50. Разоблачение личности
Пришлось приложить немалой усилий, чтобы сдерживать себя в сознании. Пока чья-то мужская рука давила мне на горло, я опиралась своими ладонями ему в плечи. В один момент почувствовала металлический привкус, благодаря которому понимала, что ещё назожусь в уме, пусть и вряд ли здравом. Сил не хватало, чтобы разжечь пламя, но я сопротивлялась, как могла.
Сегодня не умру.
Эта мысль преследовала, но голос принадлежал явно не мне.
Воздуха не хватает... в глазах темнеет...
Выстрел – на меня летят капли крови. Нападавшего отбросило в сторону, к лестнице. Не теряя ни секунды я, пошатнувшись, поднялась на ноги и развернулась в сторону, откуда произошел выстрел.
В проёме при тусклом освещении от пламени держался ровно Самуэль. В его руках был пистолет, направленный на неизвестного.
– Как Вы, мисс? – поинтересовался он, не сводя глаз от преступника.
– Дастин на крыше, – моё частое дыхание препятствовало чёткой речи, но стажёр кивнул в знак понимания.
Стоило мне упомянуть напарника, как дверь с крыши открылась. Наверху стоял упомянутый Дастин, а позади него большой пёс, достигающий на четвереньках коленок взрослого человека.
– Вскрывайся, – обратилась я к пойманному, так и не поднявшемуся противнику, – ты окружён. Скоро сюда прибудет полиция.
Подошедший сзади напарник резко поднял его за капюшон. Самуэль достал из куртки фонарик и направил его на лицо задержанного.
От увиденного у меня пробежали мурашки.
– Руки вверх, Август, — приказала я. Тот не сопротивлялся. – Ты знаешь, что за чистосердечное признание снижают срок? Если скажешь, обещаю, так и будет.
– А если совру? Как ты это проверишь? – без каких-либо эмоций выдал тот.
– Я помогу, – из-за спины напарника плавно вышла Нэнси и встала рядом со мной. Смотря на неё, кажется, даже Дастин говорил правду.
– Для чего тебе эта серия убийств, начиная с Рэтлиффа? – смотря в глаза старому знакомому, произнесла.
Он молчал.
Долго молчал. Но это не было желанием скрыть информацию. Словно что-то мешало ему раскаяться.
– Другой вопрос, – перескочила, – ты слишком труслив, чтобы самостоятельно решиться на убийство, да и твари на тебя не нападали. Кто стоит за тобой?
Парень поднял на меня свои полные отчаяния глаза. В них заблестели слёзы.
– Могу я попросить что-то взамен?
– Проси, – сложила руки на груди.
Парень набрал в легкие воздуха и томно выдохнул. Закрыл глаза и сказал полным сожаления голосом:
– Прости. Я не должен был издеваться над тобой. Ты оказалась единственной с добрым сердцем из всех моих знакомых, раз даешь мне право на последнее желание.
– Последнее? – переспросила, не поняв, о чём он.
– Это был Кошмар.
После этих слов, словно по таймеру, его голова взорвалась. Мы все рефлекторно отшатнулись и закрыли лицо руками. Остатки тела свалились на пол, заставив меня с Самуэлем отойти ещё дальше.
И я застыла в оцепенении. За спиной напарника жалобно заскулил Паскаль.
– Судя по всему, он заключил сделку с Кошмаром, условием которого стала его смерть, если тот произнесет вслух хоть какую-то информацию об одной из сторон оферты, – выдвинула догадку Нэнси. – Беднягу мучали кошмары и параличи, раз он решился на отчаянные меры, чтобы хоть как-то продлить себе существование.
– И решил умереть, дабы не киснуть в тюрьме, – продолжил Дастин.
– И впрямь отчаянный поступок... – сочувственно произнёс Самуэль.
Даже Паскаль высказался грустным воем. Все взгляды обратились ко мне. Они ждали, что скажу.
– Я отказываюсь это комментировать, – бесцельно смотря в одну точку трупа, сказала. – единственное: Августа монстеризовали, – позаимствовала у стажера фонарик и посветила на тело. – Конечности почернели, как у простых тварей. Поэтому они его не трогали.
***
Через пятнадцать минут явились копы и пожарные. Люди в форме засыпали вопросами, смотря на наш внешний вид (а у Дастина он был особенно плачевный – твари поцарапали, всё-таки). Нэнси предпочла не попадаться людям на глаза, а потому перетекла мне на шею. На беглом осмотре врачи не выявили у нас каких-либо серьезных повреждений, но напарника я попросила проверить серьезней в травматологии, ведь совершенно недавно он после фразы «со мной всё нормально» свалился без сознания на слабого Самуэля, который, по воле судьбы оказавшийся рядом, не выдержал парня и упал вместе с ним.
А дальше всё как по списку:
Вынесли тело Августа.
Я дала о нём краткие показания.
Отправили Самуэля домой.
И вот мы с Дастином сидит под скрытой за облаками луной на лавочке неподалеку от завода и гладим уменьшающегося в размерах Паскаля.
– Как думаешь, почему он такой? – поинтересовалась, кивая на питомца.
– Паскаль – нагваль, – расслабленно выдал Дастин. Увидев мой непонимающий взгляд, продолжил: – дерини в обличии животного.
– Ты это всё от Разрушителя знаешь?
Тот кивнул. Он смахнул с лица спавшие грязные пряди и посмотрел на меня.
– К сожалению, у меня не было больше того, кто поделился бы со мной такой ценной информацией.
Впервые за долгое время меня так сильно клонило в сон. Свежий воздух успокаивал, а потому я решила пойти до дома одна, чтобы собраться с мыслями.
Дастин предупредил, что ночью и утром его дома не будет, однако причину не объяснил. Я предложила ему сразу идти на работу, где он сможет отоспаться у меня в кабинете. Пришли к согласию.
***
Я выбрала самый короткий путь до дома – пешком через Портленд-Роу. Как раз появился повод прогуляться с Паскалем. Не так давно мы с напарником бок о бок сражались здесь с тварями, но сейчас их и след простыл. Всё казалось умиротворенным и тихим...
До тех пор, пока на выходе с улицы мне не зажали рот рукой. Адреналин ударил в голову, а руки загорелись. Чем-то острым мне оставили след на левой щеке, но было не до этого.
Я бежала, что есть сил, – щенок, принявший свое обычное маленькое состояние, торопился за мной – но след за собой не услышала. Даже крика, когда обожгла нападавшему руки, не последовало. Странно нападение...
Беги домой, – велел голос в голове. Тот самый, который твердил мне о желании жить. В этот раз вновь его послушалась. Мой шаг ускорился, а мысли о сне растворились в холодном воздухе. Прибежав домой, я тут же закрыла все двери и зашторила окна.
Ночь выдалась тяжелой. Рана щипла. Никого, кроме Нэнси (именно она напомнила о дезинфекции раны), не было рядом. Комната опять пропиталась страхом и болью.
Кто пытался напасть на меня? Зачем? Почему так быстро отступил? Узнал, что я дерини?
Под рой этих вопросов ближе к утру мне всё-таки удалось беспокоено уснуть. Всё это время Нэнси сидела рядом, а негромкое посапывание Паскаля успокаивало, пусть с души и не сходила тревога.
Ночь сменилась днём, а дом сменился работой. Нэнси согласилась последить за Паскалем, поэтому сегодня я могла не беспокоиться по поводу него. Из-за малого количества сна мне виделись тени и силуэты, которых на самом деле не оказывалось. Нужно поскорее отоспаться...
8 марта.
Дастин.
– Эй, детектив! Что с тобой? – крикнул я, стоило Томи зайти.
– Не выспалась, – вяло ответила та, закрывая дверь.
– Оно видно. А пластырь-то на щеку зачем приклеила?
Девушка подошла к шкафу и достала с полки папку. Начиная её листать, обратилась ко мне:
– Представь, идиот какой-то вчера напал на меня, когда я с работы возвращалась.
– А я говорил тебе, не ходи через Портленд-Роу поздно ночью. Но ты меня не слуш... – я не успел договорить, как она резко замерла. И только спустя жалкое мгновение до меня дошло, что ляпнул лишнего.
Детектив молчала. Я думал, что ответить. Часы пробили двенадцать. И тут девушка тихо, хрипло выдаёт, медленно поворачивая голову в мою сторону:
– Я не говорила тебе, каким путём пойду домой.
– Я просто угадал! – начал отмазываться я в надежде, что она мне поверит. Но, увы, Томико не была похожа на тех девушек, которым мне доводилось вешать лапшу на уши, – Не так много вариантов, как ты можешь пойти домой...
– Ты врёшь, – словно лезвием по совести отрезала та.
Я отбросил папку на стол и резко приподнялся. Она отскочила назад, выронив от испуга дело.
– Томи... – начал было я, осторожно подходя к ней.
– Отойди от меня! – она вскинула руки вперёд. Пальцы окутало лёгкое пламя, которое заставило меня остановиться, – не подходи, чудовище!
Детектив часто могла как-то меня прозвать, но обычно это вызывало лишь смех. Сейчас же её фраза звучала больнее выстрела.
– Пожар не начни, – произнёс я в той же манере, в какой мы общались ранее, с долей юмора, в попытках унять её гнев и заставить меня послушать.
Она опустила руки, огонь тут же потух. Вот так. Словно ничего и не было.
Прямо сейчас мы стояли друг напротив друга. Двое притягивающихся друг к другу монстра, но в то же время так сильно отдаляющихся. И я понимал, что нас держит на расстоянии.
Она не чувствует себя в безопасности рядом со мной. Это можно прочитать по её испуганному взгляду. И как бы я не пытался с ней поладить, меня всё время мучал лишь один вопрос, который я осмелился задать прямо сейчас:
– Ты видишь во мне только преступника, не так ли?
– А как по-другому? – ответ звучал, на удивление, резко и быстро, – пазл в голове сложился. Вот только я понять не могу: почему ты так горишь желанием меня прикончить? Я доверилась тебе, дала работу, помогаю, а ты...
– Ты не послушаешь меня? – я знал ответ. Но капля надежды ещё не испарилась.
– Я тебе не верю. Ни единому твоему слову больше.
Сказав это, девушка развернулась и мигом вышла из кабинета, оставив меня одного среди разбросанных папок, с ощущением пустоты внутри.
***
Томико
Быстрым шагом я направилась через толпу к кабинету этажом выше.
Без стука ворвалась к Гранту.
– Мисс, предупреждайте, когда заходите, – скептично отреагировал тот, сидя за столом и исподлобья смотря на меня.
– Я знаю, кто Неизвестный.