Высшая математика [завершена]

Отец уехал в командировку неделю назад. Матвей почти каждый день напоминал об этом. Стало казаться, его терпение и обещанное ожидание близки к финишу. Сегодня вечером мама уходила на сутки дежурить. Паниковала с самого утра, ведь Матвей это знал. Он в принципе оказался очень наблюдательным. За два месяца вычислил время месячных, и, кажется, готов был к ним лучше меня. Всегда притаскивал обезболивающее, даже без вопроса нужно ли. Отсчитать смены родителей ему и вовсе не составило труда, когда познакомился с ними поближе. Поэтому знала, что сегодня обязательно заикнётся о ночёвке у меня. А уж предложит, спросит или сразу объявит, пока оставалось загадкой. То, что ещё и Машка заболела, показалось дурным знаком. Будто бросила наедине с моим неврозом. Подруга не была сильно в курсе подробных стадий развития наших отношений, но само присутствие добавляло уверенности и спокойствия. Матвей печали не разделял. Когда во время переклички на первом уроке я пояснила учителю, что Маша заболела, парень довольно объявил:

- Супер! - и перекинул учебники на её место, следом пересаживаясь и оставляя Кирилла позади нас одного. Я не обернулась. С некоторых пор старалась не смотреть на него и тем более не думать о нём. Первое выходило проще, судя по моим мыслям. Но размышлять стоило в этот момент совсем о другом, как выяснилось чуть позже. Учительница огласила оценки за прошлую контрольную, и пока одноклассники почти в полный голос их обсуждали, Матвей наклонился ко мне и сказал:

- Ланнистеры всегда платят долги!

Вопросительно глянула на него. К чему относилась отсылка из Игры престолов, поняла не сразу. Но стоило его руке лечь на моё колено и поползти вверх, пронзила пугающая догадка. Округлив глаза, уставилась на парня, сжимая ноги между собой и стараясь помешать. Он и раньше гладил меня там, но на уроке такого себе не позволял. Возможно, потому что сидели на разных партах, запоздало пронеслось в голове. Матвея присутствие класса явно не смущало, слегка приподнятые уголки губ говорили скорее, что его это веселило. Повелительный взгляд на мои колени и едва заметный кивок. В голове голос прозвучал, как вживую:

- Расслабь!

Помедлила, но подчинилась. Парта перед нами скрывала происходящее, а сбоку меня закрывала широкая фигура самого Матвея. Растопив пальцы, он принудительно раздвинул мне ноги чуть в стороны, давая себе больше места для манёвра. Лениво провёл вдоль внутренней части бедра ребром ладони, коснулся ткани трусов через капроновые колготки. Вверх, вниз, чуть сильнее надавливая в нужном месте. Закусила губу, чтобы скрыть улыбку. Это было приятно и тепло начало растекаться в животе. На втором плане учительница рассказывала о чём-то несущественном. Матвей в это время подхватил пальцами колготки слегка оттянул в сторону. Я нахмурила лоб и посмотрела на него. Он будто этого и не заметил. Невозмутимо наблюдал за учительницей, словно ничего не происходит. Только рука в этот момент стянула ткань колготок в кулак и резко дёрнула на себя. Одновременно с этим Матвей начал громко кашлять на весь класс, будто чем-то подавился, скрашивая треск ткани, который, казалось, было слышно даже на другом этаже.

- Матвей? - привлекла внимание всех к нам, учительница, - всё нормально?

- Всё отлично, - ответил, подразумеваю совсем не то, что она подумала. Рука осторожно отпустила ткань, и я почувствовала, как дыра на капроне расползается в стороны, открывая доступ к трусам. Неосознанно оглянулась удостовериться, что остальные невнимательны, как и учительница, и сразу уткнулась в холодный взгляд Кирилла. Смотрел несколько секунд в глаза, не моргая, а затем медленно стал спускаться им по телу. Именно туда. Раз. Два. Три. И снова в глаза. Отвернулась. Первым порывом попыталась прекратить это. Остановить Матвея. Опустила руку вниз, положила поверх его, на что сразу же получила быстрый хмурый взгляд. Останавливаться так просто не собирался. Оттянул ткань трусов в сторону, целенаправленно продолжая пробираться к цели. Осторожно провёл двумя пальцами между складок. Там всё было таким влажным, что стало неудобно. Зато парень усмехнулся. Сжала его запястье сильнее, следующим движением планируя выставить оттуда, но Матвей чуть откинулся на спинку стула, давая руке больше свободы, и плавно ввёл внутрь один палец. От неожиданности не сдержала громкий вдох. Усмешка, адресованная мне, с вопросительно задранной бровью, как пауза, после чего также осторожно вытащил палец, разочаровывая всё моё существо в секунду. Но лишь до того момента, как вместо одного ввёл два. В этот раз вздох сдержала, закусывая до боли губу.

- Убрать? - спросил на нулевой громкости. Поняла, что всё ещё сжимаю его руку пальцами. Причём так сильно, что ногти впиваются в кожу. Но уже не оттого, что хотела заставить прекратить, а из страха, что уберёт её. Разжала пальцы и подняла свою руку на парту. С опозданием заметила, что все пишут, под диктовку. Открыла тетрадь, нашла ручку и стала обводить буквы на листе, усердно делая вид, что слежу за темой урока. Матвей в отличие от меня даже не пытался изобразить учёбу. Сделал ещё несколько осторожных и до безумия медленных проникающих движений пальцами, после чего большим мазнул по клитору. Я выгнулась, утыкаясь лбом в выставленную ладонь. Волосы распались с двух сторон от лица, скрывая немой стон. Внутри всё горело. Чувствовала, как мышцы обхватывают в спазме его пальцы, и, ища помощи, повернулась к парню. Его затуманенный взгляд растёкшегося по радужке зрачка смотрел вниз, на юбку, ткань которой прикрывала происходящее. После чего перевёл на лицо и второй рукой прикоснулся к своим губам указательным и средним пальцем. Тихо. И я молчала. Отворачивалась к стенке. Закусывала губу, беззвучно выдыхала и старалась расслабиться, пока он не прекращал ласкать меня там. Не поняла, как так быстро прошёл урок, когда звонок огласил коридоры школы. Почти заскулила от обиды, стоило Матвею вытащить пальцы и поправить трусы, возвращая на место. Понимающе улыбнулся. А я сжала меж собой ноги, стараясь найти хоть какое-то облегчение от этой пытки. Когда учительница вышла из класса, Матвей обхватил за шею, грубо притягивая к себе, и прошептал на ухо:

- Сегодня кончишь...- и никого не стесняясь, оттянул голову за волосы назад, с ходу глубоко целуя. Стоило ему сейчас отвести меня в раздевалку, разодрать вконец колготки и нагнуть - отдалась бы, не задавая лишних вопросов.

Следующий урок, как назло, отменился. Заболела учительница. Совместить с другим классом занятие не удалось, поэтому сказали вести себя тихо и ждать. Одноклассники разбрелись по школе. Кто-то переписывал домашку, другие пошли есть в столовку. Матвей, будто чувствуя мои мысли предложил отправиться в раздевалку. Но с учётом, что урок начался, и коридоры пустовали, могли привлечь внимание вахтёрши. Поэтому остались, где были - в западном крыле на третьем этаже, рядом с кабинетом отменившегося урока. Расположились на широком подоконнике. Усадил к себе на колени, явно рассчитывая остаться со мной наедине, и продолжить начатое на прошлом уроке. Но Кирилл, словно не замечая этого, или скорее специально, остался с нами, так ещё и Олега с Владом убедил устроиться рядом. С большим энтузиазмом они обсуждали меж собой последние новости, время от времени пытаясь привлечь и Кирилла, но тот если и отвечал, то невпопад. Сидел мрачнее тучи. Я его понимала, торжествуя внутри. Матвей никого не стесняясь целовал меня, одновременно бесстыдно, запустив руку под юбку наглаживая ягодицы. Залезть в трусы, правда, больше не далась, хотя пытался, но это было бы слишком заметно. И так приходилось сжимать ноги, скрывая разодранный капрон, и надеяться, что стрелки не поползут ниже юбки до конца уроков.

- Твоя мама не хочет сегодня пораньше уйти на работу? - тихо сказал на ухо. Фраза звучала, как шутка, ведь оба знали, раньше положенного мама не уйдёт. Но я понимала, Матвей начинает метить территорию. Говорить так, будто все решено. Готовить к неизбежному. Посмотрела на него с улыбкой, но промолчала. Нельзя поддерживать его игру. Ещё не приняла решение. Да, многое позволяла и разрешала, даже понимая подсознательно его тактику. И стоило признать, иногда самой это нравилось. Но когда переспим, определю только я. И никакие ловушки не сработают. Матвей, конечно, думал иначе и проверял границы со всех сторон:

- Раздвинь ножки и сядь на меня сверху, - попросил, отрываясь от губ. Мне хотелось подчиниться. В эту часть школы вряд ли бы кто сейчас забрёл. Олега с Владом это не удивит, а ещё хотелось выбесить Кирилла, ведь сам остался. Пусть тогда смотрит. Но он не выдержал ещё на этом этапе:

-Матвей! - сколько раздражения сверкнуло в одном слове. Тот нехотя повернул голову к нему и холодно произнёс:

- Что?

Кирилл замер, смотря на друга, затем на секунду перевёл взгляд на меня и снова вернул:

- Может, вам уже потрахаться?

Гипнотизировали друг друга минуту, после которой Матвей ответил с угрозой в голосе:

- Не переживай, потрахаемся! Просто не здесь. Или ты посмотреть хочешь?

- На видео запиши, посмотрю!

Чувствовала, как рука парня сжалась сильнее на запястье.

- Матвей! - попыталась сказать, раздражённо, строго, недовольно, но получился какой-то писк. Оба, будто вспомнив, что не одни, посмотрели на меня. Сердце бухнуло так, что не услышала собственный голос, и не сразу поняла, что произнесла это, ведь никогда не перечила, - а ты не много на себя берёшь?

Он сморщил лоб в удивлении. А рядом послышалась ухмылка Кирилла. Ненавижу его за это.

- Похоже придётся тебе трахаться в одиночестве, Матвей! Видео, как ты дрочишь, можешь оставить себе, - не унимался Аксёнов, торжествуя. С удовольствием утёрла бы ему нос. Но утереть нос Кириллу - значило пойти на поводу Матвея, что тоже мне не нравилось. Сам Матвей молчал. Захотелось встать и уйти. Но, попытавшись, наткнулась на непробиваемую стену. Держал запястье и талию и не позволил даже на миллиметр подняться с его колен. Улыбка, которая медленно появилась на лице, испугала похлеще хватки, ведь глаза остались холодные:

- Марин, это просто шутка! - сообщил мне, как маленькой дурочке, - Кирилл просто пошутил. Правда, Кирилл? - на друга даже не посмотрел, давил взглядом меня.

-Шутка, - живо отзывался второй, только голос звучал совсем не весело.

- Кирилл извинится? - продолжал Матвей

- Кирилл извинится! - повторил Аксёнов, тем же голосом, правда, извинения дальше предсказуемо не последовали.

Обстановка душила, в прямом и переносном смысле, как будто на двоих высасывали весь кислород вокруг, не оставив мне.

- Я пойду в столовку! - второй рукой осторожно сняла захват Матвея, и он, нехотя, но подчинился и отпустил.

На следующем урок попросила его не садиться со мной и чувствовала все 45 минут, как спину прожигает огнём. Но не оборачивалась. Я боялась. Обоих. После уроков пояснила Матвею, что провожать не нужно, пойду навестить Машу. Видела, как в его глазах полыхнул огонь мостов, что размеренно строил, и которые сейчас сжигала одной спичкой.

Засиделась у подруги на несколько часов. Специально... Ни капли не удивилась, когда пришло сообщение от Матвея:

«Я приеду сегодня», - выбрал тактику без вопроса, отметила про себя. И, наверное, не влезь Кирилл, повелась бы, а сейчас психовала вовсю:

«Нет», - коротко и однозначно.

Несколько минут тишины. Делала вид, что слушаю закашливающуюся подругу, а сама то и дело посматривала на экран. Матвей так просто не сдастся. И была права. Шаг назад.

«Марин, я приеду, просто поговорим», - и снова без знака вопроса в конце. Торговаться не настроен.

«Нет», - паника душила, ведь мог легко заявиться постфактум. И чем дольше телефон молчал, тем больше эта мысль пугала. Но спустя 10 минут ответ пришел:

«Я тебя, пиздец, как хочу, если передумаешь, напиши»

Следом ещё одно сообщение:

«Приеду в любое время», - ...ночи... мысленно добавила то, что оставил между строк.

И через 30 секунд ещё одно. То, которое позволило расслабиться и понять - угроза миновала:

«Пойду подрочу для видео Кириллу», - со смайлом в конце.

Возвращалась затемно, уверенная, что все сидят по домам и не поверила своим глазам. На пустой детской площадке ждал Кирилл, одиноко качающейся на качелях...

От автора: 

Ну все, котики))) Дальше дороги нет. Кому отдаем Маришку?)))