7-ой день
Это просто ужасно... Каждый день меня отец, как тогда, во вторник, тянет за кисть той руки, которой я пишу эти слова, и мы идём на кухню. Потом на улицу.
На улице зима, но я без одежды полностью. И без надежды, что меня кто-то спасёт. Каждый день мне делают там больно люди, которых шесть дней назад я любила. Теперь я не знаю, люблю ли я их до сих пор...
Дома-то ладно, я уже начинаю привыкать к этому и к тому, что каждый день я плачу так, будто мне... хотя нет, без будто... они убивают меня медленно...
На улице очень холодно, мои братья в одежде, кроме того места, которые они пихают. Три дня назад они начали не по очереди, как в мой день рождения, а все вместе. Слава богу, что в, как мне говорила сестра, вагину они максимум только два помещают, а в то, что они называют аналом, только один. В рот я вынуждена по очереди то одному делать ещё не знаю, как это называется, то второму. Сегодня к ним присоединился третий.
Мне иногда кажется, что они это делают специально. Точнее, уже казалось, потому что я начинаю подозревать, что они нарочно это делают со мной.
Но больше всего меня продолжает удивлять папа. Почему ты? Я ведь знаю, что ты меня любишь, зачем ты со мной всё это делаешь?.. опять капают слёзы на эту бумагу. Опять вспоминаю свою троюродную сестру, которая была... как это правильно называется? удочерена? удочерена отцом.
Я не знаю, что мне делать... Мне больно от предательства семьи, гораздо более больно, чем от того, что они прекращают делать только тогда, когда говорят друг другу при мне:
- Ну она точно наша личная шлюха. Надо дать ей поспать, чтобы утром продолжить.
Я слышу это и, пока иду в свою комнату, просто плачу. Завтра опять эти дни...
Сегодня 12.01. Не помню уже, что я вам раньше писала, поэтому напишу – будьте счастливы...