Пролог
Последние оранжево-красные лучи скрылись за одиноким горизонтом. На пустынной и бесплодной Красной звезде воцарилась тихая ночь. Из-за голого валуна доносились еле слышные стоны и вздохи, от которых кровь приливала к голове. Прохладный воздух наполнялся сладким ароматом, смешанным с вожделением.
Тем самым ароматом, что источает омега во время течки, способным свести альфу с ума в радиусе ста ли. К счастью, эта планета давно необитаема, и кроме них двоих здесь не осталось ни единой живой души.
Лицо Артура залилось румянцем, а дыхание сбилось. Густые и длинные ресницы трепетали, а тонкие пальцы впивались в землю, окрашивая её тонкой струйкой багряной крови. Он отчаянно боролся с инстинктами омеги. Вот только этот дурманящий, сладкий аромат, был невыносимым искушением для стоящего рядом альфы.
Фрэнсис, с покрасневшими от желания глазами, не отрываясь смотрел на Артура, мокрого от пота, но соблазнительно вздыхающего. Жажда обладания — врождённый инстинкт каждого альфы, и сопротивляться соблазну течного омеги почти невозможно. Мощный феромон, ударяющий в ноздри, будоражил кровь, разжигал желание. Он еле сдерживался, чтобы не подмять под себя Артура, не ворваться в его податливую, упругую дырочку и не излить туда всю свою неутолимую страсть.
Промежность Артура горела огнём. Из глубин хлынула смазка, насквозь пропитав чёрную ткань армейских штанов, облегающих его бедра. Даже с закрытыми глазами юноша ощущал мощный, властный запах альфы. Течка инстинктивно, практически невольно, заставляла жаждать прикосновений этого сильного мужчины, его объятий и яростного напора, дарящего высшее наслаждение.
Фрэнсис, сделав глубокий вдох, с трудом оторвал взгляд от соблазнительных ягодиц Артура и взглянул на его шею. На светлой, гладкой коже алела метка, символ его власти. Шероховатыми кончиками пальцев он коснулся её, слегка погладил едва заметную выпуклость, и почувствовал, как тело омеги содрогнулось. Губами он прижался к метке, нежно лизнул, а затем впился зубами, словно желая вырвать и проглотить этот кусочек плоти.
Тело Артура задрожало, из его горла вырвался приглушенный стон, смешанный с тихими всхлипами. Он извивался в объятиях мужчины, словно в мольбе, сгорая в огне страсти, отчего Фрэнсис вмиг потерял последние крупицы здравомыслия.
Его омега желал его, опьяняя своим ароматом. Больше он не мог противиться. Резким движением Фрэнсис разорвал и без того потрёпанную военную форму Артура. Грубо схватил его за короткие льняные волосы, заставив запрокинуть голову, и безжалостно впился в дрожащие малиновые губы.
Обжигающий вкус Альфы ворвался в его рот, и Артур, охваченный инстинктом, не мог сопротивляться. Он жадно впивался в губы мужчины, словно путник, нашедший воду в пустыне. Всхлипывал, ощущая слабость во всем теле, но был готов принять гон альфы. Жар охватил его тело, пот смешивался со смазкой. Приподнявшись, юноша приблизился к Фрэнсису, ловко раздевая его и развратно крутя бёдрами, тёрся своей грубой военной формой о затвердевший член мужчины, улавливая его прерывистое дыхание.
Артур, охваченный похотью, был подобен всем течным омегам: распущенный, развратный, чувствительный и беззащитный. Отказать пометившему его Альфе он не мог. Он потерял себя, и теперь его единственная цель — угождать и подчиняться. Он решительно раздвинул ноги. Влажный вход сжимался и раскрывался, словно томящийся от вожделения ротик, тянущийся к набухшему пенису. Его бедра подались вперёд, жадно заглатывая всю плоть целиком.
– Ах... Блядь... как круто... — тело Фрэнсиса задрожало от переполняющего наслаждения, и он не смог сдержать поток грязных слов.
Тугое, скользкое колечко мышц обхватило набухший член, жадно пульсируя засасывало головку, даря наивысшее наслаждение. Собственнический пыл альфы пробудил в Фрэнсисе неукротимого повелителя. Поддерживая Артура за тонкую талию, он с неумолимой страстью неустанно входил в него.
— А-ах... Так... хорошо... — от блаженства Артур зажмурился. Его стройные бёдра крепко обвивали сильную талию Фрэнсиса, а спина плавно прогнулась, стремясь навстречу желанию.
Фрэнсис лукаво усмехнулся, размыкая кольцо рук на талии и разводя ляжки юноши в форме буквы «М». Мощные, неутолимые бёдра безжалостно шлёпали по округлым, приподнятым ягодицам Артура, словно вбивая сваи в податливую землю. Толстое, налившееся жаром «орудие» ритмично проникало в податливую, чуть влажную от предвкушения плоть, щедро увлажняя место соития густой смазкой и издавая хлюпающие звуки.
— Ну как, нравится? Как ещё тебя трахнуть? — в бешеном темпе, Фрэнсис поддразнивал Артура непристойными словами.
— Ещё быстрее... умоляю...
Всхлипы проскальзывали в голосе Артура. Он терял рассудок от того, что этот мужчина с ним творил. Сзади всё стало мягким и податливым, а его возбуждённый член трепетал над животом, источая липкую влагу, готовый излиться в порыве страсти. Но Фрэнсис словно играл с ним, то наращивая темп, то замедляя, приближался к чувствительной точке.
Волна мурашек пробежала по коже. Артур то и дело оказывался на грани, но каждый раз его прерывали. Больше не в силах сдерживать слёзы, он поддался желанию и начал ласкать себя.
Фрэнсис не сводил покрасневших от возбуждения глаз с этих похотливых движений. Подхватив его ноги и закинув на плечи, он внезапно обрушил на него град мощных, стремительных толчков. Двойная стимуляция лишила Артура дара речи. Он мог лишь инстинктивно стонать и задыхаться, пока, выгнувшись в неистовом экстазе, не кончил.
Вместе с оргазмом наружу хлынул густой поток феромонов омеги. Маленькое колечко мышц судорожно сжималось вокруг члена, массируя его и доставляя Фрэнсису неземное наслаждение. Издав несколько прерывистых вздохов, он с силой вошёл в тугое отверстие Артура, заставляя его дрожать, подобно осеннему листу на ветру.
Фрэнсис был исключительным мужчиной. Альфа до мозга костей, непобедимый воин, а в сексе его энергия и выносливость поистине не знали границ. Уже несколько раз, овладевая Артуром, он доводил его до оргазма, а сам же лишь медленно приближался к кульминации.
Характерный узел на члене Альфы незаметно раскрылся, и он со всей мощью вонзил свой член в разгорячённый проход Артура, упираясь прямо в чувствительную точку. Артур невольно выгнулся, словно выброшенная на берег рыба, и издал беспомощный стон. Затем он почувствовал, как угол, под которым Фрэнсис вколачивался в него, внезапно изменился. Твёрдая плоть заняла иную позицию, яростно проникая в потаённую зону, о существовании которой Артур даже не подозревал.
— Ах... не надо... прошу... — Артур вскрикнул, тщетно пытаясь вырваться из стальной хватки.
Застигнутый врасплох Фрэнсис едва не потерял равновесие, но порочный узел, вздувшийся на основании члена, надёжно зафиксировал эрегированный пенис альфы в теле омеги. И эту связь не разорвать, пока полностью не завершится процесс эякуляции. Такова природа — не дать возбуждённому омеге ускользнуть в середине процесса и заставить принять семя альфы.
Упрямство Артура лишь разжигало в Фрэнсисе инстинкт собственника. Как он мог позволить омеге выскользнуть из рук в самый пиковый момент? С силой прижав юношу к себе, Фрэнсис без колебаний углубился, настойчиво проникая к тайному местечку.
Острая, нестерпимая боль пронзила Артура насквозь. В глазах потемнело, словно его разрывали на части. Невозмутимость и сдержанность, всегда присущие ему, уступили место безудержным слезам. Чувство полного подчинения, растворения в чужой воле захлестнуло его, разрывая сердце на куски. И в то же время, распутное тело, словно обезумевшее, безо всякого стыда открывалось навстречу захватчику.
Ритм толчков становился все яростнее, словно Фрэнсис стремился пронзить его насквозь. С каждой фрикцией пульсирующий узел касался простаты, даря Артуру наивысшее блаженство.
Что творилось в душе Артура, Фрэнсис не знал. Необузданное наслаждение превратило его в дикого зверя. Отдавшись инстинктам, он больше не владел собой, не мог думать ни о чём, кроме как яростно вдалбливаться, повинуясь первобытному зову. Податливая плоть принимала его член, распахиваясь навстречу настойчивым толчкам. Каждое проникновение отзывалось криком удовольствия в каждой клетке. Волна наслаждения, подобно электрическому разряду, пронзала всё тело, сводя поясницу в судороге. Он чувствовал, что больше не в силах сдерживаться, что вот-вот кончит.
С наступлением оргазма узел на его члене раскрылся полностью, обеспечивая надёжную сцепку. Горячий поток хлынул внутрь, заполняя всё внутри обжигающей жидкостью.
В этот миг Артур ощутил вспышку удовольствия, скопившегося внизу живота, и струя тёплой жидкости брызнула на головку члена Фрэнсиса. Отчаянный крик сорвался с его губ, пальцы судорожно впились в упругие плечи мужчины, оставляя на них багровые отметины.
— Детка... Ты — мой Омега... — Фрэнсис страстно поцеловал Артура, крепко прижимая его к себе, наслаждаясь непрерывным семяизвержением.
Чтобы повысить шанс зачатия, процесс эякуляции альфы длится несколько минут. Узел на члене надёжно блокирует вход омеги, не позволяя семени пролиться, пока оно полностью не впитается в его тело. Затем он медленно начинает уменьшаться.
В разгар великолепной кульминации Артур открыл глаза и увидел Фрэнсиса, так близко, что казалось, их лица слились воедино. Веки мужчины были прикрыты, лицо искажено блаженной гримасой. Привычная холодность и суровость сменились ласковой беспомощностью, словно перед ним был совсем другой человек, не бездушный и грозный бог войны. Но неважно, каким он предстаёт сейчас, ведь этот мужчина одинаково прекрасен, в любом облике излучая героическую отвагу. Разве найдётся омега, способный устоять перед таким сильным и нежным альфой, не покориться ему без остатка?
Но увы... Изумрудно-зелёные глаза Артура вспыхнули ледяным пламенем, в них не осталось и следа былого желания.
«Я вовсе не настоящий Омега, и уж тем более не твоя детка. Нам суждено быть смертельными врагами в этой бесконечной войне!»
Фрэнсис утратил бдительность, неосознанно поддавшись страсти. В этот момент могучий и несокрушимый альфа был хрупок и беззащитен. Длинные бледные пальцы Артура, словно ядовитая змея, незаметно скользнули вверх по крепкой спине мужчины, точно нащупывая пятый позвонок — самое уязвимое место. Стоило лишь слегка надавить, и паралич неминуем.
В тот самый миг, когда ледяные кончики пальцев коснулись жизненно важного места, в его ушах прозвучал нежный голос Фрэнсиса:
— Артур... Я люблю тебя...
Словно удар молнии пронзил Артура. От этих ласковых слов его решимость рухнула. Дрожащие пальцы так и застыли в воздухе...
Продолжение следует...
*Ли — для обозначения больших расстояний, в древности «ли» составляла 300 или 360 шагов, стандартизированное метрическое значение — 500 метров.