Часть 7
Эта неделя прошла на удивление гладко. Никто не пытался задирать Джудит. Даже Гаррет и Джейкоб за эти дни не сказали ей ни одного обидного слова. Изначально девушка очень боялась, что из-за участия в пьесе над ней станут смеяться больше, чем обычно, но эффект оказался обратным. На неё начали смотреть с уважением, некоторые ребята даже подходили к Джудит на перемене, чтобы перекинуться парой слов о предстоящем спектакле. Девушка наконец-то почувствовала себя полноправным членом общества, за что была несказанно благодарна миссис Девоншир. Встречаться с друзьями вне школы времени у неё теперь не было. После занятий она шла домой, обедала, делала часть уроков, потом возвращалась в школу на двухчасовую репетицию. После репетиции доделывала уроки, а затем допоздна зубрила свою роль, пока не засыпала. Несмотря на непривычную загруженность, девушке очень нравилось готовиться к спектаклю, она легко запоминала свои реплики и не могла дождаться, когда им сошьют костюмы. Скотт, наконец-то, перестал шарахаться от Джудит и смотреть на неё с презрением. Они уже несколько раз отрепетировали сцену с поцелуем, парень вёл себя расслабленно и всё время шутил – совсем не обидно.
Хартли в школе так и не появилась, так что мистер Дарквуд по-прежнему вёл уроки истории. Он больше не прожигал Джудит своим загадочным взглядом и казался совершенно нормальным. Так что она пришла к выводу, что друзья были правы, у неё просто разыгралось воображение в те дни.
Тем не менее, все ученики были будто заворожены новым преподавателем и стали как-то спокойнее даже. Только Ханна Флетчер, наоборот, активизировалась, поставив перед собой чёткую цель – завоевать красавца-учителя. Она начала носить более вызывающие наряды, ярче красилась и стала проявлять интерес к урокам, всё время пытаясь найти повод пообщаться с мистером Дарквудом наедине. Но тот её игнорировал и не замечал, как будто девушка являлась чем-то, вроде стенного шкафа в кабинете истории или подставкой для ручек. Джудит это дико забавляло.
Ребятам было интересно помочь своей подруге с пьесой, поэтому Хён, как и обещал, распечатал несколько экземпляров сценария, и в субботу после обеда Джудит с Тессой пришли к нему в гости. В его просторном доме было очень много места, поэтому они решили остаться репетировать у него. Всё равно Калебу совсем скоро снимут гипс, и он снова присоединится к их дружной компании. В чтении пьесы им помогал Иджон, девятилетний брат Хёна, влюблённый в Тессу. Он вызвался быть Себастьяном и постоянно приставал к Тессе с поцелуями, так что эта репетиция принесла больше смеха, чем пользы, однако, Джудит чувствовала себя абсолютно счастливой.
В воскресенье вышел ремейк любимого фильма Хёна, и в этот день как раз в кинотеатре была рабочая смена Тессы. Поэтому они с Джудит заехали в «Лисий хвост» и взяли суши с токпокки, чтобы перекусить перед показом фильма и накормить, успевшую проголодаться подругу.
Они сидели на диванчиках в фойе кинотеатра и обсуждали школу.
– Я вот совсем не поддаюсь чарам этого Дарквуда, – сказала Тесса в промежутке между закидыванием роллов в рот, – не понимаю, чего все девчонки по нему с ума сходят.
– Спроси об этом Джудит, – сказал Хён, – она всегда сама не своя, когда его видит.
– Эм-м, – Джудит заёрзала на месте, – нет ничего такого, тебе показалось. Это Флетчер твоя с него глаз не сводит. Обидно, наверное?
– Неуместная шутка. Я только рад, что эта дура от меня наконец-то отлипла. Доедайте быстрее, – парень потянулся, – кино через десять минут начнётся.
– Точно, мне тоже пора, – вскочила Тесса, глядя на подошедших к кассе посетителей, – спасибо, с вами хорошо, но работа зовёт.