[Том 4]Возрождение в учебном лагере: Генерал, не шутите!

Невозможно было оставить дочь одну и не заботиться о ней. Ударив ее, Е Чжифань сделал ей выговор, чтобы она запомнила его урок и больше не делала глупостей.

Е Ин, которая почувствовала облегчение, не осмелилась сказать отцу, что вот-вот упадет в обморок от боли на лице. Она стояла на месте, опустив глаза в землю. Она не смела сопротивляться. Она только кивнула и приняла выговор.

Сунь Дунцин, которая доставала ключи, чтобы открыть дверь, услышала звук. Выражение ее лица полностью изменилось. Она побежала со своим жиром.

Семья Е жила в небольшом многоквартирном доме, в котором было шесть этажей. Они жили на первом этаже, поэтому перед и за домом у них был небольшой дворик. Сунь Дунцин выбежала со двора и увидела лицо своей драгоценной дочери в свете уличного фонаря. На ней был красный след от руки. Оно тоже было опухшим.

«Сволочь! Почему ты не ищешь тех людей, которые причинили вред нашей дочери? Почему вместо этого ты бьешь нашу дочь? Я буду драться с тобой!» Е Ин была ее любимой дочерью. С ней ничего не могло случиться. Следовательно, Сунь Дунцин не могла позволить своему мужу ударить Е Ин. Она бросилась как собака и хотела ударить Е Чжифань.

«Е Ин, если ты снова разочаруешь меня, я больше не буду тебе помогать, даже если Е Цзянь заставит тебя бросить школу. Запомни, что ты только что сказала. Если мне снова придется убирать твоё дерьмо, ты можешь вернуться в деревню Шуйкоу со своей матерью и остаться там, чтобы больше не смущать меня».

Е Чжифань даже не взглянул на свою выбежавшую жену. Он открыл дверцу машины и сел. Затем он нажал на сигнал, чтобы напомнить водителю вернуться.

«Куда ты идешь? Куда ты собираешься идти после того, как ударил нашу дочь? Вылезай из машины! Выйди!» Сунь Дунцин яростно дернул ручку дверцы машины. Когда она не смогла открыть ее, она начала стучать в дверь и возмущенно кричать. Она не заметила, что ее муж даже не хотел смотреть на нее.

Но Е Ин заметила это. Слова, которые однажды сказал Ван Даньдань, промелькнули у нее в голове. В этот момент она почувствовала, как у нее упало сердце.

С тех пор, как она поступила в провинциальную среднюю школу №1, ее отец, чье присутствие было для нее как гора… даже когда он приезжал в провинцию, он редко оставался дома. Он либо говорил, что назначен ужин, либо был занят встречами.

Сунь Дунцин, казалось, не возражала. Она выкрикнула несколько гневных слов, прежде чем повернуться, чтобы обнять Е Ин. — «Твой отец и дома ведет себя как чиновник. Что случилось только что? Я просто пошла искать ключи, чтобы открыть дверь, и тебя ударили!»

«Мама, папа постоянно с тобой связывался?» Е Ин повзрослела в молодом возрасте. В тот момент, когда она поняла, что что-то не так, она спросила мать после того, как они вошли в дом: «Почему я чувствую, что с папой что-то не так?»

Сунь Дунцин наклонилась, чтобы достать тапочки. Она выглядела беспечной. «Ты не должна беспокоиться о нас. Мы с твоим отцом всегда были такими. Подойди, переобуйся и расскажи мне, что произошло в воинской части. Я чувствую, что выражение лица твоего папы странное».

Е Ин не хотел снова думать об этом. В тот момент, когда она вспомнила, каким высоким и могучим выглядела Е Цзянь, ее сердце сжалось от боли.

«Я сделала несколько ошибок. Папа поможет мне перевестись в школу послезавтра. Как насчет провинциальной средней школы № 2? Е Цзянь сейчас очень известна в школе. Я не хочу, чтобы меня с ней сравнивали. Перевод школ пойдет мне на пользу».

Если бы она не перевелась в школу, ей было бы слишком стыдно ходить на уроки.

Ученики первого класса не знали, что Е Ин покинула воинскую часть. Девочки знали, что она не возвращалась в спальню спать, когда они выключали свет, но когда они вспоминали, что она делала во время стрельбы по мишеням, все делали вид, что ничего не знают.

Для них Е Ин была неудобным присутствием. Они не знали, как встретиться с ней в будущем.