Пересечение #86
Хейвен
— Прошло достаточно времени, малыш. Ты жил без меня. Пора возвращаться ко мне. Ко мне...
Я иду к тебе.
Темноволосая девушка смотрела в хрустальный шар ведьм и видела себя со стороны, своё прошлое, но немного другую себя.
Стиль одежды, возможно походка и осанка были другими, она шла по пустыне, рядом со старым знакомым.
Несомненно он знаком ей.
Вспомнив себя, ту прежнюю, у неё возникло щемящее ощущение в грудной клетке. Боль давила, не радужные воспоминания стали накрывать её грустью.
— Кристофер. — Произнесла имя вампира, а в сердце ничего не дрогнуло.
— Хм! А ты не изменился. — Заметила она, когда вампир показался один.
Она попыталась вспомнить все, что связывало их, но просчиталась. Память выдавала лишь жалкие обрывки, давно ушедшего прошлого.
Кристофер остался там, а Стивен, снова должен стать её настоящим.
Она хочет найти его, снова войти в его жизнь, перевернуть всё вверх дном, и лишь после, нанести смертельный удар.
— Я возвращаюсь мальчики, и кто бы и что бы не сделал мне, всё вернётся в троекратно, — дала она обещание пустоте.
— Вы любили меня? — Так я буду любить вас, сильней.
Хотели убить? — Не ждите от меня пощады.
Глядя, как Анабель считала, на своё прошлое, в её груди становилось всё тесней и тесней.
Чувства и эмоции, снова заполоняли её нутро, все что было забыто, вдруг обрушилось на неё одним махом, как торнадо, сметая все на своём пути.
Искажённое восприятие внушённое ведьмами, побуждало её на месть, убийства и коварства. Она готова на все, лишь бы остановить внутри себя пугающую черноту, которая разрастается по мере того, как она думает над жизнью тех, кого она оставила когда-то.
Кэтрин Трэвис
Я тащилась вслед за парнем по пустыне, в неизвестном мне направлении. А он, шагал впереди, не особо обращая внимания, на мои стенания и возмущения.
Прошло много времени, с тех пор, как мы попали сюда. Но никаких жилых районов или городов, я, пока не видела.
Мои ноги стерлись, от столь долгого пешего хождения. Обувь забилась пылью и песком. Так противно, ощущать эту грязь между пальцев, что меня даже передёргивает.
Готовая кричать и выть, я оглядываюсь в поисках знаков того, что мы пришли к какому-нибудь поселению. Но нет, ничего нет.
Мне бы достать воды и нормальной закрытой обуви.
Жажда стала мучать, так некстати.
Решив, что с меня хватит мучений, я высказалась Кристоферу.
Возможно он думал, что он выступил моим защитником. Но получалось наоборот.
— Крис, мы идем по этой безжизненной пустыне, больше часа. Может, уже перенесешь нас куда-нибудь, где есть вода?
Я пить хочу! — возмущенно пожаловалась ему.
Злая и голодная, ещё пить хочу, иду, непонятно куда. И главное: зачем?
Что есть впереди?
Крис, если слышал меня, то никак не отреагировал.
Он продолжает идти, не обращая внимания на знойное палящее солнце, пустые равнины заполненные безжизненными землями. Тут обитает безысходность.
Человек без транспорта, просто можно погибнуть.
Глядя на вампира, не скажешь, что он идёт, почти в сорокаградусную жару. А вот я, таю. Мне жарко, и ужасно хочется пить.
Не выдержав, я стала кричать, тратя остатки энергии, на это возмущение.
— Крис, может хватит?!
— Что? — невозмутимый и красивый вампир остановился и оглянулся.
Только сейчас, мне хочется не лицезреть на него, а расквасить эту красивую физиономию, которое называется лицом человека.
И за что его одарили такой внешностью? За мучения людей?!
С такой железной выдержкой и противным упрямством, этот парень не должен обладать такой милой внешностью, ему бы быть... страшным, испещрённый шрамами.
Тогда бы, вы знали, с кем имеете дело.
Но этот милый образ, которым Крис обладает, вовсе не вяжется с тем человеком, которого я узнала сегодня.
Он сильный, волевой, упрямый, с хорошей выдержкой. Но, кажется, эгоист.
Думает, лишь о своих целях.
Возможно, в нем есть хитрость, этого я, пока не могу ни опровергнуть, ни подтвердить. Сперва нужно убедиться.
— Да что с тобой?!
Я говорю тебе остановиться, а что делаешь ты?!
Ты не слышишь меня, или делаешь вид!
Наверняка стараешься, что бы у меня выкидыш случился? Я так больше не могу.
Вначале, Кристофер оскорбился, а после усмехнулся.
— На таких поздних сроках, выкидыша не бывает, — заявил он, со знанием дела. А я, знающая мало информации, от возмущения и поражённая его спокойствием, даже рот приоткрыла.
— Потерпи еще немного, тут недолго осталось.
Он вновь развернулся и прибавил шаги, уходя от меня.
— Крис? — снова воззвала к вампиру, глядя ему в спину. — Осталось до чего? До моей смерти?
Жара и палящее солнце сделали своё дело. Я стала раздражительной, а я, ещё намеревалась, поговорить с ним откровенно. Ага. Как же?..
Злость душит меня, делая бомбой замедленного действия.
Пройдя ещё какой-то отрезок пути, до меня доходит, если я, и дальше буду притворяться, то рискую умереть от обезвоживания.
Пора поговорить с Кристофером, заставить его выслушать меня.
— Может от жажды, ты рассудок потерял? Ты поступаешь опрометчиво! — кричала я, возмущаясь. Хотя должна была говорить с ним спокойно.
— Но я-то нет. Давай поговорим.
Как ни удивительно, но, Кристофер остановился и обернулся, а я, быстро нагнала его.
— Хорошо. Поговорим. Только мне вот, интересно, о чем говорить, под палящим солнцем?!
Ого! Теперь возмущается он, а я немного растерянная, сглатываю слова, которые готовы были сорваться с моего языка.
Нужна другая тактика ведения разговоров.
— Скажи мне, мы с тобой можем оставаться друзьями, несмотря ни на что? — теперь, мой голос звучал тише и спокойней, у меня была надежда, достучаться до его человечности. Если она была.
Сомнения проскочили на привлекательном лице. А я, миг задумалась, почему вампиры обладают такой внешностью? Мало им их сил, так ещё и рождаются красивыми. Как несправедливо.
— Кого бы я не выбрала в свои спутники, с кем бы не вела знакомства, я могу рассчитывать на твою дружбу?
На лице Кристофера, теперь появилась гримаса неудовольствия, он постарался скрыть это от меня, отворачиваясь. Но я желала правды, потому, подошла к нему ближе.
Потянувшись к его лицу, снова повернула его к себе.
Кристофер был выше меня, потому, мне приходилось тянуться вверх, но до Росса, ему было далеко.
В карих тёплых глазах таилась не высказанная боль, но вряд ли она касалась меня.
Мы знакомы слишком мало времени...
— Скажи, какие на самом деле мысли, таятся в твоей голове?
Я тронула его мягкие, темные волосы, подстриженные немного длинней, чем у Росса. Цвет тоже отличался.
Его карие глаза взглянули в мои, словно устанавливая особую связь. Лицо вновь стало мягким, выражающим лишь заботу.
— Прости, — выдохнул он, тоже взяв моё лицо в свои ладони.
Мы, словно местами поменялись.
— Я думал, что прячась, защищаю тебя. Даю шанс на будущее. Но злость внутри, не давала мне рационально мыслить, и завел тебя сюда...
— Ты хочешь сказать, что мы могли бы пойти в то место, где есть вода, но излишне опекая меня, ты рискнул мной и ребёнком?
Он виновато смотрел в мои глаза, но не ответил.
Одна ладонь сдвинулась, беря моё лицо за подбородок. Большой палец стал поглаживать в этой области.
Я бы сказала, что было приятно, но та ситуация, в которой мы оказались, меня не устраивает.
Нужно пойти в спокойное место, желательно знакомое, и отдохнуть.
— Я никогда не целовал тебя, — он громко сглотнул, вдруг сменив тему на немного щекотливую.
На самом деле, я даже думать не смела о таком повороте.
— Не предпринимал попыток, и не хочу делать этого против твоей воли. Но мне так хочется... Проклятие!
Убрав свои руки от моего лица, Крис быстро отвернулся.
Плечи немного ссутулились, словно под гнётом вины.
Я видела, как ему, действительно тяжело. Он мог бы, насильно взять то, что ему не принадлежит. Но почему-то, заставил себя остановиться.
Это ли не показатель того, что я ищу?
На самом деле, не трудно догадаться, что ему нужна не я, а девушка-призрак из его прошлой жизни. Анабель.
Потому, даже попробуй он поцеловать меня, я отказала бы.
Я подошла к нему и положила руку на его плечо. Немного сжала, тем самым показывая, что я понимаю его и поддерживаю.
Я восхищаюсь им. Прошло столько времени, а он, до сих пор любит её. Несомненно. Любит.
— Скажи, ты хотел бы, чтоб на моем месте, сейчас оказалась она? — задала глупый вопрос, хоть и знала ответ заранее.
Он дернулся и снова повернулся ко мне, а на его лице был написан ужас.
— Что?! — выдохнул поражённый моими выводами. — Господи, Кэтрин! Все что я делаю сейчас, я делаю ради тебя. Тебя. А её давно нет. Я сам видел, как она ушла.
Зачем вспоминать о той, кто предпочёл уйти из жизни ради другого?
Слова смешанные с болью, а лицо выражает мучения, но не убедили меня в его чувствах ко мне.
Все обращено к ней. К той девушке, которую мне не довелось узнать.
Вот значит, как вампир может любить?
Сильно, остервенело, до потери пульса и дыхания, до боли в костях, он несёт это чувство в себе годами, оно сплетается с его телом, мышцами, органами, кожей. Даже мозг поражается, словно от болезни. А может, это и есть болезнь?
Я теряю последние остатки сдержанности и просто поддаюсь слабости, тихо начинаю плакать.
Росс не любит меня. Возможно и не полюбит. В нем нет чувств, даже вполовину тех, как Крис любит Анабель.
Ослабнув от всего, от долгой ходьбы, от обезвоживания и тревог, я стала оседать. Моё тело сдалось.
— Кэтрин! — Крис подхватил меня, сжимая в своих объятиях.
Не дал мне упасть. А я уткнулась в его крепкую, приятно пахнущую грудь, и наверно, впервые за долгое время, расслабилась.
Слезы текли по моим щекам.
— Кэт, что с тобой? Я обидел тебя? — Кристофер стал тревожиться, решив, будто я плачу из-за него.
Глупенький. Хотя нет, он умён, и наверно, моя вина, что я ввела его в заблуждение.
Я поднимаю голову и трясу её, в знак отрицания. Глаза не открываю. Они зажмурены так сильно, что в веках стало покалывать.
Мне стыдно перед Кристофером. Он знает правду.
Я люблю, а меня не любят.
— Прости, прости, — Он прижал меня к себе ещё крепче, опуская свою голову рядом с моей.
Когда его щека коснулась моего плеча, аромат этого вампира заполнил мои ноздри.
— Красотка. Прошу. Не плачь. — Шептал он. И я верила, что ему тревожно за моё состояние.
Кристофер умеет сопереживать.
Значит, вампиры все-таки не бесчувственны.
— Знаешь, я завидую ей... — Снова подняв голову, я открыла глаза.
Глядя на виноватое выражение лица вампира, мне было легко говорить. Признаваться в том, о чем не любила говорить. — Ты так сильно любишь её, что меня даже удивляет.
Теплый шоколад коснулся моего лица своим мягким и немного виноватым взглядом, пытаясь оценить моё состояние. А я злилась на себя, что так легко расклеилась.
Он смотрел, но не пререкался, не прерывал, давая мне возможность высказаться.
— Я завидую... Господи!
Никогда ничему не завидовала, и никому. А ей, завидую!
Сочувственное лицо парня, вдруг стало серьёзным.
— Поплачь, тебе станет легче.
Руки стали поглаживать по моим рукам и плечам, он старался успокоить меня, возможно, таким образом, Крис пытался поддержать меня.
Его просьба вызвала нервный смешок, который тут же сорвался с моих губ.
— Поплакать? О безответной любви? Ты верно — шутишь.
Он был серьёзен, а я, звучала, наверно жалко.
Выпутавшись из его рук, я отошла, стирая влагу со своих щёк.
Казалось, пыль смешалась со слезами, и теперь, наверняка на моем лице остались грязные разводы.
— Кэтрин, ты беременна, не забывай этого.
Женщины становятся эмоциональными во время того, как плод растёт внутри них. Некоторые сильно, остальные чуть слабей.
Меня удивляет его информированность на счёт репродукции женщин, и гляжу на него наверно, немного поражённая, но не стала углубляться в эту тему.
— На самом деле, я завидую Анабель. Она умерла очень давно, и её бы позабыть. Но нет, вы, мальчики, так хорошо помните её, что аж тошно.
Вот честно. Чем она была так хороша? Расскажи!
Я злилась. Но на кого?
— Тебе интересно, я знаю. Но... Может, дело не во мне?
Не поняла значения произнесённых им слов, и даже вновь взглянула в его глаза, стараясь уловить намек в них.
— Возможно, увидев те фотографии, ты, вдруг осознала, что он любил её большего всего на свете.
Удар. Неожиданный. Безжалостный и бездушный. Что кажется, из меня уходит весь воздух.
Но мне становится плохо не от того, что Крис знает правду о том, как я ковырялась в его вещах. Мне больно, потому что он намекает на их чувства. Любовь Анабель и Росса. Она была, несомненно. Теперь я знаю точно, там на фотографиях, он не смог скрыть то, что хотел скрыть от меня.
Тому, что сейчас, меня, словно разрывают изнутри, виноват, вовсе не Крис, — я сама, или судьба, жизнь, возможно Росс, да кто угодно, но не мы.
Во мне происходит резкий эмоциональный взрыв, а за ним истощение, и я сдаюсь.
Дрожь охватывает меня и мое тело.
Больно. А так хочу не ощущать это...
— Т-ты... з-знал?
Он невесело усмехнулся.
— Конечно! Ты забыла, у вампиров отличный слух? — отозвался, поняв о моем вопросе.
— К тому же, я ощущал твоё передвижение. Слышал шелест фотографий, ощутил их запах, стоило тебе коснуться их.
— Ч-что ты м-можешь сказать, в своё оправдание?
Он знал, что я видела те снимки, и молчал!
Почему?
Что он скрывает?
— О чем ты?
Я отошла от него, подальше от его рук, от сочувственного лица, стёрла новые слёзы и постаралась успокоить свои разбушевавшиеся нервы.
Я вдыхала и выдыхала воздух, пока снова не приду в норму.
Отчаянно ловя ртом кислород, я глядела вперёд, на горизонте был виден лишь яркий оранжевый свет.
После того, как немного справилась с собой, взглянула на Кристофера, сердитым, требующим ответов, взглядом.
— Ты снимал их, и должен быть в курсе!
Так, где она? Почему её нет, ни с одним из них?
Я имела в виду Росса или Деймона, ведь только они светились на снимках. Но не стала уточнять, предполагая, что Крис, сам все поймёт.
— Я не знаю, — искренне ответил он. — Когда я увидел тебя в клубе, я решил, что ты — это она, а после того, как мы познакомились, думал, играешь в её игры.
У Анабель была привычка, притворяться той, кем она не является.
Ты сыграла как она, и я решил, что это — её очередные штучки.
Кристофер говорил о ней, стараясь казаться сердитым и злым, но я видела, на самом деле его разрывали чувства. К той, кто не оценил эти самые чувства.
Какой же глупой, была эта Анабель! Ей богу!
— Я убедился, что ты другая, лишь в тот вечер, в отеле. Во время нашего первого ужина.
Понял, ты — добрая, заботливая, вела себя естественно. Не озиралась по сторонам, в поисках врагов. Она бы не смогла так.
— Ты убедился, что я это не она?
— Не сразу. Я сам себя убедил, точнее... у меня появилась новая идея, будто возможно, что Стивен стёр твою память. Ты не помнишь ни себя, ни меня. Возможно... — истерично усмехнувшись, он продолжил говорить. — Я решил, что ты, то есть Анабель, могла хотеть быть со мной, я поверил в свои же иллюзии.
Будто Стивен, мог из ревности, стереть ей память. Представляешь, как я жалок в своих чувствах к ней?
Бог мой! Он признал. И я, не могу сейчас сердиться.
Его глаза смотрели так упрямо, что казалось, сейчас заглядывают в мою душу, и видят меня изнутри.
Возможно, в его словах была правда.
Я бы тоже решила, что я та, кто был запечатлён на тех снимках.
Но отчего-то Росс охладел ко мне.
— Крис, — решившись вновь, я потянулась к нему и тронула за щеку.
Моя ладонь коснулась его, а кожа оказалась немного прохладной.
Вот в чем его секрет! Он не перегревается. Потому, ему не тяжело передвигаться по жаркой пустыне.
— Ты не жалок. Никто не может быть жалок, в своих искренних чувствах. Жалок лишь тот, кто не оценил их и не принял.
Возможно, сейчас я говорила вовсе не об отношениях Анабель и Криса, но их история была такой же странной и непонятной, как и наша с Россом.
Кристофер усмехнулся, невесёлой усмешкой, но продолжал стоять в том же положении.
— Ты другая, Кэтрин. Я вижу разницу.
Я был глуп, решив, что стерев память, можно изменить вампира. Но нет. Я наверно хотел помечтать.
На самом деле, даже не помня нашего прошлого, мы все равно остаёмся теми, кем были изначально.
Теперь я знаю правду.
Прошу, не думай, будто вижу в тебе её.
Я могла бы растеряться, но мысли вились в голове, пытаясь найти ответы.
— А с чего ты решил, что я — это не она? — вдруг, пришла мне идея. — Что, если я, и есть Анабель? — больше не желая думать, я вдруг согласилась рассмотреть все варианты.
Смешно? — Возможно.
У меня нет другой версии, как объяснить наше сходство с умершей девушкой. Которая, кстати, может оказаться вполне живой и дышащей.
— Вдруг ты прав, и мне стёрли память?
Я предположила, как когда-то он. Но мои суждения казались надуманными и наверно, немного глупыми.
Если я — это Анабель, то зачем Росс связался со мной во второй раз?
Или, он любит её так сильно, что для чего-то притворяется, будто она умерла.
— Нет, — Крис, снова жестко усмехнулся. — Ты не она, красотка. И дело, даже не в другом поведении.
Я не увидел тех чувств, что запечатлены на тех снимках, в его глазах. Ты сама сегодня видела.
Стивен разве смотрит на тебя так, как на неё?
После его слов, я почувствовала боль, словно мне дали поддых.
Откуда мне знать, как Росс смотрел на Анабель, если он утверждал, что не любил её.
— И к тому же, возможно память могла стереться, я даже допускаю мысли, что вампир мог измениться, но цвет глаз, он остаётся неизменным, малыш.
У тебя карие глаза и тёплый взгляд, смотришь, словно любишь всех подряд, — он невесело усмехнулся. — А у неё, они были зелеными, с примесью охры. Её взгляд был иным, настороженным и злым, словно все вокруг, только и ждали момента, как причинить ей вред.
Она была взбалмошна, но в то же время острожна. Анабель никогда не могла расслабиться, все время была начеку.
Я вообще не помню, чтобы она улыбалась искренне.
— Когда ты сделал те снимки? — решив сменить ненавистную тему, я заговорила о нем самом.
Если верить тем фотографиям, то получается, что Кристофер следил за братьями Стрейт и за Анабель.
После моего вопроса, Крис задумался.
Возможно он придумывал увертку, или пытался вспомнить, и дать точный ответ.
— На самом деле, я не знаю. Не помню того, как делал их. Я даже забыл о них, пока однажды не пришёл в тот дом, и случайно не обнаружил снова.
Обнаружив эти вещи — женские принадлежности, я даже был поражён. Не помню того, как собирал их. Того, откуда они взялись.
Если Кристофер не лжёт...
Меня посетила неприятная догадка.
— Подожди... ты хочешь сказать, что не помнишь, как делал те снимки, не помнишь того, как их скрыл в том мире?
Он кивнул, подтверждая не радужные мысли.
— Да. Не помню.
— Похоже, тебе очистили память, — сделала я вывод.
— Возможно, нет. Память вампира со временем избавляется...
Я перебила его, поняв о его заблуждении.
— Да-да. Я знаю. Память длиной в века, стирает некоторые детали.
Кое-кто поделился со мной этой информацией..
Но тем фотографиям, что лежат в твоей коробке, всего, около пяти лет, Крис. Ты не мог забыть все это, всего за пять лет.
Он нахмурился.
— Ты уверена, что им не больше пяти лет?
— Да. Конечно. Эти снимки были сделаны на камеру телефона, такие устройства ещё новы в моем мире. Им не больше пяти лет. Плюс или минус два года.
— Но, откуда ты знаешь, что этим снимкам не больше лет?
— Потому что, телефоны с камерой, у нас появились, лишь недавно.
— А у нас, они есть очень давно, — возразил он. — Снимки могли быть сделаны в Хейвен.
С чего ты решила, что они были в твоём мире?
Под словом «они», видимо, Крис подразумевал Росса, Анабель и Деймона.
— Нет, — возразила, не соглашаясь с его мыслями, потому что вспомнила о парке, который был возле дома Сэм.
— Некоторые снимки действительно могли быть сделаны в Хейвен, Крис. Но я видела фотографии, на которых изображён один парк.
Его нет в Хейвен, и даже, нет в другом мире, они сделаны в знакомом мне парке, я сама там бывала. А также, я видела на снимках кладбище Crest Lawn Memorial Park, где похоронены брат и отец, моей подруги Саманты.
— Ты уверена?
Я даже не анализировал, в каких местах они были сняты, решив, что действия происходили в Хейвен.
Я кивнула.
— Также, я узнала свою школьную форму чирлидерш. На одном снимке, Анабель одета в этот самый костюм.
— Тогда, очень странно, что я забыл тот отрезок времени.
Ведь для вампира, пять лет — не срок.
Немного подумав, у Кристофера возникла новая идея.
— В связи с тем, что ты открыла мне, у меня возникло подозрение, что Стивен или Деймон, могли спрятать Анабель в Чандлер.
— Или в другом городе, или штате, или даже, в другой стране, — предположила я.
— Нет-нет! Ты узнала места, значит они побывали именно в Чандлер. К тому же, вы познакомились с ним, именно там. Помнишь?
— Вампиры ведь не стареют?
Он отрицательно покачал головой.
— А вдруг, Анабель выдает себя за школьницу? — посетила меня догадка.
— Тогда, вынужден попросить тебя, помочь мне разобраться с этой ситуацией. К Стивену и Деймону, я не могу обратиться, сама понимаешь, если они скрывают, что Анабель была с ними, после якобы её смерти, ты сама утверждаешь, что тем снимкам не более пяти лет, то вряд ли эти двое воодушевятся тем, что я раскрыл их секрет.
Они не станут рассказывать мне правду.
— Как я могу помочь тебе? Я ведь ничего не знаю о ней. — Не понимая, какова моя роль в этой ситуации, попросила объяснить.
— Ты успела изучить Деймона и Стивена. Знаешь, как воздействовать на них.
— Бог мой, Крис! — возмутилась от его предложения, вновь встретиться с братьями. Он же сам говорил, что такой опрометчивый поступок — опасен. — Ты сам говорил...
— Уоу-уоу! Стой. Не делай преждевременных выводов. Я не предлагал тебе встретиться с ними обоими, а только с Деймоном.
Он охотно расскажет тебе многое.
— Почему ты, так уверен?! — возмущённая его предложением, смотрела в его глаза. А моя гримаса, наверняка передавала мои эмоции.
— Не намекаешь ли ты, что я должна флиртовать с Деймоном?
— Эм... Помнишь те снимки, где ты успела заметить, его скрытые чувства к Анабель? — отошел он от моего вопроса.
— Ну и?!..
Моё возмущение росло, с каждой секундой.
Я не была из терпеливых, несмотря на заблуждение окружающих меня людей.
— Точно также, он смотрит на тебя, Кэтрин.
Деймон влюблён в тебя.
Его слова заставили меня замереть. Но спустя секунды, от его предположения, с моих уст сорвался истеричный смешок. Я даже стала посмеиваться, решив, что таким образом, он шутит.
Невзирая на мои мысли, я заметила, что Крис, говорил серьезно.
— Я думаю, мне самому стоит поговорить со Стивеном, а в это время, ты поболтай с сероглазым. Кто-то из них должен проговориться.
— А что ты скажешь Россу? Он же был зол, ты сам сказал, — напомнила ему его же слова.
— Я буду действовать по-умному, — заявил он самодовольно. — Вначале, заговорю с ним о наших разногласиях, касаемо Анабель.
Об этом дерьме, что засосало нас.
Я молчу, так как не знаю, стоит ли вообще, что-то говорить ему в ответ.
Тихо перевариваю ту нелепость, что он сказал про Деймона и меня.
Он не мог любить меня. Не мог.
— Пойми, — Крис резко развернулся, слегка меня напугав. — Мне тоже нелегко. Я ведь думал, что Анабель предпочла Стивена, а он выкинул её, как ненужную вещь.
В действительности, правда может оказаться намного страшней.
Страдание написаное на его лице, не было поддельным. В этом я готова поклясться.
— Ты боишься, что он любил её, но ради чего-то отказался? — Меня такая правда, тоже не устраивала. И если честно, очень боюсь того, что Анабель может оказаться жива.
— Теперь, даже не знаю, кто из вас, любил её больше, — произнесла задумчиво, сама не задумываясь, что говорю.
Я не хотела расстраивать Кристофера ещё больше. Но, кажется, причинила ему боль.
— Вот и выясним! — коротко объявил он. — Если выясним, что она жива... — он запнулся, не находя слов, которые объяснили бы поступок Росса.
— Мы выясним, что Росс готов на все, лишь бы защитить её. — Договорила за него.
Как ни странно, я говорила ровно.
— Ведь всем известно, что Росс поступает всегда, только правильно. И заставить его сделать неправильный поступок, неподвластно никому, ведь так? Он даже родного брата, готов отдать под трибунал, в силу своих предубеждений. Его помощь ей — докажет, что он любит её.
— Трибунал — это суд над воинами, Кэт. А насколько мне известно, Деймон не является воином тьмы — вот уже много лет.
— Воином тьмы?! — услышав новый термин, я заинтересовалась им. А ещё, это был повод отвлечься от ненавистной мне мысли.
Крис снова усмехнулся. Оглядев местность, нашёл большой и жёлтый камень, точнее, это даже не камень, а кусок скалы, подошёл к нему и сел.
— Так ты, ещё не всё знаешь о них?!
Кристофер продолжал говорить, насмехаясь надо мной, но не со злым умыслом.
Он сидел на жаре так непринуждённо, что я, даже позавидовала ему. А тем временем, пока я злилась, он продолжил говорить.
— Воины тьмы — это самые сильные представители наших рас, так сказать, гении природы. Они наделены особыми качествами и обладают силами, с которыми гражданские вампиры не справятся. Их, с детства отдают на воспитание учителям, мастер — мы так называем их.
— Мы?!
Следовательно, ты тоже был на таком воспитании?
— Недолгое время, — отозвался Кристофер. — Пока мои родители не узнали, что тем самым, обличают себя во лжи. Ведь у превращённых вампиров, не мог родиться такой, как я.
— Тогда ты понял, что от тебя скрывали правду?
— Как ни странно, но нет. В том возрасте я не был любознательным, и мало что замечал. А вот Стивен, оказался слишком внимательным. Вначале, он стал выяснять со мной отношения, — рассказывая о маленьком Россе, на лице Кристофера появилась улыбка. — Стал требовать, чтоб я открыл, кто мои настоящие родители. Заявлял, что я, не мог унаследовать силы от обычных людей. Как ты знаешь, превращённые, всегда были ниже на ступени, чем рождённые.
Несмотря на питание кровью, их не считают вампирами.
— А как вы подружились?
На миг, Крис задумался, а лицо стало таким вдумчивым, словно он вернулся в своё далекое прошлое.
— Я рассказал Стивену о своей семье, о себе, о своих странных способностях.
А он, стал требовать, чтоб я скрывал правду ото всех. Приказал уйти из того учебного центра. Требовал, чтоб я сообщил своему мастеру, о своём отказе от обучения.
— Вас обучали особым видам сил?
— Нас обучали всему: владению сил, управлению стихий, чтению химии, управлению оружием, нас готовили быть стражами, защитниками нашего мира. Воины тьмы — это особая сила верховных вампиров. К их помощи прибегают в случаях крайней необходимости.
— Они существуют до сих пор?
— Да. Но ни я, ни Деймон, больше не состоим в этом легионе.
Я ушёл ещё подростком, в возрасте двенадцати лет, Деймон — намного позже.
Стивен оставался с ними дольше, боролся со своей яростью. Учился контролировать себя. Подавлял гнев и зверя внутри себя. Но в процессе обучения, в дальних городах произошёл какой-то переворот
воинов позвали на войну, а учения приостановили на время.
Стивен тогда, тоже ушёл, и больше не возвращался к ним.
— Так эта организация, до сих пор существует? И почему «Воины тьмы», а например не «света»?
— Не знаю, существует ли она до сих пор. Но скорее всего да.
Информация о них, скрытная, и ты в курсе до тех пор, пока сам связан с ними.
Я ушёл и оборвал все связи.
Почему «воины тьмы»? Думаю, что ты знаешь историю о том, как превращённые вампиры слабнут от слишком длинной цепочки превращения. То есть, если тебя создал тот вампир, кто сам обращён, то, ты находишься ещё дальше от генов рас. В тебе остаются только человеческие гены, чем длинней цепочка обращённых, тем меньше связи с самым первым создателем, а наша кровь, становится для человека не даром, а болезнью.
Укус превращает человека в нечто похожего на зомби, то есть, человек заражается вирусом содержащимся в крови обращённого, он делает его сильней, потому что тот, больше не сдерживается в силу отсутствия эмоций.
Вирус делает существо голодным, его организм начинает требовать крови, тело отмирает, принимая болезненный и бледный вид. Со временем, вены проступают через прозрачную кожу, выделяясь синими ветками. Человек перестаёт быть собой, он больше не тот, кого знали его родные.
Сознание умирает, заменяя собой инстинктами выживания, на месте бывшего человека остаётся бездушное и безжалостное существо. Монстр.
Потому, высшими был установлен запрет на превращения.
— И он начинает бояться солнца! — вспомнив, как Росс рассказывал мне об этом, ещё в самом начале нашего пути в Хейвен, я сделала выводы.
Тогда, я мало что знала о вампирах. А сейчас, многое понимаю.
— Да. Он больше не может появляться на солнце, а люди из ваших миров, считают вампиров демонами ночи.
Тот легион, был создан для борьбы с такими существами.
— Не понимаю, зачем нужно с ними бороться? Нужно просто прекратить превращение людей.
Кристофер смотрел на меня таким взглядом, словно я сказала глупость.
— Пойми, невозможно контролировать всех обращённых. Желая создать себе армию, они идут на этот шаг, не заботясь о последствиях.
Таких вампиров очень много.
— Вот потому, ваши и наложили тот запрет, — теперь я все поняла.
Теперь я понимала, почему Рассел старший выступил против отношений Камеллии и его старшего сына. Он не хотел создавать бездушного монстра.
Но в то же время, я понимаю, что им нужно было, всего лишь отследить древо жизни, рода Де Лаус.
Возможно, её ребёнок не стал бы монстром. Ведь она сама, осталась человеком, несмотря на обращение.
— Да. Ты права.
Высшие нашего мира, всегда думали о человечестве, и старались защищать их. Те монстры были заразой, их укус мог распространить инфекцию и истребить весь род человеческий. В мирах остались бы, только рождённые настоящие вампиры. А им было бы скучно, оставаться одним, в целой вселенной.
— А демонов ночи, как я понимаю, им не стоит бояться?
Теперь я понимаю, почему они получили такое название.
Крис кивнул.
— Вам знакомы только такие вампиры. Только они не думают скрываться и выходят на улицы вашего мира по ночам.
И неважно, что они пугают жителей, что могут свести кого-то с ума, потому что в большинстве, у вас находятся лишь обращенные. Оттуда и пошло название «демон ночи».
К сожалению этот термин применяют и к нам, не различая нас. Люди не знают правду.
Создавая новых, однажды, обращенные создали монстров, о которых вам стало известно.
И лишь благодаря организации, их отслеживали годами и истребляли.
— Нет. Люди ничего не знают, — возразила я.
— Это случилось до твоего рождения, Кэт.
— То есть, организация все скрыла?
— Свидетелям могли очистить память. Монстров убить.
— А эта организация, до сих пор выпускает учеников, и что с ними становится?
— Они продолжают жить, обычной жизнью, но всегда остаются солдатами, ожидая того, что из призовут.
Они скрывают своё предназначение.
— Значит, Росс тоже не дошёл до конца?
— Нет. Я знаю лишь одно имя, из тех, кто учился с нами в те времена.
Мальчика звали Марсель.
Позже я узнал, что только он дошёл до конца и с отличием, окончил военное дело.
Древний сын, расы Гардол.
— Марсель? Хм! Красивое имя.
— Его ещё называли — Миккель.
— Гардол — это ещё один род? Я слышала, что рас было всего пять. Точнее... э... шесть.
— На самом деле, так говорят.
Будто рас было всего шесть, но откуда тогда взялись ликантропы? Ты не думала, что высшие, о чем-то не договаривают?
Есть столько миров и галактик, неужели, ты думаешь, что только те шесть рас, могли быть первыми?
— У тебя другое мнение, ведь так?
Он кивнул.
— Я думаю, рас было немного больше, и не все они были вампирами.
— Поделишься своими мыслями?
— Я думаю, вампиры, ликантропы, ведьмы, эльфы, феи и гардолы, были созданы в одно и то же время.
— Эльфы и феи?! — усмехнулась я. — Крис, это уже сказки.
Он взглянул на меня серьезно.
— Когда-то, ты и вампиров считала выдумкой.
Он был прав. Если я никогда не встречала этих существ, это ещё не значило, что их нет.
— Вернемся к Анабель. Ты искал её. Но откуда у тебя появилось подозрение, что она может быть жива?
Он задумался.
— На самом деле, я думал, что у нас с ней есть особая связь. Невидимая нить, связывающая наши души. Я ощущал её, ощущал её энергию.
— После её смерти?
Он кивнул.
— Я ощущаю это снова.
— Так почему ты не боролся за нее раньше? Если бы ты искал её, возможно вы, уже давно разобрались бы во всем.
Крис посмотрел на меня строгим взглядом.
— Бороться?! С чем? С её чувствами?
Она вбила себе в голову, что должна получить Росса Стивена Стрейт, стоило ей увидеть его, на одной вечеринке.
Что я мог сделать?! Скажи! Отговорить её не идти к нему? Обратить своё внимание на меня?!
Она не была простой девушкой, как ты. С Анабель, всегда было сложно.
— Знаешь, я заметила одну особенность.
Ты много знаешь, но мало пользуешься этой информацией.