⋆𝟕𝟖⋆
Я заправила за ухо выпавшую прядь волос.
Думать о плане мне не хотелось. Волнение за успех было слишком сильным для меня. Тело гудело от отвращения к Оскару и от желания получить свою спокойную жизнь обратно. А ещё меня волновало количество макияжа. Кажется, визажисты Райнера перетрудились.
Руки коснулись лица.
- Я все больше похожа на тебя, мама... - прошептала я в воздух.
Дорога к месту была не короткой. Вилли Вонка несколько раз думал поменять место проведения торжества, но отказался от этой идеи, оставив особняк в центре соседнего города эпицентром событий.
- Миссис..?
Я резко обернулась.
- Простите, но что вы делаете?
В дверях стояла горничная, которая всегда помогала мне собираться. Я посмотрела на свои руки, которые держали в руках колье из бриллиантов, но оно было запутанным.
- Ох... - я улыбнулась. - Я просто нервничаю.
Женщина подошла ко мне, ведя за собой стойку на колёсиках с одеждой. Различные платья, на вкус и цвет.
Мне без разницы, в каком именно платье я буду, ведь потом на мне будет костюм шоколадного магната. Беру первое платье чёрного цвета и надеваю его. Ткань сжимает мою увеличенную от чего-то грудь.
Я смотрю в зеркало и будто вижу её. Неудивительно, что аристократ видит во мне мою мать.
Волосы уложены, кончики подстрижены. На глазах наклонные ресницы. Куколка!
- Фелиция, куколка, ты выглядишь просто чудесно. - Оскар открывает мне дверь в авто и я сажусь, - Твоё платье... - взгляд падает на мою грудь.
- Спасибо, любимый. - робко говорю я и нажимаю кнопку для открытия окна. Оскар садится рядом со мной и кивает шаферу, чтобы тот начал ехать.
- Только вот не пойму, зачем так открыто. - фраза звучит двусмысленно, потому что он прислоняется к моей груди щетиной и протягивает руку к кнопке.
Тело покрывается мурашками, а тошнота подходит к горлу.
Мы бы ехали молча, если бы Оскару постоянно не звонили остальные гости и обсуждали то, как приятно будет встретиться. Мои глаза впадают в закат каждый раз, когда я слышу лицемерную лесть. Зато за окном открывается шикарный вид с горы на город. Всё в огнях, всё такое шумное и шикарное. Я опираюсь на панель смотрю в окно так, будто в последний.
Неожиданно на мою ногу ложится тяжёлая рука. Весь день я витаю в своих мыслях и совершенно не замечаю, когда ко мне кто-нибудь обращается.
- Да? - говорю я и смотрю прямо в глаза Оскару.
- На тебе лица нет, куколка. Что случилось?
- Скучаю по Чарли. Она поехала на мероприятие раньше и прямо из дома своих друзей. Мы не виделись три дня, а может и больше...
- Не переживай, Фелиция. Всё будет хорошо. - пальцы мужчины лезут вверх. Уже касаются моего бедра и поворачивают внутрь.
- Оскар...
- Что? - его тон снижается до хриплого пошлого голоса, который будоражит.
Я улыбаюсь и отвечаю:
- Прости, что прерываю такой хороший момент, но я очень хочу пить.
Он ухмыляется и достаёт из мини-бара стеклянную бутылку воды. Я качаю головой.
- Воды я не хочу.
- А чего же хочет выпить моя девочка?
Его рука продолжает держать бутылку воды, но прислоняет её к паху Оскара.
- Я бы хотела кофе, а точнее горячее латте с клубничным сиропом.
Мужчина начинает смеяться.
- Твои желания в последнее время становятся слишком важными. Не думала?
Ну, выхода у меня нет. Я прислоняюсь к нему и шепчу на ухо:
- Может быть, мы ждём малыша? Разве ты не порадуешь его мамочку?
- Вот как мы заговорили... - Оскар даже слегка краснеет. - Ну, есть ребёнок или нет, ничего просто так ты не получишь.
Взмахом руки он приказывает остановить машину не доезжая до заправки между городов и не спеша пойти купить кофе по моему желанию. Как только Райнер понимает, что рядом совсем никого, то расстегивает свои брюки и достаёт оружие, которое рушит моё моральное состояние уже очень долго...
Оскар приподнимает меня и садит на себя. Его руки залазят под длинное платье и отодвигают моё бельё. Указательный палец одно руки гладит промежность и я поднимаю голову вверх.
Если я не вытерплю сейчас, то буду терпеть это всегда.
Зря времени не теряя, аристократ садит меня на себя и я кусаю свой язык, который потом пускает по рту вкус металла. Оскар впивается в меня бёдрами, грубо хватает меня за талию и двигает против своей воли. Я хватаюсь за сидение и закрываю глаза.
Ненавижу то, что он делает это совершенно без защиты. Слышу, как всё отчаянно хлюпает, а Райнер тяжело дышит.
Я пытаюсь вскочить, но тот продолжает удерживать меня.
Двери распахиваются, я поправляю свои волосы и в тайне потекшие глаза от слез. Передо мной открывается отчаянный вид огромного особняка, который окружён лабиринтами из кустарников. Оскар берёт меня под руку и ведёт через зелёные проходы. Мы ступаем по камешкам, которые украшены цветами. Над нами висят балдахины из тканевых лент. Я улыбаюсь, может, всё будет хорошо? Верить уже тяжело.
Через пару минут мы видим настолько много людей, что я перестаю дышать. На лице появляется наигранная улыбка и я здороваюсь со всеми, с кем только могу. А потом вижу его. Вилли стоит прямо посреди толпы и он выглядит таким... Живым! Моё сердце начинает трепетать и я начинаю порхать по земле. На глазах появляются слёзы, а из-за них Вонка на секунду теряет свою искру в глазах.
Оскар подходит к нему и жмёт руку.
- Добрый вечер, мистер Вонка. Я рад, что с нашей враждой покончено.
- Я так же в восторге, мистер Райнер! Надеюсь, вашей семье понравится на этом дружеском празднике. К слову, помощники подсказали мне, что Чарли уже прибыла и они ждут моего уведомления. Привести её? - Вилли смотрит исключительно на Оскара, а я продолжаю улыбаться и искать его взгляда на себе.
- Да, я бы не отказался. - Райнер улыбается и оглядывается, имитируя поиск «дочери».
Вонка рукой подзывает помощника и шепчет ему на ухо. Тот кивает и удаляется. Между магнатом и аристократом начинается беседа, а я разглядываю Вилли Вонку. Он в белом костюме, который украшен красивыми пуговицами, в руках у него трость с головой зайца.
- Фелиция! - раздаётся детский крик.
Я оборачиваюсь и вижу Шарлотту. Она бежит ко мне и обнимает меня. Девочка одета в зеленоватое платье с кружевами и воротником вокруг шеи, а так же украшенной шейкой красивым ожерельем из алмазов. Рыжие кудри заплетены и приподняты к верху шпильками.
- Я так соскучилась за тобой! - моя рука касается её щеки.
Шарлотта улыбается и украдкой смотрит на Райнера. Она в курсе нашего плана. Естественно, не полного, но знает достаточно.
- Я бы хотела сладкого, сходим, Фелиция? - Чарли берёт меня за руку и тянет ко входу особняка.
Я закатываю глаза и смеюсь, но иду за приёмной дочкой. Мы успешно проходим через массу людей. Райнер и Вонка остаются позади.
Чарли и я подходим к красивому проходу, который украшен цветами, в основном розами, а рядом стоит маленький столик со сладостями. Хоть и пробираться через гостей сложно, в итоге заполучить сладкое мы смогли.
- Фелиция, сегодня...? - Шарлотта смотрит на меня своими яркими глазами.
- Да, сегодня. Мы больше не будем жить вот так. - я закатила глаза и протянула руку к красивым конфетам, украшенным стекловидной карамелью розового цвета.
Конфеты оказались на вкус весьма неожиданного цвета. Сама конфета в расцветке полуспелой клубники, а вкус лимонный. Неплохо. Я почти повернулась к напиткам, как к столу подошла девушка. Мои глаза, клянусь, вылезли на лоб.
Милли Калвер. Здесь. Стоит прямо рядом со мной.
- Фелиция? Здравствуй. - она невинно смотрит на меня.
- Здравствуй. Как ты здесь оказалась?
- Я здесь по просьбе Вилли Вонки. - От этих слов я почти что теряю сознание.
- Что? - спрашиваю я.
- Именно так. Я сказала то, что имела ввиду. - она изредка смотрит на Шарлотту, а затем берёт бокал, очень неосторожно и смотрит на меня. - Подыграй мне, Фелиция.
Я молчу, но шок всё ещё присутствует, а во рту тает лимонная конфета. Калвер нарочно спотыкается и обливает меня прозрачным, но очень холодным напитком, а из моего рта выскакивает громкий звук. Некоторые гости обернулись. Одни из них - люди, которых я иногда видела на ужинах Райнера во времена, когда я потеряла память. Милли сбрасывает руками.
- Боже! Прости! Мне очень жаль! - она хватает салфетки и трёт их о моё платье. - Быстрее, нужно намочить.
Девушка хватает меня и Чарли за руку и уводит в противоположную сторону. Мы, буквально, пробегаем сквозь толпы гостей, параллельно извиняясь, когда наши плечи соприкасаются.
Как только мы выбираемся из массы людей, я обращаю внимание на образ Милли. Волосы девушки аккуратно распущены и слегка вьются, на ней алмазного цвета платье с зелёным отливом, которое струится вплоть её тела. Походка у неё скорая.
Мой шок проходит и я сбрасываю её руку с себя, тяну её тело на своё, а другой ударяю её по щеке. Звучит резкий хлопок и она ахает.
- Сука! - кричит она. - Что ты творишь!?
Шарлотта сзади берёт меня за руку.
- Ты заставила меня пережить столько боли! Толкнула меня в бочку, клеилась то к Вилли, то к чёртовому Райнеру! - в ответ «рычу» я.
В моменте я замечаю, что мы прошли сквозь красивые кусты и зашли за особняк. Здесь никого. Под ногами гладкие камни из-за которых мои каблуки изредка издают странный звук.
- Да ты бы знала зачем...
- Что ты сказала!? Ты можешь это чем-то объяснить!? Такие поступки невозможно простить! Моё лицо так жгло. - моя жестикуляция становится жёстче, а брови напрягаются настолько, что голова начинает пульсировать изнутри.
Я кричу на неё и обвиняю в своих проступках несколько минут, пока она растерянно смотрит то на меня, то на Шарлотту, которая тихо, будто мышка, наблюдает за нашей ссорой.
- ...А потом додумалась уехать и сделать вид, что всё нормально!? Придти на вечеринку и что...? Думаешь я прощу!? - я рывком подхожу и беру её за локон горячих волос. Красивые рыжие волосы издают неприятный хруст и Калвер верещит.
Я смотрю прямо ей в глаза, из которых выступает слеза; губы дрожат.
- Зачем!? Скажи мне! - уже тише промолвила я.
- Чарли моя сестра! - плача говорит Милли.
Я резко отпускаю её и отступаю назад, взгляд опускается на рыжие волосы Калвер, а затем на такого же цвета рыжие волосы девочки. Шарлотта берёт меня за руку вновь, но уже крепче. Она смотрит на Милли новыми глазами. Калвер падает на землю и плачет, платье распадается вокруг её тела. Её руки тянутся к воротнику платья и нерво достаёт бумажку. Я смотрю на бумажку, которую она мне даёт.
На этом моменте мир начинает изменяться и всё играет другими цветами.
Взгляд падает на семью рыжеволосых людей. Возрастом они старше моих родителей на фото. А посредине девочка, я узнаю в ней Милли Калвер, а на её руках... В глазах быстро темнеет. Рука тянется посмотреть поближе, но после этого действия дрожит и я падаю на колени перед девушкой.
- Шарлотта Калвер... Калвер... - тихо шепчу я. Оборачиваюсь на девочку.
- Сестра? - звучит её милый грустный голосок. - Нет... Я росла в детдоме.
В этот момент Милли сбрасывается с места и бросается к Чарли. Рыдая на взрыд, рыжеволосая девушка обнимает Шарлотту и начинает говорить таким нежным голосом, который звучит как не родной. Я оборачиваюсь и встаю с земли, хотя голова всё ещё кружится.
- Этого не может быть! - Шарлотта кричит и плачет. - Я выросла в детдоме, а мои родители... То ли бросили меня, то ли не смогли обеспечить! Ты врёшь!
Её маленькая рука пытается высвободиться.
- Шарлотта... Прости, я не могла придти раньше. Я твоя старшая сестра... - старшая Калвер смотрит в глаза Чарли. - Прости, прошу...
Мы все плачем, но я не так активно. Мне больно наблюдать за этим.
Почему их разлучили?
- Милли, что произошло? Как она оказалась в детском доме? - после печали и злости приходит смятение.
- Фелиция, эта история очень трагичная... - Милли поворачивается к девочке, - Милая, прости, если сможешь, но я ни одного дня не забывала про тебя. Мистер Райнер убил наших родителей, когда тебе было 11 месяцев, и отвёз тебя в детский дом восточного штата. Я сбежала и долгое время была в розыске, сменила имя, но... - продолжает она. - Я не переставала пытаться встретиться с тобой и забрать тебя!
После рассказа на мои глаза выступает всё больше слёз.
- П-правда? Я твоя сестра? Мои родители не отказались от меня? - плачет и спрашивает младшая «уже» Калвер, а мне всё сложнее наблюдать за этой историей. Руки держат фото, но уже готовы вытирать слёзы руками.
- Да, Шарлотта... - после этих слов Милли обнимает Чарли. Это выглядит как свежий глоток воздуха.
Проходит несколько минут, после чего они поднимаются и смотрят друг на друга так, будто никогда не видели. Я стою рядом, всё ещё не сдвигаясь с места. Старшая Калвер смотрит на меня и улыбается.
- Спасибо, что подыграла... - она вытирает слёзы и гладит Шарлоттку по голове.
Я раскидываю руки и улыбаюсь сквозь слёзы:
- Прости, что ударила. Но зачем ты так поступала со мной?
- Мне жаль, Вэлфорд. Выбора у меня не было. Спустя много лет Райнер сам ко мне приехал и сказал одну фразу: «Если сделаешь, что я хочу, то сестра будет с тобой». - её взгляд падает то вниз, то вверх. - Мне нужно было сделать так, чтобы твой роман с Вонкой закончился. Было много вариантов, очень жестоких, но я выбрала более лёгкий. Сначала не хотела пачкать руки и думала обойдётся. К сожалению, не вышло.
- Ты не зря появилась на балете? И ты скинула меня в бочку из-за безысходности? - пазлы складываются.
- Мне нужно было быть с Вилли, а тебя, как бы это банально не звучало, избавить от красивого лица и тела либо... - она замолкает. - После этого я подумала затянуть в свои «сети» Оскара. Может что-то бы вышло... Затем я улетела как можно дальше, где мне обещали помочь вернуть сестру через весомые суды. Ни-че-го.
Я вздыхаю. Мне... Нам пришлось пережить так много. Это ужасно. В самом деле!
- И что теперь? - мои руки протягивают фото Калвер.
- Вилли рассказал мне про ваш план и уверил, что всё будет хорошо. Я согласилась.
- Ты заберёшь меня? А у нас есть бабушка и дедушка? - прорывается нежный голос Чарли. Девочка рада, она не зла, что сестры давно не было. Моя душа радуется, наблюдая за сестрой, впитывая её восторг от встречи.
- Есть. Бабушка и дедушка по маминой и папиной линии, но они в Италии. Если ты захочешь...
- Да! Я бы хотела познакомиться! Это такое счастье, что меня не бросили! - не давая договорить Милли, вскрикивает Калвер младшая. - Фелиция, ты же отпустишь меня?
Я улыбаюсь и смотрю на них. Они такие счастливые.
- Конечно. Семья должна быть вместе.
Мы с Шарлоттой возвращаемся вместе, а Милли идёт другим путём, чтобы гости не заподозрили то, что произошло между сёстрами.
Спустя время и долгое протискивание сквозь гостей мы подходим к Райнеру и Вонке. Солнце у почти опустилось и скоро начнется само торжество. Решающее. Важное. Хоть и изначально было несколько ужинов, этот решили сделать самым лучшим.
Я и Чарли становимся возле Райнера и Вонка смотрит на нас украдкой.
- Теперь вся семья в сборе. - говорит магнат.
Он поворачивается, даёт сигнал одному из помощников и раздаётся музыка, которая указывает на начало праздника, веселья, а затем разворачивается сам и приглашает нас идти вместе.
За ним тянется шлейф шоколадного запаха и я начинаю хотеть обнять его, коснуться и сказать: «Забери меня, Вилли! Мне плохо, я скучаю по тебе!»
Но не могу.
Мы проходим по главной дороге, украшенной ровным газоном и изредка попадающимся белым камнем. Гости понемногу проходят в главный коридор, в перед этим дворецкие вручают им красивые голубые конверты с номером их столика и местом за ним. Люди медленно двигаются вперёд и до нас доходит очередь. Помощник Вонки протягивает мне тот самый конверт. Я медленно раскрываю его и вижу красивый текст с золотой гравировкой. Мой столик под номером 30, а место 5-е.
- Ха-ха, 30-е мая, мой день рождения... - тихо шепчу я, чтобы никто не слышал.
Чарли держится рядом со мной, но постоянно оглядывается, пытаясь найти сестру. Я одёргиваю её, пока Райнер не заметил поведение девочки.
- Какой у вас номер, мои любимые девушки? - раздаётся голос аристократа сбоку.
- 30-й столик! Их там так много, да? А сколько всего? - громко отвечает Шарлотта и машет своим конвертом.
Райнер смеётся и рукой берёт рыжую девочку за плечо.
- Ты такая радостная сегодня. Любишь праздники?
- Да! Фелиция угостила меня лимонной конфетой!
Он усмехается и кивает головой. Мы медленно проходим через коридоры, которые украшены самыми красивыми инсталляциями.
Я посмотрела вокруг и обратила внимание на дивный запах роз, который въелся в стены и повешенную ткань у колон. Чарли прыгала и обсматривала каждый цветочек. Оскар же нашёл собеседника в Вонке и не отходил от него. Мы прошли в сам зал. Праздник всеобщей свободы начался.
Гости медленно рассаживались и ощущалась приятная атмосфера средь людей, многие из них заводили беседы и смеялись.
Мы сели за наш стол и начали общение с нашими «соседями по столу». Рядом с нами сели совершенно незнакомые нам люди. Оказалось, что это семья девочки, которая была одной из участниц конкурса «Золотой билет». Верука Солт была на год-два старше Шарлотты, но они нашли общий язык. Вспоминаю скандальную историю, в которой девочка упала прямо в отсек с мусором, основательно содержащий скорлупу орехов. По слухам девочка вела себя очень избалованной, но сейчас разговаривает с Шарлоттой про пони и лошадей. Им явно нравится, так что мешать я не собираюсь. Райнер же общается с отцом девочки про какие-то вклады в бизнес и ещё про что-то, а миссис Солт поддерживает деловой разговор, который мне не интересен от слова совсем.
Я оглядываюсь и нахожу глазами Вилли Вонку. Он поднимается на сцену, украшенную цветами и конфетами. Музыка медленно снижает свою громкость, а руки магната обнимают микрофон и раздается его приятный голос, который отзывается в моём теле дрожью.
- Дорогие мои гости! Радость это счастье, но какое счастье без большого снастия? Сомкните глаза и почувствуйте вкус! Ведь как сказал Рабиндранат Тагор: «Отдых и труд неразлучны, как веко и глаз». - он делает благоприятную заминку, а затем продолжает. - Мой труд — сделать ваш вечер приятным и полным удовольствия! Прошу вас всех приступить к незабываемой трапезе!
Магнат тут же хлопает в ладоши и в залу врываются официанты; в их руках мраморные подносы с золотой окантовкой. На посудине золотой клош, закрывающий блюдо.
Один раз моргнув, передо мной открывается замечательный вид, а запах стоит отменный. На белоснежной тарелке разложился кусок запеченного мяса с золотистой корочкой и покрытый нежным соусом. Рядом лежал приготовленный картофель, вываренный в зелёном супе с овощами и редкими грибами. Мой рот медленно наполнился слюной и я принялась трапезничать. Еда таяла во рту, а я от мысли, что скоро буду счастлива...
Трапеза продолжалась на протяжении целого часа, а затем принесли второе мини-блюдо, которое продлило ужин ещё на двадцать минут. Всё это время играл оркестр. Мелодичная музыка струилась по залу, заставляя многих двигаться в такт.
Мой живот заурчал, поэтому я совсем не заметила, как Вонка вновь поднялся к сцене. Его голос, изначально, звучал более игриво и тихо:
- Вы готовы к шоу?
Зал зааплодировал. Вилли улыбнулся и уже громче объявил:
- Встречайте! Известная певица 2000-тысячных! Жемчужина наших ушей! Замечательная Ферги! - он раскидывает руки по сторонам и занавес сзади нас слегка открывается.
По сцене уверенна шагает уверенная блондинка с выразительными скулами. На ней шикарное платье и отменные туфли, которые блестят просто потрясающе. Включается музыка и женщина приветствует гостей:
- Дорогие гости, сегодняшний вечер является благотворительным. Он - символ свободы. Давайте зажжём вечер и подарим друг другу надежду!
Песня начинается и звучит очень приятный голос. Ферги стоит на сцене, которая украшена цветами, прям под цвет её платье. Нежный атлас буквально стекает по её фигуре.
Райнер и все гости внимательно слушают песню, которой нет в интернете. Ферги дала нам возможность послушать индивидуальную песню.
Тяну руку к стакану и замечаю салфетку под тарелкой, которая приклеена к низу тарелки.
В таких ситуациях нужно действовать тихо, но уверенно.
Рука аккуратно натягивает салфетку и отрывает её, а я постоянно проверяю взгляд аристократа, который явно увлечен концертом Ферги. Салфетка оказалось очень тонкой и часть текста сорвалось, хотя большинство было видно.
«Т.... выход после н... танцоров в белых кост...»
Ага... Хорошо. Интересно... Это слишком долго?
По крайней мере певица начала петь вторую песню. Я поворачиваюсь к миссис Солт:
- Прошу прощения, я к сожалению не знаю программы вечеринки. Не могли бы вы подсказать, какие гости сегодня будут выступать?
Женщина сначала улыбнулась, в потом посмотрела на меня так, будто я мусор. Райнер обратил на нас своё внимание и миссис Солт радостно защебетала:
- Конечно! После Ферги будет выступать диджей, по совместительству приближенный к британской семье. После шоу в стиле 60-х годов с прекрасными танцовщицами, а затем... - она начала говорить более быстро.
Клянусь, я пыталась считать, но после 24 номера я потерялась. При этом, что выступлений много, гости будут танцевать. Будет даже игра в лотерею! Мне так надоело это слушать, что я сорвалась и спросила:
- Миссис Солт, я слышала слухи про шоу танцоров в бежевых костюмах. Это действительно правда? - я специально допустила ошибку и она прямо позеленела.
- Вы правы, миссис Вэлфорд. - процедила она. - Танцоры в белых костюмах будут под 37 номером. Среди них жонглёры.
- А после них? - неожиданно раздаётся голос мужа миссис Солт.
- Должна выступить женщина. Я точно не знаю, но она представительница фонда, который раскрывает проблемы свободы женщин в браке.
- И это всё? - под шум спрашиваю я.
- Ну... Нет, конечно! Потом будут танцоры, группа «Конфети».
Я кивнула и поблагодарила её. Дальше мне пришлось смотреть представления и молиться, чтобы они прошли быстрее. Я хочу обнять Вилли и хочу встретить своих лучших подруг. Тоска во мне просто огромная.
Прошло три часа и несколько минут. Подходил 36 номер, а я съела всё, что было на моей тарелке. Мои ноги и руки дрожали в ожидании и мне пришлось себя успокаивать тем, что многие здесь - наши соратники.
Шарлотта всё так же общалась с девочкой Солт, а Райнер уже успел выпить несколько бокалов. Его щёки заметно покраснели, но разговоры с соседом по столу не прекратились.
Весь зал сиял разными цветами, в зависимости от того, в какой одежде выступали гости. Средь цветов на моталке были видны лампочки в форме росы, которые лишь добавляли сказочной атмосферы особняка.
Пройдясь глазами по залу, я встретила Милли Калвер. Она заметив мой взгляд кивнула, а её соседи по столу обернулись на меня. Она сидела с Алексом Райнером! И... О Боже! Кэтрин! Она улыбнулась и робко подмигнула. Оскар не должен заметить их. Но зачем она здесь? Уилл и Анна тоже тут? Сомневаюсь. Но Кэт выглядела прекрасно. Её тело облегало красивое ванильное платье. Какая же она чудесная... Я обратила внимание на Уилла, потому что он сидел подозрительно близко к Кэтрин. Его рука нежно коснулась плеча Кэтрин и та отвернулась от меня. Что не так?
- Фелиция, всё в порядке? - раздался озадаченный голос аристократа за спиной.
Я повернулась, сделав вид, что моя голова кружится.
- Оскар, мне нехорошо. Моя голова, она кружится...
- Что не так? - взгляд Райнера стал мягче. - Ты много выпила?
Не ответив, я встала со стула и подозвала его отойти в сторону, чтобы никто нас не слышал, но видел.
- Я во внимании. Тебя кто-то обидел? Или блюда плохие? - его рука легла на мою щёку. Я посмотрела прямо ему в глаза.
- Милый, я тебе не говорила, но мне нельзя пить вообще.
- Почему?
- Вчера с утра я узнала, что в положении. - я улыбнулась и положила свою руку на его.
Я попросила Райнера сделать вид, что всё в порядке, а сама отпросилась в туалет. Он попросил Вонку отправить со мной одного помощника и тот сопровождал меня до тех пор, как мы вышли из поля зрения. Конечно, я не беременна, мне пришлось соврать. Дальше легче.
Завернув за угол и пойдя по лестнице, я встретила Кэт и Милли, младший Райнер, видимо, остался смотреть шоу.
- Кэтрин! - вскрикнула я и обняла её. - Ты здесь! Но почему? Вы сказали, что находиться со мной не безопасно и это правильно! Мне так жаль, что я очень плохо ценила нашу дружбу и иногда забывала, что вокруг меня есть замечательные люди. Прости, Кэтрин!
Девушка взяла меня за руки и ответила:
- Я прощаю. Все делают ошибки и всё хорошо, Фел. Давай выбираться из этой задницы и жить так, как должны были.
Я кивнула.
Как оказалось, Милли поговорила с Османд намного раньше, чем со мной. Интересно, почему Вонка половину плана от меня утаил? Я обязательно спрошу у него.
Калвер смотрит на часы.
- По времени, уже заканчивает выступать 36 номер. 37 будет выступать 14 минут. - проговорила она. - Идём.
Я нахмурилась. Неужели уже через 20 минут я скажу то, что хотела несколько лет? Про все свои мучения и насилование?
Мы зашли в комнату с красивым розовым светом и прожектором со звездочками. Я оглянулась. Да это же игровая! Только почему мы именно здесь?
- Фелиция, садись, нужно накрасить губы и одеть тебя. - Милли даже усмехнулась.
Я села на стул. Детский стул зеленого цвета. Кэт подняла мою голову и начала красить мои губы в красный цвет с фиолетовым оттенком. Мне вспомнилось, как мы играли в визажисток ещё в приюте. Я усмехнулась.
- 11 минут! Быстрее! - говорит Калвер.
Кэтрин кидает помаду в сторону. Её рука тянется за очками и надевает их на меня. В комнату заходит младший Райнер. Он принёс пакет с одеждой, которую мне сшила бывшая одноклассница.
- Так! Вот рубашка и пальто, только надевай аккуратно! - Калвер достала ткани о протянула мне. - На сцену светит луч и мне кажется, каждое пятнышко будет видно.
- Ты осталась придирчивой. - сказала я и засмеялась.
Милли закатила глаза, а уголки губ растянулись в улыбке.
Через три минуты я была готова и подошла к огромному зеркалу. Вокруг лежат детские игрушки, а передо мной стоит очень даже сексуальная девушка в костюме, который почти идентичный костюму Вилли Вонки. На голове шляпа с фиолетовой лентой, а волосы красиво уложены. На мне красивая белая рубашка с распахнутыми верхними пуговицами. Сверху красное пальто, а снизу чёрные штаны и лоферы. Мне безумно нравится образ.
Ко мне подходит Кэтрин и гладит по спине, а затем надевает на меня жемчужное ожерелье.
- Всё будет хорошо. Другого выхода нет.
Она обнимает меня и я чувствую запах её светлых волос.
- Я постараюсь.
2 минуты. Я стою перед занавесками и жду, пока меня объявят. Помню, как впервые встала на сцену, чтобы рассказать стих в сиротской школе и как тряслись мои колени. Это чувство... Присутствует.
Я слышу сзади шаги. Обернувшись, я замечаю Вонку, он не подходит, потому что знает, что вот-вот всё начнется. Его губы двигаются, будто говорят: «Я люблю тебя». Моё сердце наполняется теплом и я слышу голос ведущего:
- Мы все здесь собрались, чтобы расслабиться и помочь расслабиться другим: тем, у кого нет финансовой возможности, тем, у кого нет здоровья, и тем, у кого нет свободы. Давайте поприветствуем представительницу будущего фонда по борьбе с теми, кто лишает других свободы!
Зал аплодирует так громко, что колени начинают трястись, но я делаю шаг, затем ещё и ещё. Занавесы разъезжаются назад и выхожу на сцену, слыша, как эти же занавесы снова съехались вперед.
Некоторые из зала ахают и я улыбаюсь. Дойдя до микрофона, я пытаюсь изобразить жест Вонки, когда тот снимает очки. Это занимает секунды, но я уже вижу напряженное лицо Оскара. Злость во мне поднимается и я начинаю речь:
- Желаю вам доброго вечера! Многие из вас знают меня по многим причинам: я жена Оскара Райнера, я фотомодель Фелиция Вэлфорд или просто человек, которого вы раньше не видели. Сейчас я занята совершенно другим делом, но оно настолько важное, что моё имя не будет иметь значения, поскольку в будущем вы будете слышать лишь восторженные истории людей, которые обрели свободу. - большинство гостей приятно улыбнулось, но я всё так же нервничала, - Хотели бы вы стать первыми людьми, кто поможет мне даровать свободу одному человеку? - я протянула руку.
Зал зааплодировал. Мои глаза нашли Оскара Райнера, который подозвал помощника. Понятия не имею зачем, но могу догадаться.
- Не редко, что основатели благотворительных компаний - жертвы, которые подвергались пыткам физического или морального характера... И человек, которого вы сегодня спасёте, тоже жертва. Этот человек - я. - после этих слов Райнер медленно встал и попытался выйти, но все выходы были заблокированы. Он вернулся на место, но не сел, а возмущённо стоял.
- Мой муж, за которого я вышла замуж не имея памяти о том, где я и кто я, был причастен к убийству моих родителей, которые погибли в автокатастрофе, а так же застрелил семейство Калвер, оставив обеих дочерей сиротками. - зал оборачивается на Райнера, который сжимает ткань своих брюк.
- Он заставлял одну из дочерей Калвер помешать мне интересоваться другими людьми. Оскар Райнер покушался на жизнь моего покойного отца, чтобы быть с моей матерью, но нечаянно избавился от двоих и его целью стала я, копия моей матери. - голос слегка дрожал. - Около 3-х лет я подвергалась моральному и физическому насилию. И мне, нужна помощь.
Многие из зала начали громко обвинять Райнера или бубнить оскорбления под нос.
- Этот человек монстр, который имеет психические расстройства. Но имеет связи. Я хочу, чтобы каждый из вас был свидетелем моего заявления и поддержал меня в трудную минуту.
Я киваю, подавая друзьям знак и в зал врываются полицейские с моими и адвокатами Вильгельма. С ними я увидела психотерапевта Райнера, который перестал покрывать его несколько месяцев назад. Я спустилась со сцены и встала в центр зала, ко мне подбежала Чарли и обняла меня.
Мы смотрели на то, как Оскара окружили полицейские.
Всё позади? Правда ведь?
- Вы не имеете права! Я всех вас засужу! - кричал Райнер.
Гости испуганно отошли в другой конец залы или разошлись по углам.
- Скоро всё закончится. - прошептала я Чарли.
Ко мне подошли все мои близкие и улыбчиво смотрят на меня. Милли шла последней и Шарлотта побежала к ней.
Следующие несколько секунд я просто не осмыслила.
Райнер вырывается вперёд, хватает нож с банкетного стола и хватает Чарли за руку. Она верещит, когда он надавливает ножом на её маленькое горло.
Я кричу.
- Сука! Ты должна дать мне уйти! Ты носишь моего ребёнка и я достану вас! - кричит Райнер.
- Опустите нож! - говорят полицейские, направляя пистолета в голову Оскара.
- Если не отпустите меня, я зарежу вашу девчонку и всё! Она сдохнет! Как сдохнешь и ты, Фелиция и твой ребёнок. - рычит Райнер.
- Вы будете приговорены к лишению свободы на огромный срок, если не будете сотрудничать с нами! - к нам выходит адвокат.
- Да мне плевать! Значит оставлю вам подарок.
Оскар Райнер размахивается и перерезает горло маленькой Чарли, а я ничего кроме своего крика не слышу.