Санаторий
Евгений приехал в курортный город и пошел по адресу санатория. Женя очень удивился климату города, ибо для весны было слишком жарко, тем более снег в большинстве городов России еще не до конца растаял. Женя ступил на сочную зеленую траву, на которой была промята дорожка. Евгений шел, сопровождаемый треском кузнечиков. Мужчина огляделся вокруг: цвели яблони, в лазурном небе палило жаркое солнце. Евгений взмок, снял кожаную куртку и подвязал ее на бедрах, вытер струящиеся капли пота со лба.
Женя пришел к назначенному месту, на резных узорчатых воротах он заметил позолоченную вывеску: " Санаторий " Грезы любви" и школа имени А.Г.Назарова. Директор санатория выражает отдельную благодарность Алексею Григорьевичу за оказанную помощь". Евгений робко открыл ворота, вошел на территорию санатория и обомлел. Перед глазами Жеки предстал девятиэтажный готичный дворец. Стены дворца украшали мраморные ангелы. Евгений завороженно рассматривал роскошную резьбу вимперга, который был украшен крестоцветом. Взгляд Жени метнулся к карнизам, он увидел на них вырезанные из камня нежные листья и цветы. Женечка поднял взор вверх, на многоскатную и шпилеобразную крышу, в которую своими острыми длинными когтями вцепилась каменная горгулья с расправленными большими и перепончатыми крыльями. У Жени закружилась голова, он посмотрел на территорию за воротами: обычные магазинчики с дешевыми и пестрящими вывесками, унылые люди ходят кругом: один этот громадный дворец выделялся от всего города.
Черная дверь с золотыми узорами отворилась, вышла девушка и подошла к Евгению.
— Добро пожаловать в наш санаторий. С какой целью Вы прибыли сюда?
Женя вздрогнул и посмотрел на девушку. Она была одета странно, но богато. На ней было небесно–голубое платье–пиджак с рукавом "баранья ножка" длиною в пол. Лебединую шею этой старомодной дамы украшало колье с родолитом. На ее тонком запястье блестел золотой браслет с бриллиантами, на длинных пальцах было несколько золотых перстней. Евгений подумал, что это жена того самого Алексея Григорьевича или его дочь.
— Вам так нравятся мои украшения? Если будете много работать, то у вас тоже такие будут, — с усмешкой сказала богатая девушка.
— П-простите...— пробормотал Женя и встрепенулся, — сколько денег бабушка отдала за это?...
— А, это о Вас просила позаботиться Антонина, Евгений Батейко. Не волнуйтесь, у нас для бабушек скидки. Антонина Петровна заплатила всего один раз, полцены. Можете звать меня Вивьен, я являюсь директором этого санатория.
Только сейчас Женя посмотрел на лицо директора. Вроде красивая, но что-то в ней было не так. Пухлые губы, узкий нос с удлиненным кончиком, точеные черты лица, пронзительные изумрудные глаза, ее взгляд пугал Евгения. У директора были черные волосы и тонкие восходящие брови, Женечка подумал, что она чертова еврейка, но аристократическая бледность ее лица отводила его от этой мысли.
— Где у вас здесь школа? — спросил Батейко.
— За дворцом, она гораздо меньше. Вы хотите устроиться туда учителем? — Вивьен оглядела Евгения с ног до головы.
— Да, по информатике.
— Я так и поняла это по вашему виду... У нас здесь временно живет еще один такой учитель, только по математике.
Женю на секунду кольнула мысль, что его оскорбляют. Он оглядел постояльцев, гуляющих во дворе. Все-таки все здесь выглядели и были богаче него.
— Ох, бабушка, что за в проклятое место ты меня отправила!? — прошептал Батейко.
***
Евгения заселили на третий этаж. Штофные обои, в золотых рамах на стене висят портреты каких-то важных и богатых исторических личностей, которых Женя не знал. Евгения поражало богатство комнаты, мягкость и роскошность мебели. Батейко отдернул коричневую штору из дамаста, через ланцетное окно в комнату пробился солнечный свет.
— Закройте!— воскликнул сосед по комнате Евгения, который до этого что-то старательно писал в потрепанном блокноте.
— Почему это я должен сидеть в темноте?! — возмутился Батейко.
Сосед пристально уставился на лицо Жени и его глаза округлились. Брови высоко поднялись, из-за чего его лоб покрылся глубокими морщинами. Он изумленно приоткрыл рот, а затем плотно поджал губы.
Женя смутился, отвел взгляд от мужчины.
— Простите меня! Антон Олегович Дробышевский! Приятно познакомиться,— он сильно картавил и шепелявил, это позабавило Евгения.
Женя принял важный вид:
— Евгений Анатольевич Романов. Взаимно.
— Я писатель и литературный критик. У меня есть своя библиотека в Санкт-Петербурге. А вы чем занимаетесь?— торжественно сказал Антон.
— Но мне сказали, что вы учитель математики младших классов, — с неподдельным недоумением сказал Евгений,— я компьютерный гений.
— Это не мешает мне быть писателем, литературным критиком и иметь свою библиотеку! — обиженно завопил Дробышевский.
Евгений обеспокоенно поправил оптические очки на переносице:
— Я тоже хочу устроиться учителем информатики здесь. Сколько Вам платят?
— Четыреста пятьдесят рублей двадцать пять копеек.
— Отлично! Пойду и завтра устроюсь туда.
***
Гостиная. В бержерах сидят директор санатория и две девушки.
— Сегодня такой урод в санаторий приехал. Взгляд потерянный. Небритый, немытый, с сальными волосами, неподстриженный, с хлипкими усами и плешивой бородой. Мимика ущербная. Одет безвкусно, рост ниже, чем мой. Без этикета, галантности и всякого изящества.
— Кстати, Вивьен, какой у тебя рост? — спросила шатенка.
— Сто семьдесят шесть сантиметров. Вы понимаете, у этого плешивого рост где-то
сто шестьдесят три сантиметра.
— Насколько остался тот математик? — приподняв брови, спросила вторая девушка.
— Ох, этот Антон плел мне про то, что у него очень тяжелое положение. Он раз в три месяца отдает мне половину своей учительской зарплаты. Сказал, что переждет здесь следующую зиму. Пусть живет, занимает всего одну комнату на всем этаже, я к нему подселила этого небритого, Жеку, они похожи своей ущербностью. Я через силу смогла назвать его полным именем, больше язык у меня никогда не повернется. Он не достоин этого имени, ну какой из него гений. А этот Антон тебе что-то сделал, Диана?
— Он сказал мне, что у него такой же дворец, как у тебя, только в Петербурге. Говорит, что писатель и литературный критик. Ну, я сразу поняла, что врет он все. Предложил стать его музой, он пишет какой-то роман. Думает, что соберет за это огромные суммы.
— К тебе всегда пристают какие-то юродивые. Надеюсь, что Жека до тебе не доберется, — директор улыбнулась губами, на которых была нанесена красная помада.
— Шизофреники сюда едут и едут, но они прикольные. Главное, чтобы они ничего не тырили, — засмеялась шатенка.
— Я им сворую! Алексей Григорьевич приедет, захочет их выгнать, скорее всего. Но они действительно веселят меня. Кстати! Прасковья, Григорьевич хочет с тобой познакомиться, ты не против? Он спрашивал про новых жителей санатория, я рассказала ему про всех вас. Ну и про тебя тоже рассказала, о том, какая ты веселушка. Ему скучно у нас одному. Летом он вернется из Германии.
— Помню его, этого Григорьевича. Ты показывала мне его фотографии. У него такая фигура, сразу видно, что старичок на спорте, как и я. Милый дедок, я не против с ним поболтать. Ну, я пойду на воздух, — девушка попрощалась и вышла из комнаты.
Среди густых деревьев ходил Евгений, ему не спалось. Прасковья села на резную скамью возле струящегося и сияющего фонтана, цветущие ветки склонялись над лицом девушки. Женя заметил профиль Прасковьи, освещенный луною. Евгений завороженно рассматривал точеные плечи девушки, её пухлые и сочные губы, милый носик, волнистые волосы. Батейко почувствовал, как сердце бьётся где-то в горле, по телу пробежала приятная дрожь. Евгений понял, что черты лица этой девушки удивительны, они отличаются от всех остальных. Она особенная. Евгений побежал к ней, ветки деревьев предательски зашуршали. Это произошло так быстро. Как только Женя подбежал к Прасковье сзади, она резко развернулась и ударила его кулаком по лицу. Батейко отшнатнулся назад, схватился за ноющую от боли щеку, подскользнулся на влажной траве и с грохотом упал. С трудом поднялся, схватившись рукой за спинку скамьи, девушка отшатнулась, встала.
— Ты чего?! — ошарашенно спросил Женя.
— Ты долбанутый? Ночью в кустах шаришься, за деревьями прячешься. Я подумала, что ты маньяк или наркоман.
— Я просто гулял!
— Ты напугал меня, я не бью людей просто так, — отмахнулась шатенка.
— А часто ты людей бьешь? — с каким-то странным интересом спросил Евгений.
— Чего?
— Что?
— Ты реально наркоман?
— Нет, я просто хотел познакомиться! Меня Евгений Романов зовут!
— Потомок Романовых что ли?
— Да, я серьезно!
Девушка засмеялась и начала уходить:
— Мне пора.
— Постой, как тебя зовут? Ты на каком этаже живешь?! — кричал ей вслед Батейко.
Прасковья обернулась, помахала ему рукой и убежала во дворец, скрывшись за массивной дверью.