Наследие. Грехи семей

Москва.

Влад любезно, но не особо бережно кинул Дина на ближайшее кресло, и сразу же скрестил руки на груди, нависая над парнем.

—Этот инвалид сказал, что он сделал тебе подарок, тебе не понравилось, и ты обиделась, поэтому вы поругались, - проговорил Туркин, смотря на Фину, пока Алиса пыталась найти что-нибудь для обработки Дина.

Слова Цыганова были полной ложью, но об этом знала лишь Фина и он сам, но девушка даже была благодарна сокрытию настоящей причины. Поёжившись, она подняла глаза на брата и слабо улыбнулась.

—Его бриллиантовый браслет был из желтого золота, а я хотела из белого, - соврала Серафина, от чего брови Влада взлетели вверх, а Анита убавила музыку, чтобы слышать сплетни, доносящиеся до неё из гостиной.

Врать брату было сложно, тем более так глупо, но она старалась держаться, даже тогда, когда Денис пытался сдержать смех.

—Я пойду готовить дальше, - прокашлявшись, заявила Фина, но остановилась на пол пути, — и мне тоже интересно было бы узнать, когда вы сдружились.

—Я просто хотел дать ему в морду, но его слабоумие сделало все за меня, - холодно произнес Влад, и сразу же вышел из дома, направляясь к парням около мангала.

Там царила своя атмосфера, виски, мясо, дым, палящее солнце и разговоры о работе и футболе, которыми жили Ренат и Данил. Последний был рад провести время в такой компании, но он все еще чувствовал себя некомфортно, ибо своя команда ему была куда роднее. Все же он любил проводить время в своём кругу, и люди, присутствующие на даче были не им.

—С зятем уже на одной волне? - засмеялся Ренат, здороваясь с Владом, сразу же после Демо.

—Я б тебе сказал, где я этого зятя видал, - фыркнул Влад, и плюхнулся на лавочку, осматривая мангал, на котором уже шипело мясо, — че, Демо, давно я тебя на подобных собраниях не видел.

—Алиса мозги вытрахала в ноль с этой дачей, - заявил Данил, и запрыгнув на мини заборчик беседки, схватился за перекладину сверху и стал полуподтягиваться, — была бы моя воля, я бы от неё трубки вообще не брал, так она потом ещё в два раза сильнее вытрахает.

—Ее любовь к семейным сборам иногда меня пугает, - ухмыльнулся Влад, и продолжил нежиться, продумывая в голове поведение сестры и Дина, что устраивал концерт внутри дачи.

Можете прочесть под песню: Скриптонит - Космос

Фина силком запихала Дениса в одну из свободных комнат, и заперевшись изнутри, расставила руки по бокам, злостно оглядывая "бывшего" возлюбленного. Сердце колотилось как бешеное, а по лицу было понятно, что она зла, только вот своими хмельными глазами Дин этого не заметил.

—Финтик, я весь к твоим услугам, - пробормотал он, развалившись на кровати как морская звезда, — я приехал.

—Ты позвонил моему брату, попросил его тебя забрать, наплёл с три короба, и теперь говоришь о том, что ты приехал?! - завелась девушка, и в моменте запрыгнула на парня верхом, нависая над его пьяной рожей, — я вырву тебе язык. Ты бессмертный? Он мог тебя убить!

На лице парня выступила улыбка, и он стал бегать своими карими, полуоткрытыми глазами по Фине, изучая каждый миллиметр ее открытой кожи. Пальцами он нежно пробежался по ее плечу, и смахнул волосы за ее спину, цепляясь взглядом за зеленый омут, в котором была смешана злость, обида и любовь. Больная. Страстная. Желанная. Рвущая.

—Мне никто кроме тебя не нужен, - еле слышно произнес Дин, пока кожа Фины покрывалась мелкими мурашками, а внутри все трепетало, — ты моя, Фина. Нет дороги. Нет других путей. Нет других женщин. Нет другого мира.

Ее дыхание приостановилось. Она продолжала сидеть на парне верхом, но движения ее были будто в замедленном действии, она не хотела отдаляться.

—Я столько лет смотрел на тебя со стороны, - хрипло протянул Дин, продолжая бегать кончиками пальцев по коже девушки, а глазами по ее лицу, — я был чертовым наркоманом, зависящим от твоей невероятной кожи, сияющих глаз, от кудрей, от идеальной улыбки. Неужели ты можешь поверить в то, что мне интересен кто-то ещё, кроме божества, сейчас сидящего на мне?

—Невозможно любить лишь за внешность, - сглотнув, заявила Фина, ее брови свелись на переносице, она выглядела слишком расстроенной.

—Ты прекрасный собеседник, Серафина. Хороший друг. Ты просто великолепная сестра, лучшая дочь, невероятная женщина, - продолжил Дин, несмотря на своё опьянение он знал о чем говорит. Он был уверен в своих словах, — твой характер - гребаный инь и янь, который питает меня энергией. Ты нужна мне, Фина.

—Ты ранил меня, моего брата. Ты перечеркивал все раз за разом, - теперь зелёные глаза блестели от слез, но она стойко глядела в карие, стараясь не поддаваться эмоциям.

Дин был для неё многим, но гордость не давала ей упасть, давала силы удержаться на той высоте, на которую ее подняла семья. Ее глаза бегали по его лицу, окрашенному кровью.

—Фина, не перечеркивай ты. Ты имеешь надо мной большую власть, которую никто не имеет. Тебе я готов поклоняться всю свою жизнь, просто дай мне шанс решить все. Дай возможность знать, что ты рядом.
Даже если ты не захочешь давать мне его мирным способом, я начну вести свои игры снова, и ты окажешься в моих объятиях, рано или поздно. Это случится, Фина. Ты моя.

—Знаешь почему моя семья и никто больше до сих пор не знают о твоей помолвке? - с дрожью в голосе проговорила Фина, чьи внутренности сжимались от волнения, от боли, от страха.

Денис слегка кивнул, и уложил свою большую, тёплую ладонь девушке на щеку, подбираясь большим пальцем к желающей упасть слезе. Он выжидал, пока Фина ответит.

—Потому что ты мой самый большой секрет в жизни, - пролепетала Серафина, прикрывая глаза. Слеза все же упала, и Дин нежно смахнул ее, продолжая любоваться девушкой, — никто не знал о твоих приездах в Америку, никто не знал о твоих звонках, сообщениях, взглядах. Никто не знал о твоих громких словах, потому что я боялась за твою жизнь, за твои чувства, за твои эмоции. Меня вырастили как розу под стеклянным куполом, и несмотря на свои шипы, я слишком ранимая, Дин.

Парень тяжело вздохнул, осознавая какую боль он причиняет девушке, которую любит.

—Я боялась причинить тебе боль. Боялась, что Влад сорвётся и убьет тебя. Боялась, что папа узнает о твоих приездах и сделает все возможное, чтобы оградить меня от тебя. Ты самовлюбленный, сложный, саркастический, самоуверенный мудак, Дин, но сердце кровью обливается за тебя, даже тогда, когда ты творишь полную хрень.

—Я жив, здоров. Я рядом. Всегда. Где бы ты не была. Ты моя.

—Так если ты всегда говорил мне о том, что я твоя, как же явилась помолвка? Будущая свадьба? - ее веки задрожали от наплыва слез, но она из последних сил держалась, — ни один мужчина не касался меня кроме тебя, даже тогда, когда я была уверена в конце нашего общения. Почему? Потому что твой голос звенел в моей голове с фразой "Ты моя". Этот голос ходил за мной по пятам. Я предана до мозга костей, Дин, так почему же ты позволяешь себе быть чьим то ещё?

—Прости, - прохрипел парень, и потянув девушку на себя, заставил ее упасть прямо поверх него, — прости, любимая. Прости. Прости.

—Почему я должна прощать? Почему я должна страдать из-за тебя? - плакала куда-то в шею парня Фина, пока его руки поглаживали ее волосы.

—Потому что это любовь. Потому что это мы.