Петля

При той жизни, что они вели, другие сходили с ума, хотя вряд ли о них вообще думали. Да ему-то было абсолютно всё равно на свою супругу, при этом вы думали, что это так кажется со стороны. Ну пускай по-вашему, мне нет до этого никакого дела, я лишь делопроизводитель его давно уже сбросившейся с горя жены. Она сбросилась так как давно искала его и думала о нём, в то время, как он о ней, но какого-то Воланда выражаясь автором тех строк, который также, вслед за его любимым, сбросился.

Ну так эта чертовщина началась неизвестно где и когда. Чёрт их обеих уже знает, где они теперь, но они какого-то чёрта для вас всё же были счастливы. Чёрт вас драл долго за то, что вы смели думать о них грязно, хотя к чёрту такие чертовски для вас обольстительные мысли.

А, да, кстати, к слову о самих чертях, выглядевших при жизни как какие-то черти, хотя черти для вас уже начинают в глазах попадаются, потом уходят, и так далее. Ах да, об этих самих чертях, о которых будет писано ещё эта червоточина. Эта червоточина сконцентрировалась, концентрироваться она могла для неё, а может и его, чёрт вас знает. Чёрт-то вас прекрасно знает, а самый главный черть смеётся над вами не переставая. «И я тоже», сказал другой чёрт. Эти черти, видевшие чертовщину в голове у каждого из них, думали, что они, эти двое несчастных, как вам может показаться, хотя к чёрту сочувствие, ведь эта история стала для них же легендой, которая не переставая продолжается на улицах этого чёрт знает какого города, ведь Дьявол уже знает, что за место для них было отведено после того, как летописец, таков этот сексуально чертовски обольстительный делопроизводитель, напечатавший этот и у него в глазах остался свет после такой чертовщина. Впрочем, данный чёртов роман не об этом, хотя чёрт вас всех понимает лучше, чем у нас в головах, хотя мы никогда не существовали, ведь мы самоубийством кончили по идее данного романа.

Внешность вы легче данного мужа, который был чертовски хорош собой, как и она, дьявольски была красива для него ли, не думайте уже. Вы думали о нас двоих всю нашу жизнь, ведь чёрт вас всех понимает. Сатана, что он, он появится позднее. А пока чертыхайтесь на нас.

Это началось для них двоих давно, ещё тогда, когда Ад был создан тем, в кого никто уже не верит. В него точно, а в него подавно. И чёрт вас всех понимал, но не он же, о котором прочесть никто из вас не может. Чёрт, а может и сразу пятеро, довёл этих двоих до самоубийства. Этих двоих не помню уже, чёрт меня возьми и выброси. А на читателя смотрит уже автор этих строк, как галлюцинация, ведь эта чертовщина ни к чему хорошему их же не привела.

Пролетая над ними же, я видел, как он гулял по какому-то городу. Своей любовью, а хотя чёрт их уже знает, они смогли построить много всего, но печальнее, чертыхайтесь все и сразу завистники, то, что их заставили кончить с собой при жизни. Кто они, неясно. Чёрт меня знает что я писал. Меня? Подавно вы, вам не чертыхаться на моей могиле.

Чёрт знает мозги человека, пишущего на эмоциях. Чёрт знает и другого человека. Чёрт знает меня в первую очередь, из-за тех сук, уже на эмоциях пишется, хотя чёрт всё же нас знает. Чёртей, чертей, чертий, черти, чёрт, черт, черта, самоубийство. Так вы ведь поступали, довели до самоубийства такую красивую пару. Хотя чёрт бы с вами, вы довели его жену до того, что она сама сказала себе:

- Он не меня любит. Я это понимаю прекраснее, чем каждый из них. У нас было бы столько ребят, но мой муж видимо урод.

Данный дурак ещё хуже был. Он всё чёрт его поймёт какое уже теперь носил его чёрт называвшимся ему же им же, хотя чёрт понимает, что это уже было другое состояние, да, чёрт его понимал лучше его самого, но в глаза ему лезли все подряд, поэтому он вынужденно, причём раньше, чем его жена, выпил всю водку. Это была чертовски вкусная водка, а тем более спирт. Последнее, что он сказал в здравии, хватит ему на ухо шептать черти, и так каждую ночь происходит, чёрт действительно вас выбросит в этот же самый город, где стоит памятник самому главному чертю из вас.

Чертовски не понимает, к чему это всё свело. Чертовски меня знает лично. Но Чертовски убил моего лучшего друга своим характером, так что чёрт его теперь, где чёрт, самый главный уже черт, пишет, понимает лишь черть, гуляющий с супругой в другом месте. А о них речи не идёт здесь.

История их любви была чертовски неправильной всю жизнь им ломали, переломали и довели до чертовщины, по-другому я уже не хочу выражаться. Хотя чёрт бы с вами всеми.

Главный персонаж данной книги с другого боку является та чертовка. Её никак тоже не звали при жизни она лишь хотела к чёртовой матери чёртову славу, которая она чёрт её ещё возьмёт, хотя именно она довела его до самоубийства. До какого самоубийства, чёрт его помнит, тем более, что не я. Я чёртов ваш спутник. Так что смотрите эту картину.

Чертыхаясь через это всё, я был тем ещё чертом. А этот человек, приведший уже её к тому, от чего он повторно сбросился, не успев её спасти, был другим чёртем. Чертем, чёртем, чёрта, черты. Черты в твоей голове, чертов урод, мешающий каждую ночь чёрт тебя знает зачем ведь именно тебя самый главный чёрт знает каждую ночь, когда ты приходишь еженощно на чертовски кружевной шабаш. Не об этом начал думать я, я хотел бы лучше понимать того чёрта, что ходит каждую ночь по Москве, видимо, кружа голову тем, кто гении.

Все эти чертовски неверные люди что делают, да ничего они уже не делают, они чертыхаются или любовью занимаются в голове, как бы то ни было, это правда. Не надо верить этой чертовщине сейчас. Верьте тем чертям, что вам говорят чертовски хорошие шутки.

Чёрт во мне же, сказал третий черть, когда понял, что он здесь же. О тех двух чертях, что сбросились не по своей вине, мы будем говорить далее. А вы отдыхаете. Вы отдыхаете с нечистой совестью, черти, думающие о нас двоих. До вас наврядли сейчас дойдёт данная чертовщина.

Мы в порядке. – Ответил он ей, когда всё начиналось. Давайте с этого переходить к другому, это взаимно было начато в восемнадцать чёртовых лет. Чертовски верно. Но не об этом данная чертовщина для вас. Я пишу, она смеётся. Она плачет, я смеюсь. Не об этом. Мы с ней построили счастье несмотря ни на что. Так что, промолчать шепчет она мне на ухо.

А вам она шепчет другое, в то время, как я шепчу третье, и вы хотите чёрта. Вы хотите их изнасиловать, как мою чертовку. Не об этом думает. Думайте о том, как они скатились до того. О чёртях. О чертыхании. Об аде, который мы вам вместе устраиваем. Мы два самоубийцы. Нас всё ещё нет в ваших головах.

Эти двое встретились уже давно. Когда чертыхаться начали вы? Мы не мы. Нас нет в ваших головах. Мы канули во тьму, выражаясь словами. А мы те ещё черти, верно.

Чертыхаясь, я пришёл к выводу, что они обе были уродами. Моральными. Хотя я не знал его до конца, её тем чертее, тем светлее ум у того, кто не побоялся написать на нас рецензию. Мне не нужно.

Да к чёрту сочувствие. Да к чёрту ту, что скинула его с жизни. Да к чёрту и того, что скинул её. А я дальше для вас черти о нас думающие дальше пишу.

- Знаешь, есть такое ощущение, что нас хотят убить. – Сказал он ей, когда у них начинались хорошие отношения. Её улыбка ему же намекнула о том, что она молодец. Свет ещё горел, хотя. Хотя. Хотя вы не сможете понять, каков тот был тусклый свет.

Знаете ли вы, что девушкам тяжело живётся? Вряд ли, чёрт вас поймёт, ваши пошлые мысли точно. Это были чертовски грязные мысли. Каждую чертовски ночь ты чертовски дура, что свела моего персонажа в могилу, так всё же, черти те ещё у них в жизни были. Это были какие-то черти. Они, их лишь двое, лезли к этим двум чертям в голове, так что чертовски это было верно.

Не об этом думайте. Думайте о том, как проклинать нас ещё хуже. Черти.

Да чертыхайтесь вы уже. Сколько бы ты ни чертыхался, меньше от этого чертями ты не будешь.

Чертыхается один человек вокруг нас. Он ходит и сводит нас с ума. Плюс вторая. Так что же это чёрт возьми такой чертыхается данный урод дальше. Нашёл всё уже. Между тем чертовщина дальше шла вокруг них двух, этих двух душ подразумевается.

О чём бы данный чёртов ни был, я хочу сказать одно – мы духом не себя самостоятельно убили. Нас угробили двое черти, имена настоящие, к чёртовой матери они и так идут, Байкова имя той, что духовно убивает меня дальше, и Елисеев, что убивает её.

Кого её, чёрт нас теперь знает. Но я знаю, назову настоящие наши фамилии – Роенко и Литвинова. Моя литература не для таких уродов, которым лишь бы заниматься рукоблудием на мою литературу, нечего со мной ныть, уроды. Пошли прочь сразу из головы её, у неё так по вашей вине, порнография. Второй раз автор с вами не будет разговаривать.

А чертовщина всё хуже была. Поэтому довели ли до самоубийства, а? Чёрт их всех знает. А нас тем более. Всё начиналось со света, мы хотели строить светлые отношения, я не буду сейчас перечислять всё это. Я буду перечислять другое. Ваши смертные я могу перечислить.

Наши имена вам до конца неизвестны. Нас убили не мы сами здесь. Думает ещё. А про что роман тогда, спросят каждый из вас.

О чертях в ответ. О каких не дано вам будет до конца понять. Я должен кончить его. В любом смысле. Это роман . Ну роман значит, роман. Не об этом думает.

А в голове у его супруги, начиная с восемнадцати лет, была сплошная бурная половая жизнь. Правда, она этого не хотела. Её супруг тоже. Они хотели максимально честных отношений. Но всё было тщетно, чертовски неверно.

Ему постоянно не везло, он хотел её видеть всё время. Она его тоже, но чёрт знает их, почему же они не могли видеться лично. Черти носили их подсознание. Эти же черти довели до чего-то там. Но здесь, в данной литературе, эти черти не могли не понимать, какого чёрта они лезут в голову к чужим людям, чёрт их также знает. Это было невыносимо для неё.

Они обвенчались ночью, но ещё даже неофициально. Эта чертовщина продолжается давно уже. Она из-за них не спит толком по ночам. Это чертовски сложно жить. Но ему было не легче, он её прекрасно понимал. По крайней мере, это из жизни, они друг друга всё ещё любили, официально их семейной жизни не было. Эти черти вскружили обеим голову достаточно. К слову, об этих же трёх чертях. Да нет, их двое. Помните из жизни, полетели дальше.

В этой чертовщине больше всё же людей, которые среди двоих выделяются. Первый чёрт всегда богохулит, впрочем, вторая тоже. Внешность.., включите лучше воображение, с ними чёрт ходит. Этот чёрт не автор. Автору глубоко уже было плевать к тому моменту.

А у них всё хуже, всё хуже было. В девятнадцать, когда ей наступило, неожиданно произошла чертовски небывалая ссора. Это чертовски было слышно на чёрт знает какое расстояние. Так что чёрт их носил долго, но они ещё были счастливы. Дьявол кружит других, по-настоящему, надо вам сказать. Сказать я другое могу вживую. А вот этих двух душ, которых довели сами уже понимаете кто, до того, о чём речь была ранее, другой чертовски интересный вопрос. Черти носят не их. В подсознании их носят данные черти, ломают семейную жизнь, в общем, черти их знают, что они выламывают из этих двух гениев. Ирина есть гений. Я уважаю её.

- Чёрт

,

возьми меня! – сказала одна из главных персонажей данной книги. Она не понимала ничего, она любила того, что любил ту, что сбросилась в конце концов не по своей воле, но чёрт возьми тех двух и сбрось там, где до них бы наконец дошло о чём чертыхались они при жизни и довели двух молодцов данной литературы. Эта чертовщина длится уже не первый год для него.

О нём следующая глава.