Реакция (of BTS)

Джин
Тебе нужны были деньги. И хотелось, конечно, поскорее съехать из коммунальной комнатки. Когда подруга пошутила про суррогатное материнство, ты задумалась над этим, ведь сколько пар не могут иметь детей, но хотят. И ты за большую плату готова им подарить ребёнка.
- Вы уверены? - Высокий, статный, прекрасный во всех смыслах мужчина остановил твою руку над графой "подпись" в договоре. - Всё-таки вы будете вынашивать его и можете привязаться.
- Я уверена, господин Ким, - ты киваешь. - Главное, чтобы вы были уверены, что вам это нужно именно с ней, - ты указываешь осторожно на окно и рыжеволосую, дико хохочущую и не обремененную, видимо, мозгом девушку, которая стоит на улице.
- Я просто хочу любящую семью, - признаётся грустно он.
Оплодотворение прошло стопроцентным медицинским путём. Уже три месяца ты жила в гостевой комнате его дома. И наблюдала не самую приятную картину: уставший Сокджин на работе, а новоявленная жена тратит все его деньги, трещит по телефону со своими подружками о том, какую машинку ей подарил благоверный, и обсуждает других мужчин. Жалко Сокджина до жути, и ты, как бы в благодарность за избавление от денежных проблем, стала ему готовить домашнюю кухню, стирать и гладить костюмы, вечерами ждать его и разговаривать с ним непринуждённо обо всём. Медленно и верно это делало вас ближе, да так ближе, что ты чувствовала ревность к его жене, плакала ночами, поглаживая живот, и любила Джина.
- Опять меня дожидалась? - На восьмом месяце тяжело уже не засыпать так поздно, но ты слишком хотела побыть с Кимом хоть немного наедине. - Тебе и сыну это вредно.
- А тебе вредно долго работать, - ты улыбаешься в ответ.
- Лучше работать, чем видеть, что ты для женщин только мешок денег, - снова эта грусть, которая возмущает.
- Для меня ты в первую очередь мечтающий о любви мальчишка, - твоя честность почему-то заставила его хмуриться. - Извини, если лезу не в с... - Но тебя вдруг горячо поцеловали, что ступни сами приподнялись на носочки.
- Можно я посплю с тобой? - Ты смущённо кивнула на просьбу.
И вот день родов. И вот у тебя забирают сына. И вот ты молишь врачей позвать Джина. И вот ты уже в слезах просишь не отбирать ребёнка. Тебе этот малыш теперь дороже жизни, он сама твоя жизнь, он живая любовь к мужчине.
- Тише, тише, Т/И, дай мне сказать... - Но ты рыдаешь и просишь, пока тебя не стали целовать, чтобы успокоить. - Послушай внимательно. Я развёлся. Слышишь? Я ради тебя и сына развёлся. Я не знаю, любишь ли ты меня, но я сделаю всё, чтобы полюбила. Я хочу, чтобы ты с сыном осталась со мной, - ты потерялась и хлопала ресницами. - И я ни за что не заберу у тебя ребёнка, даже если ты не захочешь остаться со мн...
- Хочу, - ты снова стала плакать.
- Тогда чего плачешь?
- Да просто я люблю тебя, - твой шёпот тонет в его губах.

Юнги
- Вот достала! Из тебя ужасная жена, а мать и вовсе будет никудышней! - Ты слышишь как хлопает дверь спальни будущих родителей и инстинктивно прикрываешь живот с их ребёнком рукой.
Полгода назад ты проводила беззаботно время с подругами в клубе, пока его взгляд не припечатался ярким пятном сквозь блузку на спине. Алкоголь вас раскрепостил настолько, что вы провели в мотеле одну из лучших ночей ваших жизней. Однако на утро кроме номера телефона с подписью "позвони и сообщи о результате". Не трудно догадаться, что кончающий в тебя не меньше шести раз мужчина, детей как-то не планировал. Но жизнь играет по свои правилам, которые заставили тебя встретиться не только с ним, но и с его женой.
- Я просто не хочу рожать, - спокойно объявила женщина. - Так что родите для него ребёнка, - она небрежно махнула на мужчину, опять догадаться легко - их брак бесит обоих.
- Ты чего не спишь, Т/И-ша? - Когда Юнги появляется в гостиной, мысли расплываются в глупую влюблённую улыбку, тебе он сильно нравится, только к тебе он ласков, только с тобой позволяет себе смеяться, только для тебя, но... - Это вредно для ребёнка, - ...наверное, всё из-за ребёнка.
- Как раз собиралась! - Хорошо, что дом двухэтажный и для тебя запросто нашлось место в одной из спален первого этажа, однако уйти сейчас, когда он так расстроен и не помочь, невозможно для влюблённой девушки. - Может, сегодня со мной ляжешь? Диван ведь неудобный, - и Мин незатейливо кивает, приобнимая за талию и оставляя мягкое касание губ у виска.
- Вдохни спокойно, - приятный мужской смех, он заметил, как ты дышать перестала от такого действия. - Я всего лишь обнимаю тебя.
- Ты же знаешь, что для меня это не "всего лишь", - ты льнёшь ближе, насколько позволяет живот.
- Знаю, - Юнги аккуратно проводит ладонью по твоим распущенным волосам, - поэтому обнимаю. Ты тоже мне нравишься. Но у меня с той, - он кивает по направлению спальни, - договор о браке. Ещё два года надо потерпеть, а потом я буду свободен.
- То есть мне ждать ещё два года?
- Не тебе, а вам, - он укладывает ладонь на живот. - Я не дам ей присвоить нашего ребёнка. Я не дам, обещаю, - и от этого ночного разговора становится вдруг легче, а ответные чувства окрыляют.

Хосок
- Не надо, - отвечаешь тихо медсестре на такой радостный из её уст лепет: "Он такой хорошенький! Посмотрите!"
А тебе смотреть нельзя. Ни за что. Нужно оторвать от сердца и подарить этого малыша другой матери. Не родной, но той, что ждала его побольше тебя. Ты познакомилась с этой женщиной после злосчастной аварии. Она тогда врезалась в грузовик и чудом выжила. Но её неродившийся малыш - нет. Ты сама вытащила её из машины ещё до приезда спасателей и врачей и после такого, естественно, волновалась о её жизни в больнице.
- А вы кто? - Красивый, ослепительно красивый молодой человек с недоумением смотрел на тебя, сидящую у палаты.
- Меня Т/И зовут. Я вытащила эту женщину из машины после аварии.
- Я Хосок. Её муж, - он вежливо улыбнулся и предложил кофе.
И пока бедная жена боролась с жизнью в коме, ты как последняя грешница упивалась  любовью её мужчины. Хосок не обещал влюбиться в тебя, тем более, не обещал отношений, но тебе хватало встреч украдкой и сумасшедше страстного секса. Хотя ты и понимала, что для него сейчас в качестве обезболивающей таблетки. Ещё через месяц, когда женщина очнулась и Хосок со всем теплом бросился к ней, ты уже хотела тихо исчезнуть из их жизни, но, увы, его жене дали приговор "бездетна". И тут вновь о тебе вспомнил Чон и предложил суррогатное материнство.
- Вот. Тут ключи от квартиры, здесь деньги, а это твой личный охранник, - он всё это вручал тебе с надеждой и любовью, конечно, ничего из этого к тебе не относилось, но ты верила.
Верила, пока уже не услышав детский плач, не осознала, что больше тебя ничто, даже этот младенец, не будет связывать с любимым мужчиной, с чужим мужчиной.
- Спасибо тебе, - Хосок держал на руках своего ребёнка с широкой улыбкой, пока жена готовила фотоаппарат. - Нам очень был нужен этот малыш, - ты только киваешь, поджимая губы. - Я никогда тебя не забуду.
- Лучше забудь, - бросаешь ты и достаёшь из кармана телефон. - Моя любовь должна остаться при мне, - Хосок хочет как-то ответить, но любимая женщина просит улыбнуться в камеру, пока нелюбимая звонит маме, говоря, что нашла деньги, чтобы закрыть долги покойного отца, и медленной поступью удаляется. Все в этой жизни выполняют какую-то функцию в судьбе друг друга.

Намджун
Твой бывший парень проиграл даже твою квартиру в карты и оставил без крова. А как быстро заработать сироте-студентке огромную сумму? Никак. Остаётся только ночевать в тихую в корпусе университета, на кафедре твоего преподавателя философии. Но ведь рано или поздно обнаружат...
- Т/И? - Господин Ким снимает очки в явном удивлении. - Вы почему спите на диване на кафедре?
Приходится всё рассказать и в ответ получить предложение на миллион в буквальном смысле. Даже уму непостижимо, откуда такие деньги у преподавателя, но думать об этом не хотелось. Главное, дело плёвое - стать суррогатной матерью с условиями проживания и питания. Идеально, только...
- То есть вы сами будете воспитывать ребёнка? - Теперь удивлялась ты.
Как оказалось, Намджуну с девушками не везло, а вот детей в свои за тридцать пять хотелось. И раз есть ты, то можно и попробовать.
- Только давайте без искусственного оплодотворения? - У преподавателя чуть глаза из орбит не выпали. - Так хотя бы не тратиться на эту процедуру.
Однако, знай ты раньше, что этот секс, такой в начале неловкий и такой в конце жаркий, животный, красивый, лучший, ждёт тебя, то ты бы так просто не предлагала. А теперь хрумтя яблоком и поглаживая восьмимесячный живот, тебе стыдно, что студентка переспала с преподавателем и сразу же забеременела. Хотя этот стыд мигом пропадает, когда ты вспоминаешь, как заботливо он готовил тебе завтраки, как помогал с твоим токсикозом, как ласково обнимал каждую ночь, как улыбался с твоих шуток, как запросто срывался в магазин по первому твоему требованию. Вы словно настоящая пара...
- Чёрт! - Толи от мыслей, толи время, но рожать ты начинаешь именно сейчас. - Намджун-сонбэ!
В карете скорой ты потеряла сознание, а очнулась уже в палате без ребёнка под сердцем.
- Позовите Намджуна-сонбэ, - но медсестра говорит, что только мужа можно. - Хорошо. Позовите Намджун~и, пожалуйста, - и только он входит в палату, как ты резким голосом объявляешь. - Я не возьму денег! Не смогу! Я так уйду, оставлю ребёнка тебе, но не возьму ничего! Я просто не смогу! Тем более с собственного преподавателя! Да и за что? За настоящее чудо в личике вашего же ребёнка? Нет! - Ты глубоко вздыхаешь и, пока слова льются потоком, решаешь сказать ту мысль, что пришла к тебе перед схватками. - Вы мне нравитесь, а за чувства денег не берут!
- Т/И, ты можешь уйти, я держать не стану, - мужчина всё равно идёт к тебе, - но и ты должна знать, что твои чувства взаимны.
- Так... Может... - ты краснеешь, еле говоря в повисшей на полчаса тишине. - Ну... Мы вместе будем... Родителями вместе?
- А мы и так родители. И мы вместе, - и Намджун вдруг снова лучезарно улыбается, как же хорошо, что твой бывший настоящий карточный козёл.

Чимин
- Вот, - в его руке карточка, а в твоей руке пустота.
Ты знаешь, сколько там, ты знаешь, что сама согласилась, ты знаешь, что больше никогда не сможешь сказать ребёнку о том, что именно ты его мама, у тебя не будет никакого права. Когда тебя в поисках простого заработка пригласили в клинику и предложили стать суррогатной матерью для одной очень значительной пары, ты никак не могла подумать, что это будет семья твоего кумира.
- Извините, - ты жутко краснеешь, даже голову поднять неудобно. - Но почему вы сами не..?
- Я бездетна, - спокойно произносит брюнетка, обнимая за руку Пака.
И хотя это было максимально неловко, ты всё же подписала договор. С момента искусственного оплодотворения ты стала буквально хрустальной вазой для Чимина. Везде поможет, всюду подскажет, всегда побудет рядом. Конечно, такая  не опытна дурочка как ты сразу влюбилась. Твой кумир и вдруг именно к тебе с таким вниманием. Гулять вместе, смеяться вместе, даже готовили пару раз вместе, словно настоящая парочка. Тебе так вскружило всё это голову, что тебе уже казалось, будто это ты его семья и скоро у вас появится настоящее чудо, что нет у него больше никого, что ночами он уезжает не к жене, а в ночную смену, что подарки с тобой он выбирает для своих родных, а не для жены, что говорит по телефону не с той брюнеткой, а с коллегой. Только почему же сейчас он так запросто протягивает тебе деньги, пока другая женщина на руках качает твоего ребёнка?!
- Спасибо тебе, - ты потерянным взглядом скользишь по тому, как его рука вкладывает в твою карточку. - Этой суммы совсем мало, чтобы выразить тебе благодарность за то, что ты помогла нам стать родителями, - на глазах появляются слёзы, но ты терпишь. - Поэтому ты всегда можешь обратиться к нам за любой помощью, Т/И. Мы никогда не откажем, - и снова эта улыбка, в которую ты влюбилась, как же дура, это ведь просто знак вежливости. - Я пойду к ним. Ещё раз спасибо! - Он кланяется и с улыбкой идёт к своей семье, какая же дура, вот эта счастливая улыбка, такая тёплая и любящая, она никогда не была твоей.
Ты медленно прикладываешь руку к животу, там пусто, в голове пусто, в сердце тоже пусто. Ты провожаешь их взглядом и срываешься на истерику, медсестра тут же оказывается рядом с успокоительным, кажется теперь ты спустишь все полученные деньги на эти проклятые таблетки.

Тэхён
Это ужасно. Ты смотришь на себя в зеркало и только тихие слёзы катятся по щекам. Ты думала, что справишься, что сотворишь благое дело, что будешь довольна собой. Но почему же никто не сказал, что морально больно даже представить как ты отдаёшь своего ребёнка женщине, которая даже собственного мужа не любит.
- Просто родите для него, чтобы отстал от меня, - единственное требование к тебе, которое выдвинула его жена.
Тогда ты думала, что она просто такая грубая по характеру или что она чем-то больна и не может родить, но оказалось, что она просто холодна к собственному мужчине. А Тэхён ведь такой шикарный, других слов и не подобрать. Работает в престижном месте, запросто может помочь прислуге с уборкой, так лучезарно смеётся, легко общается со всеми - золото, а не мужчина. Но ему досталась высокомерная язва, которая вышла замуж не за Кима, а за его деньги. Поэтому ты решила попробовать, хотя бы пока будешь жить с ними, показать мужчине, что значит любящая женщина.
- Т/И! Ты чудо! - Тебя с благодарностью целуют в щёку, а ты только радостно киваешь.
Уже полгода как ты стала практически заменять ему его же нерадивую жену: с радостью готовишь, чтобы видеть его счастливую улыбку, с радостью планируешь выходные дни, чтобы он со всем вдохновением помогал тебе в их реализации, с радостью заботишься о нём, чтобы получать даже такую детскую благодарность, как маленький чмок.
- Слушай сюда! Ты родишь этого ребёнка нам и исчезнешь! Я его жена, а не ты! - Шипит женщина, когда ты в один обычный для всех уже день ждёшь на диване его возвращения с работы.
И ты сникаешь. И ты больше не можешь спокойно смотреть на Тэхёна. И ты трудно воспринимаешь взаимодействие его жены с ним. И ты вдруг ночами плачешь в подушку, обнимая живот, потому что тебе не просто хотелось семью, тебе хотелось жить семьёй с Тэхёном. Это ужасно.
- Т/И? - Ты выходишь из ванной, сразу сталкиваясь с сонным, но обеспокоенным Кимом. - Что случилось?
- Не надо, - не позволяешь себя обнять. - Лучше не нужно.
- Ты чего?
- Это больно, - ты опускаешь глаза, отвечая шепотом. - Потом будет только больнее отдать ей моего ребёнка.
- О боже! Точно! Ты же не знаешь ещё! - Он вдруг смеётся и всё равно обнимает крепко. - Я вчера расторг твой договор и предложил кое-кому со мной развестись, пока я согласен ещё спокойно разделить нажитое имущество.
- Врёшь, чтобы я не плакала? - Со смешком интересуешься у мужчины.
- Скорее хочу, чтобы ребёнок жил в любящей семье... а тебя я люблю, - и ты радуешься, хотя в душе крутишь средним пальцем перед его теперь уже бывшей.

Чонгук
- То есть родить для вас? - Мужчина серьёзно кивает. - Вот только для вас? Вот просто подарить жизнь ребёнку? Вот...
- Да, - Чонгук смеётся внутренне с твоих огромных удивлённых глаз. - Всю жизнь только работал, подходящую девушку не встретил, а детей уже хочется.
Отказать большим деньгам ты не смогла, хотя было дико суррогатное материнство. Одно из условий - проживание в его доме, которому ты была в принципе даже рада, не надо платить аренду за свою квартирку. Но спустя пару дней стало неудобно и уже через неделю ты медленно и верно превратилась в довольно заботливую девушку, даже сама поражаясь, что из тебя получилась приличная хозяйка. Конечно, первое время ты делала всё из благодарности за своё содержание, но, когда на пятом месяце становилось труднее готовить, убирать, не засыпать за вечерними разговорами, ты злилась, потому что хотелось сделать это не из благодарности, а чтобы порадовать как-то мужчину своим присутствием.
- И почему ты не спишь? Позд... - в тот вечер он задержался практически до утра из-за совещания, не отвечал на звонки из-за разрядившего мобильника, а ты переживала, вдруг что-то случилось, а ты так и не сказала, что он тебе нравится. - Ох, Т/И, - ты налетаешь с объятиями, после которых жизнь резко изменилась.
Всю оставшуюся беременность вы и правда вели себя как парочка, все эти милости по утрам, постоянные прогулки, бескрайняя забота, смех в каждой комнате и бесконечность улыбок. Одно объятие на многое вас толкнуло в отношениях, только про договор вы благополучно забыли.
- Как это не покажите? - Медсестра уносит ребёнка, а ты обессиленная пытаешься встать. - Это мой сын! Вы права не...
- Имеем, девушка, - чеканит акушерка. - Вы просто суррогатная мать. Успокойтесь.
Тебя как водой окатили. Ты же всё ещё суррогатная мать. Ты никто Чонгуку. Ты просто была содержанкой для рождения ему ребёнка. А хорошее отношение к тебе тоже из-за малыша. Ничего личного, договор.
- К вам тут... - лёжа в палате, ты пялишься в потолок.
- Т/И! Прости меня! Прости! Я совсем забыл про этот договор!
- Или не хотел обнулить, - Чонгук в шоке с твоего равнодушия. - Я понимаю, что все было только для ребёнка. Не надо строить из себя в меня влюблённого. Я родила и...
- Но я никого из себя не строил! - Мужчина присаживается рядом. - Я правда вначале думал по-деловому, но незаметно втянулся в то, что кому-то нужен я, мой дом, мой, теперь наш, ребёнок, - тебя гладят по голове. - И я правда тебя люблю.
- Тогда покажи мне сына! - Ты подскакиваешь с места в слезах. - Они его отобрали! Они даже не дали его уви...
- Тише, вставай и увидишь его, - тебе помогают встать. - Идём со мной и всё будет так, как ты захочешь, - и ты не в силах не поверить любимой улыбке