Эффект бабочки

Парни прошли на кухню и сели за стол. Гена налил им чай и встал напротив них, облокотившись на столешницу возле плиты. Женя разместилась там же — у окна, Боря и Егор сидели ближе к Зуеву, а Ваня сел напротив подруги.

  – Так чё вы к нам припёрлись? — интересовался Геннадий, оглядывая свою кухню. — Сидели бы на базе, делами своими занимались.
  – К нам Рауль заезжал после вашего уезда. Орал, мол, где Женька. — рассказывал  Хэнк, отхлебнув чай и посмотрев на Гену. — Киса сказал, что она на набережной сосёт у какого-то типа, ну, он и уехал её искать.

Услышав, что Иван сказал брату, Евгения ужаснулась и тяжело выдохнула. Переведя свой злобный взгляд на него, она процедила:

  – Ты нахера это сказал, придурок?! Он и так считаешь, что, раз я с вами начала общаться, а особенно с тобой, то автоматически стала давалкой!
  – Ну и чё? — усмехнулся брюнет, посмотрев на сердитое лицо девушки. — Подумаешь, в глазах главного придурка города, ты шлюха. Ничего страшного. Определись с ценой за час, мы ему и это скажем, чтобы он был уверен, что ты сосёшь кому то на набережной.
  – Кислов, из своей телки шлюху делай! — встав со стула и оперевшись руками на стол, начала кричать Кудинова. Её злило, что юноша решил из неё сделать проститутку, даже просто в шутку. — Ты понимаешь, что если он найдёт меня и заберёт домой, то пиздец будет мне, а не тебе с твоими кончеными приколами!

Гена, Мел и Хэнк переглянулись, не решаясь вмешиваться в эту ссору. Кто знает, что у них двоих в голове и чем это может закончиться. Парни встали со стульев и подошли к Зуеву, чтобы, если вдруг они начнут кидать в друг друга предметы, в них ничего не попало.

  – Пойдём телек глянем, пока здесь идут семейные разборки. — поставив на стол кружку, шёпотом смеялся над друзьями Геннадий, предлагая парням уйти из кухни.

Ребята тихо вышли, стараясь не привлекать к себе внимание. Пройдя в зашторенный зал, они упали на диван. В комнате царило спокойствие и уют. Слабый свет, создаваемый светло-коричневыми шторами, заставлял успокоиться и перестать думать о чём-то негативном, переключив внимание на книги или телевизор с однотипными передачами. Из кухни продолжали доноситься крики, но ребята решили не обращать внимание, включив телевизор по громче.

  – Да что ты? — кричала Евгения, приблизившись лицом к лицу Ивана. — А думаю, тебе нужно начать выставлять цены за секс! А то знаешь, зарабатывать на одной наркоте не очень то и прибыльно. Полагаю, если за один секс с какой-то девушкой брать хотя бы по сотке, то ту тебя уже было бы около полу ляма!

Ваня ничего не отвечал, внимательно рассматривая черты лица девушки. Красные припухлые губы из-за горячего чая; румянец на лице от злости; коричневые глаза, в которых виднелись проблески зелёного у зрачка, завораживали его; аккуратный носик, глубоко вдыхающий воздух. Казалось, что она ни чуть не изменилась за эти шесть лет и всё также была маленькой девочкой, которая ругалась на него за какую-то безобидную шалость.

  – Кислов, ты язык проглотил? — третий раз произнесла кареглазка, но уже спокойней.

Киса вновь ничего не сказал. Он не слушал что она говорит. Стоял, опираясь на стол, и смотрел. Мысли смешались, он не понимал что нужно сказать, а что сделать. Мир перестал казаться реальным. Глаза Жени забегали по его лицу, не понимая что происходит. Она начала отдаляться от него, но это не получилось. Он подался вперёд, нежно положил руку на её затылок и коснулся мягких губ. Время словно замерло, перенося их в детство.

Стоя на кухне в квартире Кисловых, Ваня подал подруге кружку с чаем. Забрав её, она притянула его и чмокнула в губки в знак благодарности. В тот момент показалось, что мир замер, давая паре насладиться мимолетным касанием друг с другом. 

Мел заметил, что крики на кухне прекратились и решил проверить друзей, не начали ли они убивать друг друга. Выйдя из зала он заглянул на кухню и увидел, как Женя и Ваня слились в поцелуе. От удивления он потерял дар речи, но эмоциональность он терять не думал. На лице начала сиять улыбка. Боря случайно заметил Меленина и несвойственное ему выражение лица: большие удивлённые глаза, поднятые брови и улыбка до ушей. Хэнк решил посмотреть что же такого увидел Мел, поэтому пошёл к нему. 

Евгения отстранилась от брюнета и дала ему пощёчину, прошипев что-то похожее на: 

  – Сука!

Выйдя из за стола, она заметила Егора и только подошедшего Борю. Допрыгав до коридора, разложила свой чемодан и достала зубную щётку. Направляясь в сторону двух близко стоящих дверей, обратилась к Гене узнать которая из дверей ведёт в ванну. Он ответил, что правая. Кудинова вошла в ванную и, закрыв дверь на щеколду, нанесла на щётку зубную пасту и принялась чистить зубы и губы, желая смыть прикосновения Вани.

Мел продолжил стоять, ничего не говоря и смотря на брюнета. Кислов несколько секунд стоял в ступоре, осознавая, что он только что сделал, а после повернулся назад и заметил друзей. По Егору было понятно, что он видел то, чего вообще не должен был.

  – Молчи, сука! — процедил юноша, пристально смотря другу в глаза.

Егор поймал взгляд приятеля и, продолжая улыбаться, сказал:

  – Молчу.

Иван сел на стул, массируя лоб пальцами. Он не понимал какую эмоцию испытывает в данный момент. Злость на себя и на Женю, стыд перед Женей и Егором, отвращение к себе за такой глупый поступок.Всё смешалось в кашу и хотелось разгрести её, но не получалось. В голове пролетали вопросы: «Зачем?» и «Почему?», но на них не было объяснений. Порыв страсти? Какая страсть, если они испытывают взаимную неприязнь друг другу? Заткнуть её? Самый глупый способ заткнуть человека — поцеловать его. Ошарашить? Она, наверняка, и так поражена количеством его девушек, о которых как то узнала. Он впервые не мог придумать себе хорошее оправдание. Будь это какая-нибудь другая девушка, он бы сказал, что она просто ему понравилась и решил поцеловать, но Женя не другая девочка. С ней не прокатит глупая отмазка или глупый подкат, на который ведутся девушки.

Гена вышел из комнаты прошёл на кухню, толкая Мела и Хэнка в спины, чтобы они не стояли в проходе.

  – Чё у вас тут произошло? — интересовался парень, заглядывая в холодильник.
  – Хотелось бы знать, а то я самое интересное пропустил. — падая на стул, отвечал Хенкин, заглядывая в холодильник через спину приятеля. — Оп, а у Геныча пивко есть, а он нас чаем поит.

Борис достал стеклянную бутылку пива и хотел её уже открыть,  как Зуев забрал её у него и поставил на место.

Женя, почистив себе рот, вышла на кухню и взяла свою коробочку с косяками. Достав из неё один и зажигалку, она открыла окно и, обхватив самокрутку губами, подожгла её.

  – Женёк, иди на балкон дыми. — прогонял подругу с кухни Геннадий. Ему было всё равно где и что она курила, он лишь хотел поговорить с парнями, чтобы узнать что произошло, но понимал, что она навряд ли даст им это обсудить, раз была участницей происходящего. — Он, если что, в зале.

Кудинова прикрыла окно и пошла в зал, выдыхая клубни дыма.

Киса решил пойти и поговорить с подругой и прояснить ситуацию, избежав разговора с парнями. Вспомнив, что его косяки закончились сегодня на перемене, он нагло взял Женин косяк и поплёлся за ней.

Борис не понял действий брюнета, поэтому, проводив его взглядом, перевёл свой взор на Егора, которого распирало от увиденного. Улыбка с его лица не сходила, но и сказать он не мог.

  – Давай подсказами, так мы типа сами догадались и ты ничего не рассказывал. — сев на стул, шёпотом предлагал Гена. — Сосались?

Ваня вышел на балкон сразу после Евгении. Она молча стояла и смотрела в пустоту, над чем-то думая. Мысли в её голове летали, путаясь между собой и не давая ей сосредоточиться на чём то одном, но на чём? На поцелуе? На дуэли? На брате, который не может найти её в маленьком городке? На ссорах с Машей?

Кислов встав возле подруги и не знал как начать разговор. Пытаясь что-то придумать, услышал тихое:

  – И что это было?
  – Если скажу, что это был просто поцелуй, ты мне не поверишь, так ведь? — сладко шептал юноша, выдыхая дым.
  – Да, просто поцелуй не может быть после такого долгого молчания. — отвечала брюнетка. Ей хотелось услышать правду, а не ложь, ведь врать может каждый дурак, а сказать правду может не каждый. — Спор? Порыв страсти? Вспомнил детство? Может хотел, чтобы я замолчала? Что это было?
  – Я не знаю.. — опустил взгляд Иван. Было сложно понять что это было, не то что объяснить. — Просто забудь об этом.
  – Кислов, ты издеваешься надо мной? — чуть громче, чем ожидалось, вырвалось из уст девушки. — То ты шлёшь меня, то провожаешь, то опять шлёшь, то я тебе должна помогать по учёбе, потом делаешь всё, чтобы меня считали шлюхой, а теперь целуешь неведомо зачем!
  – Я могу вообще перестать с тобой как либо контактировать! — прошипел Ваня, туша косяк. Уходя с балкона, он отдал самокрутку его хозяйке. — Если ко мне ещё раз припрётся твой брат, я скажу где ты.
  – Ну ты и сука, Вань. — процедила кареглазка, недовольно смотря в его спину. Она знала, что заденет его не только обращением по имени, но последующими словами. — Я думала, ты нормальный парень, за девушку можешь постоять и всё такое, а ты вон какой, оказывается.. чуть что, сразу обижаться и жаловаться. Жалко тёть Ларису, живёт с тряпкой, с понтами до небес.

Ваня сразу вернулся на балкон и встал напротив подруги, поставив руки по обе стороны от неё.