Тайшань

Покинув дворец короля Аньпина, Лу Хэн всю дорогу угрюмо смотрел на Золотого Шелкопряда в своей руке, который стал причиной всех неприятностей, позволив Дуань Фэйцину вести его за собой.

Только когда он вошел в комнату в Башне Цзуйсянь и был усажен в кресло с хорошим зеленым чаем в руке, Лу Хэн заговорил:

- Тебе не стоит беспокоиться обо мне.

- Почему ты так говоришь? - Дуань Фэйцин схватил руку Лу Хэна и внимательно осмотрел рану на его ладони. Рана была очень маленькой, но мужчина все равно взял лучшую мазь от ран и намазал ее, а затем обернул мягкой тканью, и только тогда почувствовал облегчение.

- Хотя то, что произошло с семьей Дуань - дело рук семьи Линь, король Аньпин также вовлечен в это. Сутра Сердца Демона Небес ориентирована на убийство и серьезно относится к принципу "око за око". Если ты силой подавишь намерение убить, боюсь, ты получишь откат.

Лу Хэн опустил голову и указательным пальцем стал возиться с круглым Золотым шелкопрядом в серебряной чаше. Золотой шелкопряд - священная реликвия народа Мяо, изначально имел сознание. Он прижался к пальцу Лу Хэна и потерся о него.

Дуань Фэйцин взял юношу за палец, которым тот дразнил Золотого шелкопряда, и вытер его мягким носовым платком.

- А-Хэн, хотя король Аньпин причастен к делам семьи Дуань, пока я думаю, что благодаря ему ты пришел в этот мир, мои убийственные намерения утихают и я могу позволить ему умереть спокойно.

Лу Хэн увидел, как тот непринужденно вытирает его палец, выругался в своем сердце:" Чан с уксусом. Ты ревнуешь даже к гу Золотому Шелкопряду."

Дуань Фэйцин играл с пальцем Лу Хэна и даже поднес его ко рту и слегка прикусил. Атмосфера становилась двусмысленной.

В этот момент.

В дверь комнаты осторожно постучали, и младший слуга передал парчовую коробку, сказав только, что ее прислал человек в роскошных одеждах.

Открыв ее, они увидели письмо, написанное почерком короля Аньпина. Заголовок был слегка размазан, как будто человек, долго колебался, прежде чем начать писать. Пока чернильные капли не капнули на бумагу, он не знал, как обратиться к Лу Хэну.

Лу Хэн безразлично пробежал глазами* по письму и лишь в конце, его взгляд зацепился за фразу: " Если существует жизнь после смерти, я надеюсь, что смогу стать деревом во дворе дома А-Ло, и я буду удовлетворен, если смогу наблюдать, как она растет".

* 一目十行 (yīmù shíháng) - одним взглядом охватывать десять строк (обр. в знач.: быстро читать; беглое чтение, пробегать глазами)

Лу Хэн усмехнулся, прочитав ее:

- Он красиво думает, но я боюсь, что матушка вообще не захочет видеть этого человека.

Если оставить в стороне сентиментальные строки, в письме раскрывалось несколько очень важных вещей.

Во-первых, не так давно на конференции боевых искусств глава семьи Линь сумел внедрить в представителей всех основных школ боевых искусств, участвовавших в конференции, гу, пожирающее сердце.

Во-вторых, был полностью составлен Каталог гор и рек и клад находился в горах Центрально-Южного региона. На этот раз король Аньпин взял главу семьи Линь на земли варваров, только для того, чтобы привести небольшую группу варварской железной кавалерии за обещанным сокровищем. Они разделились на две группы, так как король Аньпин вернулся в Цзинду, то кавалерия варваров, находилась под командованием патриарха семьи Линь. Они вошли на Центральные равнины в поисках сокровищ.

Дуань Фэйцин слегка нахмурился:

- Фрагмент семьи Су тоже попал в их руки? Только бы дядя Су был в безопасности. Если на нем использовали гу, это не страшно, но боюсь...

Лу Хэн понял, что он имел в виду.

- Тогдашний инцидент с семьей Дуань, вероятно, был вызван неумелым владением гу короля Аньпина. В текущей ситуации, я не думаю, что он легко убьет двух сильных практиков боевых искусств семьи Су.

- Эти сокровища не должны попасть в руки семьи Линь и варваров. К счастью, Каталог гор и рек был нарисован очень давно, и многие его части уже немного размыты, поэтому точное местоположение сокровищ можно только медленно искать по подсказкам на карте.

Как раз, когда Лу Хэн и Дуань Фэйцин собирались отправиться на поиски главы семьи Линь, в Цзинду произошло важное событие.

Король Аньпин сошел с ума.

Той же ночью. Все люди резиденции короля Аньпина были изгнаны, включая принцессу и главную жену, а сам он заперся во дворце и поджег его.

Огонь во дворце Аньпин горел день и ночь.

Лу Хэн и Дуань Фэйцин стояли на вершине городской стены, глядя на все еще не потухший пожар вдалеке.

- Король Аньпин мертв, что произойдет с теми, кто был заражен гу?

- В своей технике управления гу, он использовал Золотого Шелкопряда, как высшую материнскую особь. Пока с гу Золотого Шелкопряда все в порядке проблем не возникнет.

Закончив разговор, они без колебаний спрыгнули с городской стены и покинули Цзинду.

Король Аньпин не только поджег дворец Аньпин, но и устроил "пожар" в Цзянху. Он открыл мастерам боевых искусств все, что касалось Каталога гор и рек.

Всем стало известно не только о самом каталоге, но и о массовых убийствах нескольких семей, связанных с поисками его фрагментов. Таким образом, самый лживый лицемер в мире боевых искусств был выставлен на всеобщее обозрение, и самое ироничное, что этот человек находился во главе всего Улиня более 20 лет.

В Цзянху разгорелась кровавая буря. Люди из всех основных сект искали главу семьи Линь, но для того ли, чтобы восстановить справедливость, или ради удивительного сокровища - неизвестно.

В то же время, команда стражников министерства церемоний тихо покинула столицу.

Хотя Лу Хэн и Дуань Фэйцин были одни, но Золотой Шелкопряд - высший гу и материнское гу на главе семьи Линь контролировалось им. Когда они доберутся до горного хребта, найти его под руководством Золотого шелкопряда не составит труда.

Двое мужчин ехали вместе и преодолели тысячи миль.

Однако люди из Цзянху и охранники Сюаньи (министерство церемоний), у которых были глаза и уши по всему миру, тоже не медлили. Три стороны встретились на горном хребте Центрально-Южного региона.

Глава семьи Линь с небольшой группой варваров-всадников был окружен людьми Цзянху и охранниками Сюаньи.

- Мошенник, отдай каталог гор и рек и сдавайся без сопротивления*! - закричал кто-то.

*束手就擒 (shùshǒu jiùqín) - быть схваченным со связанными руками (обр. в знач.: сдаться без сопротивления)

Глава семьи Линь уже больше месяца находился в горах, поэтому пришел в небольшое замешательство от этого заявления, но его лицо оставалось спокойным и невозмутимым.

- Сдаться без боя? Интересно, все ли вы помните конференцию боевых искусств несколько месяцев назад, и понравилось ли вам вино, которое подавали там?

- Ты, лицемер, какой еще ложью ты пытаешься нас обмануть?

- Похоже ты никак не уймешься*? - патриарх семьи Линь шевельнул пальцем.

*不见棺材不落泪 (bù jiàn guān cái bù luò lèi) - не проронит слезу, пока не увидит гроба; обр. не сдаваться, держаться до конца, не терять надежды; не униматься

Главные фигуры среди людей Цзянху внезапно почувствовали пульсирующую боль в груди, и в толпе вспыхнула паника.

- Ты, что ты сделал!

Глава семьи Линь разразился безудержным хохотом:

- Как на вкус этот пожирающий сердце гу? Если вы не хотите умереть, то освободите мне дорогу!

Люди из Цзянху медленно отступили, но охранники Сюаньи не двигались.

Патриарх семьи Линь взглянул на стражника, стоявшего впереди, в великолепной, черно-красной мантии и сказал:

- Ди И, нас можно считать коллегами. Зачем усложнять жизнь своим собственным людям?

Ди И ничего не ответил, только обнажил меч.

- О, изменил свое отношение и перестал меня узнавать? Ты думаешь, почему я еще жив-здоров после смерти короля Аньпина? - Он махнул рукой. - Прочь!

Ди И обнаружив, что полностью потерял контроль над собой, отошел в сторону, а стоявшие за ним охранники Сюаньи, которые слушали только приказы своего командира, последовали его примеру и отступили назад. Материнское гу Принуждения находилось в руках этого человека, поэтому неудивительно, что он остался невредим, несмотря на то, что король Аньпин умер. Ди И был в ярости, но ничего не мог сделать.

Когда глава семьи Линь с командой варваров, собрался исчезнуть в глубине леса им навстречу выскочил человек с мечом и в одно мгновение уничтожил десяток варваров, окружавших патриарха.

Глава семьи Линь, известный практик в Цзянху, вытащил меч из ножен и встретил смертоносный меч. В одно мгновение двое мужчин обменялись десятками ударов. Вокруг воцарился хаос.

Эксперты по боевым искусствам были потрясены, увидев дуэль между мастерами. Кто тот человек, который избивал известного своим искусством главу семьи Линь, словно бездомную, неспособную дать отпор, собаку? Неужто это скрывавшийся предок?

- Это Дуань Фэйцин! - Кто-то с отличным зрением узнал личность второго человека.

Что! Этому Дуань Фэйцину на вид всего двадцать лет, но его мастерство владения мечом уже достигло такого высокого уровня? Пока мастера боевых искусств находились в оцепенении, победитель уже был определен.

Черный клинок прижался к горлу главы семьи Линь.

- Дуань Фэйцин, ты не можешь убить меня, если я умру, то все те люди, что стоят позади, будут похоронены вместе со мной. - Патриарх семьи Линь выглядел мрачным, то ли от того, что проиграл молодому человеку из поколения своего сына или племянника, то ли потому, что его путь отступления был перекрыт.

- О? Ты так уверен в том, что в твоем теле находится материнский гу.

Из-за деревьев вышел еще один человек.

Главе семьи Линь хватило одного взгляда, чтобы понять, что он обречен.

Пришедшей была девушка Мяо.

Глава семьи Линь, который немного знал о Мяоцзяне, по одному платью понял, что это не обычная Мяо, а одна из Пяти Бессмертных. Он не был настолько глуп и самонадеян, чтобы думать, что полусырая техника контроля гу, которой он научился у короля Аньпина, сможет победить опытного знатока.

Даже без приказа Лу Хэна, Золотой Шелкопряд, сидевший на его плече, уже почувствовал намерение своего хозяина. Он поднял верхнюю часть тела и взмахнул лапками в воздухе, и две черные тени вырвались из плоти главы семьи Линь.

Два черных гу приземлились на землю перед Лу Хэном. Увидев настороженные взгляды людей из Цзянху, Лу Хэн поджал губы, а затем достал из поясной сумки маленькую фарфоровую бутылочку и посыпал порошком двух самок гу и те превратились в лужицу чистой воды.

- Материнские гу были изгнаны с помощью секретного метода Мяоцзяна, а детские особи в ваших телах умрут автоматически.

Услышав слова Лу Хэна, мастера из Цзянху и Ди И почувствовали, как ощущение, что что-то висит над сердцем, медленно рассеивается.

В этот момент глава семьи Линь, который оказался в безвыходном положении*, игнорируя острое лезвие возле своего горла, достал что-то из-за пазухи и с силой бросил это в горный источник неподалеку.

досл. 山穷水尽 (shānqióng shuǐjìn) - истощились горы и воды иссякли (обр. в знач.: дойти до крайности; в крайней нужде, в безвыходном положении.

- Никто не получит этот Каталог гор и рек... - сказал он, после чего из уголка его рта потекла струйка крови, и он упал головой вперед на землю. Этот злобный и амбициозный лицемер, в конце концов, умер от разрыва сердца.

Кто-то с огромной скоростью бросился к горному источнику, пытаясь достать карту из воды. К сожалению, Каталог гор и рек был потрепан временем и обветшал. После того как его бросили в горный источник, он мгновенно распался на куски, которые уже невозможно собрать воедино.

__________________________