Deadlock

Приветики, могу сказать только одно здесь 28421 слово. Удачного чтения♡♡

Ветки деревьев покачиваются из – за лёгкого ветра, а лучи солнца проскальзывают меж зелёных листочков, чтобы осветить тротуары и указать людям путь. Небо практически чистое, лишь где – то в далеке виднеются пушистые облака, что были мягче всего на свете. Шум воды чуть слышен, что разбивается об берег, течение быстрое, куда оно стремится, увы, не каждый знает, а красочный, вполне новый мост, так и манит перейти на другой берег и насладиться природой. Хотя около реки воздух уже свежий, позволяет вдохнуть полной грудью, закрывая глаза, пока ноздри вдыхают аромат сырости. Пару дней назад был дождь, но уже через день выглянуло солнце, что согрело проспекты.

Компания подростков тусуется у нового моста на дамбе, около них и стояли, и лежали бутылки из - под пива, красного вина, какого – то дорогого шампанского и множество бутылок из – под энергетиков.
Кто потом это будет убирать?

Правильно Мицуя Такаши! Единственный, кто не пьёт в этой компании. Стоит радоваться ведь проложенные дорожки около дамбы ведут так же к парку, около которого они собственно и были. А там есть множество баков, в которые можно будет выкинуть весь этот мусор.

Карие глаза украдкой смотрят куда – то в даль, а смех вновь проносится про тротуарам, и Кейске подхватывает, смеётся из – за придурковатого смеха Манджиро. Казутора уже совсем пьяный, засыпает, рассказывает наверное что – то важное для него, но он почти мямлит и его никто не слушает.

Доракен и Майки пьют на перегонки. Кен и Сано близки, хотя Манджиро с Баджи с детства вместе. Дед блондина обучает ребят боевым искусствам, там они и познакомились.

— Думаешь самый сильный? — вопит тёмноволосый с некой усмешкой, он уверен в своей силе и думает, что сможет победить одногодку.

На лице Майки улыбка, ведь это далеко не так, он не сможет победить. И Сано прав, ведь после десяти минут незнакомец уже валяется под ним, обычно блондин укладывал людей за считанные минуты, а с этим парнем пришлось попотеть, радостный Манджиро протягивает ему ручонку.

— Я Манджиро Сано, но ты можешь звать меня Майки, а тебя мне как звать?

— Баджи Кейске, зови меня Баджи, — с улыбкой заявляет мальчишка, поднимаясь с помощью чужой руки.
Сколько лет они вместе? Около двенадцати, с пять лет вместе, вот только они о датах и времени не думают, ведь главное, что долго, главное, что они есть у друг друга сейчас.

— Делаем ставки! Кто же быстрее осушит банку пива? — комментирует ситуацию Хаккай, азартно улыбаясь.

— Майки, давай! – подбадривает Сано Баджи, улыбаясь во все зубы, показывая свои клыки.

— Ребят, я считаю, что пора закончить, — явно волнуется за своих пьяных друзей Мицуя, который выпил лишь монстр с манго, просто потому что алкоголь по его мнению отвратительный да и кто будет развозить эту пьяную компанию.

Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая небо и водяную гладь алыми и ярко – оранжевыми оттенками, в отражении облака и солнце дрожали то ли от холодной воды, то ли от страха, что ещё одно движение, и под воду.

— А спорим ты не сможешь обменяться номерами с вон тем красавчиком, — указывает Сано на какого – то мальчишку примерно своего роста, а может и ниже, тоже блондин.

Около небольшой, уже помятой, коробки стоят синие мисочки, куда парниша корм выдавливает котятам, что оглушающе пищат. Рыжий котёнок первее всех кидается к еде, начиная уплетать, серый комочек чуть хромает, передняя левая лапка поранена, посему ему и трудно передвигаться, а белый с рыжими и серыми пятнышками будто бы боится к еде прикасаться, но милый блондин аккуратно подталкивает его, чтобы поел. Парень наливает им молока в другую, а после кончиками пальцев нежно поглаживает животных, что жадно едят кусочки мяса в каком – то жире.

Лицо парня заклеено милыми пластырями с котятами, видимо этот мальчишка ужасно любил животных, а в особенности кошек. Вообще глядя на него можно было подумать, что он настоящий софт – бой. Поверх белой футболки была светло – бежевая жилетка, на ремне сидели кофейные брюки, а на ногах были такие же кофейные конверсы с поношенной подошвой, что идеально гармонировали с брюками. Видно время обувь уже измотала, но те были сильнее и отважно сидели на ногах.

Длинноволосый что – то кричит недовольно Манджиро в ответ, возмущается, что не разобрать, слишком много выпил, но он принял вызов.

Брюнет был кажется в стельку пьян и совершенно не понимал, что делает, всё вокруг шатается и плывёт перед глазами, но Баджи всё же около садится. Мальчишка удивлённо глядит на незнакомца, да уже руками укрывает котят, что кажется испугались, в принципе сам блондин не лучше. Его передёрнуло от лица поблизости, что смотрит в его изумрудные глаза, как хищник, светловолосый даже кажется начал дрожать, как осиновый лист. Хаккай даже забеспокоился, хоть и был пьян, а посему, тронув плечо Мицуи, указал на эту странную картину.

— Хей, Баджи, не пугай мальчишку, — окликивает Такаши, волнуясь за парня, будто бы на того правда мог кинуться голодный зверь.

Чужая рука касается светлой макушки, от незнакомца перегаром несёт, а дрожащий, чуть ли не заикающий голос раздаётся рядом:

— В – вам нужна п – помощь?

— Милый, — начинает Кейске, икая, а после затылок потирает, — может обменяемся номерами?

— Зачем? — спрашивает светловолосый, назад пятясь, пока об его тёплые кончики пальцев трутся котята, пытаясь согреться.

— Ну, я поспорил, понимаешь, да и я бы не был против познакомиться, — на лице Баджи образовывается грязная ухмылка, клыки сверкнули в лучах закатного солнца, а руки вновь тянутся к мальчишке. Да вот только дальше всё более размыто.

                                     ***

Зачем вообще перебирать с алкоголем, если знаешь, какие потом будут последствия? Баджи Кейске просто хотел забыться, хотя для чего, он сам не знал. У него не было как таковых проблем в жизни. Отношения с семьёй неплохие, с матерью очень даже прекрасные. Да и мать его, женщина очень понимающая, когда Кейске рассказал ей, что хотел бы отрастить волосы, то на не начала задираться, мол парни так не ходят. Ты чё педик? Зачем тебе длинные волосы? Не страдай хернёй, а лучше возьмись за чёртову учёбу. Нет, всё далеко не так было. Его мать рассмеялась.

— Под Бред Питта косишь?

— Нет, мам, я хочу длиннее, — немного в замешательстве ответил темноволосый.

— В любом случае почему бы и нет? — сказала мать, продолжая готовить ужин.

— Ну.. Парням так неестественно ходить..? — он это сказал с неуверенностью, посему смахивает больше на вопрос, чем на утверждение.

— Что за жалкие стереотипы, — мать тцокает.

И Баджи вновь восхищается своей матерью, ведь правда, что за стереотипы, почему это парни не могут иметь длинных волос. Вообще эта женщина идеал матери, отец Кейске неконфликтный, гораздо строже матери и может вспыхнуть, но мать знает, как усмирить его пыл, брюнет ни разу не видел, как они ругаются. Хоть отец и строгий, но с трепетом относится к женщинам, а посему тот не орёт на мать Баджи.

Проблем в школе? На самом деле всем было глубоко плевать на его длинные волосы, учителя не обращали внимание, ведь во время уроков Кейске заплетал их, потому что во время писанины они лезут в лицо, вообще – то не очень удобно. А его сверстникам было плевать, хотя некоторым девушкам это даже нравилось, это их привлекало. Баджи ни раз признавались, что он кому – то симпатичен, да вот только он всем отказывал, просто его не интересовали отношения. Отсюда и вывод, что у тёмноволосого нет отношений и проблем с этим у него тоже нет, парню хватало дружбы. Ведь эта компания – его сокровище.

                                  ***

Парень просыпается от боли в голове, он сразу же хватается за больную голову, сжимая глаза от боли, брюнет садится, виски трёт, достаёт телефон, открывает рабочий экран и видит, что сейчас уже пол второго. Кейске откидывается на кровать,  волосы перебирая, приводя мысли в порядок, парень вспоминает, что вчера дал номер незнакомцу, а потому быстро хватает и ищет нужный контакт, парень смеётся, как он его записал:

" мтлвшка блоедмн "

Длинноволосый изменяет контакт, исправляя отпечатки, а после пишет блондину.

??? 13:37
« Привет!! Я тот парень, которому ты вчера дал свой номер, я Баджи Кейске, а как твоё имя? »

Тёмноволосый ждёт ответа с нетерпением, поднимается, тело ноет, парень потягивается и с телефоном идёт на кухню, хоть и напился сильно, но похмелье вроде не такое уж и ужасное. Бывало и хуже.

Милашка блондин 13:41
« Здравствуй!! Как ты с утра? Сильное похмелье?? »

Брюнет улыбается, а как не улыбаться, когда мальчишка беспокоится за незнакомца, всё равно тёмноволосому показалось это чертовски прелестным, вот только какого чёрта он не назвался. Его будто проигнорировали. Ладно. Позже попытается снова. Налив себе чаю, Баджи садится за стол и с довольной улыбкой печатает:

Баджи Кейске 13:43
« Голова раскалывается, но вполне терпимо. Мило, что ты беспокоишься за незнакомца) »

И Кейске, чувствует как мальчишка смущается. И, да, парень правда залился краской, его выбила из колеи ещё эта скобочка в конце. Что она означает усмешку?

Милашка блондин  13:47
« Ну, ты просто вчера прямо передо мной грохнулся, как только я дал тебе свой номер, и я почувствовал отвеснность за это... »

Брюнет не сдерживает смех, а ещё он глупо улыбается, всё же этот парень заботливый.

Баджи  Кейске 13:48
« Ты что настолько уверен, что я упал от того, насколько ты очарователен? »

Наверняка щёки парня вновь загорелись краской, длинноволосый был в этом на девяносто девять процентов уверен.

Милашка блондин 13:50
« Да нет, же— »
« чертов хорни.. »

Баджи Кейске 13:51
« Ты откуда такие слова знаешь, малыш?»

Милашка блондин 13:53
« я просто мангу читаю и состою в разных фандомах, а посему сложно такое не знать »
« И если я ниже тебя не значит, что я младше, может быть мы вообще одногодки!!! »

Длинноволосый усмехается, всё же этот блондин слишком забавный, подросток хочет узнать его поближе.

Баджи Кейске 13:54
« Ну и сколько тебе лет, малыш?) »

Милашка блондин 13:56
« 15, а тебе? »

Баджи Кейске 13:57
« МНЕ 17 АЗАЖДАЖПЖПЖПЗЗА, Я ЖЕ ГОВОРЮ МАЛЫШ »

Милашка блондин 13:58
« ОТСТАНЬ, ЗАСУНЬ СВОЕГО МАЛЫША СЕБЕ В ЖОПУ »

Баджи Кейске 13:59
« может лучше засунем его в тебя?) »

Милашка блондин 13:59
« ЧТ— »
« ты— »

Баджи Кейске14:00
« Жаль, я не могу увидеть твой румянец, ты наверняка покраснел »

Милашка блондин 14:02
« Ничего я не покраснел »

Баджи Кейске
« Ладно, малыш, я шучу »
«Лучше скажи мне своё имя»
«И можешь скинуть мне фотку?» 14:02
« А то я совершенно не помню, как ты выглядишь»
«Сам понимаешь вчера напился и ни черта не помню» 14:03

Ответа не следует, скорее всего занят, Баджи пытается отвлечься от мыслей об этом парне, но плохо получается, он даже его имя не узнал

***

Кейске стоит на балконе в домашних, в клеточку, в чёрно – белых штанах и чёрной футболке с каким – то аниме принтом. Если быть точным то на футболке были изображены глаза, что жаждят крови, что желают убивать и разрывать чужую плоть, но они заключены в довольно длинный прямоугольник. Кажется это ребёнок – убийца из hunter x hunter? Локоть парня опёрся на белое перило, а ладонь подпирает щёку.

Недавно был дождь, на стёклах окон ещё капли остались, а проспекты Петербурга только и пропитаны свежестью, горечью кофе и болью. Казалось, что уныние ложится на город всё сильнее, а сентябрь бродил где – то под окнами, маня остальных готовится к непогоде, заполняя улицы холодном, что несёт откуда – то из – под земли. Под ногами первого месяца осени правда становилось куда холоднее, чем несколько дней назад, но скоро он обойдёт все окрестности и заполнит холодом всё вокруг.

Бело – рыжий кот трётся о ноги Баджи, зовя его погладить. Но тёмноволосый смотрит в даль, его голова забита мыслями о том незнакомце, а длинные пряди развиваются на ветру. Кот мяукает, а Кейске, словно, возомнив себя богом, решает смиловаться, опускается на корточки, берёт кота, поднимается, всматривается в улицы, словно ищет что – то важное, аккуратно гладит голову пушистого, довольно толстого животного, а тот мурчит, поддаваясь под тёплые касания. Но парень его ставит на пол, а сам идёт в свою комнату, оставляя балкон открытый, пусть холод пробежится по паркету и освежит квартиру.

Майки – Санки 15:57
«Слышь, а давай выберемся на улицу, сегодня же выходной »

Висит на экране блокировки телефона, но Баджи пока игнорирует. Брюнет подходит к письменному столу, на нём лежат какие – то конспекты, которые может и открывал Кейске, но до конца не дочитывал. Слишком много информации, бесполезной при том. Кейске всё же отвечает.

Дылда ёбанная 16:02
«С удовольствием, одеваюсь»

Майки – Санки 16:03
« Ого, уже?? Хорошо, я тоже) »

Ну это сообщение тёмноволосый точно проигнорирует, он открывает переписку с незнакомым блондином, перечитывает некоторые моменты, довольно улыбаясь, а после натягивает на себя чисто чёрные штаны и худи тоже чёрную, поправляет свои волосы, довольно перебирая их длинными пальцами. Карие глаза смотрят на себя в зеркало, он вопросительно глядит на кухню, ведь оттуда раздалось недовольное мяуканье. Кот сидит прямо перед пустой железной миской, а когда замечает хозяина, начинает теребить её, а звон оглушающе проносится по комнатам. Баджи глаза зажмуривает от неприятного звука, лезет в шкаф, ища корм.

— Вареник, чёрт ты блохастый, прекрати.

Кейске открывает пачку корма, выдавливает кусочки мяса в жире, а голодное животное уже мордой тычется в миску, тёмноволосый выкидывает пачку и смотрит на кота.

— Неудивительно, что ты толстяк, только и делаешь что ешь и спишь, — проговаривает Баджи, останавливаясь в двёрном проёме, видно, что он завидует.

Обувает тёмные, как и весь его аутфит, кроссовки, а после выбегает на улицу, идёт по людным улицам.

—Хей, чёрт длинноволосый!! — окликивает его Майки.

— Ну, привет, пиздюк, — отвечает Кейске, подбегая к парню, что был ниже его самого.

Сано недовольно морщится, но взглядом друга зовёт. Парни идут по людным улицам, на улице хоть и не так уж холодно, но они покупают в кофейне кофе, согревая длинные, чуть озябшие пальцы горячим стаканом. Манджиро ведёт Кейске в парк, ведя речи о чёртовой школе и о планах, которые он хочет вскоре воплотить. Тёмноволосый внимательно слушает, попивая кофе. Лучи вечернего солнца скользят где – то между листьев, пробираясь и пытаясь согреть людей.

Длинноволосый на секунду погружается в свои мысли, а что если парнишка каждый день кормит котят, нужно сходить к вчерашнему месту, чтобы проверить.

— Слышь, Майки, пошли на вчерашнее место, — предлагает, если не указывает Баджи, надеясь на согласие парня.

— Почему бы нет? — произносит Манджиро с улыбкой, ведя Кейске за собой.

Парни выходят на дамбу, движутся к вчерашнему месту, Сано останавливается, глядя на дрожащее от холода отражение в воде, временами поглядывая на небо. На нём белые облака, но движутся тучи, видимо скоро они заполнят небо и намёка на солнечные лучи не останется. Ярко – оранжевые листья падают прямо на светлую макушку Майки, такую же яркую, как само солнце. Блондин берёт листок, располагая его на ладони, после дует, отправляя его в полёт и листочек летит, ложась на водяную гладь, а после плывёт по течению. Сано на это лишь улыбается, вновь делая глоток кофе, а после смотрит на Баджи, что активно что – то ищет.

И в правду. Ведь Кейске по всюду рыщит глазами, ища коробку с котятами, но не находит, а он отчётливо помнит, что вчера слышал пищание котят. Но брюнет лишь вопрос светловолосому задаёт:

— А тут же вчера была коробка с котятами да?

— Ну да была, — Манджиро сначала непонимающе глядит на Баджи, а после грязным взглядом смотрит и спрашивает, — не уж то тебя заинтересовал тот парень?

Ну вряд ли он их ищет, чтобы покормить, ведь вряд ли у Кейске был бы корм с собой, скорее всего он ищет того, кто кормил их, а посему и идёт к единственной зацепке. 

— Ну, допустим... И что? — явно смущаясь, дерзит брюнет.

А Манджиро в улыбке расплывается, попал прямо в яблочко.

— У тебя же есть его номер, так что просто узнай его имя или попроси встретиться.

— Понимаешь он мне сказал лишь возраст, а имя не сказал.. Проигнорировал..

Светловолосый заливается смехом, делая для самого себя вывод, его друг всё же неудачник. Кейске на это лишь рыкнул, стеснительно отводя взгляд.

— Ну так попроси снова, давай, напиши ему прямо сейчас, — командует Манджиро и брюнет слушается.

Баджи Кейске
«Ты ведь скажешь мне своё имя?»
                                                               17:24
«Ты занят или игнорируешь меня?»
« Как будешь свободен ответь!!»                                                        
                                                         17:25

Длинноволосый тяжёло вздыхает, а Сано кажется пытается думать, а после смеётся:

— Тебе что настолько понравился этот парень?

— Просто он правда интересный да и было бы круто познакомиться, — проговаривает Баджи с улыбкой.

А Майки в очередной раз поражается своим другом и любуется небом, что почти затянуло, но парень видит пушистое белоснежное облако. Блондин рассматривает малейшие детали, а после, указывая на левую сторону пальцем, говорит:

— Эта часть похожа на мордочку собаки.

Кейске смотрит и смехом заливается.

— Ты серьёзно замечаешь такие детали? — сквозь смех спрашивает брюнет.

— На самом деле круто замечать в таких простых вещах свою красоту и изюминку, — даже не злясь, с какой – то усмешкой произносит светловолосый.

И эта усмешка бесит брюнета, будто над ним усмехаются и тыкают носом в его ничтожестность, словно слепого глупого котёнка. Но телефон издаёт звук, сообщение пришло.

Длинноволосый в ту же минуту начинает рыться в карманах, в поисках устройства, а сам надеется, преподносит молитвы Богу, чтобы ответил. Достаёт, но, разблокиров экран, видит:

Мамонька 17:31
« Милый, прошу зайди за зонтиком и сходи в магазин »

На это Баджи тяжёло вздыхает и хочет закричать, ведь едва знакомый парень его правда игнорирует, а злосчастный Майки звонко хохочет, его смех разливается по всей местности, заполняя пустоту и брюнета это правда бесит.

Они прощаются, Кейске движется по парку, но вскоре яркие деревья сменяются шумным Петербургом, в котором кипит жизнь. Кто – то да куда – то спешит, спотыкаясь. Баджи не очень быстро добирается до дома, но всё же бывало и хуже, парень стоит на пороге, а к нему мать подходит.

Волосы женщины убраны в пучок, стоит заметить, что данная причёска закреплена карандашом, она протягивает парню список со словами:

— Вот, оплати своей картой, потом скажешь, сколько я тебе должна. И возьми зонтик, дождь надвигается.

— Хорошо, удачи! — восклицает Баджи с улыбкой и кладёт список в карман.

Взяв с собой по указанию матери оранжевый зонтик, парень закидывает его на плечо, а сам направляется к супермаркету.

Проспекты пропитаны горечью кофе и болью, люди толпятся, дожидаясь зелёного света, заполняя пустоту этих длинных, казалось бы бесконечных улиц. Осенью Петербург довольно тусклый,  пропитан уныньем, кажется будто в нём не осталось ничего светлого и тёплого, что могло согреть людей.

Кейске доходит, он заходит в супермаркет, на полках множества еды, а глаза разбегаются, но парень открывает список и выбирает лишь нужное. Сложив продукты в тележку, тот идёт на кассу, а там уже оплачивает товары. Парень выходит с одним немаленьким пакетом, а дождь уже начался. Крупные капли быстро летели вниз, разбиваясь об асфальт, врезаясь об крыши домой и уже оранжевые листья, заполняя пространство свежестью. Людей уже не было, видимо они уже где – то укрылись.

Брюнет подставляет ладонь, чтобы почувствовать воду и капля падает, разбиваясь об тёплую кожу, это заставляет Баджи улыбнуться, а после раскрывает зонт и идёт по пустым улочкам. Кейске решается добраться до дома на автобусе, а посему движется к старой автобусной остановке. Встаёт под не очень надёжную крышу, даже капли стекают.

Как вдруг темноволосый чувствует, что кто – то подбегает к нему и становится рядом, парень осматривает прибежавшего, а это парень, промокший до нитки. Его золотые, похожие на лучи солнца, пряди волос липли ко лбу, белая футболка с бежевым кардиганом и кофейными штанами промокли до ниточки, а сам парнишка роется в тёмном рюкзаке, что – то усердно ища. Находит телефон, а Баджи накрывает незнакомца оранжевым зонтом, отдавая то, что может его защитить от крупных капель,  светловолосый замечает тень, а посему взгляд поднимает, но его встречает чужой удивлённый.
Кажется брюнет смутился, глаза блондина изумрудные, их можно сравнить с промокшими зелёными листьями, на которых ещё остались крупные капельки росы, щёки непухлые, даже кажется чуть скулы видны, нос можно чётко разглядеть, хоть тот и не кажется слишком большим, он даже можно сказать маленький.

— Спасибо, — благодарит обеспокоенно незнакомец, — но лучше всё же укройте себя зонтиком.
Подъезжает автобус, да вот только номер его не тот, транспорт будет двигаться на ненужную улицу. И длинноволосый надеется, что парню не на этот автобус, а светловолосый никуда не уходит, а до сих пор стоит рядом, только на секунду кажется в его взгляде показался страх. Хоть они и не знакомы, но Кейске волнуется, что могло его напугать?  Выглядит, как ученик средний школе, но только если судить по росту. Обладатель карих глаз подходит ближе, чтобы зонт укрывал их обоих. И Баджи хочет начать разговор, да мнётся, не знает, что сказать.

— Ты весь промок, — издаёт Кейске, а после понимает, что полный дурак.

Будто он сам не заметил, можно было что – то оригинальнее сказать, да вот только мозг забит другим и не может нормально соображать. Незнакомец реально стильно выглядит, ему нравятся эти длинные рукава, что укрывают ладони и даже часть пальцев, видно, что кардиган оверсайз, ведь в плечах он большой парню, да и конец одежды доходит почти до бёдер.

— Д – да, до нитки, дождь такой сильный, — парниша мнётся, волосы закручивая скорее всего от волнения.

На улице темнеет, а посему загораются фонари, их свет отражается в глазах светловолосого, кажется будто на эти изумрудные, вовсе не глаза, а листочки с росой упали первые лучи солнца, и от этого сравнения Кейске смущается пуще прежнего. Автобус подъезжает, и вот на него нужно Баджи, он преподносит молитвы, чтобы этому парню тоже нужно было именно на этот транспорт. И им обоим на этот, проходят, а брюнет взглядом зовёт паренька сесть рядом, и светловолосый садится.

Кейске смотрит в окно, как здание сменяется другим более красочным зданием, на улице сыро и холодно, зонтик опущен, по нему стекают капли, а в транспорте никого кроме них нет. Баджи хочет что – то сказать парню, да вот только чувствует почти невесомый груз чужой головы на своём плече, а после понимает, что незнакомец сопит, брюнет усмехается, но не будит его. Чужая ладонь чуть дрожит и так близко к руке темноволосого, ладонь Баджи больше, и этим даже кажется Кейске загордился, он аккуратно располагает свою ладонь под чужой.
Большой палец длинноволосого гладит мягкую кожу незнакомца, нужно будет узнать его имя. Остановка сменяется остановкой и брюнет настолько увлёкся поглаживанием чужой руки, да просто этим потрясающим крохотным парнем, что сопит у него под боком, что он даже не подумал о том, что вдруг остановка незнакомца уже давно прошла. Скоро остановка Кейске, тот чуть слышно начинает бормотать, локтём легонько толкая светловолосого в бок.

— Хей, парень, пора вставать, хей, ну же, малыш.

Блондин вздрагивает от такого потрясающего баритона, низкий голос настолько томно звучит, что это заставляет парня залиться краской, он глядит по сторонам в страхе, а после обеспокоенно спрашивает:

— Сколько остановок я проспал?

— Всего лишь четыре, — пытается успокоить Баджи и вновь поглаживает чужую руку, сжимая ладонь незнакомца.

Вновь остановка и мальчишка тут же вскакивает, вырываясь из чужой руки, быстро оплачивая проезд, выбегает на улицу, где уже не было дождя. Кейске лишь с открытым ртом смотрит, но тоже, быстро оплатив, выбегает на улицу, где горели фонари, где было темно, Баджи бегает глазами, но среди множества людей не находит нужную ему светлую макушку. Вновь телефон издаёт нужный звук, и Кейске в ту же секунду хватает и видит сообщение.

Милашка блондин 21:07
« Зачем тебе моё имя? »

Тёмноволосый хмурится, никуда не идёт, а лишь быстро печатает:

Баджи Кейске 21:07
« Ну наконец – то не игноришь »
« Потому что я хочу встретиться с тобой»

Милашка блондин 21:08
« Не думаю, что это возможно »

Баджи Кейске 21:08
« Почему это? »

И вновь игнор, парень тяжёло вздыхает, смотрит в небо, на котором рассыпано множеством ярких звёзд, что освещают проспекты и указывают людям путь, нужный путь, но Баджи кажется, что он давно сбился с него. Темноволосый томно вздыхает, поднимая пакет, усердно держа зонт, и движется по ночной улице.

Петербург начинает засыпать, но яркие огни продолжают гореть и люди всё ещё не собираются спать. Но город погружается в томное сопение и кажется, что вот – вот выпадет снег и погрузит всё в белое покрывало.
                                       ***

Светловолосый заходит в квартиру, в которой лампочка моргает, быстро разувается и уже хочет быстро проскользнуть в свою комнату, но слышит ужасный звук, из – за которого сердце быстрее стучит, врезаясь в рёбра, протыкаясь об кости.

— Чифую Мацуно, — парень стоит, дрожа, нет он трясётся, в его изумрудных глазах читается страх, когда тот перед собой видит вновь эту ужасную картину – пьяного отца.

— уебан, ты где был?

— Й – я с под – подработки, — спотыкаясь на словах, произносит светловолосый.

Но вот только его ударяют в живот, парень корчится от боли, а в уголках глаз скапливаются слёзы, что кажется сейчас потекут рекой по щекам. Парня поднимают за светлые пряди волос, а тот болезненно взглатывает, трясётся, испугано в чужие пьяные глаза глядят. Но того как игрушку кидают в стену, тело парня врезается в бетонную стену, вновь синяки будут украшать тело Мацуно, а ведь старые ещё не скрылись.

— Пиздуй в комнату, пидрила ёбанный, только бабы носят такие кофты, ты что педик?

Этот вопрос впивается в рёбра и парень не способен что – то сказать, он не хочет разговаривать с отцом и благо тот, восклицая имя женщины, что родила Мацуно, уходит в другую комнату, а посему парень быстро забегает в комнату, запирает её и спиной впивается в дверь, которая может в любой момент открыться, он дрожащими пальцами набирает смс.

Чифу 21:17
« Мицуя, мне страшно »

Мицуя 21:19
« Тебя снова избивает отец? Как тебе самому не надоело? »

Чифу 21:20
« Да, вновь! »
« Надоело, но мне страшно, я боюсь »

Мицуя 21:21
« Давай обратимся в полицию прошу »

Чифу 21:22
« Нет, Мицуя, он потом меня ещё сильнее изобьёт »

Мацуно мчится к кровати, сворачивается клубочком и пытается согреться, плед мочится слезами, а Чифую снова печатает.

Милашка блондин 21:24
« Баджи, мне страшно »

***

Но Мацуно думает, что не стоило говорить парню о своих проблемах, а потому хочет удалить сообщение, он ругает себя за то, что написал подобное Баджи, зачем он вообще должен говорить это именно ему, они даже нормально не знакомы.

                  Но вот только Кейске...

Баджи Кейске 21.36
« Что случилось?? »

Милашка блондин
« Отец случился »
« Прости, мы даже не знакомы, но я жалуюсь »   21:37
« Но я так устал бояться » 21:38

Баджи Кейске 21:38
« Он тебя избивает? »

Милашка блондин
« Да, он постоянно пьян и вроде бы он.. » 21:39

« Принимает наркотики.. »
« Только и выходит за ними на улицу » 21:40

Баджи Кейске 21:40
« Говори мне свой адрес.»

Милашка блондин 21:41
« Что— »
« !!!! »
« Подожди!!!»

Баджи Кейске 21:42
« Ты не останешься дома, я бы это место даже домом не назвал, сейчас же выходи на улицу и говори мне адрес, я иду »

Милашка блондин 21:43
« *********** ***** ***** ******* »

Баджи Кейске 21:44
« Замечательно, это недалеко. »

И Мацуно в правду выходит из комнаты, бежит к двери, обувается, старается быстрее, да пальцы путаются, блондин тяжёло дышит, и сердце бешено стучит, вырываясь из оков в груди. Ситуация Чифую не нравится, отец выходит из комнаты и глядит на него.

— Уёбище, ты куда? — снова кричит, срываясь, а ещё делает отвратительный акцент на мате, будто ставит парня на место и указывает, тыкает его, словно слепого котёнка в еду.

Но обладатель изумрудных глаз не может ничего ответить, ноги дрожат, пальцы не двигаются, а ком в горле душит, заставляя тяжело дышать, жадно хватать воздух и щемится к двери. Но Мацуно берёт себя в руки, ведь Баджи не врёт, ведь Баджи правда поможет и защитит его, тогда он должен сделать ещё шаг, ещё шаг и Кейске его защитит. Парень быстро хватает свой телефон и выбегает под крики отца:

— Сука, я тебя догоню и, как мать, выебу, нахуй!!

Дыхание светловолосого сбивается, он мчится по лестницам, боится упасть, спотыкаясь, но он не хочет останавливаться, не первый год он это терпит и мальчишка выбегает из подъезда, мчится по двору, ливень не на шутку разыгрался, но оставаться дома было страшно. Чифую не может так долго бежать, он осматривает все четыре стороны и усердно ищет знакомого парня. Всматривается в каждый угол, в каждую частницу и надеется там увидеть знакомый силуэт, что поможет. Баджи же правда поможет? Баджи же заберёт? Баджи же не врёт?

Мацуно забегает на автобусную остановку, прячась в кардигане, но он не способен скрыть страх Чифую, он не способен согреть, он не способен спрятать. Золотые мокрые пряди липнут к лицу, но блондин набирает смс:

Милашка блондин 21:52
« Пожалуйста, спаси меня.»

И лишь экран телефона освещает его лицо, а капли барабанят по крышам, листьям деревьев, асфальтам, заполняя проспекты свежестью, жаль он  не смогут заполнить пустоту парня, блондина потрясывает, а от нервов начинает что – то в животе щемится. И Мацуно видит знакомую макушку, он тут же кидается и со всех ног бежит, он уже готов окликнуть тёмноволосого. Но он осознался.

— Извините? — непонимающе произносит девушка, чуть голову наклоняя.

А Чифую сжимается. Его обманули? Баджи не поможет ему? Блондин хочет что – то сказать, да не может. Мысли в голове путаются, создавая петлю, обматывая тело паренька, давя на тело, она готова разорвать каждый орган, растерзать плоть и покончить с парнем. Оставить его остатки под дождём, ноги дрожат, холодно. Парень и не заметил, как он остался вновь один на улице, где светят фонари и звёзды, где дождь льёт, словно из ведра. Но Мацуно не прячется, он подносит ручонки к личику, слёзы вытирает, сжимая рот в тонкую линию, чтобы не сорваться. Боль начиналась где – то внизу живота, плавно переходя к голове, давя грузом на плечи, толкая вниз, чтобы блондин опустился. Упал, разбил коленки и кричал, срывал голос от боли, но в его пространстве никто не услышит Чифую.

И правильно почему Баджи вообще должен был за ним идти? Подумаешь незнакомого парня избивает отец, подумаешь подросток заколебался от ответственности. Ведь Кейске его не знает, оно так случайно вышло, что они обменялись номерами. Тогда почему Мацуно поверил? Зачем он выбежал?

— Хей, парень! — раздаётся крик, который не может заглушить даже дождь, кажется всё остановилось на мгновенье.

Обладатель изумрудных глаз поднимает взгляд и видит того, кого больше всего хотел увидеть, чужие пряди волос развиваются, одежда чуть мокрая, ведь парень ужасно спешит, ищет того, кого хочет защитит, того кому хочет помочь. И кажется в тот момент Чифую похвалил себя за решительность, его зрачки расширяются и он бежит в чужие руки, громко крича, зовя темноволосого.

— Баджи!

              ... правда волнуется.

И Мацуно кидается в чужие руки, прижимаясь к чужой груди и тыячась носом в шею. А Баджи в ту же секунду одной рукой его к себе за талию прижимает, кладя подбородок на чужое плечо, лицом прижимаясь в ароматную шею.

Кейске не верит, что этот незнакомец тот самый красавец с остановки, он не верит, что уже коснулся сейчас чужой руки, а ещё он не верит, что он обнимает парня сейчас, он кидает зонт и двумя руками ближе к себе парня прижимает, и кажется теперь они максимально близки к друг другу. Длинноволосый зарывается пальцами в чужом кардигане, а Чифую на носочках тянется к старшему, обнимая, прижимаясь ещё ближе, хотя казалось куда ближе.

— Баджи... Баджи, — чуть слышно зовёт Мацуно, просто желая произнести его имя.

— Да? — откликается Кейске.

— Моё имя Чифую Мацуно, — отвечает парень на мучающий Баджи вопрос.

Брюнет усмехается, кажется его глаза заискрились от счастья, ему так нравилась эти ручки светловолосого, что практически тянули его за шею вниз, это тельцо, что прижималось к нему, ища хотя бы частичку любви. И Кейске готов поклясться, что он сделает всё возможное, чтобы защитить его.

— Идём домой, — шепчет Кейске и готов подхватить младшего на руки, но берёт зонтик и укрывает их, и они движутся туда, где они оба будут в безопасности.

                                     ***

Чифую пятится за Баджи, прячась от посторонних взглядов в новом месте. Женщина с улыбкой приветствует гостя, на самом деле она даже не поняла, почему её сын так спохватился.

— Привет! Я думала Баджи всех своих друзей к нам водил, — говорит та, явно напрягая мозг. Мама Кейске в правду потрясающая, ведь она знала всех его друзей и обращалась к подросткам, как к друзьям, хотя могла похвалить и дать очерь мудрый совет.

— Здравствуйте, — тихо отвечает Мацуно и держится за край чужой куртки, сжимая губы в тонкую линию.

Мать бросает взор надежд на своего сына, этот взгляд так и говорит, помоги ему, женщина считает, что сейчас ей лучше не лезть. Она видит, что парнишка младше парня, а ещё боится и доверяет лишь Баджи сейчас, а потому не хочет пугать, быть может позже она поговорит с ним и тоже даст поддержку.

Парни проходят в комнату Кейске, светловолосый всё ещё двигается за старшим, а тот садится на кровать, зовя к себе младшего, и обладатель изумрудных глаз подходит. Баджи усаживает паренька на кровать, а сам ищет полотенце и чистую одежду светловолосому, а после бельё парню протягивает. Брюнет провожает Мацуно в ванную и уходит, не мешает, садится на кровать, он практически падает на кровать, возясь от счастья.
Минут проходит десять и младший выходит лишь в толстовке Кейске, оттягивая край кофты, прикрывая бёдра, а тёмноволосый тянет его на себя, а после шепчет:

— Покажешь свои синяки?

Мацуно не понимает контекста, но колени в ту же секунду начинают дрожать, а руки потеть, лишь одно слово вводит парня в паническую атаку. На ногах Чифую видны синяки, и это пугает Баджи, чёртов мудила, как же ему хочется отмудохать отца младшего. Брюнет понимает, что перегнул палку, мальчику и без того сложно, он притягивает ещё ближе, сажает на край кровати между своих ног и запускает руку на шею, трогая чужие синяки. Мацуно головку поднимает, глазки зажмуривая, большой шершавый палец касается подбородка, поглаживает аккуратно, а светловолосый взглатывает.

Старший отпускает, а Чифую в ту же секунду утыкается в чужое плечо, прячась и скрывая явное смущение и испуг.

— Ты наверное кушать хочешь. Любишь лапшу? — спрашивает, заботясь, Кейске.

— Люблю, — отвечает Мацуно и этого хватит, чтобы завести Баджи.

Тот показывает указательный палец, словно хочет сказать «секунду» и выбегает из комнаты, а Чифую не въезжает, а потому, вылупившись, он смотрит на дверь. А Кейске достаёт две пачки лапши быстрого приготовления, раскрывает, кладёт содержимое в пачках в две чашки, а после кипятком заливает и ждёт. Младший всё же сам приходит, видимо чуть освоился, стоит в дверном проёме, рассматривая комнату, а может быть и самого Баджи. А брюнет замечает его взгляд, улыбается и ручкой на себя махает, зовя парня к себе.

Длинноволосый протягивает вилку, а сам заливает лапшу в одну миску, а после садится рядом и они едят вместе лапшу. Затягивая в себя вкусность, и Кейске чувствует, что рвётся, какая жалость. Вилкой подхватывает и вновь в себя втягивает, и он понимает, что другой конец во рту у Мацуно, молитвы,  чтобы лапша не порвалась, заполняли голову, путая слова и она не рвётся, а значит. Баджи уже готов положить свои горячие ладони на чужие щёки и накрыть губы мальчишки своими, но младший сам рвёт и отворачивается, явно смущаясь. 

                                        ***

Кейске легонько ударяет парня подушкой, чуть слышно смеясь, а после слышит в ответ лёгких смех, который не слышал и раньше и парень готов прыгать от счастья.

— Ладно, поздно уже, давай спать.

Мацуно поднимается с кровати, а длинноволосый расправляет постель, лишь после зовёт его взглядом, а сам падает на мягкую поверхность, довольно улыбаясь, а после следом и блондин падает, смеясь лишь для Баджи, в этой комнате воцарило счастье и умиротворение. Парни чуть слышно смеются, чтобы только они услышали смех, что проносится по комнате, словно кружась и вальсируя.
Чифую забирается под одеяло, а брюнет следует его примеру и тоже залезает, глядит в изумрудные глаза, всматриваясь, и их взгляды встречаются. Они молчат, просто смотрят друг на друга, тепло улыбаясь. Кажется Мацуно сегодня очень хорошо отдохнул, забыл об пьянках и криках отца и ему правда комфортно, ему правда хорошо рядом с этим парнем, и блондин хочет поблагодарить того, кто нагло схватил его за руку и не отпустил, помог, вытащил.

— Баджи, — тихо зовёт, — спасибо тебе огромное за то, что спас меня.. С тобой очень комфортно, я рад, что провёл этот вечер с тобой, — светловолосый глупо улыбается во все зубы.

Но он должен был поблагодарить друга, он чувствовал, что парень правда очень сильно старается ради него, а для него это правда в новинку.  А потому нужно поблагодарить за то, что он рядом, ведь Мацуно правда ему благодарен. А длинноволосый краснеет, он совершенно не ожидал услышать таких слов и тёмноволосый понимает, что по уши погряз в этом парне.

— Сладких снов, Баджи — шепчет блондин.

— Спокойной ночи, Чифую, — отвечает Кейске, смотря в эти идеальные глаза, что закрылись.

От этого баритона у светловолосого табун мурашек, он трётся щекой об подушку и кажется начинает утопать во сне. Длинноволосый хочет взять чужую руку, хочет почувствовать тепло младшего, но вместо этого просто начинает засыпать.

В комнате скользит лунный свет, а Чифую вздрагивая, просыпается, тяжёло дышит, его глаза в панике бегают по комнате, но, увидев лицо Кейске, успокаивается, а после чуть слышно зовёт:

— Баджи, — ещё раз, — Баджи, — его имя чертовски красиво, — Баджи, — его хочется звать вечно.

И Мацуно жмётся к парню, прижимаясь к чужому крепкому телу, а брюнет во сне обнимает мальчишку, а после по комнате проносится чужой баритон:

— Чифую, иди ко мне.

И младший повинуется, трётся щекой об шею и вновь засыпает, рядом с Кейске чертовски хорошо, в его объятиях спокойно.

                                     ***

Тёмноволосый просыпается, он чувствует почти невесомый вес на себе, а потому глядит и тут же смущается на его груди младший спит, посапывая, подросток гладит чужие золотые пряди волос, пока в комнату бессовестно проникают первые лучи солнца. Кофта задёрлась, а посему, убрав одеяло, можно было увидеть чужие ноги, что переплетались с ногами Баджи, а так же чужие бёдра. Кейске сглатывает и поддаётся соблазну, он проходится по чужим ягодицам, поглаживая и собственнически сжимая их в горячих ладонях, а после одним пальцем проводит между них, от чего мальчишка вздрагивает и сжимает чужую футболку, прижимаясь крепче.
Темноволосый отстраняется и лежит, ждёт пока Мацуно проснётся, совсем не хотелось его будить, Баджи оставляет поцелуй на чужом лбу, тепло улыбаясь и поглаживает чужое тело, обнимая и прижимая к себе, но он снова погружается в сон

***

Сбитое дыхание и вальс осенних листьев окружал Мацуно, Чифую бежал со всех ног домой, иногда спотыкаясь, стоило ему только проснуться. Нет, он не хотел сбегать от Баджи, ему было комфортно и просто до жути хорошо с Кейске, он ощущал себя до жути счастливым с темноволосым, тёплое чувство разливалось где – то в груди и заставляло вновь встать, заставляло пройти через все испытания, но вернуться к Баджи, и вновь ощутить это родное тепло. Но мальчишка волновался, ужасно волновался, что с мамой, что – то случилось.

Пространство заполнено холодным воздухом, а потому тёплый проносится небольшим облачком пара и испаряется, заполняя атмосферу малейшей частицей тепла. Может быть, если бы было множество людей на улице, все они оставляли что – то своё на этих улицах, тёплое дыхание или быть может аромат горячей пищи или кофе, то проспекты были бы заполнены человеческим теплом, что смог бы согреть сердца множество людей.

Воскресенье, утро не ранее, наоборот даже позднее, время к обеду, но проспект сопит. Видимо люди ужасно, вымотались за неделю. Мацуно устал, а посему идёт быстрым шагом, он хочет быстрее добраться до дома, но теперь медленно плетётся.

Парень быстро залетает в квартиру, которая погружена в мётрвую тишину, не слышно ни шороха. Блондин проходит, ищет глазами кого – то или что – то, отца он не находит, а значит он на улице, снова дозу принимает, забывается о всех проблемах и находит кайф в белом порошке, но мать.

Женщина лежит на полу без одежды, её тело покрыто укусами и синяками, её кожа бледная, как смерть, мальчишка касается щёк и лба, ужасно холодная, кажется она еле дышит, он даже не знает, сколько она здесь лежит. Светловолосый дрожащими руками достаёт телефон и набирает номер скорой помощи, он ждёт несколько секунд, а после дрожащим голосом начинает:

— Зд – здравствуйте.. Женщина без сознания, холодная и побледневшая...

Переговоры не занимают много времени и по словам незнакомой женщины из телефона, скорая помощь должна скоро приехать, а парень укладывает женщину в кровать, укрывая её тело одеялом, а после прижимает чужую голову к своей груди и шепчет, чтобы не напугать, чтобы было лишь чуточку слышно. Парень ищет заветный номер и набирает:

Милашка блондин 11:04
« Прости, что ушёл и не предупредил»
«Просто волнуюсь за маму»

Ответ на удивление пришёл быстро:

Баджи Кейске 11:05
« Ничего страшного. Отца дома нет? »

Милашка блондин 11:05
« Пока что его нет..  »

Баджи Кейске 11:06
« Так что с мамой? »

Милашка блондин 11:06
« она без сознания... Холодная и такая бледная.. Когда увидел по мне прошёл табун мурашек... »

Баджи Кейске 11:07
« Ты позвонил в скорую помощь?? »

Милашка блондин 11:07
« Конечно позвонил.. »
« А ещё её снова отец взял силой»

Баджи напрягается, хмурится и кажется у него изредка подрагивают пальцы, будто сейчас будет очень страшное смс и оно правда ужасно страшное..

Милашка блондин 11:08
« Он сказал мне, что тоже самое сделает и со мною.. »

На длинноволосого накатывает истерика, он ужасно боится за нового друга, а что если этот урод правда начнёт облапывать мальчишку и в конце концов трахнет, он прикусывает нижнюю губу и чуть слышно рычит, ужасно зол, потому тут же начинает собираться.

Баджи Кейске 11:08
« ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ТАМ ОСТАВАТЬСЯ, ИДИ НА ВЧЕРАШНЕЕ МЕСТО, Я ТЕБЯ ЗАБЕРУ »

Милашка Блондин 11:09
«Нет, Баджи, я не могу оставить маму одну»

Баджи Кейске 11:09
« Хорошо.. Тогда живо говори мне квартиру и подъезд »

А у светловолосого скапливается тёплое чувство где – то в груди, разливаясь внутри по всему телу, согреваясь, он прижимает то, что заставило его это чувствовать и шепчет чуть слышно:

— Спасибо тебе, Баджи...

Кейске в правду потрясающий, блондин не жалеет, что дал номер тому, кого сначала испугался. Он думал, что все напившиеся люди ужасные, что все алкаши причиняют боль окружающим, он ненавидел спиртное и прочие алкогольные напитки, но благодарил Баджи, что тот выпил в тот день, благодарен судьбе, что подарила такого потрясающего человека. Если бы он знал, что Майки поспорил с ним на это, то он бы Манджиро бы точно долго благодарил.

Но его мысли отвлекают громкие звуки, он слышит шаги в подъезде, и Мацуно их не спутает, это отец. На обладателя изумрудных глаз накатывает истерика, его глаза то сужаются, то расширяются, тело дрожит, а дыхание в секунду сбивается, он набирает очень много:

Милашка блондин 11:11
« отнц илёт »
« ***** ******»

Баджи Кейске 11:12
« ЖИВО ПРЯЧЬСЯ »
« Я УЖЕ В ПУТИ »

И блондин слушает, он в секунду слезает с кровати и идёт в свою, запирается в ней, спускаясь вниз, на дно отчаяния. За этой дверью было всё по – другому, вся квартира выглядела по – старому, будто в ней никто не жил и не убирался, старая лампочка тускло освещала кухню, а где – то в углу повесился на своей же паутине паучок Валера. (Какая грустная история.) А старый диван, что скрипел напоминал атмосферу из ужастиков, в холодильнике был алкоголь может немного йогуртов, чей срок годности давно истёк, а вокруг стола множество пустых бутылок.

Комната Чифую совершенно не такая. Она убранная с подсветкой, мебель новейшая, парень бросается в фиолетовый плед и возится, сгибаясь комочком, пытается спрятаться, он чувствует, что дверь открылась, а потому ещё больше испуганный Мацуно вновь дрожащими пальцами печатает Кейске:

Милашка блондин 11:16
« БАДЖИ, ОН В ДОМЕ.. »

Слышится противный голос:

— Чифую, где же ты..

Парень издаёт испугавшееся поскуливаение, что было чуть слышно, но он затыкает руками рот, а сам видит смс:

Баджи Кейске 11:17
« Я УЖЕ БЕГУ, ПОЖАЛУЙСТА, ДОЖДИСЬ МЕНЯ»

Светловолосый в страхе глаза сжимает, дрожит, нет трясётся и возится в пледе, пытаясь спрятаться в нём, но раздаётся стук по двери, от этого парень вскакивает и тут же назад поддаётся, врезаясь в бетонную стену.

— Я сейчас выбью эту дверь, нахуй — срывается отец.

А ноги мальчишки дрожат, он закрывает рот сильнее, сжимает плед и глаза сильнее, он слышит удар, открывает глаза, но дверь в порядке, а за ней уже слышны вопли отца от боли, видимо ебашить ступнёй по двери плохая идея, это вам не футбольный мячик. Но на второй раз мужчина ударяет уже не своей конечностью, а чёртовым стулом и дверь ломается, отлетает. Сжавшееся тело парнишки дрожит, а сам Мацуно задыхается в страхе, он напуган до смерти и сейчас он молится, чтобы Кейске спас его. Баджи, где же ты..
Ноги Чифую хватают и тянут к себе, а парень вскрикивает и сильнее сжимается, а мужчина ударяет по щеке сына, и Мацуно затыкается, нависая над крохотным сынишкой.

— Я ведь обещал, что выебу тебя, когда поймаю, ну так начнём..

Чужие длинные пальцы проходят по гладкой кожи невинного мальчишки, забираясь под одежду, парень бьётся в чужих руках и готов сорвать голос, но позвать Кейске, чтобы тот за километры его услышал. Он трясётся в руках отца и откидывает голову в страхе, когда его соски обхватывают, сжимая, оттягивая, а мужчина присасывается к этой сладкой бусинке, прикусывает, и блондин вскрикивает. Кофту тёмноволосого, что до сих пор была на светловолосом, откидывают, а без неё парню ещё тревожнее. Наверное ему было более спокойно, ведь эта малейшая частица того, кто спас и защитил его, уберёг от этой чертовщины в жизни. Он бьётся, ноги парня врезается в чужую промежность, отец корчится, сжимая глаза от боли, он рычит и резко переворачивает сына, закидывая руки вверх, и очень сильно сжимая, чтобы тот не вырвался, а младший продолжает барахтаться под мужчиной. Чифую понимает, что отец не настолько пьян, ведь от него почти не несёт перегаром, а ещё его хватка ужасно сильная, не похоже, что он напился и был в состоянии овоща, старший наклоняется ближе и шепчет на ушко:

— Ну, это приятно.

А табун мурашек проходит по коже, чужой половой орган утыкается в его задницу и мальчишка взглатывает, трясётся, он вопит в страхе:

— Нет – нет – нет, прошу не надо... Папочка, папа, нет!

Всхлипы и крики заполнили квартиру, в которой несколько минут назад царила мёртвая тишина. Мацуно дрожит, скулит, он слышит, как ремень бремчит и его ноги трясутся пуще прежнего, мужчина снимает штаны и связывает чужие руки, парень продолжает отбиваться, барахтаться, кричать от испуга, в его глазах скапливаются слёзы и он готов закричать. Старший первым делом касается талии, поглаживая, опускается к бёдрам, а Чифую противно, он утыкается в плед, что помялся под возящиммя телом, и мягкая поверхность мочится его слезами, штаны с парня снимают и это приводит парня в ужас, он тут же глаза резко распахивает и возится бёдрами, скулит и молит отца:

— Пожалуйста, папа, прошу прекрати, не надо.. Нет! Папа, хватит... Папа!!

Но его шлёпают, а потому по комнате проносится всхлип и крик боли, мужчина поглаживает чужие ягодицы, собственнически сжимая их, а парень трясётся, скуля. Кажется эти секунды тянутся слишком долго, с него и нижнее бельё снимают, полостью освобождая от одежды, парень дрожит пуще прежнего.

Оказаться без одежды перед отцом в детстве было бы весьма нормально, ведь раньше мужчина не был таким, старший его и купал, и развлекал как мог, но когда всё пошло не так... Когда отец начал пить, когда отец стал жить в надежде попробовать ещё одну дозу, кто разрушил жизнь Чифую, а главное когда.

Отец обильно смачивает пальцы слюной, а после растирает её у ануса, светловолосый дрожит уже из – за этого, ведь уже скоро пальцы проникнут в него, мужчина толкается в чужую дырочку и он слышит, как сынишка всхлипывает и кричит от боли, сжимая простынь, поддаётся выше, пытаясь слезть с противных пальцев, парню ужасно стыдно, ведь его правда сейчас трахнет собственный отец, он голый перед старшим и это смущает и вызывает чувство отвращения ко всему на свете, кроме Баджи Кейске. Но мужчина властно берёт талию Мацуно и насаживает его тело на пальцы, а парень от таких действий стонет, в мыслях крутится Баджи, слёзы по щекам стекают и блондин хочет надеяться, что темноволосый успеет. Эти пальцы резко втрахивают парня в кровать, грубо толкаясь и мужчина касается чувствительной точки, и по комнате проносится ужасно пошло – сладкий стон, из – за которого мужчина сильнее заводится и вытаскивает пальцы, одним толчком находит нужную точку. В лёгких воздух вышибло, а Чифую возится головой и он выстанывает столь заветное имя:

— Ба – анха – аджи!

Кричит, срывая голос, он готов его сорвать, только спаси Кейске, это пытка вызывает отвратительное чувство в животе, его сейчас кажется вырвет.

Но брюнет слышит, как его имя выстанывают и сердце сжимается, он тут же слышит крики отца и сладкие стоны его невинного мальчика, и брюнет бросается на эти звуки, по одному действию он мужчину вытаскивает из Мацуно и ударяет его по голове со всей силы. Никто, совершенно никто не смеет касаться этого парня и Кейске сделает всё возможное, чтобы обеспечить безопасность Чифую. Мужчина падает без сознания, а Баджи тяжёло дышит, он слишком много бежал и переживал. Повернув голову, он видит голого мальчишку, его тело украшено синяками, руки связаны ремнём, а лицо заплаканное и Кейске в ярости, он завидует, что этот мужчина слышал стоны Мацуно, а Баджи нет, что он чувствовал это возящееся тело под ним, а брюнет нет. Он ловит себя на мысли, что хочет паренька во всех смыслах этого слова и ругает себя за эти мысли, он пялится на это худощавое тело и о, боже, как же ему хочется вдолбить Чифую в кровать, но парня зовёт чуть слышный шёпот:

— Ба – Баджи.

А темноволосый нависает над Мацуно, уши заливаются краской от своих грязных желаний, они даже долго не знакомы, но он так реагирует на голого мальчишку и желает большего, а блондин теперь боится, когда над ним нависают, но это же Кейске, он не сделает ему больно, а потому младший просит:

— Баджи, пожалуйста, освободи мне руки.

Кейске сжимает губы в тонкую линию он ужасно хочет попробовать губы Мацуно, хочет касаться его везде, но нет, он слишком невинный, убери свои грязные руки и мысли от него, чёртов Баджи Кейске, он ребёнок, но Чифую взглатывает, всё таки долгое молчание выводит из колеи, а потому колени начинают чуть дрожать. А тёмноволосый видит, что младший дрожит и ругает себя, что испугал Мацуно, как в их первую встречу. Брюнет развязывает чужие руки и обнимает парня, утыкаясь в ароматную шею, светловолосый обнимает старшего за плечи, прижимаясь к нему, он успокаивается, чувствует чужое тепло.

Но за окном слышны истерики сирен, через такое долгое время скорая помощь всё же приехала, и всё смешивается в большую суматоху, светловолосому кажется, что он с ума сойдёт, но с ним Баджи, он надеется, что Кейске останется с ним и поможет разобраться со всеми проблемами. Ведь один Чифую вряд ли вынесет груз, что свалил на его плечи отецСбитое дыхание и вальс осенних листьев окружал Мацуно, Чифую бежал со всех ног домой, иногда спотыкаясь, стоило ему только проснуться. Нет, он не хотел сбегать от Баджи, ему было комфортно и просто до жути хорошо с Кейске, он ощущал себя до жути счастливым с темноволосым, тёплое чувство разливалось где – то в груди и заставляло вновь встать, заставляло пройти через все испытания, но вернуться к Баджи, и вновь ощутить это родное тепло. Но мальчишка волновался, ужасно волновался, что с мамой, что – то случилось.

Пространство заполнено холодным воздухом, а потому тёплый проносится небольшим облачком пара и испаряется, заполняя атмосферу малейшей частицей тепла. Может быть, если бы было множество людей на улице, все они оставляли что – то своё на этих улицах, тёплое дыхание или быть может аромат горячей пищи или кофе, то проспекты были бы заполнены человеческим теплом, что смог бы согреть сердца множество людей.

Воскресенье, утро не ранее, наоборот даже позднее, время к обеду, но проспект сопит. Видимо люди ужасно, вымотались за неделю. Мацуно устал, а посему идёт быстрым шагом, он хочет быстрее добраться до дома, но теперь медленно плетётся.

Парень быстро залетает в квартиру, которая погружена в мётрвую тишину, не слышно ни шороха. Блондин проходит, ищет глазами кого – то или что – то, отца он не находит, а значит он на улице, снова дозу принимает, забывается о всех проблемах и находит кайф в белом порошке, но мать.

Женщина лежит на полу без одежды, её тело покрыто укусами и синяками, её кожа бледная, как смерть, мальчишка касается щёк и лба, ужасно холодная, кажется она еле дышит, он даже не знает, сколько она здесь лежит. Светловолосый дрожащими руками достаёт телефон и набирает номер скорой помощи, он ждёт несколько секунд, а после дрожащим голосом начинает:

— Зд – здравствуйте.. Женщина без сознания, холодная и побледневшая...

Переговоры не занимают много времени и по словам незнакомой женщины из телефона, скорая помощь должна скоро приехать, а парень укладывает женщину в кровать, укрывая её тело одеялом, а после прижимает чужую голову к своей груди и шепчет, чтобы не напугать, чтобы было лишь чуточку слышно. Парень ищет заветный номер и набирает:

Милашка блондин 11:04
« Прости, что ушёл и не предупредил»
«Просто волнуюсь за маму»

Ответ на удивление пришёл быстро:

Баджи Кейске 11:05
« Ничего страшного. Отца дома нет? »

Милашка блондин 11:05
« Пока что его нет..  »

Баджи Кейске 11:06
« Так что с мамой? »

Милашка блондин 11:06
« она без сознания... Холодная и такая бледная.. Когда увидел по мне прошёл табун мурашек... »

Баджи Кейске 11:07
« Ты позвонил в скорую помощь?? »

Милашка блондин 11:07
« Конечно позвонил.. »
« А ещё её снова отец взял силой»

Баджи напрягается, хмурится и кажется у него изредка подрагивают пальцы, будто сейчас будет очень страшное смс и оно правда ужасно страшное..

Милашка блондин 11:08
« Он сказал мне, что тоже самое сделает и со мною.. »

На длинноволосого накатывает истерика, он ужасно боится за нового друга, а что если этот урод правда начнёт облапывать мальчишку и в конце концов трахнет, он прикусывает нижнюю губу и чуть слышно рычит, ужасно зол, потому тут же начинает собираться.

Баджи Кейске 11:08
« ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ТАМ ОСТАВАТЬСЯ, ИДИ НА ВЧЕРАШНЕЕ МЕСТО, Я ТЕБЯ ЗАБЕРУ »

Милашка Блондин 11:09
«Нет, Баджи, я не могу оставить маму одну»

Баджи Кейске 11:09
« Хорошо.. Тогда живо говори мне квартиру и подъезд »

А у светловолосого скапливается тёплое чувство где – то в груди, разливаясь внутри по всему телу, согреваясь, он прижимает то, что заставило его это чувствовать и шепчет чуть слышно:

— Спасибо тебе, Баджи...

Кейске в правду потрясающий, блондин не жалеет, что дал номер тому, кого сначала испугался. Он думал, что все напившиеся люди ужасные, что все алкаши причиняют боль окружающим, он ненавидел спиртное и прочие алкогольные напитки, но благодарил Баджи, что тот выпил в тот день, благодарен судьбе, что подарила такого потрясающего человека. Если бы он знал, что Майки поспорил с ним на это, то он бы Манджиро бы точно долго благодарил.

Но его мысли отвлекают громкие звуки, он слышит шаги в подъезде, и Мацуно их не спутает, это отец. На обладателя изумрудных глаз накатывает истерика, его глаза то сужаются, то расширяются, тело дрожит, а дыхание в секунду сбивается, он набирает очень много:

Милашка блондин 11:11
« отнц илёт »
« ***** ******»

Баджи Кейске 11:12
« ЖИВО ПРЯЧЬСЯ »
« Я УЖЕ В ПУТИ »

И блондин слушает, он в секунду слезает с кровати и идёт в свою, запирается в ней, спускаясь вниз, на дно отчаяния. За этой дверью было всё по – другому, вся квартира выглядела по – старому, будто в ней никто не жил и не убирался, старая лампочка тускло освещала кухню, а где – то в углу повесился на своей же паутине паучок Валера. (Какая грустная история.) А старый диван, что скрипел напоминал атмосферу из ужастиков, в холодильнике был алкоголь может немного йогуртов, чей срок годности давно истёк, а вокруг стола множество пустых бутылок.

Комната Чифую совершенно не такая. Она убранная с подсветкой, мебель новейшая, парень бросается в фиолетовый плед и возится, сгибаясь комочком, пытается спрятаться, он чувствует, что дверь открылась, а потому ещё больше испуганный Мацуно вновь дрожащими пальцами печатает Кейске:

Милашка блондин 11:16
« БАДЖИ, ОН В ДОМЕ.. »

Слышится противный голос:

— Чифую, где же ты..

Парень издаёт испугавшееся поскуливаение, что было чуть слышно, но он затыкает руками рот, а сам видит смс:

Баджи Кейске 11:17
« Я УЖЕ БЕГУ, ПОЖАЛУЙСТА, ДОЖДИСЬ МЕНЯ»

Светловолосый в страхе глаза сжимает, дрожит, нет трясётся и возится в пледе, пытаясь спрятаться в нём, но раздаётся стук по двери, от этого парень вскакивает и тут же назад поддаётся, врезаясь в бетонную стену.

— Я сейчас выбью эту дверь, нахуй — срывается отец.

А ноги мальчишки дрожат, он закрывает рот сильнее, сжимает плед и глаза сильнее, он слышит удар, открывает глаза, но дверь в порядке, а за ней уже слышны вопли отца от боли, видимо ебашить ступнёй по двери плохая идея, это вам не футбольный мячик. Но на второй раз мужчина ударяет уже не своей конечностью, а чёртовым стулом и дверь ломается, отлетает. Сжавшееся тело парнишки дрожит, а сам Мацуно задыхается в страхе, он напуган до смерти и сейчас он молится, чтобы Кейске спас его. Баджи, где же ты..
Ноги Чифую хватают и тянут к себе, а парень вскрикивает и сильнее сжимается, а мужчина ударяет по щеке сына, и Мацуно затыкается, нависая над крохотным сынишкой.

— Я ведь обещал, что выебу тебя, когда поймаю, ну так начнём..

Чужие длинные пальцы проходят по гладкой кожи невинного мальчишки, забираясь под одежду, парень бьётся в чужих руках и готов сорвать голос, но позвать Кейске, чтобы тот за километры его услышал. Он трясётся в руках отца и откидывает голову в страхе, когда его соски обхватывают, сжимая, оттягивая, а мужчина присасывается к этой сладкой бусинке, прикусывает, и блондин вскрикивает. Кофту тёмноволосого, что до сих пор была на светловолосом, откидывают, а без неё парню ещё тревожнее. Наверное ему было более спокойно, ведь эта малейшая частица того, кто спас и защитил его, уберёг от этой чертовщины в жизни. Он бьётся, ноги парня врезается в чужую промежность, отец корчится, сжимая глаза от боли, он рычит и резко переворачивает сына, закидывая руки вверх, и очень сильно сжимая, чтобы тот не вырвался, а младший продолжает барахтаться под мужчиной. Чифую понимает, что отец не настолько пьян, ведь от него почти не несёт перегаром, а ещё его хватка ужасно сильная, не похоже, что он напился и был в состоянии овоща, старший наклоняется ближе и шепчет на ушко:

— Ну, это приятно.

А табун мурашек проходит по коже, чужой половой орган утыкается в его задницу и мальчишка взглатывает, трясётся, он вопит в страхе:

— Нет – нет – нет, прошу не надо... Папочка, папа, нет!

Всхлипы и крики заполнили квартиру, в которой несколько минут назад царила мёртвая тишина. Мацуно дрожит, скулит, он слышит, как ремень бремчит и его ноги трясутся пуще прежнего, мужчина снимает штаны и связывает чужие руки, парень продолжает отбиваться, барахтаться, кричать от испуга, в его глазах скапливаются слёзы и он готов закричать. Старший первым делом касается талии, поглаживая, опускается к бёдрам, а Чифую противно, он утыкается в плед, что помялся под возящиммя телом, и мягкая поверхность мочится его слезами, штаны с парня снимают и это приводит парня в ужас, он тут же глаза резко распахивает и возится бёдрами, скулит и молит отца:

— Пожалуйста, папа, прошу прекрати, не надо.. Нет! Папа, хватит... Папа!!

Но его шлёпают, а потому по комнате проносится всхлип и крик боли, мужчина поглаживает чужие ягодицы, собственнически сжимая их, а парень трясётся, скуля. Кажется эти секунды тянутся слишком долго, с него и нижнее бельё снимают, полостью освобождая от одежды, парень дрожит пуще прежнего.

Оказаться без одежды перед отцом в детстве было бы весьма нормально, ведь раньше мужчина не был таким, старший его и купал, и развлекал как мог, но когда всё пошло не так... Когда отец начал пить, когда отец стал жить в надежде попробовать ещё одну дозу, кто разрушил жизнь Чифую, а главное когда.

Отец обильно смачивает пальцы слюной, а после растирает её у ануса, светловолосый дрожит уже из – за этого, ведь уже скоро пальцы проникнут в него, мужчина толкается в чужую дырочку и он слышит, как сынишка всхлипывает и кричит от боли, сжимая простынь, поддаётся выше, пытаясь слезть с противных пальцев, парню ужасно стыдно, ведь его правда сейчас трахнет собственный отец, он голый перед старшим и это смущает и вызывает чувство отвращения ко всему на свете, кроме Баджи Кейске. Но мужчина властно берёт талию Мацуно и насаживает его тело на пальцы, а парень от таких действий стонет, в мыслях крутится Баджи, слёзы по щекам стекают и блондин хочет надеяться, что темноволосый успеет. Эти пальцы резко втрахивают парня в кровать, грубо толкаясь и мужчина касается чувствительной точки, и по комнате проносится ужасно пошло – сладкий стон, из – за которого мужчина сильнее заводится и вытаскивает пальцы, одним толчком находит нужную точку. В лёгких воздух вышибло, а Чифую возится головой и он выстанывает столь заветное имя:

— Ба – анха – аджи!

Кричит, срывая голос, он готов его сорвать, только спаси Кейске, это пытка вызывает отвратительное чувство в животе, его сейчас кажется вырвет.

Но брюнет слышит, как его имя выстанывают и сердце сжимается, он тут же слышит крики отца и сладкие стоны его невинного мальчика, и брюнет бросается на эти звуки, по одному действию он мужчину вытаскивает из Мацуно и ударяет его по голове со всей силы. Никто, совершенно никто не смеет касаться этого парня и Кейске сделает всё возможное, чтобы обеспечить безопасность Чифую. Мужчина падает без сознания, а Баджи тяжёло дышит, он слишком много бежал и переживал. Повернув голову, он видит голого мальчишку, его тело украшено синяками, руки связаны ремнём, а лицо заплаканное и Кейске в ярости, он завидует, что этот мужчина слышал стоны Мацуно, а Баджи нет, что он чувствовал это возящееся тело под ним, а брюнет нет. Он ловит себя на мысли, что хочет паренька во всех смыслах этого слова и ругает себя за эти мысли, он пялится на это худощавое тело и о, боже, как же ему хочется вдолбить Чифую в кровать, но парня зовёт чуть слышный шёпот:

— Ба – Баджи.

А темноволосый нависает над Мацуно, уши заливаются краской от своих грязных желаний, они даже долго не знакомы, но он так реагирует на голого мальчишку и желает большего, а блондин теперь боится, когда над ним нависают, но это же Кейске, он не сделает ему больно, а потому младший просит:

— Баджи, пожалуйста, освободи мне руки.

Кейске сжимает губы в тонкую линию он ужасно хочет попробовать губы Мацуно, хочет касаться его везде, но нет, он слишком невинный, убери свои грязные руки и мысли от него, чёртов Баджи Кейске, он ребёнок, но Чифую взглатывает, всё таки долгое молчание выводит из колеи, а потому колени начинают чуть дрожать. А тёмноволосый видит, что младший дрожит и ругает себя, что испугал Мацуно, как в их первую встречу. Брюнет развязывает чужие руки и обнимает парня, утыкаясь в ароматную шею, светловолосый обнимает старшего за плечи, прижимаясь к нему, он успокаивается, чувствует чужое тепло.

Но за окном слышны истерики сирен, через такое долгое время скорая помощь всё же приехала, и всё смешивается в большую суматоху, светловолосому кажется, что он с ума сойдёт, но с ним Баджи, он надеется, что Кейске останется с ним и поможет разобраться со всеми проблемами. Ведь один Чифую вряд ли вынесет груз, что свалил на его плечи отец.

***

Тёмная кофта Баджи, в которой Чифую ему казался ещё более крохотным, пропиталась препаратами. Мацуно не помнил, когда приехал в больницу и сколько он здесь сидел, бледные стены давят на него, это давление заставляет взяться за голову и сжать волосы, но это не остановит боль по всему телу, что проносится от живота и бежит к конечностям, заставляя кровь в панике быстрее бежать по венам. Блондин один засыпает на лавочке около операционной.

Кейске был с ним, но позже ушёл по собственным обстоятельствам. Когда обладатель изумрудных глаз остался один, из его глаз потекли слёзы, ему ужасно страшно, боль душит его, ком в горле мешает сказать что – то, мысли путаются и успокоится совсем не получается. На нервной почве он засыпает в коридоре, где царит мёртвая тишина.

— Он до ужаса бледный, — мямлит Хаккай, касаясь чужого лба.

— Чифую! — зовёт Мицуя, тресся плечо одноклассника.

— Чифую, очнись! — окликает Майки и Казутора.

— Хей, парень, — и Доракен присоединяется.

— Чифую, я здесь, всё будет хорошо, — согревает холодную ладонь своей.

Мацуно с трудом поднимает веки, а после видит ни одного Баджи, а потому резко вскакивает, сжимает ладоши в кулаки и вытирает остатки слёз, а после тупит взгляд в одной точке, боясь даже посмотреть на присутствующих в этом тусклом коридоре, что давил на него с каждой минутой всё сильнее. Такаши протягивает ему пакет, а после молвит:

— Тебе нужно покушать, ты сегодня ничего не ел, — подытоживает короткостриженный.
Кейске садится рядом, берёт пакет и достаёт из него пирожное, а после протягивает младшему.

— Давай хотя бы что – нибудь.
И Чифую взглатывает вязкую слюну, чтобы протолкнуть ком своей ноши на дно своих отчаяния, он молча открывает сладость, ему протягивают пластиковую ложку и блондин начинает медленно есть, еда еле как глотается, мальчишка прикладывает много усилий просто, чтобы взять её в рот. Но Мацуно не доедает, а ложится на плечо Баджи, безэмоционально смотрит в одну точку, взгляд тупится, он устал сидеть здесь в ожидании.

Такаши садится рядом, а после и все парни садятся, создавая толпу в коридоре, но эти люди не смогут заполнить пространство чем – то более тёплым, вряд ли.

— Я устал, — чуть слышно выдаёт Чифую и сильнее вжимается в чужое плечо, держится из – за всех сил, чтобы не зареветь в три ручья, а посему губу прикусывает.

Казутора явно обеспокенный взгляд бросает в сторону паренька, а Майки, Хаккай и Доракен тупят взгляд в одной точке, не находя нужных слов для поддержки, в голове пусто, подобрать нужные слова крайне сложно, а Такаши сжимает чужую ладонь, намекая на то, что он рядом, что всё обязательно наладится. Но вот только Мацуно в этом не уверен.
Отца забрали в отделение, мать в больнице, ему страшно, что будет завтра, что хранит будущее, неизвестное в следующим дне заставляет колени дрожать и лишь гадать, что будет дальше. Сейчас он может надеяться лишь на себя и парня, в чьё плечо он вжимается.

Но из – за операционной наконец – то выходят, и мальчишка в ту же секунду вскакивает и смотрит на врача взглядом надежд, предподнася ему, словно богу, молитвы. Но взгляд не оправдывает его надежд, он пустой с нотками сожаления.

— Она в очень тяжёлом состоянии, но жить будет, — вынесли вердикт.

Но жить будет и после этих слов парнишка падает на колени, стирая их в мясо, Баджи тут же вскакивает и подбегает, а врач лишь испуганно смотрит. Жить будет, но в тяжёлом состоянии, звучит обнадёживающе, но надежда есть? Малейшая.
Холодного лба касается тёплая рука темноволосого и мальчишка не выдерживает, по щекам текут слёзы, а сам он ластится к чужой ладони, а после вовсе прижимается к новому другу, вкладывая в эти действия свои последние силы, он ужасно измотан, и все это видят и понимают.

— Пошли домой, — зовёт длинноволосый.

Парни выходят из больницы, Мацуно на спине Кейске жмётся к тёплому телу.

— Я уверен, что всё будет в порядке, — кидает Казутора.

— Ты обязательно совсем справишься, — издаёт Кен.

— Если, что ты можешь рассчитывать на нас, — грустно улыбается Шиба.

— Мы всегда тебя выслушаем, — подходит к Баджи Мицуя и касается подушечкой пальца кончика носа светловолосого.

— Пожалуйста, не потрахайтесь, — выдавливает Майки с отвратительной улыбкой.

На секунду словно время останавливается, повисшая тишина давит Кейске на висок, и он будто не понимает, что только что сказал Манджиро, а потому зависает и смотрит в одну точку, а поняв сказанное, начал стрёмно улыбаться, наверное это улыбка говорила Сано «а по жопе», как же отвратительно. Но длинноволосый блондин смеётся, а Чифую начал сопеть на чужой спине, видимо ему было крайне всё равно на эту ситуацию, верно, разбирайся сам, Баджи, со своими пошлыми фантазиями.

Парни расходятся, длинноволосый брюнет идёт с мальчишкой на спине, на улице уже темно, но путь Кейске освещает разноцветные огни Токио, из – за множества красивых огней казалось, что улицы пропитаны необычностью, а машины потоком заполняют проезжую часть, уставшие люди спешат домой. А Баджи, что множество раз нервничал, и внутри всё переворачивалось, плетётся домой, благо траутары не заполнены множеством людей.

Забираться по лестнице с мальчишкой на спине крайне сложно, но он пытается. Вот только обладатель изумрудных глаз просыпается, он касается чужой щеки, а Кейске ластится к ней, Мацуно слезает со спины, потягивается, словно котёнок, но это замечает именно брюнет.

Парни заходят в квартиру, в ноздри въедается аромат свежеприготовленной еды и домашним уютом, женщина встречает Баджи, но заметив светловолосого рядом с ним, ещё шире улыбается.

— Здравствуй, ты снова к нам? — приветливо спрашивает мать тёмноволосого.

— Здравствуйте, ну,— парню не дают договорить, обладатель жёлто – карих глаз перебивает.

— Да, мам, он к нам с ночёвкой, — серьёзно заявляет Кейске.

А поняв взгляд женщины, парни быстро разуваются и идут на кухню. Женщина замечает, что младший совсем бледный, а посему интересуется, что у него творится в жизни. Мальчишка не очень хочет об этом вспоминать, а посему старается уйти от разговора, но Баджи рекомендует рассказать, ведь эта женщина способна дать хорошую поддержу. Чифую дрожит, рассказывая, он то кофту перебирает, то жмётся к Кейске, ища тепло, под конец не выдерживает, по его щекам текут ручьи слёз, он тихо хнычет, надеясь, что его слёзы не заметят, ему ужасно стыдно, но он лишь вытирает рукавом влагу. Женщина берёт щёки парня, а после, к себе притягивая, в лоб целует.

— Всё обязательно будет в порядке, ты можешь в любое время приходить к нам, мы тебя выслушаем и поможем, чем сможем.

Мать Мацуно строгая, требовательная женщина, да она лучше отца в сто раз, но ласковых слов и поддержки от неё не дождёшься. Когда отец начинал всё больше и больше пить, та терпела, держала всё в себе, пыталась быть сильной и поддавать сыну пример. Когда же мужчина начал избивать сына, то она лишь с жалостью смотрела, она не заступалась за сына, но Чифую вбил себе в голову ей страшно, ей так же страшно, как и ему. За последние два года они вовсе перестали говорить о чём – либо, лишь обменивались взглядами сожаления. Они оба стали жертвами домашнего насилия, женщина пыталась работать, но очень часто брала выходные, ведь сил на что – либо не было.

Но когда женщина и сын остались одни после очередного инцидента, они переглянулись, мать притянула мальчишку к себе, прижав к своей груди, она отдавала ему свои силы, тепло и надежду на то, что они справятся, а поцеловав в лоб, вымолвила:

— Ты очень сильный, я горжусь тобой..

Его мать и эта прекрасная женщина два разных человека, но почему – то блондин чувствует, что мать Баджи великолепная. Мальчишка сам к ней жмётся, хныкая в её плечо, рукав футболки хранительницы домашнего очага промок от чужих слёз, но она не злится, а лишь гладит блондина по спине, а длинноволосый тепло улыбается.

Времяпровождение с Кейске заставляет Мацуно забыть о ужасных последствиях, парень сильнее укутывается в плед и звонко смеётся в унисон из – за комедии. Брюнет хватается за живот, а после светловолосого на себя тянет, падают. Их взгляды врезаются, пространство между ними заполняется теплом и уютом, обладатель изумрудных глаз лежит на чужой груди, а томный баритон его зовёт:

— Чифую.

— Баджи, — произносит младший и утыкается в чужую шею, длинноволосый гладит парня по голове и спине и они засыпают от тепла друг друга.

Тиканье часиков сопровождает сопение на груди Кейске, в комнату бессовестно проникает лунный свет, озаряя комнату ночным светом, тёмноволосый смотрит на чёрное, словно смоль небо, на котором рассыпалось множество звёзд, что светили крайне ярко, но не ярче лучшей звездочки в жизни Баджи. Звёздочки, что сжимала его футболку, что спала сейчас в его кофте, что дарила множество эмоций, а в придачу и бабочек в животе, заставляла идти дальше. Кейске улыбается, просто взглянув на него, а после вновь глядит на небо. Ему кажется небо сейчас взорвётся и звёзды начнут падать, и правда множество ярких огоньков бросаются с небосвода, разбиваясь о землю, не оставляя от себя совершенно ничего. Брюнет не девчонка, что любит звёзды, верит в гороскопы, гадания и подобную ерунду, но звёзды красивые и он, закрывая глаза, загадывает одно заветное желание.

           «О, прошу, Чифую Мацуно,
                  будь счастлив вместе со мною..»

И он повторяет крутить эту мысль в голове, пока звёзды разбивались о землю, заполняя атмосферу счастьем, множество людей загадывали желание в эту ночь, они хотели, чтобы их услышали и сделали так, как желают сами. Но кто их услышит? Звёзды? Бог? Атмосфера заполненная счастьем? Они сами? Лишь они сами слышат то, о чём хотят кричать, и если они правда этого ходят, то люди пойдут вперёд, будут идти до конца, стараясь из – за дня в день, вкладывая все свои силы в каждую неделю, чтобы добиться результатов, чтобы их сокровенные желания были исполнены. Если сильно хотят, то будут искать выход из ситуации и не отступать, стоять на своём, бороться за своё счастье. И Кейске готов бороться, чтобы сделать блондина счастливым.

                                      ***

Палата пропитана препаратами, раздражающие звуки издаёт аппарат, женщина мёртвым взглядом глядит куда – то в бледный, как и она сама, потолок. С лепестков алых роз, стекает капля и разбивается о поверхность тумбочки, шторы чуть развиваются на ветру, а свежесть босиком пробегает по палате, сегодня теплее обычного, что довольно странно. Мацуно опускает взгляд, сжимает ладони в кулачки, мысли путаются, он хочет что – нибудь сказать, подержать, помочь, теперь его очередь давать матери пример, показывать, что они должны быть сильными и блондин уже открывает рот, в надежде выдавить из себя хоть что – нибудь.

— Я не хочу продолжать всё это, – издаёт женщина первее.

И парень распахивает глаза, зрачки сужаются, дыхание сбивается, рот дрожит, желая что – то сказать, мысли путаются, светловолосый задыхается, резко нахлынувшая кровь ударяет в висок, разливая боль от него по всей голове, заставляя мальчишку скорчиться от боли.

— Чифую, я хочу умереть, — подытоживает женщина и слабо улыбается, закрывая глаза.

Но аппарат пищит, значит, что она жива, значит время, чтобы донести до неё свои мысли, ещё есть. Мацуно поднимается со стула, проглатывает ком.

— Нет, мам, мы должны быть сильными, отец в отделении.. Мы справимся! Я буду много работать, стараться, но мы должны продолжать жить!! — но его перебивают.

— Чифую, милый, — голос женщины звучит ужасно нежно, — давай умрём вместе? — но эти слова подвергают парня в шок. 

Но разве смерть выход из ситуации? Разве данный поступок не доказывает слабость? Но тогда светловолосый не будет страдать, но отец в отделении, избиений больше не будет, разве это не значит, что они справились с главным испытаньем и теперь им остаётся несколько последних шагов к счастью, да они оба запятнаны отцом, да этот позор уже ничего не скроет, да эту боль они не смогут скрыть за тёплой одеждой, но когда в жизни блондина появился длинноволосый, всё будто обрело смысл.

Он бы и рад умереть, закончатся все страдания, ему не придётся бороться с болью и позором, что будет его преследовать всю жизнь. Но он хочет вновь увидеть перед собой Баджи, провести с ним ещё один день, сжать его тёплую ладонь, крепко обнять и сказать, как тот важен, поблагодарить за то, что помог стать сильнее. И теперь настало быть героем Мацуно и спасти из пучин отчаяния мать.

— Ты стал сильнее.. Видимо у тебя остались силы, чтобы  двигаться вперёд.. Прости, что больше не смогу  тебе подавать пример...

И чужие глаза с морщинами закрываются, а аппарат начинает шумно пищать, он оглушает. Парень не мог и с места сдвинуться, колени трясутся, в распахнувших глазах зрачки сужаются, парень падает на холодный кафель, опускается всех корпусом, прижимаясь к нему, ощущая холод от конечностей, который резко со всей силы уходит в голову, давя на висок. Мацуно сжимает глаза, по щекам текут слёзы, в палату вбегает врачи, они возятся около женщины, а после везут в реанимацию. Но парень не поднимается, врачи не обращают сильного внимания, они спешат спасти почти мёртвого человека. У парня нет желания подниматься, он лежит на холодном кафеле, полностью погружаясь в пелину своих отчаяний.

Now I'm waking up and I'm not dead
 
Теперь я просыпаюсь и не умираю

Living off the words I know you said

Живя словами, которые я знаю - ты сказала

I feel like I'm alive and I'm gonna make it

Я чувствую, что жив, и у меня все получится

Maybe if I cry I don't have to fake it

Может быть, если я заплачу, мне не придется притворяться

I'm giving up my pain, so you can take it

Я отказываюсь от своей боли, так..

Горячие слёзы скатываются по бледным щекам, а родные руки стирают дорожку воды..

***

Сердце Мацуно разрывается на малейшие частицы, он сжимает ладони в кулаки, пытаясь найти в себе силы, чтобы продолжать жить, трясётся на ледяном кафеле, сминая на себе кофту. Но его нежно зовут, и он распахивает глаза.

Перед его видом пристаёт мать, чья тёплая рука была на его щеке, она тепло улыбается, за окном падают осенние листья, а на тумбочке стоят алые розы, что принесли Кейске и блондин, а рядом открытка, в которой собран букет чувств к матери от Чифую. Женщина убирает руки, располагая их у себя на коленях, а Чифую сразу всё понимает, это был всего лишь сон, подсознание играет с ним в ужасную игру, вечно надсмехаясь над ним, тычит носом в его страхи и пытается доказать, что парень ничтожен. Но мать в порядке, даже без капельницы лежит, видимо ей значительно лучше, всё оказалось намного лучше.

— Как ты? — поддаёт голос младший.

— Мне гораздо лучше, думаю меня скоро выпишут, — но с лица женщины ускальзывает улыбка, а её испугавшееся глаза опустились на мягкую поверхность, спотыкаясь об одеяло, кутаясь где – то глубоко в нём, пытаясь защититься, надеясь, что одеяло защитит от главного монстра в этой жизни, от мужа, — где он?

И Чифую прекрасно понимает кого мать подразумевает под этим « он », грех было не узнать, она боялась даже его имя произносить, хотя светловолосый не лучше, сам не решался, но они понимали про кого они говорят, значит необходимости называть имя нет.

— В отделении, — чужую руку сжимает своей тёплой, пытаясь успокоить, говоря этим жеством, что защитит женщину, чего бы это не стоило, — мы сняли с Баджи побои, и его бросили за решетку.

— С Баджи? — мать изгибает одну бровь в вопросительном жесте, спрашивая этим взглядом, кто это?

А что должен ответить светловолосый? Это тот парень, который спас меня от отца и предотвратил изнасилование, а то моей бы жопе несладко пришлось, это тот, кому я больше всего доверяю, этот тот, с кем я чувствую себя в безопасности и счастливым, мысли путаются, рвутся.

Но теперь слышны шаги за дверью, а после и сама дверь распахивается, а в палату вбегает растрёпанный парень с длинными тёмными, как смоль, волосами, по его росту можно было сказать, что он старшеклассник, а может и вовсе уже выпустился из школы, но нет, лишь в десятом.

— Вспомнишь лучик, вот и солнышко, — смеётся Мацуно в кулачок, а парень приветливо махает ручкой, здороваясь с женщиной, — это мой друг — Баджи Кейске.

А длинноволосый кланяется, произнося:

— Здравствуйте, не беспокойтесь, я позаботился о Вашем сыне.

А женщина в вопросительном жесте глаза распахивает, но после тепло улыбается, она рада, что у её сына появился ещё один такой замечательный друг, вот только её мучает один вопрос:

— А как вы познакомились?

А Мацуно в растерянности, что ему ответить, не уж то так и сказать, что в стельку пьяный Баджи попросил у него номер, а после всё закрутилось, но видимо новый друг решает проигнорировать вопрос, ведь Кейске молча пододвигается ещё один стул к койке женщины и располагает его около Чифую, а сам садится на него, ставит пакет на колени, а после протягивает ему наггетсы, пихая ему прямо его в лицо, намекая на то, чтобы он ел, а Мацуно сразу же губами касается пищи, закидывая питательные вещества себе в желудок.

— Ничего с утра не ел, — звучит так, словно он жалуется матери этого парня на его друга, но ставит на чужие колени пакет с едой, сопровождая эти действия словом, — поешь.

И женщине кажется, что новый друг её сына очень милый, она тепло улыбается.

— А сам – то не лучше, тоже ничего не ел! — возражает младший.

— Но я предлагал зайти в кафе и перекусить, тебе нужно было поесть после полицейского участка, — серьёзно говорит длинноволосый.

И кажется они начинают серьёзно спорить, но на деле они просто заботятся друг о друге, чуть стебаясь, смеясь, ведь точно знают, что не заденут друг друга. Но женщина издаёт лёгкий смешок в кулачок, а посему парни замирают, вслушиваясь, а после сами в унисон смеются.

                                         ***

Волны врезаются в берега, разбиваясь на малейшие частицы, вечерний бриз пробегал по окрестностям вдоль моря, кружась в танце и зовя других вместе с ним пуститься в пляс. Чайки оглушающе кричали, кружась над водяной гладью, они молили о помощи, но никто не способен понять их молитвы, никто не услышит их крики помощи. Солнце почти скрылось за водяной гладью, оставляя на воде и в небе разноцветные оттенки, а на поверхности воды дрожат разноцветные, залитые светом, облака от холода, но вот только скоро солнце сменит луна, наступит тьма, и люди смогут спрятаться под одеялом, они уснут, погружаясь во сны.

Вновь дует холодный ветер, и Мацуно дрожит, держась за локти, пытаясь больше залезть в кофту Баджи, что была на нём, он морщится, чихает, как котёнок, но это замечает именно Кейске, от этой мысли он тепло улыбается, подходит сзади и прячет младшего в своём пальто, стараясь согреть, разжечь костёр из своих чувств, чтобы согреть их. Светловолосый довольно улыбается и разворачивается, кидаясь в чужие руки, а брюнет берёт его ладони, они меньше его, трёт, пытаясь согреть то, что ему правда дорого.

Баджи чуть отодвигает от себя блондина и укутывает его в шарф, пока тот в свою очередь глазки зажмуривает, чихает, но уже укутанный Мацуно носик морщит и глаза приоткрывает, глядя на смысл своей жизни, но после его ругают:

— Нужно было пальто или куртку надевать! У тебя хотя бы футболка под кофтой есть? — но тёмноволосый просто переживает и заботится, ведь какой же его друг беспечный на улице холодно, а тот лишь в его кофте, так они ещё пошли к морю, а тут гораздо холоднее, чем в городе, чёртова Россия, но это хотя бы не Сибирь.

Баджи в ней был как – то, у него там бабушка и дедушка живут в одной из деревень, вроде бы та называлась Неванка, это же сколько надо было пиздовать из Питера, ужасно. Дед забавный, он на аккордеоне играет, брюнет помнит, как маленький что – то пел из детских песен, а дед ему играл на этом инструменте, отец радовался, что его сын растёт в городе, а не в этой глуши, где бы его научили только самогон да коров гонять. Он ещё гулял с Шюджи, с которым они летали над гаражами, а после долбили палкой главного врага народа – крапиву. Для отца Кейске, Ханма – ужас дикий, он же у старшего и деда пиздил сигареты и во всю гонял водку с луком. Поговаривали,  распугает всех голубей и ворует у бедных птиц семечки, ну а что семья бедная, лучше семечки у голубей, чем еду у свиней. А мама всегда радовалась, ведь её родители научили парнишку некой простоте и доброте.

— Есть, — парнишка взгляд отпускает, показывая, что ему стыдно.

— Вот, если заболеешь, то я не буду с тобой сидеть! — серьёзно заявляет длинноволосый и отворачивается, чтобы младшему было совестно, но он только светлую макушку опускает, а парень, краснея то ли от холода, то ли от привязанности, всё же говорит, — кого я обманываю, не брошу я тебя.

Слышен шум поездов, волн, но они уже в дали, а ещё гул людей, жизнь в Питере кипит, а старший сжимает холодную ладонь Мацуно в своей, ведя через проспекты, которые уже успели пропитаться холодом, кажется скоро выпадет снег, может быть уже этой ночью, и он занесёт слякоть на улицах, укроет множество хрупких веток, что ещё чуть – чуть и треснут от мороза. Обладатель изумрудных глаз улыбается, он идёт сзади, но он готов идти сзади, он готов идти за Кейске, просто потому что тот ярче всех звёзд, теплее любых батарей и пледов, никто с ним не сравнится. Они садятся в автобус, в котором чутка тесно, замёршзшие конечности чувствуют долгожданное тепло, которое разбегается по всему телу вместе с кровью, словно адреналин, но они никуда не спешат.

В транспорте много людей, но для парней в пространстве только они, больше они никого не видят и не чувствуют, главное, что они вместе и тепло. За окном здание сменяется зданием, Петербург погружается в хмурую ночь, тучи окутали крыши многоэтажек, они едут через красочные улицы, среди которых можно увидеть старинную архитектуру, которой более двухста лет, но благодаря некоторым электрикам, люди могут любоваться этими сооружениями в разноцветных огнях, такое чувство, будто они новогоднюю атмосферу задают, настраивают людей к праздникам, но эти цвета более утончённые. Но Чифую заворожён красотой ночного Петербурга, заворожён хоромами бывших русских императоров и царей, а Кейске заворожён парнем, что буквально прилип к окну, стараясь углядеть каждый огонёк. Баджи берёт ладонь блондина в свои, трёт, стараясь разжечь из своих чувств костёр, чтобы согреть младшего, его хрупкое сердечко, что может легко разбиться о стены этого сурового мира, он подносит ладонь к губам, дует. А автобус останавливается, толчком в транспорте проносясь, и Кейске пользуется моментом, касается чужих сгоревшихся костяшек, а обладатель изумрудных глаз краснеет до кончиков ушей, отворачиваясь, волнуясь, не зная, что сказать.

А брюнет свалит всю ответственность на транспорт, ведь из – за толчка он поцеловал его руку, он правда не хотел, он правда не желал коснуться губами хотя бы руки, он правда не горит желанием обнимать парня бесконечно. Но сегодня он о своих чувствах точно не скажет, а завтра, кто знает, может быть завтра он станет решительнее, дверь закрывается и они направляются в завтрашний день, никто из них не знает какой он будет, какие сложности и препятствия, но пока они есть друг у друга, можно не волноваться. Они обязательно будут сильными, чтобы не утонуть в пучине ожиданий и страхов. А посему веди луна, что показалась на ночном небе, нас в следующий день.

                                         ***

Кейске расплывается на стуле, совсем не желая учить эту чёртову математику, неважно алгебра это или геометрия, и то, и то сущий ад. Вместо того, чтобы напрягать свой мозг, Баджи движется в класс Мацуно и Мицуи, надеясь там увидеть свой объект обожания, брюнет направляется по людным коридорам на второй этаж, множество людей осуждают вновь кого – то за глупые поступки, но почему – то темноволосому всё равно, ему просто неинтересно такое. Смех оглушает, пинок, кажется кому – то от кого – то подзатыльник прилетел, а после парниша слышит:

— Ну он такой хорни...

Хорни, он прекрасно помнит, что Мацуно назвал его хорни во время первой переписки, это заставляло невольно тепло улыбнуться, он же вроде читает манги, нужно будет поинтересоваться какие. Но Кейске открывает дверь, а после бегает взглядом в поисках светлой макушки, но не находит, многие девушки пялятся на него, да представители женского пола считали Баджи довольно привлекательным, можно было сказать необычным, тёмные, хоть и длинные, пряди волос, золотовато – карие глаза, что с прищуром смотрят на тебя прямо в душу, и высокий брюнет, многим он казался красивым, но он считает очаровательным лишь одного. Парень проходит к Мицуи, усевшись около, кладёт голову на парту, а после вздыхает.

— Ну чего ты? — интересуется Такаши.

— А где Чифую? — да его волнует лишь он и что, и что дальше.

— Его не было сегодня в школе, — отвечает Мицуя и убирает что – то в портфель.

После этой реплики парнишка молчит, вновь вздыхает, говорил же тепло одеваться, нет одел довольный кофту Баджи и пощеголял. Но после недолгой тишины парень начинает:

— Мицуя, сложно признаваться в своих чувствах?

А короткостриженный выплёвывает яблочный сок, чертов Баджи Кейске, он вытирает краем кофты сок на лице, прокашлявается, пытаясь привести себя в чувства, сплести из мыслей что – то путнее, Такаши, потирая затылок, начинает:

— Почему ты спрашиваешь именно меня? Я ничего не смыслю в признаниях, — парень глупо улыбается, но в последней фразе нет ни капли лжи, он правда без понятия, как признаваться людям.

— Но вы же в отношениях с Хаккаем, значит что – то да знаешь, — безэмоционально выдаёт длинноволосый, продолжая лежать головой на парте.

— Что..? Но мы же не озвучивали, что вместе! — возмущается короткостриженный, заливаясь краской до кончиков ушей, на что Кейске ухмыляется.

— Не знаю, как другие, но я заметил это, увидел наверное, потому что тоже влюблён, — последнее слово парень проговаривает довольно тихо, всё же говорить о таком даже он смущался.

— Ну .. нас как бы Юзуха свела, — Такаши трёт виски, волнуясь, нехотя говорить о таком.

А Кейске непонимающим взглядом смотрит в одну точку, то есть их свела сестра, представляя Шибу старшую, такое вполне возможно.

                                        ***

Розоволосая снимает солнцезащитные очки, убирая пряди за ухо, выходя из тёмной BMW 8 series с чемоданом, они приехала с отдыха, а если быть точным, то с Мальдивов. Младший Шиба выходит следом, девушка смотрит на него уверенным взглядом, пытаясь подарить ему хотя бы чуточку решительности, если понадобится, то она отдаст ему всю свою. Юзуха берёт вспотевшую руку брата, снова волнуется, она ведёт его в дом, чтобы успокоить и утешить, но чувствует на себе уверенный взгляд Хаккая, и девушка улыбается, они будут сильными, не смотря на потери, Юзуха будет сильной и она вытащит своего брата со дна отчаяния.

Когда Хаккаю было тринадцать, он вместе с родителями попал в аварию. Легковушку столкнул грузовик, люди за передним сиденями были мертвы на месте происшествия, а мальчишка серьёзно ранен, девушке тогда было лишь девятнадцать, она обучалась на втором году модельного и усиленно работала в инстаграме, ведь горела желанием обеспечивать себя и не зависеть от родителей, и у неё это удалось. Младший Шиба стал очень тихим парнем, неуверенным, эта авария сильно повлияла на его моральное состояние, девушка его таскала по психологам, надеясь решить эту проблему, чтобы мальчишка принял это и отпустил родителей. Мёртвых не вернуть к жизни, как бы вон из кожи ты не лез, без толку, а потому пора перестать биться на дне своего отчаяния, просто отпусти ситуацию, прими это, ведь никто тебе не поможет, никто не сможет вернуть мёртвых к жизни. И всё же спустя множество походов к специалистам, Хаккай опустил эту ситуацию.

Девушка открывает директ, а увидя множество сообщений, тут же голову вверх задирает от усталости, она касается щеки, желание уже пойти в ванную и спать лезут в подсознание, но к ней парнишка подсаживается, а Юзуха светится, убирая телефон.

— Тебе нужна помощь? — а она ему нужна, по озадаченному лицу Шибы младшего всё понятно, но у него есть старшая сестра, его сила и опора.

Чтобы не случилось, Хаккай первым делом расскажет розововолосой, потому что доверяет, потому что знает, что она не осудит, а девушка в свою очередь поддержит, она направила младшего в нужное русло, обучила многим вещам, а ещё у парня ужасный вкус, но благодаря Юзухи, они исправили эту ситуацию, всё же девушка закончила модельное, зарабатывает на личном блоге, в котором упомянала своего брата, она была довольно известна в Петербурге, как модель с обложки журнала, как очаровательная девушка из влога, как замечательная сестрица Хаккая, многие друзья говори парню, что его сестра в правду прекрасная. И младший соглашается с каждым комплиментом в сторону сестры, он восхищается ей. Ведь та очень сильная, она начала себя обеспечивать уже с семнадцати, она приняла смерть родителей, не оставила его, вытащила со дна отчаяния, и до сих пор она остаётся человечной, до ужаса тёплой и родной, парень то по шутке, но серьёзно порой называет её мамой. Для него она идеальная.

— Кажется я влюбился, — тянет смущённо парень, а глаза Юзухи загораются и тут же вываливаются пятью монетами.

— В кого же? — ехидно с шаловливой улыбкой спрашивает розововолосая, тянясь к столику, длинными пальцами охватывая пластиковый стакан с кофе, делает голоток, внимательно слушая, боясь и слово пропустить.

— Ну.. В своего лучшего друга – Мицую, — говорит прямо.

А глаза сестрицы вновь вываливаются пятью копейками, а кофе летит прямо на Хаккая, а тот тихо ругается, ну, чёрт, Юзуха, любимая жилетка с рубашкой, тебе же стирать.. Но Шибу старшую это сейчас не очень волнует, её брат гей? Это значит, что можно будет написать главу, в которой они будут вместе, и она напишет роман, заполняя страницы их любовью, и быть может другие почувствуют их атмосферу, поймут кого быть влюблённым, и она уверена, что Такаши ответит ему взаимностью. Девушка садится ближе к парню, обнимая его руку так нежно, будто боится сломать, а после смотрит на него глазами полными решимости.

— Ты обязан ему признаться!! — решительно выдаёт та, а Хаккай заливается краской и тупит взгляд в одной точке.

— Но, — явно пытается возразить Шиба младший, но Юзуха всё решила, она загорелась, а значит её вряд ли отговоришь.

Мицуя стучится, заходя в огромнейший дом Шиб, дожидаясь Хаккая, но видит розововолосую, она улыбается, а помахивая ручкой на уровне личика, здоровается, приглашая его пройти, а Такаши соглашается, он садится на диван в гостиной, осматрия дорогой  интерьер семьи, словно в первый раз, белые стеллажи с книгами, рамками, в которых были их родители и статуэтки из хрусталя, Юзухи особенно нравилась в форме дельфина, наверное для неё она олицетворяет свободу, решение плыть по течению, так же там были книги, девушка любила читать что – то связанное с ораторским искусством и психологией.
Короткостриженный тепло улыбается, складывая руки на коленях, Хаккай позвал паренька погулять, а может и посидеть в кафе, но попросил зайти за ним, всё шло по плану розововолосой, та мысленно поправляет солнцезащитные очки. Девушка знает, ну не в первый раз Мицуя у них, что тот попросит стакан воды, всё же он пытался поддерживать фигуру и по словам Шибы младшего, тот старался пить литр воды в день, как и сама розововолосая. И в правду, ведь в следующую секунду Такаши просит стакан воды, и девушка бежит на кухню, радостно наливая. Но Юзуха спотыкается, задумано конечно, обливая парня, у того кофта с брюками мокрыми в ту же секунду становятся, она просит прощения, а Хаккай выходит и видит лучшего друга мокрым, конечно чуть – чуть не в том смысле, но всё же.

Он подбегает и извиняется за сестру, а Мицуя не злится, по его словам всё в порядке, младший  Шиба уводит парня к себе, а сам наблюдает за реакцией сестры, а та лишь большой палец показывает в знак восхищения, подмигивая, она явно гордится братом.

Хаккай усаживает друга на кровать и ищет сухую, а сам нервничает, накручивая, а вдруг план Юзухи не удастся, хотя это же Юзуха, какой не получится.

— Таканачик, раз ты промок, то может быть посидим у меня или пойдём всё же гулять?

— Лучше дома, как – то неудобно в твоей одежде куда – то идти, — говорит честно парень, снимая тёплый кардиган, а затем и белую футболку, что была под первым.

А старший краснеет лишь от вида голой груди и торса парня, желания коснуться этого нетронутого тела заводит, но синеволосый лишь взглатывает и протягивает кофту, а Такаши надевает, но это кофта ему на два размера больше, рукава полностью скрывали ручки, она была ему больше в плечах, и из – за этого паренёк казался хрупким, а конец кофты доходил до бедёр, скрывая из виду крошечного Мицую, и наверное оставшись одним, он бы поддался ближе и чувствовал Хаккая, ведь кофта пропитана его ароматом. Его одеколоном и шампунем, и они так сочетаются, Такаши нравится это сочетание и он хочет тонуть в чувствах, но он неосознанно замирает, вдыхая,  расплываясь, он утопает в большой кофте, а после чувствует чужую руку на своей щеке и его тянут к губам. Раскрасневшийся синеволосый касается губ младшего, сминая его сладкие губы, обсасывая их, покусывая губами, желая пометить парня, так, чтобы было понятно, что это его Мицуя Такаши, его только его. Он чувствует на своих плечах ладони Такаши, видны лишь кончики пальцев, остальная часть ладони скрыта за тканью кофты. И парни утопают в чувствах и к друг другу, тяня удовольствие, целуя губы друг друга, Юзуха наблюдает из – под двери, ехидно чуть слышно, чтобы никто не услышал, посмеиваясь, она счастлива, а ведь её план даже не пригодился, видимо им нужен был лишь толчок, чтобы признаться друг другу. Парни ходили на краю своих чувств, уже желая их раскрыть, сказать всё, как есть, ведь они не первый день, неделю и месяц к друг другу чувствуют влечение, и вот это свершилось. Отстраняются, тяжёло дышат от волнения, а вздох Мицуи вовсе дрожит, он сминает кончиками пальцев кофту на Шибе, а Хаккай находит парня таким очаровательным после поцелуя, раскрасневшееся лицо, полуприкрытые глаза, что бегали в страхе и стеснялись лишь в сторону старшего смотреть, а полуоткрытый рот, из которого вырывались вздохи.

И лицо Мицуи покрывается уже неизвестно каким алым слоим, рассказывая эту историю Кейске, позже ему синеволосый рассказал, что Юзуха придумала целый план, но оказалось, что это было лишним, ведь им в правду нужен был лишь пинок. А длинноволосый лишь довольно улыбается, глядя в окно, всматриваясь в прекрасный день, да ему ещё нужно пережить физику, но брюнет думает прогулять, ведь он хочет навестить Чифую. 

      Стучится в старую дверь, уже желая увидеть светловолосого, он перебирает пакет с лекарствами и едой, волнуется, нет, он не беспокоится, просто он скорее хочет увидеть парня, но дверь отворяют, а Баджи в ту же секунду заливается краской

***

Сердце Мацуно разрывается на малейшие частицы, он сжимает ладони в кулаки, пытаясь найти в себе силы, чтобы продолжать жить, трясётся на ледяном кафеле, сминая на себе кофту. Но его нежно зовут, и он распахивает глаза.

Перед его видом пристаёт мать, чья тёплая рука была на его щеке, она тепло улыбается, за окном падают осенние листья, а на тумбочке стоят алые розы, что принесли Кейске и блондин, а рядом открытка, в которой собран букет чувств к матери от Чифую. Женщина убирает руки, располагая их у себя на коленях, а Чифую сразу всё понимает, это был всего лишь сон, подсознание играет с ним в ужасную игру, вечно надсмехаясь над ним, тычит носом в его страхи и пытается доказать, что парень ничтожен. Но мать в порядке, даже без капельницы лежит, видимо ей значительно лучше, всё оказалось намного лучше.

— Как ты? — поддаёт голос младший.

— Мне гораздо лучше, думаю меня скоро выпишут, — но с лица женщины ускальзывает улыбка, а её испугавшееся глаза опустились на мягкую поверхность, спотыкаясь об одеяло, кутаясь где – то глубоко в нём, пытаясь защититься, надеясь, что одеяло защитит от главного монстра в этой жизни, от мужа, — где он?

И Чифую прекрасно понимает кого мать подразумевает под этим « он », грех было не узнать, она боялась даже его имя произносить, хотя светловолосый не лучше, сам не решался, но они понимали про кого они говорят, значит необходимости называть имя нет.

— В отделении, — чужую руку сжимает своей тёплой, пытаясь успокоить, говоря этим жеством, что защитит женщину, чего бы это не стоило, — мы сняли с Баджи побои, и его бросили за решетку.

— С Баджи? — мать изгибает одну бровь в вопросительном жесте, спрашивая этим взглядом, кто это?

А что должен ответить светловолосый? Это тот парень, который спас меня от отца и предотвратил изнасилование, а то моей бы жопе несладко пришлось, это тот, кому я больше всего доверяю, этот тот, с кем я чувствую себя в безопасности и счастливым, мысли путаются, рвутся.

Но теперь слышны шаги за дверью, а после и сама дверь распахивается, а в палату вбегает растрёпанный парень с длинными тёмными, как смоль, волосами, по его росту можно было сказать, что он старшеклассник, а может и вовсе уже выпустился из школы, но нет, лишь в десятом.

— Вспомнишь лучик, вот и солнышко, — смеётся Мацуно в кулачок, а парень приветливо махает ручкой, здороваясь с женщиной, — это мой друг — Баджи Кейске.

А длинноволосый кланяется, произнося:

— Здравствуйте, не беспокойтесь, я позаботился о Вашем сыне.

А женщина в вопросительном жесте глаза распахивает, но после тепло улыбается, она рада, что у её сына появился ещё один такой замечательный друг, вот только её мучает один вопрос:

— А как вы познакомились?

А Мацуно в растерянности, что ему ответить, не уж то так и сказать, что в стельку пьяный Баджи попросил у него номер, а после всё закрутилось, но видимо новый друг решает проигнорировать вопрос, ведь Кейске молча пододвигается ещё один стул к койке женщины и располагает его около Чифую, а сам садится на него, ставит пакет на колени, а после протягивает ему наггетсы, пихая ему прямо его в лицо, намекая на то, чтобы он ел, а Мацуно сразу же губами касается пищи, закидывая питательные вещества себе в желудок.

— Ничего с утра не ел, — звучит так, словно он жалуется матери этого парня на его друга, но ставит на чужие колени пакет с едой, сопровождая эти действия словом, — поешь.

И женщине кажется, что новый друг её сына очень милый, она тепло улыбается.

— А сам – то не лучше, тоже ничего не ел! — возражает младший.

— Но я предлагал зайти в кафе и перекусить, тебе нужно было поесть после полицейского участка, — серьёзно говорит длинноволосый.

И кажется они начинают серьёзно спорить, но на деле они просто заботятся друг о друге, чуть стебаясь, смеясь, ведь точно знают, что не заденут друг друга. Но женщина издаёт лёгкий смешок в кулачок, а посему парни замирают, вслушиваясь, а после сами в унисон смеются.

                                         ***

Волны врезаются в берега, разбиваясь на малейшие частицы, вечерний бриз пробегал по окрестностям вдоль моря, кружась в танце и зовя других вместе с ним пуститься в пляс. Чайки оглушающе кричали, кружась над водяной гладью, они молили о помощи, но никто не способен понять их молитвы, никто не услышит их крики помощи. Солнце почти скрылось за водяной гладью, оставляя на воде и в небе разноцветные оттенки, а на поверхности воды дрожат разноцветные, залитые светом, облака от холода, но вот только скоро солнце сменит луна, наступит тьма, и люди смогут спрятаться под одеялом, они уснут, погружаясь во сны.

Вновь дует холодный ветер, и Мацуно дрожит, держась за локти, пытаясь больше залезть в кофту Баджи, что была на нём, он морщится, чихает, как котёнок, но это замечает именно Кейске, от этой мысли он тепло улыбается, подходит сзади и прячет младшего в своём пальто, стараясь согреть, разжечь костёр из своих чувств, чтобы согреть их. Светловолосый довольно улыбается и разворачивается, кидаясь в чужие руки, а брюнет берёт его ладони, они меньше его, трёт, пытаясь согреть то, что ему правда дорого.

Баджи чуть отодвигает от себя блондина и укутывает его в шарф, пока тот в свою очередь глазки зажмуривает, чихает, но уже укутанный Мацуно носик морщит и глаза приоткрывает, глядя на смысл своей жизни, но после его ругают:

— Нужно было пальто или куртку надевать! У тебя хотя бы футболка под кофтой есть? — но тёмноволосый просто переживает и заботится, ведь какой же его друг беспечный на улице холодно, а тот лишь в его кофте, так они ещё пошли к морю, а тут гораздо холоднее, чем в городе, чёртова Россия, но это хотя бы не Сибирь.

Баджи в ней был как – то, у него там бабушка и дедушка живут в одной из деревень, вроде бы та называлась Неванка, это же сколько надо было пиздовать из Питера, ужасно. Дед забавный, он на аккордеоне играет, брюнет помнит, как маленький что – то пел из детских песен, а дед ему играл на этом инструменте, отец радовался, что его сын растёт в городе, а не в этой глуши, где бы его научили только самогон да коров гонять. Он ещё гулял с Шюджи, с которым они летали над гаражами, а после долбили палкой главного врага народа – крапиву. Для отца Кейске, Ханма – ужас дикий, он же у старшего и деда пиздил сигареты и во всю гонял водку с луком. Поговаривали,  распугает всех голубей и ворует у бедных птиц семечки, ну а что семья бедная, лучше семечки у голубей, чем еду у свиней. А мама всегда радовалась, ведь её родители научили парнишку некой простоте и доброте.

— Есть, — парнишка взгляд отпускает, показывая, что ему стыдно.

— Вот, если заболеешь, то я не буду с тобой сидеть! — серьёзно заявляет длинноволосый и отворачивается, чтобы младшему было совестно, но он только светлую макушку опускает, а парень, краснея то ли от холода, то ли от привязанности, всё же говорит, — кого я обманываю, не брошу я тебя.

Слышен шум поездов, волн, но они уже в дали, а ещё гул людей, жизнь в Питере кипит, а старший сжимает холодную ладонь Мацуно в своей, ведя через проспекты, которые уже успели пропитаться холодом, кажется скоро выпадет снег, может быть уже этой ночью, и он занесёт слякоть на улицах, укроет множество хрупких веток, что ещё чуть – чуть и треснут от мороза. Обладатель изумрудных глаз улыбается, он идёт сзади, но он готов идти сзади, он готов идти за Кейске, просто потому что тот ярче всех звёзд, теплее любых батарей и пледов, никто с ним не сравнится. Они садятся в автобус, в котором чутка тесно, замёршзшие конечности чувствуют долгожданное тепло, которое разбегается по всему телу вместе с кровью, словно адреналин, но они никуда не спешат.

В транспорте много людей, но для парней в пространстве только они, больше они никого не видят и не чувствуют, главное, что они вместе и тепло. За окном здание сменяется зданием, Петербург погружается в хмурую ночь, тучи окутали крыши многоэтажек, они едут через красочные улицы, среди которых можно увидеть старинную архитектуру, которой более двухста лет, но благодаря некоторым электрикам, люди могут любоваться этими сооружениями в разноцветных огнях, такое чувство, будто они новогоднюю атмосферу задают, настраивают людей к праздникам, но эти цвета более утончённые. Но Чифую заворожён красотой ночного Петербурга, заворожён хоромами бывших русских императоров и царей, а Кейске заворожён парнем, что буквально прилип к окну, стараясь углядеть каждый огонёк. Баджи берёт ладонь блондина в свои, трёт, стараясь разжечь из своих чувств костёр, чтобы согреть младшего, его хрупкое сердечко, что может легко разбиться о стены этого сурового мира, он подносит ладонь к губам, дует. А автобус останавливается, толчком в транспорте проносясь, и Кейске пользуется моментом, касается чужих сгоревшихся костяшек, а обладатель изумрудных глаз краснеет до кончиков ушей, отворачиваясь, волнуясь, не зная, что сказать.

А брюнет свалит всю ответственность на транспорт, ведь из – за толчка он поцеловал его руку, он правда не хотел, он правда не желал коснуться губами хотя бы руки, он правда не горит желанием обнимать парня бесконечно. Но сегодня он о своих чувствах точно не скажет, а завтра, кто знает, может быть завтра он станет решительнее, дверь закрывается и они направляются в завтрашний день, никто из них не знает какой он будет, какие сложности и препятствия, но пока они есть друг у друга, можно не волноваться. Они обязательно будут сильными, чтобы не утонуть в пучине ожиданий и страхов. А посему веди луна, что показалась на ночном небе, нас в следующий день.

                                         ***

Кейске расплывается на стуле, совсем не желая учить эту чёртову математику, неважно алгебра это или геометрия, и то, и то сущий ад. Вместо того, чтобы напрягать свой мозг, Баджи движется в класс Мацуно и Мицуи, надеясь там увидеть свой объект обожания, брюнет направляется по людным коридорам на второй этаж, множество людей осуждают вновь кого – то за глупые поступки, но почему – то темноволосому всё равно, ему просто неинтересно такое. Смех оглушает, пинок, кажется кому – то от кого – то подзатыльник прилетел, а после парниша слышит:

— Ну он такой хорни...

Хорни, он прекрасно помнит, что Мацуно назвал его хорни во время первой переписки, это заставляло невольно тепло улыбнуться, он же вроде читает манги, нужно будет поинтересоваться какие. Но Кейске открывает дверь, а после бегает взглядом в поисках светлой макушки, но не находит, многие девушки пялятся на него, да представители женского пола считали Баджи довольно привлекательным, можно было сказать необычным, тёмные, хоть и длинные, пряди волос, золотовато – карие глаза, что с прищуром смотрят на тебя прямо в душу, и высокий брюнет, многим он казался красивым, но он считает очаровательным лишь одного. Парень проходит к Мицуи, усевшись около, кладёт голову на парту, а после вздыхает.

— Ну чего ты? — интересуется Такаши.

— А где Чифую? — да его волнует лишь он и что, и что дальше.

— Его не было сегодня в школе, — отвечает Мицуя и убирает что – то в портфель.

После этой реплики парнишка молчит, вновь вздыхает, говорил же тепло одеваться, нет одел довольный кофту Баджи и пощеголял. Но после недолгой тишины парень начинает:

— Мицуя, сложно признаваться в своих чувствах?

А короткостриженный выплёвывает яблочный сок, чертов Баджи Кейске, он вытирает краем кофты сок на лице, прокашлявается, пытаясь привести себя в чувства, сплести из мыслей что – то путнее, Такаши, потирая затылок, начинает:

— Почему ты спрашиваешь именно меня? Я ничего не смыслю в признаниях, — парень глупо улыбается, но в последней фразе нет ни капли лжи, он правда без понятия, как признаваться людям.

— Но вы же в отношениях с Хаккаем, значит что – то да знаешь, — безэмоционально выдаёт длинноволосый, продолжая лежать головой на парте.

— Что..? Но мы же не озвучивали, что вместе! — возмущается короткостриженный, заливаясь краской до кончиков ушей, на что Кейске ухмыляется.

— Не знаю, как другие, но я заметил это, увидел наверное, потому что тоже влюблён, — последнее слово парень проговаривает довольно тихо, всё же говорить о таком даже он смущался.

— Ну .. нас как бы Юзуха свела, — Такаши трёт виски, волнуясь, нехотя говорить о таком.

А Кейске непонимающим взглядом смотрит в одну точку, то есть их свела сестра, представляя Шибу старшую, такое вполне возможно.

                                        ***

Розоволосая снимает солнцезащитные очки, убирая пряди за ухо, выходя из тёмной BMW 8 series с чемоданом, они приехала с отдыха, а если быть точным, то с Мальдивов. Младший Шиба выходит следом, девушка смотрит на него уверенным взглядом, пытаясь подарить ему хотя бы чуточку решительности, если понадобится, то она отдаст ему всю свою. Юзуха берёт вспотевшую руку брата, снова волнуется, она ведёт его в дом, чтобы успокоить и утешить, но чувствует на себе уверенный взгляд Хаккая, и девушка улыбается, они будут сильными, не смотря на потери, Юзуха будет сильной и она вытащит своего брата со дна отчаяния.

Когда Хаккаю было тринадцать, он вместе с родителями попал в аварию. Легковушку столкнул грузовик, люди за передним сиденями были мертвы на месте происшествия, а мальчишка серьёзно ранен, девушке тогда было лишь девятнадцать, она обучалась на втором году модельного и усиленно работала в инстаграме, ведь горела желанием обеспечивать себя и не зависеть от родителей, и у неё это удалось. Младший Шиба стал очень тихим парнем, неуверенным, эта авария сильно повлияла на его моральное состояние, девушка его таскала по психологам, надеясь решить эту проблему, чтобы мальчишка принял это и отпустил родителей. Мёртвых не вернуть к жизни, как бы вон из кожи ты не лез, без толку, а потому пора перестать биться на дне своего отчаяния, просто отпусти ситуацию, прими это, ведь никто тебе не поможет, никто не сможет вернуть мёртвых к жизни. И всё же спустя множество походов к специалистам, Хаккай опустил эту ситуацию.

Девушка открывает директ, а увидя множество сообщений, тут же голову вверх задирает от усталости, она касается щеки, желание уже пойти в ванную и спать лезут в подсознание, но к ней парнишка подсаживается, а Юзуха светится, убирая телефон.

— Тебе нужна помощь? — а она ему нужна, по озадаченному лицу Шибы младшего всё понятно, но у него есть старшая сестра, его сила и опора.

Чтобы не случилось, Хаккай первым делом расскажет розововолосой, потому что доверяет, потому что знает, что она не осудит, а девушка в свою очередь поддержит, она направила младшего в нужное русло, обучила многим вещам, а ещё у парня ужасный вкус, но благодаря Юзухи, они исправили эту ситуацию, всё же девушка закончила модельное, зарабатывает на личном блоге, в котором упомянала своего брата, она была довольно известна в Петербурге, как модель с обложки журнала, как очаровательная девушка из влога, как замечательная сестрица Хаккая, многие друзья говори парню, что его сестра в правду прекрасная. И младший соглашается с каждым комплиментом в сторону сестры, он восхищается ей. Ведь та очень сильная, она начала себя обеспечивать уже с семнадцати, она приняла смерть родителей, не оставила его, вытащила со дна отчаяния, и до сих пор она остаётся человечной, до ужаса тёплой и родной, парень то по шутке, но серьёзно порой называет её мамой. Для него она идеальная.

— Кажется я влюбился, — тянет смущённо парень, а глаза Юзухи загораются и тут же вываливаются пятью монетами.

— В кого же? — ехидно с шаловливой улыбкой спрашивает розововолосая, тянясь к столику, длинными пальцами охватывая пластиковый стакан с кофе, делает голоток, внимательно слушая, боясь и слово пропустить.

— Ну.. В своего лучшего друга – Мицую, — говорит прямо.

А глаза сестрицы вновь вываливаются пятью копейками, а кофе летит прямо на Хаккая, а тот тихо ругается, ну, чёрт, Юзуха, любимая жилетка с рубашкой, тебе же стирать.. Но Шибу старшую это сейчас не очень волнует, её брат гей? Это значит, что можно будет написать главу, в которой они будут вместе, и она напишет роман, заполняя страницы их любовью, и быть может другие почувствуют их атмосферу, поймут кого быть влюблённым, и она уверена, что Такаши ответит ему взаимностью. Девушка садится ближе к парню, обнимая его руку так нежно, будто боится сломать, а после смотрит на него глазами полными решимости.

— Ты обязан ему признаться!! — решительно выдаёт та, а Хаккай заливается краской и тупит взгляд в одной точке.

— Но, — явно пытается возразить Шиба младший, но Юзуха всё решила, она загорелась, а значит её вряд ли отговоришь.

Мицуя стучится, заходя в огромнейший дом Шиб, дожидаясь Хаккая, но видит розововолосую, она улыбается, а помахивая ручкой на уровне личика, здоровается, приглашая его пройти, а Такаши соглашается, он садится на диван в гостиной, осматрия дорогой  интерьер семьи, словно в первый раз, белые стеллажи с книгами, рамками, в которых были их родители и статуэтки из хрусталя, Юзухи особенно нравилась в форме дельфина, наверное для неё она олицетворяет свободу, решение плыть по течению, так же там были книги, девушка любила читать что – то связанное с ораторским искусством и психологией.
Короткостриженный тепло улыбается, складывая руки на коленях, Хаккай позвал паренька погулять, а может и посидеть в кафе, но попросил зайти за ним, всё шло по плану розововолосой, та мысленно поправляет солнцезащитные очки. Девушка знает, ну не в первый раз Мицуя у них, что тот попросит стакан воды, всё же он пытался поддерживать фигуру и по словам Шибы младшего, тот старался пить литр воды в день, как и сама розововолосая. И в правду, ведь в следующую секунду Такаши просит стакан воды, и девушка бежит на кухню, радостно наливая. Но Юзуха спотыкается, задумано конечно, обливая парня, у того кофта с брюками мокрыми в ту же секунду становятся, она просит прощения, а Хаккай выходит и видит лучшего друга мокрым, конечно чуть – чуть не в том смысле, но всё же.

Он подбегает и извиняется за сестру, а Мицуя не злится, по его словам всё в порядке, младший  Шиба уводит парня к себе, а сам наблюдает за реакцией сестры, а та лишь большой палец показывает в знак восхищения, подмигивая, она явно гордится братом.

Хаккай усаживает друга на кровать и ищет сухую, а сам нервничает, накручивая, а вдруг план Юзухи не удастся, хотя это же Юзуха, какой не получится.

— Таканачик, раз ты промок, то может быть посидим у меня или пойдём всё же гулять?

— Лучше дома, как – то неудобно в твоей одежде куда – то идти, — говорит честно парень, снимая тёплый кардиган, а затем и белую футболку, что была под первым.

А старший краснеет лишь от вида голой груди и торса парня, желания коснуться этого нетронутого тела заводит, но синеволосый лишь взглатывает и протягивает кофту, а Такаши надевает, но это кофта ему на два размера больше, рукава полностью скрывали ручки, она была ему больше в плечах, и из – за этого паренёк казался хрупким, а конец кофты доходил до бедёр, скрывая из виду крошечного Мицую, и наверное оставшись одним, он бы поддался ближе и чувствовал Хаккая, ведь кофта пропитана его ароматом. Его одеколоном и шампунем, и они так сочетаются, Такаши нравится это сочетание и он хочет тонуть в чувствах, но он неосознанно замирает, вдыхая,  расплываясь, он утопает в большой кофте, а после чувствует чужую руку на своей щеке и его тянут к губам. Раскрасневшийся синеволосый касается губ младшего, сминая его сладкие губы, обсасывая их, покусывая губами, желая пометить парня, так, чтобы было понятно, что это его Мицуя Такаши, его только его. Он чувствует на своих плечах ладони Такаши, видны лишь кончики пальцев, остальная часть ладони скрыта за тканью кофты. И парни утопают в чувствах и к друг другу, тяня удовольствие, целуя губы друг друга, Юзуха наблюдает из – под двери, ехидно чуть слышно, чтобы никто не услышал, посмеиваясь, она счастлива, а ведь её план даже не пригодился, видимо им нужен был лишь толчок, чтобы признаться друг другу. Парни ходили на краю своих чувств, уже желая их раскрыть, сказать всё, как есть, ведь они не первый день, неделю и месяц к друг другу чувствуют влечение, и вот это свершилось. Отстраняются, тяжёло дышат от волнения, а вздох Мицуи вовсе дрожит, он сминает кончиками пальцев кофту на Шибе, а Хаккай находит парня таким очаровательным после поцелуя, раскрасневшееся лицо, полуприкрытые глаза, что бегали в страхе и стеснялись лишь в сторону старшего смотреть, а полуоткрытый рот, из которого вырывались вздохи.

И лицо Мицуи покрывается уже неизвестно каким алым слоим, рассказывая эту историю Кейске, позже ему синеволосый рассказал, что Юзуха придумала целый план, но оказалось, что это было лишним, ведь им в правду нужен был лишь пинок. А длинноволосый лишь довольно улыбается, глядя в окно, всматриваясь в прекрасный день, да ему ещё нужно пережить физику, но брюнет думает прогулять, ведь он хочет навестить Чифую. 

      Стучится в старую дверь, уже желая увидеть светловолосого, он перебирает пакет с лекарствами и едой, волнуется, нет, он не беспокоится, просто он скорее хочет увидеть парня, но дверь отворяют, а Баджи в ту же секунду заливается краской.

***

А перед видом Кейске раскрасневшийся Мацуно, заспанный, растрёпанный, а ещё в пижамке, брюнет отмечает, что на нём тёплые голубые штанишки со звёздочками, кофта тоже покрыта белоснежными огоньками, что светятся, да он сам как звёздочка. Баджи от этих мыслей тут же кидается на паренька и крепко обнимает, прижимая к себе, а после утыкается носом в шею, заставляя блондина вздрогнуть и схватить друга за плечи, чтобы не упасть, ведь ноги еле держат, а колени вовсе дрожат. Длинноволосый ведёт носом по ароматной шее, чувствуя столь прекрасный аромат, а желание впиться в эту нежную нетронутую кожу ужасно заводит, но нельзя, не смей, Баджи Кейске, а от таких махинаций светловолосый сминает кофту брюнета, прикрывая глазки, а ноги вовсе трясутся, то ли от холода, то ли от близости с лучшим другом.

Темноволосый берёт паренька на руки и кладёт в кровать, укрывая младшего, а после по голове гладит, вновь ругая:

— А я кому говорил тепло одеваться!

А раскрасневшийся Мацуно лишь глазки зажмуривает и такое чувство будто дрожит, а Кейске взглатывает от своих мыслей, просто бы рукой лба коснуться, но это его шанс списать такие действия за простую заботу. Баджи наклоняется над парнем, что сильнее впивается в кровать, стараясь уйти от лица друга, сжимает простынь и глазки, а довольный темноволосый касается губами лба, горяченный, впрочем не удивительно.

Старший поднимается, берёт пакеты с лекарствами, кладёт их на стол, а доставая упаковки с нужными препаратами, он достаёт инструкцию, разворачивает, да не знает откуда начать читать, слишком много букв, больше трёх букв не переваривает, АПЧИХУЙ.

А Кейске резко разворачивается, услышав чихание так близко. А младший в ту же секунду тянется ближе к другу и обнимает его за спину, крепче прижимаясь, темноволосый в ту же секунду румянцем заливается, но не падаёт виду, что смущён тем, что его объект обожания ластится к нему и утыкается носом куда – то в лопатки, ахахах, да подумаешь, все же друзья так делают!! Брюнет хочет наругать друга, что он вылез из постели, но он так хочет, чтобы он продолжил его обнимать, так хочет ощущать тепло тела лучшего друга, и из – за этого сердце быстрее бьётся, разгоняя кровь. Но парень разворачивается к Мацуно, а взяв того за поясницу, поднимает, к себе прижимая, а испугавшийся блондин тут же обнимает темноволосого за шею, его несут в кровать, а опрокинув на мягкую поверхность, светловолосый замечает лицо Кейске в нескольких сантиметрах, и это заставляет ещё больше залиться краской и впиться в кровать, а брюнет шепчет:

— Чифую, — этот баритон, что назвал его по имени, сводит Мацуно с катушек и он готов слушать вечно шёпот лучшего друга, готов застрять в пространстве, но наслаждаться его баритоном, ещё секунду, две, нет, чертовски мало, — полежи, я сейчас принесу лекарство, — а светловолосый сжимает губы в тонкую линию, они находятся так близко, что сердце блондина мчится по гоночной трассе, спотыкаясь, он тяжело дышит, а тёплая ладонь длинноволосого касается лба, а после вновь целует. Баджи и это свалит на то, что он просто мерит температуру, но он чувствует, что Мацуно под ним трясётся, то ли от болезни, то ли тоже от трепетных чувств к нему.
Но Кейске поднимается, выходя из комнаты, а Чифую оставшись на едине со своими чувствами, подносит руки к лицу, касается своего лба, а после подносит кончики пальцев к губам, чуть проводя, а после закрывает ручонками лицо, пряча своё смущение, но его чувства рвутся наружу, а сердце бешено бьётся, вырываясь из груди. Тёмноволосый стучится, будто он предугадал, что светловолосый сходит с ума от своих чувств, он зарывается в одеяле, желая спрятаться, но он слышит, что дверь отворяется, а после кровать прогибается под весом старшего. Но Мацуно не вылезает из – под одеяла, он касается раскрасневшихся щёк, он и так горячий из – за болезни, а теперь ещё и в смешанных чувствах. Баджи беспокоится, а потому зовёт младшего тихо:

— Чифую.

И блондину не по себе, он дрожит то ли от холода, то ли от Кейске, который заставляет его слишком много думать, слишком многого хотеть, парень ёрзает под одеялом, а после темноволосый видит светловолосую макушку, что вылезла из – под одеяла, Баджи лёгкий смешок издаёт, но без издёвки, наоборот с умилением.

— Давай вылезай, выпьем лекарство, — проговаривает Кейске с улыбкой, похлопывая по месту около себя.

А Мацуно тут же вылезает, ему темноволосый буквально сам с ложечки даёт лекарства, а блондин морщится от сиропа, хотя тот и не настолько уж горький, запивает чаем, но вот только слишком горячий, Чифую обжигается и высовывает язык, а Баджи тут же извиняется, в следующий раз он учтёт, что нужно будет разбавлять, а не давать кипяток парню. Кейске дует на высунутый кончик языка парня, и их лица вновь в нескольких сантиметров, но сегодня они вряд ли осмелятся на большие шаги, вряд ли узнают о чувствах друг друга, вряд ли их губы коснутся друг друга.

Брюнет осматривает комнату, а после подходит к белому комоду с фотографиями, которые были запечатаны в рамки, исчерпывая последнюю возможность сбежать из плена. На фотографии изображён светловолосый мальчишка, ярко улыбается, лицо украшено розовыми и голубыми пластырями с котятами, а сам блондин сидит на спине у мужчины. По видимому это Мацуно в детстве с отцом, выглядят счастливыми, интересно, когда отец его начал пить и всё пошло на перекосяк.

— Мне здесь семь, — комментирует заболевший, держась за футболку Кейске, словно за последнюю опору, словно боялся упасть, погрузиться на дно, после сминает.

И брюнет видит эти глаза, наполненные болью, чувство, будто ещё минуту, меньше, секунду и парень расплачется, он не способен сдерживать бурю внутри себя, чувства с каждым прибоем волн бьются всё сильнее в грудь, желая разрушить, желая выплеснуться наружу безжалостным потоком. Светловолосый голову опускает, а безжизненный взгляд скрывается, ведь веки закрываются, наверное считает до десяти, чтобы вновь закрыть свои переживания от всех, чтобы сдержать бурю, но к лучшему ли это? Мацуно не знает, но он не должен быть слабым, сегодня он не сорвётся, сегодня он будет сильным ради Кейске, сегодня он заглушит бурю чувств, что рвутся наружу.
Баджи опускает взгляд, он должен помочь подняться парню, он ощущает ответственность, они обязательно будут сильными, блондин жмётся к крепкому телу, вновь обнимая, прижимаясь, пытаясь спрятаться от чёртового мира, что взвалил огромную ответственность на слабые плечи обладателя изумрудных глаз. А старший краснеет, что – то сегодня Чифую распёрло на объятия, но Кейске не против, даже наоборот счастлив, а Мацуно краснеет с каждой секундой всё больше и больше, интересно это из – за болезни или из – за трепетных чувств к другу, но светловолосый сегодня будет решительнее, встаёт на носочки, ещё сантиметр, целует в подбородок, а ведь так хотелось в губы, но выше достать не может, но он сразу же прячет свой взор в крепкой груди друга, не веря, что он сделал. А брюнет раскраснелся не на шутку, он сейчас поцеловал его, но по дружески ли, не ошибся ли он, не сделал ли это по болезни.

— Чифую, — теребит за плечо, — Чифую Мацуно.

А блондин всё же поднимает голову и смотрит на парня, весь красный, а губы сжаты в тонкую линию, а Кейске целует в лоб, сопровождая эти действия словами:

— Ну ты и горячий..

Баджи вновь укладывает парня в кровать, а сам ложится около, чтобы парню было проще, сегодня они должны закопать свои чувства на глубине, позже раскопают и покажут друг другу блеск столь замечательного сокровища. А Мацуно внимательно наблюдает за Кейске, за каждым действием, не может держать все свои чувства, рвутся наружу, разрушая грудную клетку. Ближе поддаётся, целует в губы, быстро, но вкладывает все свои трепетные чувства, их сердца бьются в такт, ужасно быстро, но лишь для друг друга, и брюнет заливается краской.

— Я люблю тебя, Баджи, — признается, краснеет до кончиков ушей, отводя взгляд.

Длинноволосый тут же ближе поддаётся, нависая над парнем, касается чужих губ, сминая их, целуя требовательно, пока Чифую укладывает ручки на крепких плечах, сжимая рубашку брюнета от страха, от неожиданности, Кейске такой резкий сейчас, жадно касается желанных губ, покусывает. Темноволосый добавляет язык, и вылизывает каждый сантиметр, а у Мацуно ноги дрожат, если бы он сейчас стоял, то наверняка бы упал, светловолосый сильнее краснеет, всё лицо горячее от болезни, а теперь и от новых ощущений. Отстраняются, а длинноволосого ужасно возбуждают эти полуоткрыте глаза, раскрасневшееся лицо и грудная клетка, что поднимается, а из рта слышется сбившееся дыхание. Наверняка младший был ещё не готов к таким поцелуям, наверняка у него сейчас буря эмоций, но длинноволосый его научит ещё не таким вещам.

— Заразить меня хочешь? — смеётся Баджи.

— Нет, вовсе нет, — тяжёло дышит и не верит, что он сейчас поцеловался с лучшим человеком в его жизни.

Мацуно напрягает, что Кейске продолжает нависать над ним, ниже опускается, проводит носом по горячей шее, а блондин дрожит, от этих действий по телу пробегает табун мурашек, темноволосый впивается в нежную кожу, посасывая, а Чифую сильнее впивается в чужую рубашку, ближе поддаётся, жмётся к крепкому телу от таких действий, а ноги вовсе теперь трясутся. А когда Баджи вовсе прикусывает, то светловолосый вскрикивает, глазки сжимая, чуть постанывая, а старший отстраняется, любуется своим алым произведением искусством, а после касается кончиками холодных пальцев, проводит по шее, а после вовсе забирается под пижаму, и это заставляет Мацуно уже подумать о тормозах.

— Стой, подожди, — молит, тяжёло дыша, не веря в происходящее, выпадая из реальности из – за каждого действия.

Но его не слушают, горячие руки касаются маленькой для мальчишки талии, оглаживают, сжимая.

— Баджи, прекрати, — младший явно не готов сейчас заходить дальше, он дрожит, нет трясётся, а полуоткрытые глаза просят о завершении, раскрасневшееся лицо поворачивает в бок, зажмуривая глазки от страха.

От такого вида Кейске заливается краской, такой чувствительный, заводит с полуоборота, и хочется большего, но сегодня он должен знать границу, он должен помнить, что его объект обожания младше и в правду не готов к подобному, в штанах чертовски мало места, а потому темноволосый целует в уголок губ, оставляя блондина на едине со своими мыслями. А сам удаляется в ванную, стояк неприятно давит, он заливается краской, надо же было возбудиться от власти над желанным телом, от крошечного тела, что возится под ним, от нежной нетронутой кожи, которую так и хочется запятнать, нарисовать множество цветов.

Мацуно не верит, он переворачивается на бок, касается засоса, что оставил его объект обожания, а после вновь заливается краской, ручонками закрывая лицо, пряча смущение.

А сняв напряжение и убрав за собой, Баджи замечает уже младшего заснувшим, он садится на край кровати, касается лба, горяченный, готовит компресс, а после кладёт его на Чифую, поправляя светлую чёлку, поглаживает по макушке, пока тот во сне морщится, ложится рядом, чтобы почувствовать тепло блондина. А светловолосый бредит, тяжёло дышит, возясь, и Кейске напрягается, касается щёк, слишком горячие.

— Мой милый Чифую, вставай, — будит, как можно нежнее, шепча на ушко, чуть потрясывая за плечо, заставляя пробудиться.

Мацуно глазки открывает, постанывая от жара, что расплывается по телу:

— Баджи, всё тело горит, — жалуется, да ещё делая такое жалобное лицо, что полно молитв, по мнению Кейске взять его, но он машет головой, отгоняя подобные мысли.

Брюнет тут же ставит градусник, шепча что – то приятное для светловолосого, а после убегает, чай заваривая, а обладатель изумрудных глаз возится по всей кровати, места не находя себе, Кейске ставит кружку, на этот раз разбавленного чая, на тумбочку около постели, а сам садится вновь на край, заставляя болевшего лечь ровно, поглаживает щёку, а после берёт градусник. 38 и 9, неудивительно, что бредит, длинноволосый тут же жаропонижающее парню даёт, а после компресс более холодным делает, вновь кладя на горячий лоб, рядом ложится, чтобы Чифую чувствовал, что он не один, чтобы чувствовал, что они вместе со всем справятся.

Комната погружается в ночной мрак, а луна уже давно показалась на тёмной небосводе, множество звёзд украшало синее полотно. А в комнату проскальзывает лунной свет, лицезрея двух заснувших парней, что держатся за руки, убеждаясь, что рядом.

***

Мацуно просыпается в чужих руках, он из – под ресниц глядит на чужое лицо,  проводит носом по шее, утыкаясь в нежную кожу, а после прижимается ближе, чувствуя тепло объекта обожания. Умиротворение и тёплые смешанные чувства растекаются по груди Чифую к кончикам пальцев, блондин чувствует поцелуй в лоб, а после чужой баритон.

— Доброе утро, — тянет шёпотом Кейске.

— Доброе, — отвечает светловолосый.

А Баджи касается тёплого лба младшего, а тот, словно крошечный котёнок, ластится к руке длинноволосого, пытаясь заполучить чуть больше любви. Они перемещаются на кухню, и темноволосый целует в светлую макушку заспанного Мацуно, который находится в прострации, пытается сообразить какой век и что происходит, но похоже увы тщётно. Но как только ладонь старшего касается лба, а после и поцелуй в лоб, то блондин словно возвращается в этот мир, поддаётся ближе, но слышит вопрос:

— Как ты себя чувствуешь?

— Гораздо лучше, чем вчера, — с тёплой улыбкой отвечает блондин.

Светловолосый хозяйничает на кухне, разбивая яйцо , выливает содержимое из разбитой скорлупы в сковородку, посыпая солью, а после разделывает авокадо, разрезая напополам, вытаскивая косточку, затем мнёт его вилкой, распределяя странную массу по горячему тостеру, а после и готовое яйцо кладёт, поддавая Баджи чай. За завтраком Кейске норовит поговорить, прямо с полным ртом, жуя содержимое и восхищаясь тем, что это в правду вкусно, он ожидал, что фрукт горький, и вкус будет не очень, а может и отвратителен, но нет, тёмноволосому нравится. А Чифую лишь лёгкий смешок издаёт, советуя спокойно есть, а не горланить во всю глотку.
Мацуно намывает посуду, а длинноволосый внимательно наблюдает за его телом, исследуя каждую частичку, каждый сантиметр.

— Кстати ребята хотели устроить что – то по типу тусовки на доме Хаккая, и тебя приглашали.. Пойдёшь? — а Кейске сзади ластится, прижимая к себе тело младшего, вдыхая его аромат.

— Там будет алкоголь? — а у Чифую травма на спиртные напитки, от отца постоянно несло перегаром, этот запах заставлял ноги блондина дрожать, подкашиваться.

  — Ну, — длинноволосый делает паузу, чтобы понять причину этого вопроса, приличный мальчик? Психологическая травма? А быть может и то, и другое? Но он судить не станет, — да..

— Спаиваешь малолетних? — издаёт смешок парнишка прямо в кулачок, а брюнет смеётся в ответ, утыкаясь в чужую шею, проводя носом по нежной коже, заставляя вздрогнуть.

— Ну так пойдёшь? — тянет вопрос, а после проходится языком по шее, желая в неё впиться, оставить засос, ещё один, попробовать эту кожу на вкус.

— Пойду я, пойду, — бормочет парень.

Длинноволосый ведёт парнишку за руку, солнце уже садится, одаривая окрестности последними тёплыми лучами, а небо заливается нежно — оранжевыми и розовыми оттенками, старший улыбается от тёплого чувства, они выдыхают и воздух смешивается с холодным. На улице холодно, так холодно, что руки мёрзнут. На замёрзших улицах слышен гул людей, что спешат по делам, а парни спешат к Хаккаю.
Добравшись, они вваливаются в тёплую квартиру, где парни уже тянутся к алкоголю, желая нажраться и забыть о своих проблемах, погрузиться в тягучее наслаждение. Юзуха уехала в Москву на какое – то важное собеседование, и сегодня этот огромный дом в их распоряжении. Они пьют до дна, открывая различные виды алкоголя, начиная энергетиками, заканчивая крепким самогоном, вот только Мацуно не желает пить алкоголь, его всё ещё сопровождает страх, а Казутора это замечает, они отходят на балкон, чтобы поговорить.

— Ты не пьёшь? — спрашивает Ханемия, доставая пачку сигарет.

Блондин лишь отрицательно качает головой, а парень с очаровательным хвостиком протягивает сигареты, но и на это светловолосый отрицательно покачивает головой, опуская её, пытаясь не смотреть в чужое лицо, чтобы его смущение не заметили.
Казутора убирает сигареты, решая не курить, сдерживается, чтобы не напугать парня.

— А почему не пьёшь? — ближе подходит, облокачиваясь на холодные перила.

— Отец постоянно был пьян.. От него всегда несло перегаром.. — прячется в теплом кардигане, на улице ужасно холодно, хочется к тёплому Баджи.

— Он ведь тебя избивал? — прямо в лоб спрашивает Ханемия, увы он не смог найти другой путь к этому вопросу, чтобы доставить знакомому меньше страха и стресса.

А младший кивает, Казутора не знает, что сказать, как подбодрить, что сделать, чтобы показать, что ему жаль, ужасно жаль, что он хочет помочь, но не умеет помогать и поддерживать, совершенно не умеет, но Ханемия лишь аккуратно прижимает к себя парня, а потом выдавливает из себя:

— Мне ужасно жаль.

А Чифую не может выронить и слова, увы, как бы не хотел, сейчас не получится, сердце начинало быстрее колотиться от страха, стоило лишь заикнуться об отце, пьянках и так далее, так как он умудрился так скатиться, что сейчас сам тусуется с друзьями, которые выпивают, он понимал, что они ему не навредят, но его психика ужасно пострадала из – за отца, ему потребуется множество времени, чтобы разобраться со всем, чтобы выбраться со дна своих психологических травм. Это не Баджи, но и Казутора тёплый, он жмётся к чужому телу, оно не такое крепкое, как у Кейске, но Ханемия тёплый, от него пахнет солнцем, а ещё от него почти не несёт перегаром, как от остальных.

Но на улице холодно, потому парни заходят в тёплую комнату, они направляются в зал, где парни выпивали, смеялись из – за глупых историях, странных поступков друзей, Мацуно кажется, что он может доверять Казуторе, а потому хватается за край кофты, выдавливая из себя слова благодарности.

Он ненавидит алкоголь, но если бы в тот день тёмноволосый не выпил, если бы они были в тот день серьёзны, а не расслаблены, то они бы не встретились, они бы не начали так глупо общаться, и Чифую бы продолжал жить в страхе с отцом, вновь замазывая тональником синяки, вновь проливая слёзы, но не дейстивуя, не принимая решений что – то изменить. Баджи нагло схватил, не позволяя удаляться, и блондин счастлив, что в его жизни появился такой человек, что ярче всех звёзд на ночном небосводе, и он готов вечно благодарить его, но сегодня может тоже напиться и забыть о всём том, что он пережил, не думать о проблемах, ведь всё в порядке. Он больше не стоит в завтрашнем дне между пустотой и краем, он обрёл нечто потрясающее, он обрёл Баджи Кейске, его счастье.

Длинноволосый без лишних слов берёт младшего за руку, ведёт туда, где они будут одни, они заходят в тёмную комнату, Чифую в ту же секунду оказывается опрокинут на мягкую поверхность, а раскрыв зажмуренные глаза он наблюдает за ухмылкой, что становится шире, за тёмными, словно смоль, прядями волос, что были чуть кудрявые. По лбу тёмноволосого стекает пот, слишком много двигался на едине со своими чувствами, что не покидали его, преследовали, съедали, заставляя заостряться на них, и думать, бесконечно думать о них, жить бок о бок с ними, оттадваясь потрясающему треку, Кейске представлял Мацуно прямо перед собой около, алкоголь давил на него.
Баджи впивается в чужие губы, жадно целуя, проникая в ротик, касаясь мокрого языке своим, заставляя блондина дрожать от множества чувств, залиться краской и желать провалится под землю от стыда. Светловолосый обвивает шею брюнета, прижимаясь к крепкому телу, позволяя себя целовать, от Кейске несёт алкоголем, прямо как в тот день, прямо как в их первую встречу. Руки темноволосого лезут под одежду младшего, поглаживая талию, заставляя друга таять, заставляя его нервничать, но Мацуно понимает к чему всё идёт, это чертовски пугает.

— Баджи, остановись, давай не сейчас, — молит блондин, утыкаясь ручонками в крепкую грудь.

— Мой милый Чифую, ты такой сладкий, — исцеловывает шею, продолжая поглаживать талию, сжимая её, а после к бёдрам спускается.

А вот теперь светловолосого вовсе парализует страх, он бьётся в руках пьяного Кейске, скуля, издавая стоны, пока его шею кусают, пошло шлёпают по ляшкам, а после горячие ладони вовсе хотят коснуться ягодиц, провести, развести их. Но младший чуть вскрикивает, возясь под крепким телом.

— Ну, милый, тебе понравится обещаю, — тянет, пьяно улыбаясь, брюнет, задирая одну ногу.

А светловолосый уже вовсе готов позвать на помощь, но дверь открывается, Майки внимательно рассматривает силуэты двух парней в темноте, чьи позы были непристойны, а желания подавно. Манжиро отпивает пиво из жестяной баночки, а после выдавливает из себя:

— Прошу прощения, что помешал.. Баджи, не забывай про смазку и защиту, — удаляется, закрывая дверь.

А Чифую кричит ему в след о помощи, но Сано закрывает на это глаза, просто привлекает внимание Кейске, чтобы жёстче взял. Но Ханемия отворяет дверь с другими намерениями, светловолосый жалобно смотрит на него, умоляя о помощи, а Казутора читает его молитвы и стукает хорошенько друга по голове, чтобы тот отрубился на несколько часов, удар не сильный, но пьяного вырубит, вряд ли Казутора ему что – то нарушил или сделал прямо больно, отоспится, почувствует чутка боль, но после отойдёт, обязательно отойдёт, главное подождать, будет знать, как нажираться и брать людей против их воли. Блондин выбирается из – под длинноволосого, а после кидает в след новому другу:

— Я домой.

Но обладатель выразительных глаз хватает его за руку, прося лишь о малейшей просьбе:

— Дай, пожалуйста, свой номер телефона.

— Зачем? — грубит светловолосый, но не вырывается, лишь зубы стискивает, дрожит, его голос и тело дрожат, а обладатель очаровательного хвостика это замечает и взгляд опускает.

— Чтобы ты мне написал, что пришёл домой, всё же уже поздно, — мямлит Казутора, взгляд отводя, волнуется.
Мацуно соглашается, Ханемия протягивает ему телефон, а тот оставляет номер парню в контактах, среди множества номеров он найдёт нужный, если в правду захочет, а Казутора тут же ищет и отправляет СМС на новый номер.

Чифую укутывается в тёплую одежду, наблюдает уже за уставшими друзьями, которые вот – вот свалятся с ног и уснут, забывая рассказанные истории за сегодня, забывая обо всём, зато отдохнут от ответственности и ноши своих чувств, что каждый день их тянет вниз, тяготят. Мацуно печальным взглядом пробегает по пустым бутылкам и заебавшимся в этом мире друзей, что погружаются в царство Морфея, но блондин прощается с Казуторой, выходя на улицу, где чертовски холодно.

Руки мёрзнут, в груди скапливается томящая пустота, светловолосый наблюдает за разноцветными огнями, что напоминают о приближении любимого праздника детворы, парень заворожённый красотой проспектов, останавливается, вот – вот выпадет первый снег, и Мацуно надеется, что они с Баджи встретят этот первый снег вместе.

***

Мацуно утыкается в тёплый мягкий плед, что растянулся по периметру и сползал, опускаясь, соприкасаясь с полом. Блондин удобнее устраивается на вполне не маленьком подонике, драматично посматривая в окно, наблюдая с пятого этажа за множеством золотых огней. За фарами машин, которые толпой либо съезжали по мосту, либо поднимались, а сама мостовая была украшена разноцветными огоньками, что ярко светили, освещали путь пешеходам и водителям. Фонари, что стояли вдоль обочины, тоже не забывали ярко светить, одаривая небольшой участок ярким светом. А разноцветные красивые вывески привлекали глаз и манили зайти в заведение, чтобы оценить производство, но люди уже устали, не сегодня, может быть завтра, через неделю, неважно, но потом не сейчас, а может уже завтра они забудут эту вывеску среди множества красивых надписей, среди кучи несвязанных между собой неважных мыслей. Из множества десятиэтажных и выше зданий лишь изредка светили окна, в остальных свет уже был погашен, люди уже спали, согреваясь в объятиях одеяла и царства Морфея. Обладателю изумрудных глаз тоже бы не помешало вздремнуть, но не сейчас, пока что не спится, он не заснёт, живот устало урчит, подавая признаки голода. На телефон Чифую приходит смс от незнакомого номера, скорее всего это Казутора, но открыв смс, его глаза распахиваются.

+7************ 04:51
« Здравствуйте, Вашей матери уже намного лучше, мы завтра её выписываем, вы ведь сможете за ней прийти? Простите, что пишем так поздно, надеюсь не побеспокоили. »

Чифую Мацуно 04:54
« Здравствуйте!! Всё в порядке, конечно!! »

Светловолосый прикрывает ладошками рот и радостно спискивает, он чертовски счастлив, а ещё теперь у него в груди расплывается умиротворение, на одну проблему, что вызывает стресс и боль в животе, меньше. Но парень всё равно спускается вместе с пледом с окна и направляется на кухню, чтобы перекусить, а после завалиться спать. Город давно погрузился в сон, пора бы и Мацуно отдохнуть, забыв о своей ноше.

Женщина и парнишка идут по людным улицам, в которых эхом проносится гул, а подойдя к дому, Чифую отдаёт ключ со словами:

— Иди отдыхай, я с утра приготовил поесть, а мне нужно на подработку, давай удачи.

Блондин целует мать в лоб, тянясь на носочкам к женщине, что выше его, выглядит, что светловолосый больше похож на мать, ведь он так бережно относится к родителю, пока женщина лишь отпускает его, провожая грустным взглядом, восхищаясь, что вырастила такого замечательного человека, он наверняка сам справится без неё во взрослой жизни, за него можно будет не переживать.

Чифую счастлив, всё налаживается, он расставляет вернувшие книги, советует покупающим, что лучше купить, что по тому или иному жанру в правду стоющее, а что безвкусное и зафорсившееся. Блондин подтягивается, владелец – старый дедушка, которому с каждым днём всё тяжелее вести это дело, вновь благодарит пацанёнка за его труд, на самом деле у них довольно такие хорошие, может даже близкие отношения, они часто переживают за состояние друг друг и делятся тем, что происходит в их жизни. А потому воодушевлённый Мацуно ему слишком бурно рассказывает, что с ним произошло за последние дни, что всё слишком хорошо в его жизни, а старик лишь тепло улыбается, искренне радуясь за него.

Они вместе закрывают магазин, а небо уже покрасилась в розовые и оранжевые тона, закатный свет сползал по стенам небоскрёбов, окрашивая стену в нежно – рыжий оттенок. Не так уж и холодно, как последние дни, напротив очень даже тепло, Мацуно направляется домой, не веря, что всё правда налаживается.

Всё в правду налаживалось, но блондин замечает, что дверь в квартиру выбита, а из комнат слышится мужской голос, даже не один, два мужских грубых голоса. Чифую кидается к соседской двери, упрямо стуча в неё, выходит женщина лет тридцати пяти – сорока, они вроде бы неплохо общаются с матерью, поддерживают связи и делятся опытом в разных сферах, чтобы облегчить рутину. Сначала она окидывает паренька высокомерным взглядом, но поняв, что это соседский парнишка, жертва домашнего насилия, она тут же берёт его за руку и втаскивает в квартиру, и лишь после объясняет:

— К вам вломились мужчины, мне кажется это друзья отца, они долго долбились, зовя его, но по итогу выломили дверь.

У Мацуно зрачки сужаются от страха, он не верит в услышанное, сердце тут же уходит в пятки, а колени трясутся от страха, пока он парализован услышанным, но конечности вскоре начинают дрожать, мысли путаются, ладони потеют, он не знает что делать, он хочет тут же кинутся к двери, спасти мать, но безрассудно, хоть он и в бреде, но он это сейчас понимает. Как бы поступил Баджи? Ладони парня превращаются в кулаки, он сжимает в них решительность, на своих хилых плечах он несёт ответственность и ношу, что свалил на него отец, но благодаря одному важному человеку, он стал сильнее и он готов, готов сделать всё возможное, чтобы выжить и завтра среди множества незнакомых прохожих увидеть Кейске.

Он вырос, сегодня, благодаря Баджи, он будет сильнее решительнее, он глубоко вздыхает, страх на минуту замирает в груди, не давая о себе и следа, а по спотевшим ладоням возятся пальцы, что сжимаются в кулак, разгоняя кровь от кончиков пальцев.

— Вы звонили в полицию? — вопрос поставлен чётко, решительно.

— Да, и ни раз, пыталась до них достучаться, что в соседней квартире наркоманы, — женщина испуганно срывается, а в принципе кто бы не испугался, даже блондин сначала дрожал, как осиновый лист на ветру, под подошвой кроссовок и различных ботинков.

Мацуно набирает два смс людям, которым он сейчас больше всего доверяет.

Милашка Блондин 19:52
« Прости, что беспокою, Баджи, но прикинь в моей квартире два наркомана, честно ужасно страшно, но я должен спасти мать. Спасибо огромное за всё, что ты для меня сделал »

Чипую Мафуно
« Прости, что беспокою, Казутора, но прикинь в моей квартире два наркомана, честно ужасно страшно, но я должен спасти мать.. Я словно играю в героя, прости, Тора, но мне правда ужасно страшно »

Начало похожее, но концовка разная, такая же, как и эти два человека. Но парень кладёт телефон, он чувствует вибрацию, но Мацуно не может терять ещё секунду, минуту, пора действовать.

Парнишка выбирается их квартиры, а после пролезает в свою, смотря по сторонам, прижимаясь к стене, чтобы возможность его заметить снизилась хотя бы на несколько процентов, парнишка слышит голоса двух мужчин. Он замечает парней лет двадцати с чем – то, у одного косички заплетены, и спускаются с плеч до груди, а в руках палка, похожа на телескопку, а у другого волосы распущены, они голубое и жёлтые, а ещё у него очки, и он держит пистолет, это пугает светловолосого, он взглатывает. Он крутит пистолет в руках, будто уже так и норовит выстрелить, у Чифую колени трясутся, зрачки сужаются и дрожат. Но мужчина стреляет, пуля попадает прямо в лоб, а женщина привязанная к стулу тут же отлетает и падает назад, блондин закрывает рот, чтобы не закричать, но его замечают, парень с телескопой тут же подбегает и прижимает к стенке.

— А ты у нас кто? — с ехидной улыбкой, поднимая телескопкой подбородок, а после проводит от шеи до груди.

А Мацуно дрожит, у него колени подкашиваются, он не может и слова выронить.

— Ты что вопроса не услышал? — разъярённо восклицает парень в очках.

— Ну, Риндо, не пугай его, — тянет парень с телескопкой. 

На слишком громкий вопрос светловолосый зажмуривается, прячась за крепким телом прижавшего, но молвит:

— Й – я.. Чифую Мацуно..

— Чифую Мацуно, — тянет обладатель косичек, вырисовывая на груди мальчишки телескопкой какие – то узоры, — мы узнали от твоей матери, что твой отец попал в тюрьму, как он там очутился?

— Ну, — тянет парень, а после врёт, лишь бы не навредить себе, — Мать сдала побои и его посадили, — мальчишка дрожит, пока его ещё ближе не прижимают, ставя одну ногу между его, тяня вверх, поднимая, чтобы их лица были напротив.

Да он соглал на благо к себе, теперь на его плечах груз стал ещё больше, но так ведь был шанс убить его? Он должен выжить, неважно какими способами, у него и так нет ни гордости, ни чести.

— Значит она не врала, ладно, Ран, отпусти его, — заключает очкастый.

— Нет, он поедет с нами, — парень с телескопкой поддаётся ближе, чтобы больше напугать Мацуно, утыкается своим носом в чужой, а после тянет, — ты нам ещё пригодишься, — касается языком верхней губы, словно хищник готовится к охоте, чтобы захватить жертву и перегрызть ей шею.

Чифую не знает куда руки деть, но его поднимают выше лишь одной ногой, он касается пола уже только носочками, которые дрожат, а Рану словно нравится эта беззащитность парня, а посему он похотливо всматривается в каждую частичку, пожирая жертву.

— Ну ты его хотя бы у меня на глазах не трахни, пожалуйста, — закатывает глаза Риндо, зевая, закрывая рот рукой, — всё, поехали.

Они спускаются, выходят из подъезда, подходят к чёрной машине, видно, что какая – то новая версия, но Чифую не разбирается в тачках, не может сказать какая это модель, но видно, что на ней можно разогнаться до тридцати километров в час, одним словом гоночная, наверное таким, как они наркоманам, такие по души, всё же втапить и мчаться по ночному городу, сбегая от полиции, совершенно не заботясь о других, лишь бы оторваться, вырваться на волю. А парень с косичками не отпускает руку светловолосого, но Риндо ему что – то своё шепчет на ухо, наверное они о наркотиках. Обладатель изумрудных глаз ловит волну отвращения к ним, как вообще можно ловить кайф от дозы, от вещества в шприце или белого порошка, вкидываться, словно животное, а после лежать в эйфории, пока у тебя перед глазами бегают какие – нибудь единороги по облакам, пляшут белые медведи, или рыбы скачут по облакам, хохоча над их же тупость и жалость. А сосредоточенный на вопросе Ран отпускает парня, сопровождая ответ жестами.

Это шанс для Чифую, нужно сбежать, ведь если он поедет с ним, то буквально направится к погибели, наверняка ему насильно вколят или скормят наркотики, изобьют за то, что он является сыном того, кто попал в тюрьму, да он не сказал, что именно из – за него папаша попал за решётку, но скорее всего это их не волнует. Главное, что ура новая жертва пыток. Он тут же с места вздрагивается, быстро мчась на людную улицу, пока обладатель косичек обнаруживает, что малец сбежал, как соображает и понимает, что произошло, тут же бросается за ним, пока очкастый лишь подносит руку к лицу, потирая виски и вновь убеждаясь, какой его старший брат долбаёб, ну нахуя им он сдался.

А у Мацуно ноги сами на автомате его несут, он мчится по людным улицам, пробираясь через толпу, его телефон звонит, и он знает, кто ему звонит, он уверен это он, он на лету берёт трубку.

— Чифую, чёрт, где ты? — голос Кейске ужасно зол, он в ярости, он готов сейчас оббежать всю землю, свернуть горы, достать из моря множество раковин, найти среди кучи крупин гречки слиток серебра, но только бы его объект обожания был в порядке, а желательно рядом с ним.

А светловолосый не может говорить, потому в трубке слышно лишь частое дыхание, по которому чётко слышно, что парень бежит, непонятно где он, куда направляется, но он бежит со всех ног, словно убегает от кого – то, словно его могут поймать и избить, но за что непонятно.

— Ты куда направляешься? — нетерпеливо вскрикивает брюнет, — я выхожу к тебе на встречу, живо мчись ко мне.

А в трубку лишь слышно тихое спасибо, непонятно за что вновь благодарит обладатель изумрудных глаз, за всё, за то, что Баджи до сих пор с ним, до сих пор помогает ему выбраться из плена своих отчаяний, что с каждым днём его съедают, опрокидывая куда – то на дно, чтобы он сломался, разбивая на множество частиц. Но длинноволосый соберёт сердце блондина вновь, хоть по малейшим кусочкам и склеет, да оно не будет так прекрасно, каково было изначально, но оно будет биться, оно подскажет, что Мацуно не иллюзия, а живой и здесь рядом с ним.

Но Чифую не кладёт трубку, оглядывается, выискивая преследователя среди людей, но не может найти, а посему идёт медленнее, ведь сил мчаться нет, его дыхалка не настолько сильна, он еле ногами передвигает, кажется, что они ватные от страха, и ужасно сложно идти, измотан длительным бегом, но останавливаться сейчас не вариант, это глупо. Он заходит в двор к Кейске, ещё чуть – чуть, он вот – вот окажется рядом с ним, он спрячется в его объятиях от всего. Но его хватают сзади, закрывая рот, Ран прижимает его ближе, руки сжимая крепкой хваткой, а телефон падает, благо не экраном, благо не ломается, но слышен стук, блондин громко  мычит о помощи, в уголках глаз скапливаются слёзы, колени трясутся, а конечности дрожат, зрачки в ужасе бегают в поисках знакомого силуэта, такого родного. Он ужасно напуган, он чувствует свою беззащитность, а старшего это забавляет, он получает удовольствие от власти, ноги подкашиваются, благо юноша его держит, и они хотят бы не упадёт и не разобьётся.

— Ну, милый, куда ты собрался? Сейчас Риндо нас заберёт, — обладатель косичек шепчет это на ушко, дразня, проводя ладонью по спине, а Мацуно, словно струнка выгибается, поправляя осанку.

А старший ухмыляется, проводя одним пальцем по губам мальчишки, оценивая их, а после настырно тыкает, так словно в землю, будто хочет прорыть дыру, а блондин приоткрывает рот, покорно слушаясь. Но Ран отлетает в сторону из – за сильного удара, Баджи поднимает телефон младшего, быстро даёт его в руки, а после возьмя за руку, бежит, ведя его за собой, сжимая спотевшую от страха ладошку объекта обожания.
Длинноволосый тяжело дышит, тоже много бежал, чтобы спасти, лишь бы успеть, но он вновь не успевает, вновь его мальчишку запятнали, то член в задницу пихают, то пальцы в рот суют, бесит, он тоже ужасно хочет завладеть этим телом, тоже хочет почувствовать власть и насладиться им. Но он любит его, брюнет бросает взор на младшего, что ошарашенно смотрит в спину и еле передвигается, он вновь не смог его спасти, и это угнетает.

Парни быстро мчатся по лестнице, а после вваливаются в квартиру, где никого не было, где царила тишина и спокойствие, и Кейске тут же впечатывает парня в стенку, грозно косясь, а после резко обнимает, собстечнически его к себе прижимая, не давая и шанса, чтобы выбраться из его рук, он утыкается в чужую шею, вдыхая слоль приятный и пленяющий аромат, успокаивает, он чувствует чужое бешеное сердцебиение. Хотя его сердце не лучше, тоже мчится по гоночной трассе, в общем как и его обладатель недавно. Но он чувствует, что это он, не иллюзия, он отстраняется от мальчишки, тут же смотря в его испуганные глаза, касаясь горячих щёк, поглаживая их, успокаивая, наблюдая за этим испуганным взглядом, а парень шепчет, успокаивая:

— Чшшш, милый, я рядом, всё хорошо.

Блондин глубоко вздыхает, но даже его вздох дрожит, даже он пронизан страхом.

— Что с матерью?

А у светловолосого тут же зрачки сужаются, словно он только что осознал ситуацию, перед глазами всё ещё картина, как её тело отлетает, падает из – за пули, что врезалась в лоб, его рот приоткрывается, дрожит, но он не может и слова выдавить, он вываливается из реальности. Мацуно собирает все мысли во едино, заключая:

— Она умерла.

***

Чифую надеется, что это просто сон, ужасный сон, худший кошмар, он хочет проснуться, он хочет сбежать из цепей своих страхов, но не получается. Какой путь он должен был избрать, он не понимает, мысли путаются, как и он в одеяле. Быть может он должен был продолжать терпеть боль, терпеть удары отца, но не выбираться с помощью брюнета на тропинку счастья, быть может они не должны были вообще встречаться. Не должны были, Мацуно должен был сам идти по извилистому пути, неся неподъёмный груз, он был счастлив с Кейске, но теперь он ничего не чувствует, глядя на него. Теперь он не чувствует совершенно ничего, глядя на весь мир.

Парень переворачивается, как и его мир в тот день, когда в лоб матери впечатывается пуля, разрушая всё, что построил мальчишка из своей боли, последних сил, увы теперь у него нет сил даже подняться с кровати, нет сил говорить с Баджи, ужасно страшно возвращаться домой. Он боится, что эти двое вернуться за ним, парень загнан в угол своими страхами, он беззащитен, он не может ничего сделать, чтобы обороняться, а потому тот просто обнимает себя за плечи, надеясь, что не погибнет от стольких ударов жизни. И он не знает, как сбежать, он на едине с ними в голове, он не может выбраться, как бы не хотел, он заперт, пути к светлому дню нет, он останется один среди своих страхов здесь. В ушах лишь гул выстрела, и вновь пуля прилетает матери в лоб, почему не в его лоб, она не должна была умирать, это должен был быть Чифую, он хватается за голову, сворачиваясь в три погибели, он бы разрыдался, да плакать правда нечем, даже слеза не может по щеке скатиться, ничего не получается, и он понимает насколько беспомощен жалок, это вызывает чувство отвращения ко всему в груди, и от хочет кого – нибудь избить, а желательно себя.

Блондин остаётся в комнате Кейске, тот пытается говорить с ним, поддержать, но Мацуно увы не здесь, он далеко, ужасно далеко, а потому Чифую ничего не слышит, совсем ничего, он глубоко в своих мыслях на едине с отчаянием и страхами, и сейчас кажется его уже никто не вытащит от туда. А может он сам не хочет выбираться, не хочет, ведь, выбравшись, ему придётся встретиться лицом к лицу с проблемами и нужно будет бороться вновь, но сил нет, а ещё ему страшно, ужасно страшно, он сжимает свои золотые пряди волос, что не могут светить, они ничего не могут, как и сам парень. Его пустой взгляд путается в простыни, он чувствует, как кровать прогибается, наверное Баджи, в принципе кто это ещё может быть, он вроде что – то говорит, а может пытается что – то сказать, но увы светловолосый его не слышит, он не здесь, он лишь сильнее сгибается, погружаясь в себя, малейшее движение отдаётся болью в районе сердца.

До и после похорон матери светловолосый не уронил ни единой слезы, словно нечем плакать, словно он не воспринимает её смерти, будто он всё ещё думает, надеется, что она жива, это не могла быть она, это наверняка не она, она жива, просто в больнице, это всё сон, наверняка сон, но увы, Чифую придётся принять реальность и бороться, но не сейчас, сейчас у него нет на это сил. На похоронах он не сказал ни слова, сил контактировать с кем – либо нет, его участь сейчас попасть в детдом, но опекунство взяла тётя, сестра отца, она не имела детей, постоянно кричала на младшего брата – папу обладателя изумрудных глаз, но Чифую, ничего не сказав, сбежал к Кейске, а тот конечно его впустил, позволил завалиться в кровать, погрузиться в себя именно у него, он не просит еды, ему сейчас она ни к чему, его тошнит от еды, его тошнит от света, его тошнит от всего.

— Мне ужасно жаль, — единственное, что помнит парень от поминок, ему слишком много раз проговорили похожие речи сожаления, но почему – то Мацуно ничего не чувствует, он не слушает, потому что не в силах. Всё это творчество, словно пытка, и ему правда хочется очутиться в кровати и погрузиться в себя. Ему сложно себя держать на ногах, они ватные, колени дрожат, а в голову и мысль не лезет.
В груди как – то пусто, там точно есть сердце? Просто Чифую его не слышит, он не хочет ничего слышать, он хочет просто.. Он не знает чего хочет. В его глазах поселилась пустота, что разрушает всё на своём пути. 

Мацуно не идёт черный, Баджи нравилось, когда тот хоть и со слабой улыбкой, но смотрит на него, на нём стиль кофекора, лайт академии, что – то умиротворённое, спокойное, сдержанное, поистине изящное, как и светловолосый и каждые его движения, но не тёмное, но не то, что погружает в пустоту. Брюнет беспокоится, но наверное нужно ему дать чуточку времени, но долго ждать не стоит, а то погрузиться слишком глубоко и его уже не вытащишь.
Глубокой ночью Чифую находит силы подняться, он смотрит на луну, что одаривает людей ночным светом, мешки давно поселились у него под глазами, но ему всё равно. Пусто, он хочет что – то услышать, кроме выстрела и гула у себя в голове, но не может, ничего не может, он хочет что – нибудь почувствовать. Он еле передвигается, спотыкается, безжизненным взглядом смотрит на свои ладони, а после поднимается, жаль не со дна. Мацуно выползает на улицу, ужасно холодно, он утыкается в тёплую кофту Баджи, что согревает хотя бы чуточку, даёт что – то почувствовать. Его ноги еле передвигаются, светловолосый не останавливается, на улице мало людей, кажется они перешёптываются, но Чифую не понимает, честно он ничего не понимает.

Парнишка бродит среди потерянных переулков, ища что – то важное, желая обрести смелость идти дальше, но его страхи, выстрелы пуль в голове заставляют упасть, шарахнуться к стене, закрывая холодными ладонями уши, чтобы не позволить самому себе слышать эти звуки, что разрушают его грудную клетку, разрывая там дыру изнутри. Он обнимает себя за плечи,  мечтая забыть, он винит себя в смерти матери, он винит себя во всём, в том, что отец начал употреблять наркотики, в том, что их семья разрушилась, и он не знает, правда не знает, что делать.

— Хей, что ты здесь забыл? — Знакомый силуэт с косичками наклоняется к нему ближе, чтобы тот смог рассмотреть все его черты лица в темноте ночи в переулке, в котором был лишь свет луны.

Ноги подростка дрожат, Мацуно не может и слова выронить, а Ран отходит, зажигая сигарету, а после подносит её к губам, чтобы сделать затяжку, он выглядит нервным, чем – то опечаленным. Блондин слышит его, потому что боится, его зрачки быстро бегают, он наблюдает за каждым движением старшего, относит сигарету, выпуская дым из рта со своим узлом стресса, который в животе удачно развязывается. По светловолосому стекает пот, а мужчина бросает на него взор.

— Я тебе ничего не сделаю, сейчас мне это ни к чему, — он выговаривает это с раздражением, его голос дрожит, а к глазам кажется поступают слёзы и он вновь делает затяжку.

— Простите? — больше похоже на вопрос, но Чифую кажется очнулся от ужасного запаха дыма, он чихает из – за него, совсем тихо, Ран помечает, что как котёнок.

— Будешь? — протягивает сигарету, — мне помогает, — тихо добавляет, словно читает подростка, как открытую книгу, тоже в отчаянии.
А Мацуно хватает старшего за воротник, решительно глядя в глаза Рана, а обладатель косичек видит в этих глазах маленького ребёнка, у которого отобрали всё, всё что можно было и выкинули на улицу, и теперь он брошенный котёнок, что жмётся к углу в переулке, стараясь разжечь из своих сил тепло, чтобы согреться, но огня в глазах нет у парня, и даже искорок не осталось, совсем пустой, неживой. А ещё он замечает, что светловолосый дрожит. Он устало оттягивает сигарету от рта, а после выдыхает парню в лицо, а тот тут же отходит, кашляет, отмахиваясь. Мужчина снимает с себя куртку, накидывая на младшего, добавляя:

— Простудишься.

А светловолосый бросает испуганный взгляд, в котором смешались боль и отчаяние. Ран кидает окурок, а после тушит подошвой ботинок, грубо стирая его, словно пытается стереть боль, младший легонько ударяет обладателя косичек по груди, а Хайтани лишь упёрто смотрит, взглядом ничего не выражая, он тоже пустой, совсем, как Чифую.

— Вы, — слышен всхлип, словно он втягивает в себя все силы, чтобы сдержаться, не заплакать, — вы отобрали у меня то, к чему я шёл, — кричит слишком громко, что у Хайтани в ушах эхом проносится, — это я! Я отправил отца за решётку! — его слёзы скатываются по щекам, он дрожит от страха, но он не может остановиться, — он.. Он меня избивал не из – за чего, изнасиловал, и после попал за решётку, я не хочу себя винить, я не хочу себя винить, ведь это в правду не возможно терпеть, так почему же..! Почему же вы отобрали у меня последний шанс на счастье? — Мацуно отстраняется от старшего в страхе, а после стирает слёзы, всхлипывая дрожа от холода и нахлынувших чувств.

Ран видит, что этот мальчишка совсем ребёнок, маленький ребёнок, пустой взгляд Хайтани ничего не выражает, но он бы хотел посожалеть ему.

— Нам приказали убить, мы убили, — обладатель косичек смотрит на небо, всматриваясь в каждую звёздочку, — мне всё равно, кто загнал твоего отца за решётку ты или мать, — его руки рыщут в поисках сигареты, — мой брат тоже недавно погиб, и я понимаю твои чувства, мне жаль, — фразы пустые, они ничего не выражают.

Мацуно вздрагивает, а руки мужчины кажется трясутся, он дрожащими пальцами зажигает сигарету, а после делает затяжку, втягивая в себя последние силы, Чифую подходит чуть ближе, застёгивая чужую куртку на себе, что была к слову большая, ужасно большая на размера два точно, но он того и теплее наверное в ней.

— Как это произошло? — совсем тихо спрашивает, странно, этот человек убил его мать, но он интересуется, наверное потому что он всё ещё остаётся человечным, а так же видит, что Ран переживает ту же боль, он касается чужого локтя, а после его поглаживает, показывая, что сожалеет.

— Есть один парень в конторе, которого буквально прёт от наркоты, под кайфом он может кого – нибудь отпиздить или убить, обычно это были лёгкие стычки, драки, которые не волновали никого.. Но сегодня он взял пистолет в руки и пристрелил моего брата, — Хайтани сжимает сигарету всё ещё дрожащими пальцами, а Мацуно в ужасе вздрагивает, — мне жаль, что мы убили твою мать, но, не выполнив указ, мы лишились бы чести и могли бы отмудохать до смерти, — вновь затяжка.

Лишь луна напоминала парням о том, что они вообще существуют, а не застряли в пространстве, они, как луна молчат, они, как она жива, и кажется они погружаются в мысли, а Чифую словно ожил, но теперь боль связывается крупным узлом в животе, что неприятным стрессом разрывала всё изнутри. В уголках глаз у Рана скапливаются маленькие капельки слёз, он тут же резким движением стёр их, не давая и шанса себе заплакать, не позволял проявлять себе такие эмоции к тому же в такой момент. Их окружила нелёгкая тишина, уже поздно и пора бы вернуться домой.

— Мне пора, — Чифую уже готов снять куртку, но его останавливают.

— Останься, пожалуйста.. Ещё ненадолго, — Хайтани не верит, что просит кого – то остаться кроме брата, хотя и Риндо порой сбегал, оставлял обладателя косичек на едине со своими мыслями, а теперь он вовсе оставил его, теперь ему придётся самому выпутываться из глубин отчаяния, но может Мацуно поможет ему, — Можно тебя обнять? Говорят такое успокаивает.. — просьба тихая, словно он стесняется вовсе такое говорить, а после громче оправдывается, чтобы самому перед собой стыдно не было.

А младший лишь кивает, мол можно, на самом деле он потерял дар речи от такой просьбы, это просит тот, кто его несколько дней назад запугал, он не может сказать точно когда, просто потому что потерял счёт времени. А Ран тут же отчаянно кидается к парню, прижимая к себе, утыкаясь в ароматную шею, он чувствует тепло от замёрзшего мальчишки, по сравнению с Хайтани, тот в правду ребёнок. А Мацуно чувствует слёзы на своей шее, потому поглаживает чужую спину, он забывает о своём несчастье, пора смириться и двигаться дальше, какой бы груз не лежал на его плечах, он должен продолжить жить, он обязан остаться живым хотя бы ради Баджи, тот наверняка впадёт в депрессию, как и сам блондин после смерти матери, а посему светловолосый обязательно будет сильным. А мужчина прижимается к мальчишке, ближе притягивая, хотя куда там казалось бы, это заставляет младшего на носочки, а после и задрожать коленям и ступням из – за практически отсутствия равновесия. Рану хочет застрять в пространстве и остаться сейчас на этом месте только с Риндо, иллюзия вполне реалистичная, да и лучше обнимать Чифую, чтобы заполнить боль в груди, чем вовсе одному справляться, он знает, что не справится. Мацуно сильнее, Хайтани понимает, что он намного слабее его, ему мало, в правду очень мало.

— Чифую, останься, пожалуйста, — просит шёпотом, потому что до ужаса неловко, глаза на мокром месте и Ран тяжёло дышит, втягивает кислород, чтобы думать, но безуспешно, он не справится один, — прошу останься со мной до завтра.

***

А Чифую не хочет возвращаться к Кейске, не хочет беспокоить, и так доставил проблем, а домой ещё больше не хочет, там пусто, как и в его груди, Мацуно смотрит в чужие глаза и вздрагивает, кажется, что они вовсе съедят.

— Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе, — Хайтани выбивают эти слова из колеи, кажется он смущается, ему даже брат таких слов не говорил, блондин в правду ещё тот наивный, глупый ребёнок.

Он ведёт парня в машину, потому что сам замёрз стоять на улице, а куртку у брошенного котёнка отбирать вовсе не хочется, тот и так замёрз до самых костей, а о себе, о себе вовсе не хочется беспокоится.. Они вваливаются в салон машины, устраиваясь на передних сиденьях, Хайтани тут же включает отопление. А Мацуно ремень натягивает, застёгивая, обладатель косичек ухмыляется, заводит машину. И они едут по ночному городу, что озарён светом фонарей, фарами автомобилей и яркими огнями гирлянд к сочельнику, который вроде нескоро, но к нему уже так активно готовятся.

Ран не гонит, что очень непривычно для него, а посему блондин мог рассмотреть всё внимательно, поток машин вваливается на мост, а белые пушинки повалили с ночного неба, кружась в вальсе, но его манят огни, и кажется в его изумрудных глазах они отражаются, Хайтани бы понаблюдал за младшим, да нужно смотреть вперёд, в завтрашний день, чтобы прожить его, чтобы сегодня наконец – то покинуло его. 

Поездка выходит долгой, Мацуно кажется, что он в центре города, так и есть, ведь они даже успели постоять в минипробке, он плохо ориентируется в этом районе, потому идёт за Раном. А обладатель косичек ведёт его в небоскрёб, они вваливаются в тёплую квартиру двенадцатого этажа. Чифую тут же бросается к окну до пола, из которого видно множество золотых огней, он касается стекла, а Хайтани ухмыляется, направляется на кухню, оставляя парня одного.

У светловолосого что – то в глазах загорается, он сжимает ладонь в кулак, обязательно будет сильным, чтобы идти вперёд, хватит сидеть, сложа руки, и так пролежал на кровати около месяца в шоке, Мацуно обязательно проживёт эту ночь и следующий день, будет плыть по течению своих страданий. Пора взять себя в руки, чтобы вновь увидеть Кейске, обнять его. От мыслей про Баджи у младшего глаза меняются, становятся грустные, а что если он проснулся и потерял его, от этой мысли и желания обнять его, прижаться и почувствовать, что в нём нуждаются, сердце сжимается. Но он должен остаться он пообещал, что поможет.

Чужая куртка пропитана горечью сигарет, а ещё дорогим парфюмом, обладатель изумрудных глаз вдыхает, выводя из головы все мысли и вновь пустота разливается по груди. Он скидывает куртку, кладя её на белоснежное кресло, а сам шагает на кухню, замирая в дверном проёме, обессильно опираясь на него. Хайтани делает глоток горячего кофе, а ещё он в домашних штанах без футболки, если бы раньше Чифую на это обратил внимание, то теперь ему как – то плевать, грустным взглядом вводит по кухне, проходя к столу, рассматривая интерьер.

— Хочешь кушать? — спрашивает Ран и к себе за талию Мацуно тянет, убеждаясь, что он здесь, что он не сбежит, что сегодня его пустота чем – то заполнится.

— Честно сам не знаю, — а светловолосый не против ласки старшего, потому сам ближе поддаётся, чтобы почувствовать, что в нём нуждаются, пусть он лишь замена, но к нему что  – то тёплое проявляют, а это заставляет остаться и податься ближе, чтобы почувствовать всё гораздо больше ярче.

— Давай что – нибудь лёгкое поедим, хотя бы салатик, ты и так худой, как щепка, — касается животика, поглаживая его, старается зацепить кожу, но вместо этого лишь одежду оттягивает, ужасно худой, — когда ты в последний раз ел?

— Я не помню.., — признаётся младший, взгляд опуская, боясь, что его наругают, но в рот правда ничего не лезет, и светловолосый ближе жмётся к мужчине.

А Хайтани не злится, старается понять, ему тяжёло. Наверное, оставшись сейчас Ран один, он бы тоже погрузился в апатию, но в итоге две полуразряженные батарейки подпитывают друг друг энергией. Обладатель телескопки ставит кружку на стол, прижимая блондина к себе ближе, утыкаясь в светлую макушку, как и ожидал от него даже ничем не пахнет, лишь по́том, парень с косичками поглаживает чужую спину, сажается на стул, сажая младшего к себе на колени, а после утыкается в шею, от чего обладатель изумрудных глаз вздрагивает, а Хайтани проводит носом по нежной шее, утыкаясь, поглаживает спину, а разместив руки на талии, сжимают её чуть ощутимо, но Чифую возится в чужих руках. А обладатель косичек ухмыляется, но отпускает Мацуно, позволяя ему подняться.

Ран тоже поднимается, заглядывая в холодильник, а после начинает овощи намывать и нарезать, пока блондин идёт снова бродить по новому месту, находит стеллаж с книгами, проводит пальцем по разным обложкам, читая названия книг и авторов. Но все названия такие сложные, будто там не что – то интересное, захватывающее, а что – то нудное, познавательное лишь для тех, кому интересна эта сфера. Но светловолосый достаёт книгу с самым, по его мнению, интересным названием, и его глаза бегут по строчкам, а мозг воспринимает информацию, но уже после пяти строк, парень решительно закрывает книгу с мыслями: такое я читать точно не буду. Похоже на философию, сейчас он такое читать точно не будет.

— Идём кушать, — зовёт старший.
И Мацуно, убрав книгу, направляется на кухню.

Вот только еду он в себя буквально пихает, почему – то она не идёт, не получается, но покушать в правду нужно, хотя бы немного, и так не ел уже довольно много. После приёма пищи Ран не напрягает, сам берёт посуду и моет, пока Чифую понимает, что глаза слипаются.

— Хочешь спать? — вопрос в лоб.

— Очень, чувство, что месяц не спал, — честно признаётся Мацуно, пока его веки еле держатся, чтобы не закрыться.

Но блондин ждёт парня, он даже не осознает, как в глазах скапливаются слёзы, а в груди смешанные чувства боли, желание вернуться к Баджи растёт с каждой минутой, хочет почувствовать его тепло. Но Хайтани стирает слёзы на щеках, не спрашивая, почему он плачет, без слов понимает, или делает иллюзию для самого себя, что самый мудрый и понимает людей. Ну да, как человек, который убивает других, пусть и по приказу, может утверждать даже самому себе, что понимает людей, бред чистой воды. Но обладатель косичек берёт Чифую за талию, прижимая к себе, держит за поясницу, пока Мацуно ногами обхватывает чужие бёдра, руками обвивает шею, а отчаянный взгляд тупит в чужом плече.

Мужчина опрокидывает обладателя изумрудных глаз на кровать, в ту же секунду нависая над ним, хищный взгляд пробегает по чужому лицу, замирая на глазах, в которых выражен испуг, но в Хайтани отображается весь мир Чифую, который ужасно жесток к нему, но и проявляет что – то необыкновенно тёплое. У блондина по щекам стекают слёзы, а чтобы не увидели реакцию на это, испуганно закрывает глаза, но шершавые пальцы проходят по щекам, вытирая слёзы, эти пальцы похожи на Баджи, но чего – то не хватает, чертовски не хватает, осознания того, что это и есть Кейске. Мацуно же абсолютно не похож на Риндо, Хайтани младший резкий и дерзкий, а нежных слов подавно не вымолвит, лишь изредка слова благодарности, но для обладателя косичек это уже нечто прекрасное.

Ран неживым взглядом смотрит на сжавшееся тело под ним, а после нежно целует в лоб, жаль это не Риндо, но увы, вернуть он уже ничего не может, а посему по щекам текут слёзы, а всхлипы раздаются в тишине тёмной комнаты. Это заставляет Чифую открыть глаза, он рукчи тянет к чужому лицу, вытирая слёзы, а Хайтани ластится к этим тёплым нежным ладоням, это не Риндо, но к нему кто – то помимо младшего брата что – то проявляет, это заставляет Рана уткнуться в чужую грудь, обнимая крохотное тело под собой, и он плачет вслух, он устал держать в себе столь ужасные мысли, устал бояться остаться на едине с пожирающими мыслями, что заглатывали его с головой. Завтра он уже останется один, а пока подпитывается чужой энергией, использует, почему он вообще согласился остаться с ним, почему он сейчас помогает, когда ему самому нужно бы выбраться из всего этого дерьма.

— Чифую, — после того, как Ран позвал младшего, слышится дрожащий всхлип, — спасибо, огромное спасибо.. И прости, прости меня, прости, что я отобрал у тебя счастье, мне жаль.. Ужасно жаль, прошу прости меня, я.. Я.. — голос старшего дрожит, а слёзы с новой волной льются, не думая останавливаться.

Мацуно тронут, но это не он отобрал у него счастье, это отец, обладатель косичек тут вовсе не причём, а потому блондин сделает всё что в его силах, в нём нуждаются, и это заставляет подняться со дна отчаяния, он будет сильным, обязательно будет.

— Ты не виноват, — шепчет Чифую, — я не виню тебя ни в чём, не нужно поправиться, — поглаживает чужую голову.

Тёплый и до ужаса добрый, словно сам Бог смиловался над ним.

Парни неосознанно засыпают, обмениваясь теплом, энергией, чтобы прожить эту ночь. Хайтани не хочет отпускать от себя эту батарейку, что даёт ему силы. Мацуно просыпается от боли в груди, чего – то не хватает, он хочет домой, хочет обратно к Баджи. Благо Ран сменил позу и спит на боку, обнимая подушку, создавая иллюзию, что спит не один. Обладатель изумрудных глаз окидывает его грустным взглядом, он ему и так немало дал, хочет сбежать, хочет, ужасно хочет к брюнету и это даёт сил быстро бежать по ночным улицам, сорвав голову, оставив мёртвый груз в тёплой квартире  Хайтани.

Он чувствует вибрацию телефона, а на экране видит заветное имя, отругает, но он так хочет услышать его голос, а потому берёт трубку, поднося телефон к уху.

— Чифую, милый, где ты? — обеспокоено, испугано спрашивает старший.

А блондин и слова вымолвить не может, в голове и груди пусто, в горле ком, что мешает что – либо сделать, руки дрожат, а по щекам стекают слёзы, и лишь всхлип со стороны младшего, выводит длинноволосого из транса.

— Что случилось? Почему ты плачешь? Чифую, где ты? — ещё испуганее, ломая себе голову, допрашивает темноволосый.

— Я так рад, что слышу тебя, Баджи, — вторит вопреки всему Мацуно, пока его слёзы текут сильнее. Кейске не знает что ответить, но тишину нарушает первым блондин, — всё хорошо, теперь всё прекрасно..

— Где ты, глупыш? — расплываясь в тёплой улыбке, спрашивает Кейске, он безумно счастлив, что младший вышел из апатии, что ему лучше, он расспросит, как он выбрался, но сейчас он хочет увидеть его перед собой, обнять и почувствовать, что он здесь, чертовски рядом, а неизвестно где ночью с телефоном и наверняка холодный и голодный.

— В твоём дворе, — отвечает светловолосый.

А Кейске тут же оглядывается, но никого не замечает, бежит, смотря по сторонам, ища то, что дороже всего.

— Баджи, —  громко зовёт младший.

— Чифую, — у брюнет глаза распахиваются, когда перед его видом появляется мальчик в его тёмной кофте, с заплаканными глазами и грустной улыбкой на лице.

И тёмноволосый тут же бросается к своему счастью, что стоит от него в нескольких метров, прижимает свой мир близко к себе, согревая. У Кейске начинают капельки слёз скапливаться от счастья, от осознания, что его счастье живо, в порядке, и оно с ним, и Мацуно тут, прямо под его сердцем, это заставляет Баджи поцеловать младшего быстро в нос. Но Чифую хочет большего, а потому, встав на ноносочки, касается своими губами чужих, сминая их, неумело целуя, а изумлённый темноволосый тут же требовательно касается чужих губ, по их щекам стекают слёзы счастья, тёплое чувство разливается в груди. Их губы сминают друг друга, а тёмная ночь сменяется первыми красными красками на небе, предвещая рассвет их тёплых чувств к друг другу. В утренних лучах Чифую чертовски красив, холодной ночью во дворе они почувствовали счастье.

Неважно, что будет завтра, сегодня они вместе, неважно тепло или холодно, они останутся вместе, согревая друг друга, они сделают всё, чтобы они почувствовали нечто тёплое в груди, в этой чёртовой России так мало хорошего, но среди потерянных переулков, множества людей и забытых смс они встретили друг друга. Их встреча не случайна, они делают друг друга счастливыми, и их руки вновь сплетаются, и всё это кажется не таким уж ужасным, когда они вместе. Сегодня они любят друг друга, завтра сильнее, их чувства обрели нечто важное этой ночью, и они сделают всё возможное, чтобы сохранить их, сделают всё возможное, чтобы уберечь друг друга от холода в России. Так себе страна, но здесь есть люди простые, и чертовски добрые, что делают других до жути счастливыми.

.