Глава 39
В жизни каждого человека рано или поздно наступает момент болезни. Не бывает людей с абсолютно здоровым телом и разумом. Все мы рождаемся и умираем в больницах. В таких местах встречаются наш мир и следующий. Больница - это грань между реальностью живых и миром мёртвых.
Бродячие псы - литературные гении
От лица Кайсы:
Я очнулась от боли во всем теле. В помещении, где я была, пахло медикаментами. Открыв глаза, я поняла, что нахожусь в больнице. Моя рука была перебинтована, раны обработаны и заклеены, а синяки намазаны какой-то мазью. Ох, не люблю же я больницы...
Дверь открылась, и в палату вошёл Кир. Он выглядел очень уставшим, и его одежда была в крови, по нему было видно, что он до сих пор не привёл себя в порядок после нападения в квартире.
- Кайса, как себя чувствуешь? - поинтересовался он.
- Жить буду, а ты как? Решил все дела? Что с Кристофером? Проблем больше не было? - сразу заговорила я о работе.
- Всë решил, мы со всем справились и всë почистили. - Кирилл рассказал о всех событиях, которые произошли, пока я была в больнице.
- Молодец. Только надо было убить его сестру, она по-любому разболтает о нас полиции. - упрекнула я его.
- Я ей угрожал. У неё есть дочь, и за ней уже следят, если она расскажет - мы заберëм у неё ребёнка. Для матери очень важно еë дитя.
- Ну хорошо. Если о нас узнают, виноват будешь ты. А теперь иди,я спать хочу. - сказала я и решила поспать, Кир вышел из палаты и, наверное, поехал домой.
От лица Кирилла:
После разговора с Кайсой, я поехал домой, отмывать всë от себя. Единственное, что мне показалось странным - наш диалог.
Она почти не вспомнила о нëм, не показывала эмоций. В её голосе сквозил холод, который она пыталась скрыть за фальшивой улыбкой. Хоть она и выглядела уставшей, но я почти уверен, что в любом случае, Кайса поговорила бы со мной дольше, и узнала бы больше. Она точно хотела бы выписаться уже сейчас, но не сделала этого. Всë еë поведение было мне непонятно и вызывало кучу вопросов, но сейчас я слишком устал, чтобы во всëм разбираться.
От лица Кристофера:
Я очнулся связанным где-то в темноте. Ничего не разглядеть, но по запаху - это подвал. Всë тело затекло и болело, а голова раскалывалась от многочисленных ударов. Почти на всëм теле я чувствовал липкую кровь, которая ещë не везде остановилась.
Я знаю, что вы считаете меня подонком, бесчувственной тварью и тд. Я сам себя таким считаю. Я предал единственного человека, который был мне дорог. Я предал свою любовь. Она меня уже никогда не простит, и я уже смирился с тем, что умру от еë рук. Я слишком больно сделал ей, я правда чувствовал себя мразью, но у меня не было выбора.
Во всëм виноват мой отец, он узнал всë, не только от меня, но и от моих знакомых, которым я доверял и рассказал намного больше, кто-то предал меня. Отец заставил меня это сделать, всë было под его контролем, и я не мог его ослушаться. Но не тут-то было, моя девочка показала класс, я был рад, что попал в плен я, а не она.
Я правда полюбил Кайсу, но судьба не хотела, чтобы мы были вместе, мы слишком разные, наши семьи враги. Я понимал, что поступил очень плохо, моя совесть, которая неожиданно проснулась, мучила и разъедала меня изнутри. Я видел в еë глазах всю боль, которую причинил ей, видел всë, видел её отрицание очевидного, надежду на то, что это шутка, отчаяние, а потом смирение. Она смирилась, и в этот момент её глаза зажглись недобрым огнëм, огнëм ненависти и презрения. В них я видел эти чувства не только по отношению к себе, но и знал, что ненависть и презрение она чувствовала ещё и по отношению к себе.
Я разбил еë сердце вдребезги, сделал так, что она меня ненавидит. Она не станет меня слушать, а я не стану говорить. Пусть лучше я умру от рук человека, которого люблю, но не доставлю ей мучений. Пусть лучше она меня ненавидит, чем я вновь соберу её сердце и вновь разобью. Мой отец способен на многое, поэтому лучше, чтобы мы больше не пересекались.
Я чувствовал себя убито, слишком много чувствовал я по отношению к себе, и по отношению к ней. По моим щекам текли слëзы - слёзы отчаяния и печали. Я ничего не мог исправить, осталось только смириться с мучениями и смертью...
От лица Кайсы:
Я поспала несколько часов и проснулась. Мне сделали все процедуры, ещё раз всë обработали, и я осталась одна. В этот момент я не выдержала и разревелась, все эмоции, которые накопились за эти дни, вырвались наружу.
Недоверие, боль, предательство, бессоница, обман, убийства, любовь.... Это всë я пережила за несколько дней. Морально было очень тяжело, мое сердце не выдержало, оно окончательно развалилось на осколки. Мне предстояло снова собрать себя по кусочкам.
Разбитое сердце - самое ужасное чувство в жизни. А если тебе подарили надежду, показали, что полюбили, ты полюбил в ответ, а потом получил удар в спину, предательство, то это в разы тяжелее. Я правда думала, что наши чувства настоящие, но это был театр одного актëра....
Я не знала, что делать с ним. Мучить? Пытать? Устроить допрос? Или просто убить? Как сделать правильнее не только для него, но и для себя?
С этого дня моя любовь к жизни умерла, теперь я живу исключительно ради мести, и я буду использовать всë, для своей победы. Меня одолело отчаяние, я больше не принадлежала себе, моя "добрая сторона" умерла.
От лица Моники:
Я не могла оставить всë просто так, надо было что-то делать. Я пошла к отцу, который точно помог бы. На Крисе был маячок, но его отключили, и я больше не видела сигнала и местоположения. Тот парень точно будет следить за мной, он знает мою семью и дочь. А Элли - самое дорогое в моей жизни, и если с ней что-то случится, я не переживу.
Я пришла к отцу на работу, только он знал, во что Крис ввязался.
- Отец, ты знаешь, что Криса похитили? - сразу спросила я. У нас с отцом были натянутые отношения: он не принимал мою семью и мой выбор, а я не принимала то, чем он занимается.
- Мне уже доложили. Ты что-то хочешь? Он сам виноват. Я думал, его не одолеет обычная девушка... А он, оказывается, слабак. - как ни в чем не бывало сказал он.
- А если его убьют? Что делать тогда? И кто эта девушка?
- Он начал встречаться с последней оставшейся в живых дочерью моих врагов, которых я убил 15 лет назад. В тот день ей удалось сбежать, но сейчас я добью еë. Эта миссия была поручена Кристоферу, но он не справился, теперь пусть сам разбирается. - ответил мне отец.
- Но если они любили друг друга, то почему должны страдать? - вот поэтому я и не любила отца, его мировоззрение не пересекалось с моим, мы были из разных, миров, он до сих пор жил прошлым.
- Мы враги. Ты никогда не могла понять этого, поэтому теперь иди, не смей помогать этому слабаку. Узнаю - убью. - сказал он, рассердившись и стукнув по столу.
Я вышла оттуда и направилась домой. Я не знала, что делать. Мной всë больше овладевало отчаяние. Я безумно хотела ему помочь, но как? Встретиться с его девушкой? Она должна быть в больнице. Но захочет ли она меня видеть? Выслушает ли? Изменится ли от этого еë решение? Ненавижу отчаяние, но оно все больше подкрадывалось ко мне, вместе с чувством безысходности, бессилием, болью...
Нет, нельзя поддаваться отчаянию! Если позволишь себе пойти по этой дороге, ты предашься самым низким инстинктам. В самые трудные времена. Надежда - единственное, во что можно верить, в ней источник внутренней силы!
Аватар: Легенда об Аанге