Скажи: "Я люблю тебя"
Au-частично изменённая история (несовпадение возрастов некоторых персонажей).
~
Посмотрев друг другу в глаза, люди поняли страшное. Они никогда не говорили, что любят друг друга.
Будучи знаменитым Копирующим Ниндзя, у Какаши не было много свободного времени. Будучи человеком с травмой, он не мог позволить себе просто так взять и вступить в отношения. Он боялся, что они закончатся плачевно. Но нет, не для него, а для его партнёра...
Но потом появился маленький лучик света. Вы. Дальняя родственница клана Инузука, занимающаяся воспитанием детей и щенков. Технически безобидная гражданская, которая примечательная разве что красными метками на щеках.
Но Какаши влюбился. Он влюбился полностью. Не сразу, конечно же. Прошло долгое время, прежде чем он даже заговорил с вами.
Его нинкены не часто болели, но Хатаке слишком заботился о «своих детишках», а потому водил их на плановый медосмотр к Хане, которая была молода и набиралась опыта, а Какаши был не против помочь ей, тем более если она работала под командованием старших.
Псы ворчали, говоря, что вполне хорошо себя чувствуют, но Какаши настаивал. Он знал, что Инузука позаботится о них, и нинкены вернутся домой наглаженные и довольные.
Недавно Паккун слегка повредил лапу во время миссии. Хана быстро справилась с проблемой, но мопсу пришлось остаться у неё. Вскоре подошёл момент планового осмотра, и Какаши, решив также навестить Паккуна, отправился со своими псами в сторону владений клана.
АНБУ остался сидеть на скамейке, ожидая, когда ему разрешат встретиться с самым маленьким нинкеном.
И вдруг в дом входите вы, держа на руках спящего Кибу. Мальчик фыркает во сне, его нинкен лежит в вашем капюшоне. Вы даже не обращаете внимания на Какаши, стараясь не разбудить ребёнка, идя в сторону спальни. Деревянный пол немного скрипит под вашими ногами, но это только убаюкивает Инузуку.
Какаши проводит маленькую фигурку взглядом. Затем посмотрел на вышедшую Хану. Она попросила следовать за собой, в небольшую комнатку, где разместился Паккун и ещё несколько больных собак.
–Он довольно быстро идёт на поправку, но не советую забирать его домой сейчас. Можете посещать его, когда захотите, но советую предупредить сначала. Мама... может быть недовольна.
Какаши кивнул и ушёл, забрав своих собак. (Оставив Паккуну немного лакомств напоследок, конечно).
Когда он вернулся в следующий раз, то увидел, что возле его нинкена уже кто-то сидит. И это не Хана или её сенсей. Он вспомнил, что видел эту девушку, когда в первый раз пришёл посетить Паккуна. Хатаке напрягся, но, увидев довольное лицо мопса, тут же расслабился.
Куноичи – а АНБУ полагал, что она куноичи, раз входит в клан Инузука – аккуратно гладила развалившегося лапками кверху пса. Рядом лежали две большие тарелки, на которых были остатки от собачьих лакомств. Практически все собаки счастливо сопели во сне, отдыхая после еды, но Паккун всегда выделялся из толпы.
Какаши тихо подошёл к куноичи, думая, что она его уже давно заметила. Вдруг девушка начала быстро дышать, а потом развернулась с испуганными глазами, чуть не закричав, увидев АНБУ. (Остановило её только то, что все пушистики спали, и не хотелось бы их будить). Она вдруг подняла руки вверх, потея, и проговорила:
–Я н-не совершала никаких преступлений против Конохи, но всё равно заранее сдаюсь!
Какаши моргнул и остановился. Давали ли ему каких-то миссий недавно? Что говорил Хокаге на собрании? Пока Хатаке думал, Паккун перевернулся на живот и проворчал:
–Вечно ты умеешь испортить всё удовольствие, Какаши. Не бойтесь, это просто мой хозяин-придурок.
–Паккун! – Хатаке сложил руки на груди и выжидающе посмотрел на пса, желая, чтобы он извинился за свои слова.
–Я просто говорю правду, – спокойно ответил мопс, ковыляя вперёд и опускаясь на ваши колени. Вы медленно убрали руки и начали вновь гладить нинкена.
–П-прошу простить меня за то, что я помешала вам встретиться с нинкеном. Просто я заносила корм и слишком увлеклась поглаживанием пациентов Ханы-чан.
Какаши кивнул, медленно проходя вперёд, так как вы всё ещё немного побаивались его. Никогда не видела АНБУ так близко... Хатаке присел и тоже погладил Паккуна, но теперь по голове. Пёс закрыл глаза и некоторое время просто отдыхал, пока не решил посмотреть на Какаши.
АНБУ был подозрительно сосредоточен на глажке. Нинкен прищурился, наблюдая, как взгляд Хатаке, недвижимый со стороны, внимательно следит за гражданской. Мопс знал это поведение. Анализ чакры, ауры, действий и силы противника. Иногда Какаши удавалось даже банально предсказать мотив противника, понять, почему он поступает так или иначе.
Паккуну почему-то не понравилось, что вас рассматривали в качестве возможного противника. Может быть, потому что в таком случае вы не сможете гладить нинкена слишком долго, так как всё закончится плачевно? То есть Какаши опять ляпнет глупость и уйдёт.
–(В/И)-са-ан! – вдруг услышали вы голос Ханы. – Мама ищет вас!
–Боюсь, мне пора, – вы едва заметно улыбнулись АНБУ. – До свидания... Какаши-сан.
Вы вышли, оставив хозяина и пса сидеть в комнате одних. Как оказалось, Цуме нужна была помощь в выборе средства против блох для нинкена сына и самого Кибы, и вы с радостью поможете ей.
В следующий раз, когда АНБУ окончательно пришёл забрать здорового нинкена, он увидел, как вы снова тискаете его. Паккун был вполне доволен, и шиноби решил не прерывать сие действие.
Пообщавшись с Ханой и узнав все рекомендации, Какаши пошёл забирать своего нинкена. Судя по глазам двух существ, оба были не рады такому повороту. Вы опустили мопса и медленно поднялись, а потом поклонились и сложили руки, словно молитесь.
–Позволите принести Паккуну небольшой подарок?
Хатаке кивнул. Если это игрушка для собак или что-то в этом роде... Мне жаль тебя, Инузука. Но нет, вы притащили немного корма в мешочке. Улыбнувшись виляющему хвостом Паккуну, вы проводили гостей до двери и попрощались с ними от имени клана.
Когда АНБУ приблизился к дому, нинкен ехидно протянул:
–Она тебе понравилась, не так ли?
–Не говори глупостей. К тому же она куноичи, у неё есть дела поважнее, чем приём моего внимания.
–А, она гражданская. Б, у тебя вспотели ладони.
Какаши опустил взгляд на голые из-за отсутствия перчаток руки. (Ему должны были выдать новые к следующей миссии, так как те совершенно потрепались в прошлый раз). На мешке, который он держал одной рукой, было пятно от пота.
–Сегодня жарко, – парировал Какаши.
–Или ты пытаешься найти оправдание следующей вашей встрече.
–Я не собираюсь общаться с этой Инузукой, – Паккун мог поклясться, что Хатаке звучал как маленький обиженный мальчик, который поссорился на площадке с девочкой из-за совочка и ведёрка.
Нинкен лишь ускорился, зная правду и не собираясь её доказывать... До поры до времени.
*+*
Какаши не знал, что занесло его в парк. Он просто словил себя на том, что стоит посередине дорожки, окружённый деревьями и кустами. АНБУ хотел вернуться домой, но вдруг его ушей достиг детский смех.
Хатаке никогда не думал о детях и о том, чтобы завести семью. Он боялся этого, а потому заверил себя, что просто не хочет ни того, ни другого. Но что-то всё равно потащило шиноби в сторону детского смеха.
Какаши был... ошарашен. Первая его мысль была о том, что вы мать одиночка, спящая много, очень много раз с разными мужчинами. Вот только вы были слишком молоды для этого. К тому же среди детей он увидел Саске и Наруто... э-э?!
Небольшое количество ребятишек шло за вами ручейком, сзади за ними следила небольшая собачка. Какаши внимательно наблюдал за происходящим.
–(В/И)-са-ан, когда мы уже придём? – захныкал Наруто, оглядываясь по сторонам.
–Нужно выбрать подходящее место, лисёнок. Ты ведь не хочешь, чтобы тебе напекло голову, так?
–Я в шляпке! – он придавил ближе к голове головной убор в виде лягушки. Вы засмеялись.
–Но это ведь не значит, что она случайно не слетит с твоего головы, как в прошлый раз.
Узумаки надулся и продолжил брести за вами.
АНБУ забрался на дерево и стал тихо перемещаться по веткам, следя за людьми. Как только они добрались до подходящего места, вы расстелили большой плед и стали раскладывать еду. Некоторые из пришедших с вами стали гладить собаку, другие присели отдохнуть под тенёк, а остальные раскрыли свои ранцы и достали игрушки и даже книжки.
У Какаши что-то ёкнуло в сердце. То, как вы заботились об этих детях: помогали им, когда они падали, залечивали повреждённый колени, гладили по голове и обнимали, следили, чтобы всем было весело и интересно – заставляло что-то внутри сжиматься от боли. У него не было такого детства...
Хатаке опустил глаза, и его лицо покрылось тенью. АНБУ встал и ушёл отсюда, только бы не видеть эту картину. Но она всё равно предстала перед ним, когда он вернулся в свою квартиру, где единственными, кто хоть как-то оживлял атмосферу, были нинкены...
*+*
Какаши не знал, почему пришёл в этот парк снова. И за день до этого. И за день до того дня. И за день до того дня до того дня...
Вдруг нос АНБУ уловил знакомый запах. Он повернул голову и увидел, что на другой стороне небольшой площадки стоял маленький Саске, уверенно держащий поводок собаки, и рядом вы, поправляющая шляпку на голове немного недовольного таким исходом событий Учихи.
Что-то снова ёкнуло в сердце Хатаке. Болезненно-приятное. АНБУ скрылся в тени деревьев, наблюдая за тем, как люди за ручку прогуливаются по парку. Учиха выглядел немного грустным, но не несчастным.
–Хочешь передохнуть? – вдруг услышал Какаши, который в своём скрытном состоянии не мог полностью наблюдать за людьми.
–Мы прошли всего пару километров.
–Но солнце так сильно светит... – вы подняли голову и тут же закрыли глаза рукой-козырьком. Шляпа на вашей голове не особо помогала. – Попей хотя бы воды. Нельзя доводить себя до обезвоживания, Саске-кун.
Вы полезли в сумку, чтобы достать необходимое. Мальчик терпеливо стоял на месте, наблюдая, как животное обнюхивает и слюнявит всё, что только может.
Вдруг собака, которая, очевидно, что-то унюхала, помчалась к дереву, заставляя Учиху закричать от неожиданности. Мальчик почти упал, споткнувшись, но вы успели его поймать, чуть не разлив всю воду из открытой бутылки, вот только Саске отпустил поводок.
Видя, что собака направляется к нему, Какаши вскочил на ветку дерева. Вскоре животное подняло голову и стало дико лаять.
–Крыло! – вы рыкнули, прижимая Учиху к себе рукой. Затем опустили на него взгляд. – Ты не пострадал? – мальчик отрицательно покачал головой. Тогда вы вернулись к питомцу, всё ещё прижимая Саске к себе. – Крыло, живо прекрати! Ты пугаешь людей!
Но собака – точнее пёс – продолжала безумно лаять. Тогда вы отпустили Учиху и прошли прямо к питомцу, схватили того подмышки и пошли к мальчику.
–Неужели ты увидел там белку, малыш? Поверь, это не та добыча, из-за которой стоит так нервничать. Саске-кун, пойдём дальше. Может быть, если мы отойдём подальше, мой энергичный комок шерсти забудет о грызуне.
АНБУ провожал людей взглядом. Он на секунду остановился на маленькой ладони в большей, а затем застонал. Ему просто не нужно себя больше искушать и провоцировать...
Как же это сложно! Прошло три недели, а Хатаке просто не мог себя сдерживать.
Ему так хотелось посмотреть, как вы общаетесь с детьми. Как вы терпеливо и с любовью и нежностью, будто это ваши собственный отпрыски, следите за ними. В такие моменты Какаши казалось, будто он тоже часть этой небольшой, но счастливой «семьи».
Гуляя в очередной раз в парке – что хорошо сказалось на его нервах – Хатаке увидел, что вы гуляете одни. Нервничая, он хотел убежать, но вы заметили его, поэтому Какаши застыл на месте, пытаясь притвориться деревом, но у него ничего не получилось.
Видя, что шиноби застыл, вы нерешительно прошли к нему, чтобы узнать, не получил ли он солнечный удар.
–Эм-м... С вами всё в порядке? – наконец поинтересовались вы, пока Крыло недовольно рычал. Вы грозно посмотрели на животное, оно сделало глупые глазки и разъехалось лапками, ложась на пол, высунув язык и быстро дыша.
Какаши закрыл глаза, надеясь, что вы просто исчезнете. Но вы этого не сделали. Вместо этого вы схватили АНБУ и повели его в тенёк.
Щёки Хатаке горели от контакта. Наконец шиноби открыл глаза, смотря поверх вас, так как боялся посмотреть в чужие очи.
–Со мной всё в порядке. Я просто задумался. Я не хотел вас пугать.
–Вы уверены? Не хотите немного воды? Она ещё холодная после холодильника, – и вы стали рыться в сумке.
Какаши не знал, как спросить. Он безумно хотел узнать, кто вы всем тем детям, но просто не мог заставить язык шевелиться.
В итоге АНБУ сглотнул и произнёс, когда вы подняли на него глаза и протянули воду:
–Пару раз я видел вас, гуляющую в парке с детьми. Могу ли я узнать, почему сейчас вы одна?
–О, – вы были удивлены, что кому-то было не всё равно. Тем более АНБУ. – Сегодня я отвела Крыло к Хане-чан, чтобы она его осмотрела. Я попросила заместить меня на сегодняшний день. Так как мне было нечем заняться, я подумала, что Крыло заслужил дополнительную прогулку за всё то, что он пережил, – вы опустили взгляд и улыбнулись псу.
–Вы работаете няней? – сердце Какаши быстро стучало в груди. Он не мог его контролировать, как бы не пытался.
–Что-то в этом роде... Я забочусь о детях умерших шиноби, – Хатаке стало немного больнее. – Слежу за ними, воспитываю, обучаю письму и чтению. Если они захотят пойти по стопам родителей, то уже будут иметь начальные навыки для обучения в академии. Если нет, то им просто будет проще учиться в дальнейшем.
–Вы будете следить за ними до их совершеннолетия?
–К сожалению, нет, – Крыло двинулся вперёд, и вы тоже стали медленно следовать за ним. Какаши решил составить вам компанию, продолжив диалог. Вы вздохнули. – Как только они решат пойти в академию, они становятся заботой Хокаге. Если до двенадцати лет они не надумают стать шиноби, то их отправят в детский дом. Конечно, я говорю только о тех детях, у которых совсем не осталось родственников.
Какаши чувствовал, что сейчас заплачет. Будь у него такой человек, когда его отец умер... каким бы был Хатаке сейчас?
–Я думал, вы куноичи, – пробормотал Какаши, глядя себе под ноги.
–Пф, боюсь, это точно не относится ко мне. Я слишком плоха в драках, – вы дёрнули плечами. – Пусть я и из клана Инузука, но всё ещё вряд ли представляю какую-то пользу на поле боя. Разве только смогу понять, сколько дней назад мылся тот, кто убьёт меня.
Хатаке покачал головой и вновь поднял голову. Он хотел что-то сказать, но вы опередили его, выступив с неожиданным предложением.
–Хотите составить мне компанию, Какаши-сан? Обычно я гуляю с кем-то из детей, но сегодня нет такой возможности, поэтому мне скучно.
АНБУ с радостью согласился.
Так медленно начала расцветать дружба. Вы консультировали Какаши по поводу собак, АНБУ же желал научить вас хотя бы основам самообороны. Люди наслаждались обществом друг друга, а Хатаке в тайне рыдал от того, как мило вы выглядите с детьми или щенками, за которыми ухаживали как член клана Инузука.
(Однажды Какаши не выдержал и, придя домой, просто заплакал от понимания, как же сильно он хочет обнять вас, пока вы обнимаете счастливого сироту).
Хатаке очень сильно боялся прикосновений раньше. Ведь они ведут к близости, а близость – к смерти. Но теперь он отчаянно хотел узнать, что ощущают все дети, которые постоянно цепляются за вас и просят внимания.
Когда Какаши попросил о первых объятиях, он сильно заикался и краснел, будто просил переспать с ним на месте. (А это место было хорошо спрятано от чужих глаз, так как АНБУ не хотел, чтобы вообще кто-то узнал, что у него есть близкие отношения, тем более с кем-то из гражданских!)
Вы же отреагировали на это большой улыбкой и раскрытыми руками. Хатаке прижался к вам всего на пару секунд, его руки даже почти не коснулись вашей талии и спины, но невероятное тепло разлилось по его груди.
Какаши захотел больше. Сразу же. Но ему было слишком стыдно признаться в этом, поэтому шиноби решил просто продолжить прогулку.
Каждый раз он всё крепче и сильнее обнимал вас. В какой-то момент вы просто устроились у него на груди, пока он сидел и читал свою книгу, и задремали. Достав небольшой пледик из вашей сумки, АНБУ укрыл чужое тело. Почему-то всё это казалось до ужаса правильным.
Объятия и поцелуи в щеку вскоре стали чем-то обыденным. Гай и Куренай, как только увидели это, стали дразнить Какаши, но АНБУ с искренним недоумением в глазах говорил: «Это всего лишь дружественные жесты... ГАЙ, НЕ СМЕЙ МЕНЯ ПРИ ВСТРЕЧЕ ЦЕЛОВАТЬ В ЩЕКУ!»
Однажды, когда Хатаке искал объятий, он пошёл в парк, который уже стал обычным местом встречи двух людей. И АНБУ действительно нашёл вас, вот только на коленях сидел неизвестный ему ребёнок, который дремал, как и вы. Рядом Крыло бдительно следил, чтобы никто не потревожил людей.
Какаши подошёл ближе и присел, вытянув руку. Пёс, который уже привык к шиноби, подскочил и побежал получать порцию поглаживаний.
Хатаке тем временем поднял взгляд, глядя на вас. Подул несильный ветер, и вы прикрыли руками ребёнка, прижимая его ближе и вцепляясь в отданную тому куртку. Сердце Какаши в какой раз за последнее время стало плавиться.
Вдруг вы открыли глаза и тут же улыбнулись, увидев позу АНБУ. Шиноби не знал, что на него нашло тогда. Может быть, всему виной милая, мягкая атмосфера, а также ваше сонное лицо, но он произнёс:
–Ты так очаровательно выглядишь с детьми, (В/И).
Вы вдруг улыбнулись и тихо засмеялись.
–Хочешь, буду потом нянчить твоих?
И это было начало романтических отношений с Какаши.
Хатаке не любил общественных мест, а потому взял вас на пикник. Крыло и восемь нинкенов прилагаются. Люди расстелили плед, пока псы резвились на открытом пространстве. Вы стали доставать бутерброды, но вдруг Какаши раскрыл свои объятия, и вы покорно упали в них, прижимаясь щекой к его груди, улыбаясь.
–Как понимаю, обед откладывается на неопределённое время?
–Ты вполне можешь использовать меня в качестве стула. К тому же на земле всё ещё холодно сидеть, даже если тебя от неё отделяет плед.
Вы послушались и сели к нему на колени, продолжая доставать закуски. Вы с Какаши сидели так миллионы раз, а потому поза не казалась неловкой, а скорее естественной.
Откинувшись назад, уткнувшись спиной в грудь шиноби, вы стали жевать бутерброд, не слыша быстрого сердцебиения позади себя.
Просто наслаждаясь природой, люди сидели в объятиях друг друга. Вскоре вы, однако, достали плед, укрыв плечи Хатаке. Тот взял руками оставшуюся ткань и заключил вас в тёплую клетку, утыкаясь лицом в шею и краснея, аки помидор. Вы тоже немного покрылись румянцем, но эта поза была слишком удобной.
Когда один раз Паккун пришёл клянчить еду, в его глазах буквально читалось: «Я же говорил, что она тебе понравилась. Как вижу, даже больше».
Вечер прошёл спокойно. Люди часто выбирались друг с другом на пикники, чтобы не привлекать внимания, и этот раз ничем не отличался, кроме робкой фразы Какаши: «Почему бы нам... не встретиться потом снова?»
*+*
Хатаке не понял, когда начал на постоянной основе провожать вас до дома. Не понял, когда начал отправлять своих нинкенов следить, чтобы с вами всё было хорошо. Не понял, когда начал каждое утро встречать Крыло с записками по типу: «Не забудь поесть перед миссией», «Вернись ко мне целым и сохранным, зефирка», «Я буду скучать. Возвращайся скорее», – а иногда и какой-нибудь едой. (У пса текли слюни, но он к ней даже не притрагивался).
Хатаке не понял, когда вы стали появляться у него дома в каждый выходной, который у него был, чтобы приготовить готовить еду. Не понял, когда вы начали носить его вещи и проводить с ним почти каждую секунду, обнимаясь, целуясь или просто смеясь над какой-то мелочью, часто оставаясь спать с ним в одной кровати ночью. Не понял, как и когда ваши личные гигиенические принадлежности, а также часть одежды появились в его шкафу.
Хатаке не понял, когда отдал вам ключи от своей квартиры. Не понял, когда вы полностью переехали к нему. Не понял, когда мог без стыда войти в ванную, где вы мылись, чтобы взять что-то. (При этом вы выглядывали из-за шторки и показывали ему язык. Какаши снимал маску и отвечал тем же). Не понял, когда начал стягивать ткань с лица, ходя по дому, чтобы вам было удобнее его целовать.
Хатаке не понял, когда ваши воспитанники стали ему родными. Не понял, когда стал ходить к вам на работу, чтобы пообщаться с маленькими сиротами, поддержать их и помочь идти дальше.
Хатаке не понял, когда и почему начал дуться, если вы не целовали его на прощание и не прыгали в объятия, когда он возвращался. Не понял, когда начал осторожно держать вас за руку, когда ходил по особо безлюдным частям парка. Не понял, когда наконец захотел возвращаться домой.
Хатаке не понял, когда и почему он вместе с вами пришёл, держась за руки, регистрировать брак. Не понял, когда начал на каждый фестиваль любоваться вами в кимоно с символом его клана сзади. Не понял, как у него появилось два ребёнка. Не понял, как и когда именно он осознал, что безумно жаждал всё это время только одного: любящую и счастливую семью.
Какаши понял лишь одно: он никогда не говорил вам, как и вы ему, слов «я люблю тебя».
Глаза шиноби расширились. Вы, только что целовавшая его, задумчиво посмотрели в его тёмные очи.
–Что случилось, зефирчик?
Хатаке прошептал в абсолютном шоке:
–Никто из нас никогда не говорил другому «я люблю тебя».
*Сцена после титров*
Вы хотели засмеяться, но не могли. Мозг перебирал все ваши свидания и просто проведённое вместе с Какаши время. Мы ни разу... Вы сглотнули и сжали его руки.
–Т-ты же не серьёзно?
Шиноби нахмурился, подтверждая, что он полностью серьёзен.
Вдруг оба сильно покраснели, даже кончики ушей были красными. Вы подняли руки Какаши и поднесли их к своему сердцу.
–Я... я... я-я люблю тебя, Какаши! – выдохнули восторженно, завороженно глядя в глаза шиноби.
Джонин тут же покраснел и отвернулся. Он начал заикаться и почти плакать от переполнявшей его любви.
Когда мужчина повернулся к вам, по его щекам текли слёзы. Он прошептал со всей нежностью и любовью, которая у него была:
–Я т-тоже люблю т-тебя, (В/И)!
После этого вы будете ненавидеть конструкцию «...не знал, когда...».