40 часть.
Я проснулась с ужасной головной болью и со звоном в ушах.
Вспоминая, что произошло вчера, я не помню, как оказалась дома.
Последнее, что я помню, это то, что я звонила Серову и просила его приехать.
Надеюсь, что я не наговорила ничего плохого ему...
Внезапно в комнату зашёл Серов.
Без единого слова он поставил на тумбу стакан с водой и положил таблетку. Также без слов он вышел, закрыв за собой дверь.
Видимо, все-таки ляпнула что-то не то...
Либо мне померещилось, что могло быть, либо же у Серова была перебинтована рука?
Но думать с такой болью не было сил. Я мысленно поблагодарила Серова и выпила таблетку.
Когда я встала с кровати, мир немного пошатнулся.
Выйдя из комнаты, я спустилась в ванную. Открыв дверь, я увидела, что на полу были разбросаны все баночки и все, что когда-то стояло на полке.
Что тут было за землетрясение?
Собрав все с пола, я умылась и прошла на кухню.
Серов сидел за столом и пил кофе.
- доброе утро, - сказала я, стоя в дверях.
Серов глянул на меня буквально на пару секунд и снова опустил взгляд.
- что произошло в ванной?, - спросила я, глядя на Серова.
Но Роман Романович молчал.
- я что-то вам вчера сказала не то?, - спросила я, садясь напротив Романа Романовича.
Но Роман Романович не смотрел на меня.
Он зол? Видимо, очень зол.
- извините, пожалуйста, - проговорила я, опуская взгляд в пол.
- за что?, - хриплым голосом спросил Серов, глядя на меня.
- за то... что я натворила, - ответила я, не поднимая взгляд.
Как-будто я провинилась, и передомной стоит мама и отчитывает меня....
- понравилось целоваться с Артёмом?, - внезапно спросил Серов.
Чего..?
- ч..что?, - спросила я в непонимании, глядя на Романа Романовича.
- Давыдова, не прикидывайся дурочкой, - сказал Серов, истерически хмыкнув.
- но я... не помню, ничего. Последнее воспоминание, это разговор с вами по телефону.., - ответила я.
- тогда объясни мне сейчас, Давыдова. Как ты прокомментируешь ваш с ним поцелуй?, - спросил Серов, глядя мне в глаза.
- я...я.., - мямлила я.
- я тебе звонил и спрашивал, пьяна-ли ты. Ты мне солгала. Снова. Теперь объясняйся, - сказал Серов.
- я хотела уйти ещё раньше, но Егор предложил..., - я замолчала.
- Егор предложил выпить, и ты не смогла сказать "нет"?, - спросил с насмешкой Серов.
- ну получается так.., - протянула я, опуская голову.
- дальше, - сухо произнёс Роман Романович.
- мы танцевали, разговаривали. Потом я позвонила вам... и все, - ответила я.
Серов шумно выдохнул, потирая переносицу.
Я заметила перебинтованную руку.
- что с вашей рукой?, - спросила я осторожно.
- ничего, - ответил Роман Романович.
- это вы из-за..?
- из-за чего?, перебил меня Серов, впиваясь в меня взглядом.
- из-за меня и Артёма?, - спросила осторожно я.
- бред, - сухо ответит Серов.
- тогда из-за чего?, - спросила я, глядя на Серова.
- тебя это не касается, Давыдова, - ответил Серов.
- я же волнуюсь, Роман Романович, - сказала я.
- надо было волноваться, Давыдова, когда ты решила целоваться с Дроздовым, - ответил на взводе Серов.
- но я не...
- это не ты, это все Дроздов! Конечно! Зачем тебе голова, Давыдова, если ты ей не умудрилась даже подумать?!, - кричал Роман Романович.
Серов резко встал из-за стола и поднялся к себе в комнату.
И вот я осталась одна. Ощущение, что я снова потеряла все... Из-за собственного непонимания.
Я вообще не понимаю Серова. Что он так взбесился-то? Но ему в любом случае нужно, видимо, побыть одному.
Но время шло, а Серов все не спускался.
Я аккуратно поднялась по лестнице и постучалась в комнату.
Тишина...
Я приоткрыла дверь и увидела Серова, оперевшегося об кровать.
Я села рядом.
Я не стала нарушать тишину. Не стала нарушать его размышления. Я просто ждала. Ждала, когда он скажет хоть слово.
- я вижу себя пару лет назад, когда смотрю на тебя..., - сказал тихо Серов, залипая в одну точку.
Себя..?
- я совершил очень глупую ошибку: рассказал то, о чем следовало бы молчать.., - проговорил Серов.
Он винит себя...
- в пятилетнем возрасте я... увидел маму с каким-то мужиком. В нашем доме. На нашей кухне. Позже я узнал, что она изменила моему отцу, - сказал Роман Романович, опустив голову.
Поэтому его задела та ситуация...
Я положила ладонь на плечо Серова.
- если бы я умолчал об этом... А ведь я просто спросил у мамы, что это был за мужчина... А отец... он выгнал её, насовсем..., - проговорил Серов, с чуть подрагивавшим голосом.
- вы не знали, что тогда было бы лучше. Вы поступили так, как считали правильным, - сказала я, глядя на Серова.
- я не думал, что все кончится так.., - ответил Серов, зарываясь пальцами в волосы.
- посмотрите на меня.., - проговорила я, потянув Серова за локоть.
Роман Романович поднял на меня свои прекрасные темно-голубые глаза. Но сейчас они были больше темно-синие, нежели голубые. С отчётливо видневшимися красными радужками.
Я взяла Серова за руку и сплела наши пальцы.
- вы не виноваты в том, что ваш маленький внутренний ребёнок посчитал, что сказать, даже не сказать, а просто спросить вопрос - это неправильно. Вы действовали не разумом, а детским интересом, - сказала я, слегка поглаживая кисть Серова.
- но, если бы...
- без если бы, Роман Романович! Простите, конечно, за такие слова, но с другой стороны, вы бы не узнали, что ваша мама изменяла вашему отцу. Тут смотря с какой стороны посмотреть, - перебила я.
Серов замолчал. Он больше не говорил ни слова.
Видимо, Роман Романович успокоился. Это было заметно по его плавным, слегка замедленным действиям.
- не сиди на полу, Лиз, - сказал Серов, поднимая меня и усаживая на кровать.
Серов сел рядом и, уже сам, снова сплел наши пальцы. Он несколько минут молча сидел и гладил мою кисть.
Словно очнувшись из небытия, Серов одернул руки.
- прости.., - протянул Роман Романович, отворачиваясь.
- вам лучше?, - спросила я.
- лучше, - ответил Серов.
Я потянулась, чтобы осмотреть его руку, которая была перебинтована.
Серов не сопротивлялся.
Я осторожно размотала бинт и оценила вред, нанесённый кисти.
- зачем вы так, Роман Романович?, - спросила я, касаясь раскровавленой кисти.
- я... был не в себе, - ответил Серов, корча лицо от моих касаний.
- сильно больно?, - спросила я, глядя на Серова.
- нет, - ответил Серов, улыбаясь.
- не обманывайте, Роман Романович, - сказала я.
- давай на "ты"? А-то я чувствую себя старше своих лет, когда ко мне обращаются на "вы", - сказал Роман Романович, улыбаясь.
- хорошо, - ответила я, ухмыльнувшись.
Серов довольно улыбнулся.
- где у тебя перекись?, - спросила я, глядя на Серова.
- в тумбочке, возле кровати, - ответил Роман Романович.
Я кивнула. Когда я хотела встать с кровати, чтобы взять перекись, дабы обработать руку, Роман Романович придержал меня за кисть.
- что такое?, - спросила я, поднимая брови.
Но Серов, ничего не ответив, заправил прядь выбившихся волос за ухо. Он мило улыбнулся, разглядывая меня.
- ты меня смущаешь.., - ответила я, улыбаясь.
- ты такая красивая, когда смущаешься, - сказал Роман Романович.
- перестань.., - ответила я, краснея.
- раньше ты бы огрызнулась. Время меняет людей, не так-ли?, - спросил Серов, явно с двойным подтекстом.
- возможно, - ответила я, пожав плечами.
Серов потянулся ко мне.
Я почувствовала, как воздух сузился, и его стало меньше.
Придвинувшись ко мне, Серов замер.
Ну, чего ты ждёшь?
Дыхание участилось, а сердце начало бешено биться. Не только у меня одной.
Серов загадочно ухмыльнулся.
- я могу тебя поцеловать?, - прошептал Серов, глядя мне в глаза.
Расстояние между нами было в пару миллиметров.
И он ещё спрашивает?
- да.., - прошептала я, глядя Серову в глаза.
Довольно улыбнувшись, Роман Романович приблизился в плотную: так, что между нашими губами не было ни одного атома.
Лёгкое касание мягких губ Серова обожгло кожу.
Роман Романович коснулся моего лица и слегка приподнял его.
Чуть более настойчивым касанием губ, Серов обозначил свою позицию и свои требования.
Я посмеялась.
Серов отстранился на пару миллиметров.
- что-то смешное?, - спросил Рома, заглядывая мне в глаза.
- ты, - ответила я.
Теперь была моя очередь проявлять инициативу.
Я коснулась губ Ромы.
Такие приятные и мягкие...
Рома аккуратно положил свои ладошки мне на талию. Аккуратно, но настойчиво Серов притянул меня чуть ближе к себе.
Я коснулась его лица. Провела пальцами по его скулам и завела руки за шею, сцепив их.
Серов настойчивее сжал мою талию, чуть покусывая мою нижнюю губу.
Я в ответ укусила верхнюю губу Ромы. Поцеловала чуть сильнее.
Наше дыхание переросло воедино.
Издав довольный вздох, Рома отстранился, хватая воздух, но руки не убрал.
- если мы сейчас не прекратим, то я могу нарушить закон, - ответил Серов, довольно улыбаясь.
Я рассмеялась.
- вы его уже, частично, нарушили, - сказала я, отдышавшись.
- вот и нет: ты дала на это согласие, - ответил Рома с улыбкой.
- а как же согласие на "неприкосновенность"?, - я спросила, указывая на руки Ромы, которые лежали на моей талии.
- на это тоже нужно согласие?, - с наигранным удивлением спросил Рома.
- конечно!, - ответила я с улыбкой.
Рома расхохотался. Весело и мило, прямо как маленький ребёнок.