𝓞𝓫𝓿𝓲𝓽𝔂𝓮 𝓨𝓪𝓭𝓸𝓿𝓲𝓽𝓸𝔂 𝓛𝓲𝓵𝓲𝓮𝔂.

Глубокой ночью, сев на своей кровати, черноволосая девушка сжимая подол белой ночнушки вспоминает недавний сон. Лицо мокрое от холодного стекающего пота, от чего придирчиво прилипают волосы к шее и подбородку. А губы в форме красивого, но сухого сердца дрожат от непонимания и растерянности, только что увиденного во сне. По её коже, все ещё бегают мурашки от резких кадров пробегающих перед глазами.

Взгляд поднялся на стоящее напротив широкой двухместной кровати зеркало до пола с оправой, будто обвитая стеблями лилий по обе стороны. Глаза расширяются от ужаса, а ногти впиваются в запотевшие ладони обновляя зажившие шрамы в виде полумесяца. Перед глазами вновь эта картина: она стоит перед зеркалом, но это не этот дом, а тот, в котором она росла и жила с мамой, папой... и Юнджин. Тёмная комната, а посередине одно поцарапанное зеркало с отколотым краем. Она смотрит на себя, но перед ней силуэт, не её, а другой девушки, незнакомой ей совсем. Поднимая глаза к лицу, она пытается разглядеть, но оно размазано, будто взяли и перемешали темноту ладонью, а в голове одно: "Юнджин..?" Это всё как в тумане, но этот момент и очертания фигуры, очень плотно засели в памяти Джису.

Время на часах будто ускорилось, и сейчас вместо часа ночи, целых три. Вновь переводя испуганный взгляд в зеркало, Джису встаёт с кровати вытирая ладони об ткань ночной рубашки, а после и подходя ближе к зеркалу, берёт сухое полотенце, вытирает пот с лица и шеи.

Юнджин жива? Я так хочу что бы это было правдой и всё это не зря...

Мысли одна за другой посещают голову брюнетки. Быстро надев чёрную майку и джинсы под цвет волос, она уже поправляет длинные липкие волосы откидывая их назад. Последний взгляд в зеркало, а после выходит из комнаты тихо открывая дверь, стараясь не разбудить Минхо и его маму.

Они единственные были рядом все эти годы и она безумно им благодарна. Но, вопросов у Джису ещё куча, почему мама оставила дочерей в разных уголках города? Где отец? Где сама мать? Вопросов с каждым годом становится намного больше чем основных ответов.

Волосы развиваются на ветру, мысли с новой силой атакуют её, а руки крепко держат ручки мотоцикла, что мчится по ночному городу обгоняя редкие машины.

Джису уже переступает порог бара и поднимается по лестнице, растëгивая кожаную куртку она берёт из неё пачку сигарет, и заметив что там осталась одна, закрывая её убирает обратно. Открыв дверь в кабинет она вздрагивает, ведь она точно помнила, что закрывала за собой. Остановившись, Ли толкнула дверь оставаясь за порогом и вглядывается в темноту, которую освещал лишь светильник на дубовом столе и свет из окна.

- Кто здесь? - грубо спросила Джису открыв полностью дверь, в то время как другая рука потянулась за спину.

Тишина.

Вздохнув поглубже, Джису делает шаг и переступает порог своего кабинета, а после резкий толчок в плечи чужими, холодными ладонями, и она ударяется спиной об стену. Женская фигура идёт на неё, а после включается маленький фонарик в руках незнакомки.

- Стоять, это полиция! - с ухмылкой произносит до боли знакомый голос. Это был её голос, с кем они прошли почти всё. От ада до рая, который продлился к сожалению недолго.

- Ха-ха, как смешно Пак. - выдыхая, уголки губ лезут вверх прикрывает руками глаза и жмурясь из-за резкого света.
- Выключи грёбанный фонарь. - оголяя довольную улыбку, девушка дожидается когда та убирает овальный предмет в задний карман джинс.

- Да, всё-всё, чё лыбишься? - спрашивает, а сама улыбается так же как и та что напротив. Делая уверенные шаги она подходит вплотную и обнимает подругу за шею вдыхая аромат её волос.

- Соскучилась что ли? - вдруг спросила Джису обняв девушку за талию повторяя её действия, зарываясь в её рыжих волосах.

- Соскучилась. - коротко ответила она выдыхая Джису в шею, а после настала тишина.

Вроде и есть что рассказать обеим, но, не знают с чего начать и что говорить, как при последней их встречи, прошло почти десять лет, с тех бунтарской молодости этих двоих. Ли нехотя отстраняется и подходит к мини-бару открывая его, достаёт бутылку, а после подходит к своему столу, попутно доставая из последнего ящика два бокала.

- Сколько лет прошло? - налив в бакалы со льдом виски, Джису садиться на поверхность стола беря в руку стеклянный предмет.
- Пять? Семь? - усмехаясь, делает глоток, что обжигает горло.

- Почти десять. - беря в свою ладонь виски, тоже делает жгучий глоток, Розэ садится на стол рядом где сидит подруга.

- Так много уже прошло... - задумчиво произнесла Джису, опустошая стакан, оставляя только кубики льда.

- А где твоё обручальное? - беря в свободную руку, ладонь Джису, Розэ точно помнит, что тогда, в последнюю их встречу оно ещё было.

- А, это то? - посмотрев на свой безымянный, Ли слабо улыбнулась.
- Он уехал тогда, с другой, оставив меня в баре с его же друзьями. - пожав плечами, она уже и забыла думать о том парне.

- О как, о, а это что? - вдруг перевела тему Пак и устремила свой взор на грудь без бюстгальтера подруги.
- Ты всё таки проколола их. - усмехнулась Розэ, преподнеся стакан к губам, а после и делая глоток не отводя глаз от голубых, что так внимательно смотрят в её.

Так они просидели до утра, вспоминая все их шалости и каждое мелкое дело в свои семнадцать. Пока Пак не уехала из города в другую страну.

Солнце начинает виднеться, а этим двоим не хотелось вновь отпускать друг друга, им так не хватало такого свободного общения. Их общения. Джису, всё же рассказала о своей сестре и о сне, о том что она думает и собирается ехать в тот дом детства. Розэ, только дай повод, они две подруги, она опаснее другой, как они раньше называли друг друга? Пантера и Лисица. Неплохо правда?

***

Издаётся щёлчок замочной, старой скважины на двери, что давно не открывали, из-за времени начиная гнить и ржаветь изнутри. Пак убирает свои инструменты в специальный чёрный маленький пенал, а после засовывает в карман большой куртки. Джису стоявшая рядом и наблюдавшая за действиями Чеён, перестала дышать. Это место было началом её жизни, жизни её Юнджин, которую она потеряла, так много лет назад. Рука в кармане кожаной куртки сжимает клочёк бумаги, где изображены они втроём. Мама, Джису и она... сестрёнка, совсем маленькая. Ли вспоминает эти моменты, а глаза становятся красными, но из-за темноты в этом районе, из-за других высоких построек этого не было видно. Вынимая другую руку из кармана она тянется к ручке старой деревянной двери и не решаясь заходить, застывает. Воспоминания нахлынули о младшей сестре, и она боится. Боится, что она не права, но её сердце говорит ей другое: Она жива и я это знаю, тот сон был не просто так... Мои старания не напрасны...

Пак, что стоит рядом, закусывает нижнюю губу смотря на подругу, она давно не видела её в целом, но когда они были вместе, она ни разу не замечала такой заторможенности Джису. Перед каждым делом, брюнетка всегда брала ножи, перчатки и иглы, а сейчас с ней только нож, что выглядывает из под её штанов на щиколотке левой ноги. Тот самый, что она подарила перед уездом в другую страну.

Это так важно для неё сейчас...

Пронеслось в голове Пак и она прикоснулась холодной ладонью плеча через жёсткую ткань куртки. Ли будто очнулась, и посмотрев в глаза напротив, медленно кивнула, давая понять, что всё в порядке.

Со скрипом открывая дверь, из которой изнутри сочиться запах пыли и тухлятины, будто здесь кто-то умер. А может быть и да? Зажав носы одновременно, Джису делает первые шаги в свой родной дом, следом осматриваясь идёт и Чеён. Перед Ли открывается вид на кухню, где они все вместе пили чай, готовили и последний день рождения брюнетки. Хлопья ресницами, Джису сильнее сжимает фото в кармане до хруста костей, что ногти впиваются в кожу ладоней. Но ей всё равно на эту физическую боль, больнее моральной, нет боли. Делая шаги дальше, она видит прикрытую дверь её комнаты. Наконец включив фонарик, вслед за подругой, Джису освещает путь в детскую. Стены и потолки заплесневели, из-за многих кто здесь был после их резкого ухода остались следы на пыльном полу. Сейчас ей все равно на этот весь вид и грязь под ногами, ей нужна та комната с зеркалом. Тихо сглотнув ком в горле, Джису встаёт у самой двери, медленно толкает её фонарём, после чего открывается вид на детскую. В углу кровать, на полу раскиданы детские книжки и игрушки, и вот оно, то самое зеркало с отколотым краем и трещиной.

- Это то самое зеркало... - тихо прошептала Ли не отрывая глаз от предмета, а после делает аккуратные шаги к нему.

- Ты уверена, что хочешь посмотреть в него? - вдруг спросила Пак оглядывая комнату направляя фонарь в сторону зеркала.

Вместо ответа, Джису медленно подходит к зеркалу и смотрит в своё отражение, в глаза, на фигуру. Во сне была явно не её фигура, не её волосы и не она сама. Это была она.

- Юнджин жива... - с глаз покатились слёзы падая каплями на чёрную майку оставляя после себя мокрые следы.

- О Боже... - подойдя ближе к подруге, Чеён обнимает подругу и вытирает её слёзы с щёк и глаз.

- Мы найдём её. Найдём, слышишь? - прижимая к своей груди подругу ближе, рыжеволосая гладит чёрные волосы пытаясь успокоить девушку.

В этот момент, мир перевернулся снова. За что Джису боролась и пыталась восстановить честь своей сестры она поняла, что это было не зря. А сейчас, она точно знает, что Юнджин жива, и всегда была живой. Она так же дышит вместе с ней, так же живёт, ходит и возможно даже уже стала кем-то. Эта новость была для неё самой сокравенной, самой желанной и самой чистой. Джису рада, что узнала то, за что бориться. Сомнения в голове отпали, а сердце сильно сжимается от боли и одновременого подступающего воздуха в лёгких.

***

После тяжёлого дня на ногах, Ли заходит в свой бар, ведь дела за неё никто не сделает. И снова эта дверь, сняв своё пальто, женщина вешает его на вешалку и закрывает дверцы деревянного шкафа. Медленно выдыхая, она собирается с силами и ногтями проводит по волосам слегка расчёсывая их по всех длине. Посмотрев в зеркало, Джису вновь вспомнила о своём сне и всё же также быстро как и пришла вышла из кабинета, направляясь в зал, прямо за барную стойку.

Зал был освещён нежным неоновым фиолетовым светом вдоль помещения, а по середине был серебряный диско-шар, играла тихая музыка, голоса мужчин и женщин, что часто здесь находились заполняли пространство, Ли знала каждого. Пройдя за стойку, она взяла в руки блокнот бармена, начиная пробегаться голубыми глазами по чёрным чернилам ручки. Бармен, молодой мужчина, лет двадцати пяти, протирал бокал, увидев свою хозяйку, он быстро сориентировался и достав хрустальный бокал поставил его на стойку почти перед Джису и взяв нужную бутылку легко открыл и начал наливать содержимое в бокал.

- Был кто-то подозрительный? - не отрываясь от записей, Ли обхватила пальцами бокал и делает не торопливый глоток красного полу-сухого.

- Тот мужчина в углу, справа, уже долгое время сидит. - вернулся к своим делам бармен, пытаясь скрыть волнение перед хозяйкой.

- Что он заказал? - спросив, Джису дочитывает последнюю строчку и закрывает тетрадь, а после смотрит куда указал студент-бармен.

Встретившись с карими глазами в самом углу помещения, Ли невольно вспомнила, как дразнила его вчера в машине с Юнги. Он смотрел на неё, будто даже и не отрывался ни на секунду, ждал и выжидал момент.

Значит, глубоко копать любите, следователь Хван Хёнджин.

Проведя языком по внутренней стороне щеки, усмехнулась, а после положив тетрадку обратно в выдвижной ящик, Джису вышла из-за барной стойки и специально, медленно повернулась спиной к мужчине, будто показывая свои бёдра в этом чёрном обтягивающем платье. Переводит взгляд на бармена и слегка наклоняется опираясь об барную стойку, от чего у мужчин застыло дыхание, при чём не только у этих двоих.

- Следи за ним, когда он здесь. - тихо прошептала Джису, что бы услышал только мужчина за стойкой, медленно проводя пальцем по круглому горлышка бокала с вином.
- Сделаешь это для меня? - мягко улыбнувшись, она ждёт ответа.

- Д-да госпожа Ли. - придя в себя быстро проговорил он и тоже улыбнулся.

- Хороший мальчик. - потянувшись рукой, Ли слегка коснулась его щеки и отстранившись пошла в сторону коридоров виляя бёдрами, под взгляды присутствующих.

Хван следил за каждым её движением, он был зачарован ею. Её походка, бёдра, голос, харизма взяла над ним верх. С каждым разговором, взглядом или просто присутствием, он что-то чувствовал, что давно не чувствовал в груди, а как его пах зудит при ней, ох...

Чертовка... Как же ты связана с убийствами?

Этот вопрос снова и снова, крутиться в его голове, когда он думает о ней, о деле и о том что происходит. Хёнджин чертовски устал, ему бы выспаться, но нет, он сидит здесь и ждёт её, следит за ней, пытается доказать всем: "Да вот же она! Перед вами, вы разве не видите?" Но кто его послушает? При каждой версии, которая вылетает из его уст, становиться новым заданием для него и для студентов, которых повесили на него за его длинный язык.

Смотря в свой бокал с почти растаевшим льдом, он крутит его в своих длинных пальцах думая снова и снова. Переведя взгляд на мужчину за баром, что уже наливает выпивку другому посетителю, он остановился и взяв в руку стакан, встал с места. Подойдя к барной стойке сел за стул. Поставив перед собой стакан он локтями опёрся об стойку и вновь задумался.

- Вам ещё налить, мистер? - вдруг из его мыслей вывел тот самый мужчина, которого недавно тронула Джису.

- Нет, спасибо. - быстро придя в себя от воспоминаний ответил он и всё же посмотрел тому в глаза.
- Хотя... - задумчиво протянул он.

- Слушаю, вас. - посмотрев на мужчину, он напрягся, но не подавая вида отвёл взгляд убирая стакан на верхнюю полку бара. Но, Хван не дурак, он заметил его пульсирующую венку на шее под белой рубашкой.

- Ваша хозяйка, интересная женщина. - наблюдая за реакцией за баром, Хёнджин делает медленный глоток виски.

- Да, мисс Ли... Интересная. - натянуто улыбнулся бармен и взяв в руки другой бокал начиная его протирать хлопковым полотенцем.

- А у вашей хозяйки, бывают интересные или особенные клиенты? - поставив стакан на стол, Хёнджин не отводя взгляд от глаз, что бегают, но держаться.

- Что? Какие клиенты? Вы что-то путаете мистер. - усмехнулся мужчина, но его пальцы его сдали вздрогнув.
- Она просто бизнесвумен. - ответил он коротко и отвернулся вновь спиной делая вид, что разбирает бутылки.

- Просто, ходят слухи, что ваша мисс Ли, не просто бизнесвумен. - усмехаясь такой реакции со стороны, он крутит бокал пальцами посмотрев в содержимое, где льда уже и не осталось.

- Может, вам напрямую спросить это у самой хозяйки? - вдруг спросил мужчина не оборачиваясь, но внимательно слушая шорохи стакана об стойку.

Хёнджин хотел что-то ответить, но его внимание привлёк только что вошедший в бар пепельноволосый мужчина. Его движения и каждый шаг в сторону коридоров был уверенным, как будто он знает здесь всё.

- А это кто? - прямо спросил Хван у бармена, на что тот быстро обернулся и кивнув в знак приветсвия, вновь вернулся к своим обязанностям.

- Это хозяин. - короткий ответ не заставил себя долго ждать, мужчина пожал плечами и скрылся за дверью возле бара, по-видимому подсобка. Оставляя следователя одного.

Хозяин? Партнёр? Или любовник?

Мысли запутались, Хван проводил того взглядом по коридору и допив содержимое, поставил стакан на стол и достав кошелёк из чёрного кожаного пальто, положил купюру возле пустого стакана, а после встал с места и пошёл к выходу доставая пачку сигарет.

Если он любовник, кто тогда Мин? Или... Чёрт...

Вспомнив ту ночь в машине Мина, на этой парковке глубокой ночью, перед его глазами вновь прошлась эта сцена, как он целует, и обнимает её. И главное, почему Хван ревнует её к другим мужчинам?

Да нет... Не может быть такого.

Зажигая сигарету, что освещает задумчивое лицо мужчины, он делает затяжку пытаясь опустошить голову от разных мучающих его мыслей.