино.
- Сухое... Полусухое... Сухое... - прочитала вслух их описание на обратной стороне.
Вообще без понятия, что это значит. Я достала кружку и заполнила её наполовину каким-то красным вином. Повезло, что оно с обычной крышкой. Усевшись за стол, я ещё минут пять обдумывала, стоит ли вообще пробовать это? Но если я попробую, это ведь ничего, да? Я сделала глоток. Лицо искривилось, как от ломтика лимона на кончике языка. Затем ещё глоток. И ещё. Вкус для меня новый. Немного обжигает горло и кажется горьким. Однако я почувствовала то, о чём говорил Дилан. Только вот, он не сказал, что оно расслабляет ещё и само тело. Руки будто бы с трудом слушаются мозг.
Я выпила всего пол стакана, дальше не стала усугублять ситуацию и наливать ещё, выключила везде свет и пошла в свою комнату. В коридоре я остановилась, почувствовав на себе взгляд. Обернулась в сторону зала и начала присматриваться в темноту.
- Там кто-то есть? - спросила я и не получила ответ.
Наверное, просто ложное чувство. Сейчас всё вокруг кажется странным. Нормально ли это? Войдя в комнату и закрыв дверь до щелчка, запрыгнула на кровать и завернулась в плед. Голова немного кружится, но не как обычно, дыхание утяжелилось, лишние тревожные мысли затихли. Я отвернулась от света из окна и закрыла глаза.
Проснулась я уже от звука дождя. Слышен не очень громкий свист из окна, что указывает на сильный ветер. В ногах я почувствовала что-то тяжелое — Дейзи всё-таки не сдержалась и запрыгнула, пока я спала. Впервые вот так незаметно для себя я пережила эту ночь. Своё тело я нехотя подняла и освободила его от тёплого одеяла. Но вот что странно: я точно помню, что укуталась в плед, а сейчас он аккуратно сложенный лежит на ящике у комода. Ещё десять минут у меня ушло на раздумья, и как раз после этого я наконец встала на ноги и пошагала в ванную. Хотелось бы принять душ, но это уже после утренней прогулки. На кухне, пока я готовила кофе, заметила, что в раковине нет кружки, которую точно оставила тут. И вот вопрос: это просто я не помню, как вымыла кружку и уснула под одеялом, или здесь действительно замешано что-то странное?
- Чего сегодня хмурая такая стоишь? - спросил босс на работе в кафе, который бывает здесь лишь пару раз в неделю.
- Не выспалась, наверное, - ответила я протирая стойку, - Сегодня снова я закрываю кафе?
Босс Джозеф любит поболтать. Он высокий и всегда выглядит как будто только с парикмахерской вернулся. Его борода всегда опрятна, а русые волосы зачёсаны назад. Ему уже за сорок, однако нет ни детей, ни жены. Это даже удивительно, ведь он смахивает на типичную модель с обложки. Его слабость — кошки. Всегда подкармливает местных бездомных животных, и своих подопечных приучает к этому, поэтому у нас в комнате для персонала стоит коробка с кормом, на которой большая надпись "НЕ ЗАБЫВАЙТЕ КОРМИТЬ БЕДНЯЖЕК".
- Да, насчёт этого. Где-то к десяти вечера заскочит мой приятель, передай ему вот этот пакет и заверни для него вот эти круассаны, - он указал пальцем на круассаны с фисташковой начинкой.
- Сколько штук?
- Три. И, скажу сразу, особенно он не разговорчив и ходит всё время хмурый, поэтому не пугайся.
- Поняла. - я убрала пакет в полку под стойкой.
- Тебе не помешало бы немного улыбаться, а то коллегу свою пугаешь так.
- Она всё равно почти и не смотрит на меня.
Действительно, мы с моей напарницей почти и не разговариваем, только если по делу. Сара учится в одиннадцатом классе в школе неподалеку от моей. Она довольно странная, но трепетно относится к работе и всегда вежлива по отношению к гостям. Всё делает быстро и аккуратно.
- Эх, - вздохнул Джо, - вы, подростки, странные.
Время уже почти восемь вечера. За три часа работы я уже хорошо так успела устать, поэтому позволила себе поставить стул у кассы, а то спина уже вываливается, честно говоря. Сейчас как раз у нас много посетителей, поэтому я принимаю заказы, а Сара занимается готовкой кофе и раздачей. Надо бы боссу сюда ещё кого-нибудь устроить на смену. Мало мне вот так много посетителей, так ещё и одноклассница заявилась.
- Так вот ты где работаешь. Я думала, ты не нуждаешься в этом.
- А я думала ты уже руки на себя наложила.
Сама не знаю, зачем я так сказала. Но в последнее время её вид так и кричит "хочу умереть".
- Давай, быстрее уже кофе неси, - она явно разозлилась.
- С тебя три доллара и девяносто восемь центов.
- Ваш карамельный макиато, - Сара поставила перед ней на стойку стакан.
- Пфф.
Марция показушно развернулась и скрылась в тени остальных людей. Я думала, она возьмёт что-нибудь менее калорийное, ведь она всегда строго следит за своей фигурой.
- Твоя одноклассница? - неожиданно спросила Сара, укладывая пирожные в пакет.
- Угу, - кивнула я.
- Выглядит паршиво, хотя и кажется популярной девчонкой.
- Её родители развелись, вот и всем видом своим показывает, какая она бедная и несчастная.
Она вдруг уставилась на меня.
- Ты чего? - спросила я.
- Прости, ничего. - она отвернулась и продолжила свою работу.
Кажется, я поняла её реакцию. Мы ведь впервые вот так говорили о чём-то. Точнее, о ком-то.
Вот время уже десять вечера. У Сары уже закончилась смена, так что я уже одна тут справляюсь с закрытием. Скоро должна придти уборщица. А вот друг босса пока ещё не объявлялся. Я подошла к входу, чтобы развернуть табличку с надписи "открыто" на "закрыто", и как раз в этот момент какой-то мужчина подошёл. Я сразу поняла, кто этот человек.
- Добрый вечер... - сказала я и вернулась за кассу.
Этот мужчина действительно не из тех, кто любит разговаривать с людьми. Вид очень суровый. Весь в чёрном и явные синяки под глазами. На руках перстни, как будто он мафиози. Я достала из под стойки пакет, который оставил босс, даже не хочу думать о том, что в нём, и пакет с круассанами, затем поставила это перед ним:
- Вот.
- А это... что? - пугающе низким голосом.
- Джо попросил для вас завернуть. - ощущение, словно меня грабят.
Он молча забрал всё и вышел из кафе. По правде говоря, на секунду я немного испугалась. По сути ничего страшного не произошло. Но надеюсь, он больше не придет сюда, не в обиду боссу Джо. Сразу после его ухода пришла уборщица Глория.
В комнате для персонала я переоделась и проверила свой телефон. Вот чёрт. Джером звонил мне девять раз. Последний звонок был десять минут назад, а сообщений нет. Я без сомнений позвонила ему, но в ответ услышала автоответчик. Дрожащими руками я набрала ему, что не смогла ответить из-за работы и попросила перезвонить мне. Вот же ж... Чувство, словно что-то важное в своей жизни пропустила. А вдруг он уже снаружи как в прошлый раз стоит и ждёт меня? Надеюсь, ничего серьезного не случилось...
Хорошо, что дождя нет. Я вышла вынести мусор и огляделась по сторонам, прислушиваясь к тишине. Мне страшно подумать, что с Джеромом что-то произошло. Теперь снова мысли заполнились страхом и переживанием, и это просто не выносимо. Его всегда тянет на опасность и безрассудность. Это меня и пугает в нём.
Уже на прогулке с Дэйзи, как всегда за нашим домом, я как всегда уселась на скамью. Так устала и совсем не понимаю, что мне делать. Джером так и не связался со мной больше. Его мобильник всё ещё отключен. Почему я так виню себя за то, что не ответила на его звонки? Только я закрыла глаза и тяжело вздохнула, как слева от меня прозвучала фраза, от которой у меня пробежались по всему телу мурашки, хотя голос был спокоен и тон умеренный:
- Ты ведь в курсе... что в этих окрестностях в последнее время... завелась кучка невменяемых дебоширов?
Этот голос, эта спокойная и ленивая манера. Я развернула своё тело прямо к тому, кто сказал это. Мои глаза чуть на лоб не полезли. И как я не заметила, что ко мне кто-то подсел. Вот серьёзно, секунду назад здесь точно никого не было. Этот парень...
- Ты...
- Прости... но, можно я просто... посижу вот так... вместе с тобой... - это прозвучало больше как утверждение.
Так. Погодите. Какого чёрта он вот так ко мне подкрадывается, как ни в чём не бывало, так ещё и так невозмутимо? Я ведь просила не приближаться ко мне. Но, кажется, я теперь поняла: этот парень приходил сегодня ночью ко мне. Как же я сразу не догадалась. Он явно не из тех, кто легко оставит в покое кого-либо, тем более, что он практически и не человек, если учитывать его сущность. Организация, в которой он числится, делает из людей машин для убийств. Вдруг он и меня убьет?
Совсем немного, но я отсела от него на край скамьи. Мурашки так и не отступают.
- Я немного... устал. - сказал он и опустил голову.
- Ты... Зачем ты преследуешь меня?
Он слегка поднял голову, и, кажется, взглянул на меня, но из-за чёлки этого не видно. Он всё так же в чёрной маске, а на руках теперь ещё и перчатки чёрные. Я впервые вижу его вот так вблизи, и он кажется даже выше Дилана.
- Я не преследую... Всего лишь.. наблюдаю.
- Зачем тебе наблюдать за мной? Р-разве других дел нет? - на удивление, довольно спокойно говорю, хотя голос немного и дрожит.
- Кто знает...
Этот парень словами не раскидывается, однако. Я призвала к себе Дэйзи и выдохнула:
- Слушай. Я не знаю, что тебе нужно от меня. Но мне хватает уже тех, кто приглядывает за мной. Вечно что-то происходит. Что-то странное и жуткое. Вокруг меня вечно стало происходить то, от чего я уже устала. Я действительно устала выяснять, кто, где, как, откуда, а что если, а почему. Но эти все вопросы с каждым днём только скапливаются внутри меня, и с каждым днём их становится всё больше и больше. Чувство, будто я вот-вот лопну...
- Поэтому ты решила начать вредить себе? - резко перебил он меня.
- А?
- Я видел лезвие... Видел те штаны с своим запахом крови... Видел кружку с отставками вина... Так ты решила справляться?
Ого. Теперь он разговорился...
- Я... Я не знаю, как мне понять людей. Как понять себя или что-либо вокруг. Не знаю, как справляться со своими чувствами и мыслями, которые в какой-то момент начинают вырываться наружу...
Ну и зачем я всё это говорю головорезу...
- Это нормально, что тебе тяжело воспринимать это всё...
Какой-то вдруг ком к горлу подкатил. Я сейчас что, заплачу? При этом парне?
- Джерома твоего... - неожиданно, - Мне пришлось его отнести к тебе...
Чего?
- В одном центре во время очередной работы...Я наткнулся на этого рыжего...
- Что с ним?
- Не знаю, что он там делал... но... я лишь вырубил его...
Я резко встала, отчего у меня потемнело в глазах:
- Вот же ж... - произнесла я.
Моё тело, незаметно для меня, начало падать. В моменте я почувствовала руку, что обвила мою спину, а моя голова оказалась прямо на его груди. Его большую ладонь я почувствовала и на своего голове. Он меня обнял:
- Совсем обессилена...
- Сейчас пройдёт. Надо идти к Джерому. - сказала я и наконец открыла глаза.
Я оттолкнула его, нацепила поводок Дэйзи и пошла к дому. Чёрт. И как только я умудрилась всё это высказать толком незнакомому головорезу из особо опасной организации? И, как он умудряется вот так внаглую заходить ко мне домой?