Глава 10
Лес. Темный и все такой же густой лес. Деревья колыхались от ветра, а редкая трава шелестела, создавая звук, чем-то похожий на звуки старого телевизора. Девочка, одетая в джинсы и запятнанную белую рубашку, идет по тропе, ведущей - как ей казалось - в никуда. Туман не давал глазам видеть дальше, чем на 5 метров вперед. И все приглушено. Звуки, цвета. А путница идет. Идет вперед, а за ней доносятся еле слышные знакомые голоса. Она оглядывается, хочет пойти назад, но не выходит. Дорога не позволяет отступить. Она не позволяет исправить что-то в прошлом. Лишь дает шанс подумать о настоящем и позаботиться о будущем. Девочка все так же смиренно идет, вот только уже не так быстро. Ей неинтересно, что там, за туманом. В этом мраке можно увидеть то, чего видеть человеку не положено. Это опасно. Но выхода нет. И нет выбора. Опустив голову, она шла дальше и дальше. Туман стал потихоньку испаряться и сменяться на черный дым, окутывавший ноги. Тропа так же закончилась - начался лес, еще темнее и путанее, чем был прежде. Иголки елей порой впивались в кожу, а ветки лезли в глаза. Потерянная оглянулась еще раз - в последний, - она отходила все дальше от светлой дымки и, в принципе, света. А впереди - темнота. Сплошная. Такая жуткая и таинственная, мистичная и коварная. Пожалуй, такие прилагательные бы подошли тому, кто стоит в этой тьме. А он там. И он ждет, когда девушка окончательно уйдет от света и погрузится в вечный мрак, где в слепоте он и схватит ее. А она не хочет идти дальше, возвращаясь в этот Ад. Нет, не вернется. Не вернется. Но кто спрашивает? Демон подходит ближе и просто молча берет за руку...
Кристина резко проснулась, при этом издав неясный крик. Время - час ночи. Она дышала часто, но тяжело. Каждый вздох и выдох давались с трудом. В комнату пробивался свет от фар. Девушка села и свесила ноги с кровати, уставившись в окно. За что ей это? Эти кошмары, эти дети, убийства... Зачем всё это вообще связалось с ней? Хотя понятно, зачем. Убрав темно-русые волосы за ухо, Крис подошла к раковине и помыла руки - она не знала, зачем это делает, но, видимо, это ее успокаивало. В мыслях прокручивался еще раз тот сон. Правда, некоторые его фрагменты она уже забыла. Забыла, как шла по свету, оглядываясь на светлые и нежные голоса погибших родственников. Но зато это холодное и пугающее прикосновение самой Смерти сироте запомнилось. Да, для нее Багул был как раз воплощением самой смерти: такой же холодный, строгий... вездесущий. Именно последнее не давало девушке расслабиться ни на секунду. Ведь в любой момент она может уловить на себе взгляд темных и таинственных глаз. В абсолютно любой. Ему все равно - одета, раздета, спит ли или вовсе поет в душе, - Он всегда рядом, и Ему она нужна. Любой ценой. Такой демон, как он, не стал бы посылать за какой-то очередной душой "патрули" из детей или самому лично являться в общественном месте. Не стал бы. Ведь сколько миллиардов детей живут на Земле! - Но Багул выбрал ее. И непонятно, зачем?
Убийца посмотрела на себя в зеркало: бледная кожа, темные волосы. А глаз в темноте и вовсе не видно. Будто их нет. Лишь темные глазницы. Кристина нахмурилась и приложила палец к губам. Да, в самый раз. Свои глаза ей в тот момент сильно напоминали глаза мистера Буги, и ей это в какой-то степени нравилось. Но нагоняло ужас одновременно. А живот при мысли о нем заполняло странное чувство. Там, в области желудка. Приятное и щекотливое... но больше приятное. Девушка улыбнулась и легла вновь на кровать, разложившись на ней почти звездочкой. Лишь руками она поглаживала "место странного ощущения".
"Нет, пф, Кристина. Ты не могла влюбиться в своего палача. Не могла".
И, действительно, беглянка уже была влюблена и не раз. И ощущения там были совсем иные. Во время влюбленности у нее порой весьма часто колотилось сердце, а при виде объекта обожания она начинала непроизвольно улыбаться. В животе у нее порхали бабочки, будто... Так, стоп. Живот.
"Прекрати думать всякую чушь, дура!".
Не выдержав выходок собственного организма, девушка по-нормальному легла на кровать, укутавшись в одеяло. Отогнав от себя плохие мысли, она почувствовала, как ее тело постепенно немеет и погружается в глубокий и сладкий сон.
- Думаешь, спит?
- Думаю, нет. - Мальчик лет 13-14, одетый в школьную форму, стоял около комода и смотрел на "будущую".
- Наверное, да.
Он опустил надменный взгляд на десятилетнюю девочку в синем платьице, стоявшую рядом с ним и тщательно наблюдающую за тем же, что и ее друг.
- Угомонись, Стефани. Еще не время. Еще слишком рано делать выводы о том, спит она или нет. Тем более, не слишком глубокая ночь. Готовь пленки...
- Но Майло! - воскликнула девочка, на что получила ответ в виде указательного пальца у губ и сурового взгляда. Да, они уже были слугами Багула, если их можно было так назвать. Майло был тоже своеобразным "новобранцем" среди остальных. Ну точнее, он был всегда со своим Хозяином, а не с товарищами по несчастью. Его история была так же весьма трагична. Но сейчас не об этом.
- Либо ты идешь сейчас же и готовишь проектор, либо тебе ох, как не сдобровать!
- Ты не мистер Буги, чтобы указывать мне...
- Для тебя в данный момент я буду пострашнее. - Мальчик поднял глаза на соседний угол, и его взгляд резко смягчился. Можно даже сказать, сменился на испуг. Он ткнул в Стефани локтем и показал головой туда, куда смотрел. Девочка тоже слегка испугалась, после чего они с Майло смиренно склонили головы. Понятно, из-за чего.
Около шторы стоял в своем привычном мрачном одеянии Багул. Довольно сердито посмотрев на детей, он намекнул им, чтобы те удалились. Они кивнули и растворились в темноте. Демон же подошел ближе к своей жертве и склонился над ней. Кристина тихо и спокойно спала, лишь иногда мило посапывая. Лицо девушки закрывали волосы, а сама она - видно, не заметив - обняла краешек одеяла и свернулась почти полностью в калачик. Милая, милая картина. Пусть у Багула и не было рта, но он улыбался. Непонятно, чему: от предвкушения новой порции еды или от умиления. Понять было довольно трудно. Он убрал с ее лица волосы и тихо провел по нему рукой, оставляя после себя следы в виде трещинок. Ну, это были не трещинки, а вены. Просто их стало намного сильнее видно. Демон сидел и ждал, когда она проснется, чтобы вновь напугать ее и лишить еще большего количества нервных клеток. Мистер Буги уже решил было немного потормошить ее, но не стал. Пусть спит. Завтра маленькой нарушительнице закона предстоит довольно нелегкий путь... Уж демон об этом позаботится.
***
В это же время
Дети сидели в каком-то запыленном помещении, смахивавшем на подвал. Девочка в зимней шапке поднесла своему "живому" другу пленку с записью своего кино. Майло зарядил проектор, и показ начался.
Рождество. Дети распаковывают подарки, радуются... Старшая дочь приносит своим родителям и младшей сестре горячий шоколад. Экран темнеет. Все члены той семьи, за исключением старшей, лежат, связанные гирляндой, в снегу. Медленно и мучительно на них по очереди опускаются горсти снега. "Рождественское утро".
Майло стоял около аппарата.
- Майло, - шепнула ему на ухо девочка в шапке, - как думаешь, нам долго осталось?
- Ты о чем?
- Ну... Кристина... Дилан... Они сгодятся?
Мальчик поднял голову и набрал воздуха.
- Дилан - нет. Он слабак. Зак, мне кажется, сильнее. А Кристина... Она, наоборот, сильна. Никто еще не уходил из-под власти... ну... сама понимаешь кого. И он, наверняка, заберет ее. Рано или поздно.
- А он сейчас где? - Девочка поправила шапку и вопросительно уставилась на друга.
- Он... у нее. - Майло замялся, опустил голову и спросил: - Ты хочешь этого, Эмм?
- Чего именно?
- Чтобы она стала одной из нас? Насовсем.
- Ну, формально, она и сейчас уже... хотя не знаю. Да, наверное, хотела бы. Ровесниц мне не помешает в этой компании. - Эмма показала головой на детей, сидящих впереди. Главарь усмехнулся.
- Да и я тоже.
Ребята переглянулись. Да, Кристину, как им казалось, даже Багул ожидал намного больше, чем этих мальчиков-близнецов.