Напиши мою Смерть (Редактируется)

Подготовка к пиру проходила на славу. Лучшие музыканты королевства демонстрировали свои умения в тронном зале - очаровательные мелодии, которые, казалось, никогда не остановятся - легкие и дурманящие. Особенно пронзительные ноты заставляли мурашки бежать по всему телу. Иоланта наслаждалась всеобщим волнением. Это был не страх перед захватчиками, а предвкушение скорого праздника, столь редкого события в эти темные времена. Словно сердце сейчас билось медленнее, на душе царил полный покой, никакой толкотни мыслей или тревоги за будущее. Что еще нужно для счастья? На небе уже зажигаются звезды. Пахло вкусной едой - скоро предстояла всеми любимая дегустация блюд. Свадьба была еще не скоро, но вся подготовка проводилась заблаговременно, чтобы избежать неприятных сюрпризов.

Но не все были рады ее свадьбе. Когда она объявила двумя днями ранее о скором прибытии предводителя северных племен, некоторые из ее министров чуть не задохнулись от удивления. Иоланта до сих помнила их красные лица, готовые приобрести нездоровый пурпурный оттенок. В тайне она посмеивалась над столь не сдержанной реакцией, но также и понимала их опасения. Сложнее было объяснить все Милии.

Девочка, как и всегда, находилась в кристальной библиотеке. Долгие годы добровольного заточения превратили жизнерадостного ребенка в задумчивого тихого подростка. Иоланта иногда смотрела в глаза своей дочери и не узнавала ее. Что с ней произошло? Куда делась та веселая девочка, любившая бегать босиком по траве, заставляя ее нянек гоняться за ней по всему саду? После встречи с ведьмой из Уайтдримма Милия и вовсе изменилась. Она стала нелюдимой и мрачной, а ее единственными собеседниками стали древние книги, учившие ее таинствам магии. Она перестала выходить из своей кельи. Еду ей приносили служанки, шептавшие, что принцесса возможно смертельно больна. В тайне Иоланта была довольна таким исходом событий. Если Милия, и правда была ведьмой, то рано или поздно и ее могли придать очищающему костру. Поэтому лучше ей оставаться здесь, под защитой стен и стражи, которая не подпустит к ней суеверных незнакомцев. Какая мать не будет бояться за собственное дитя?

Девочка встретила ее, как и всегда, полушутливым поклоном. В ее руках была книга, которую она не собиралась откладывать только из-за прихода Иоланты.

- Мама, не ожидала вас сегодня увидеть.

- Почему же я не могу прийти к собственной дочери? Разве тебе не скучно здесь, совсем одной?

- Вы переоцениваете значение собеседников. Разве вам так уж одиноко, когда вы в одиночестве смотрите на пламя в камине? Или когда вы гуляете по саду и любуетесь первым снегом или золотым листопадом, разве вам так уж нужно услышать чей-то голос, чтобы почувствовать настоящее счастье? Однако, вы королева, и у вас много дел. Во дворце все заняты предстоящим пиром, думала, и вы сейчас заняты тем же.

- Я пришла рассказать тебе о смысле этого пира, но... Ты чем-то занята? Может быть, пройдемся по саду, как мы делали это в детстве? Тебе нужен воздух, здесь нечем дышать.

Милия показала на стопку пергаментов лежавших посреди стола. Каждый был исписан аккуратным мелким почерком Милии, на некоторых еще не высохли чернила, и она заняла себя книгой в ожидании, когда можно будет продолжить писать. Милия изобразила на лице вежливое любопытство.

- У меня еще есть работа, но мы и правда можем пройтись. Что вы хотели мне рассказать о пире?

Иоланта вздохнула поглубже, взвешивая каждое слово. Как сформулировать то, что жизнь ее ребенка скоро перевернется с ног на голову? Стоило ли ходить вокруг да около, или лучше сказать все как есть? Милия казалась достаточно взрослой, чтобы воспринять все спокойно. Но кто знает, они никогда не вступали в конфликт.

- Я выхожу замуж за предводителя северных племен. Это свадебный пир, дорогая. Они прибудут через несколько месяцев.

- Вот как. Что же, это разумное решение. Война с севером уничтожила бы нас.

Королева не сумела скрыть свое ликование. Одно слово дочери значило для нее гораздо больше, чем одобрение всех ее министров вместе взятых.

- Значит ли это, что вскоре я вас покину, мама? Вы поэтому хотели со мной поговорить?

Иоланта замерла, не до конца понимая вопроса. А когда поняла ужаснулась. Милия же смотрела на нее без капли страха. Она действительно была готова покинуть замок, если того потребует ее будущий муж. Сама мысль об этом казалась Иоланте безумием. Она же ее дочь. Она выросла здесь и не должна была покидать дворца лишь из-за этого.

- Нет, разумеется, нет. Просто скоро такое важное событие, а ты сидишь запертая в своей библиотеке. Ты должна быть там. Тебе понадобиться платье. По обычаям севера во время церемонии ты, как мой единственный живой родственник, снимешь с меня плащ с геральдикой моего королевства, а мой муж оденет меня в свои фамильные цвета.

- Неужели, то, что я приемная, не имеет для них никакого значения? - Милие так долго вдалбливали мысль, что после смерти Иоланты она не сможет стать королевой, что она не могла не удивиться.

- Мы не будем заострять на этом внимания. Но, думаю, нет. Вокруг много доброжелателей, которые поспешат ему об этом сообщить, поэтому секрета из этого тоже делать не будем. К тем более, насколько я поняла, если бы он так и не женился, то его приемником стал бы тот, кому он завещает перед смертью свой трон. А это может не обязательно оказаться его родственник.

- Чудно.

Оказавшись в саду, королева и принцесса медленно пошли по каменной тропинке вдоль пруда. Был прохладный весенний вечер. Где-то в королевстве, в том же Уайтдримме, все еще был снег, но в замке уже появилась трава и почки на деревьях.

- Так над чем ты работаешь, дорогая?

- Мама, вы помните ведьму из Уайтдримма?

Иоланта невольно вздрогнула. Их первая встреча прошла ужасно, и она с содроганием думала, как объяснить новому королю ее присутствие.

- Господи, зачем ты о ней упоминаешь?

- Я пытаюсь понять кто она и откуда. Помнишь, она говорила, что прибыла из земель дальше, чем наша луна или звезды? Тогда я не понимала ее, но мне показалось, что в ее словах есть доля истины. Что если она и правда прибыла сюда из совсем другого мира? Тогда где он находится? Можем ли мы к нему прикоснуться? Можем ли и мы отправиться туда? И почему она здесь? За какие проступки? Неужели, тебе совсем не интересно, мама?

Иоланта с ужасом смотрела на дочь.

- Почему ты об этом спрашиваешь? Оставь это, она же ведьма. Единственное место, откуда она могла появиться, называют вовсе не другим миром.

Что-то происходило в душе Милии, теперь это было понятно как день. Ее ребенок переживал какое-то горе, о котором она не могла поделиться ни с кем. А Иоланта жила себе спокойно и слепо не замечала всего этого. В ее защиту, она упрямо твердила, что была занята. Ведь не может королева следить за каждой не прошеной мыслью, которая посещает голову ее дочери? Наконец, Милия заговорила. На ее глазах стояли слезы, будто она боялась причинить Иоланте боль своими словами, но все равно должна была их сказать.

- Мама, но что если... Что если она моя настоящая мать? Или что если эта девушка знает, кто она и почему меня бросила?

- Настоящая мать? Ты хочешь найти свою настоящую мать?

- Я хочу знать, почему она это сделала. Она бросила меня совсем маленькой на пороге церкви в такую ужасную зимнюю ночь. Что если у нее была причина это сделать? Что если ей нужна моя помощь? Что если она ждет меня, а я об этом даже не догадываюсь?

- Или она может быть мертва, ты не подумала об этом? Ее могли сжечь на костре, как ведьму, за колдовство. Нет, ты не такая. Ты принцесса и всегда ею будешь. Ты мой ребенок! Девушка из Уайтдримма не может быть твоей матерью хотя бы потому, что она исчадье ада, злая ведьма, пытавшаяся меня убить. Ты не можешь быть с ней в родстве.

Милия слушала ее и, с каждым словом Иоланты, ее сердце медленно разбивалось на кусочки. Иоланта видела это, но продолжала говорить, говорить, говорить. Такие ужасные вещи, заставлявшие ее дочь смотреть на нее как на чужую. Заставляя ее отступать от нее все дальше назад.

- Да зачем тебе настоящая мать?

Милия закричала, и темная аура окружила ее фигуру, заставив Иоланту в ужасе отступить от нее.

- Потому что я тоже ведьма! Потому что я вовсе не твой ребенок! Потому что мне здесь не место. И единственный человек, который мог бы мне помочь и рассказать о том, кто я на самом деле - злая ведьма из Уайтдримма, которая пыталась убить тебя. Что мне делать? У меня просто нет выхода...

Внезапно Милия опустилась на колени, ее лицо было ужасно бледным. Она схватилась за сердце, издавая страшные звуки, словно каждый вздох давался ей с большим трудом.

- Милия? Что с тобой?

- Сердце... Болит... Что...

Милия закрыла глаза и практически упала в руки Иоланте, склонившейся чтобы дотронуться до нее. У девочки начался лихорадочный жар, а по всему ее телу прошла холодная испарина.

- Милия? Милия! Кто-нибудь, на помощь!

Остаток вечера прошел, словно в тумане. Иоланта не помнила, как она попала в библиотеку и в какой момент кто-то забрал Милию из ее рук. Ей что-то говорили, но она их не слышала, по-прежнему видя перед собой бледное лицо ее дочери перед глазами; чувствуя, как горит ее лоб; слыша, как слабо она дышит. Милия будто заснула. Она не умерла, но и не могла быть живой в полном смысле этого слова. Как принцесса из сказок, она закрыла глаза и больше их не открывала. Как бы не старались местные лекари и священники, все было напрасно. Даже епископ не мог ничего поделать, так как посчитал, что в деле были замешаны не демоны, а хрупкое здоровье принцессы. Лекари наивно думали, что всему виной был уклад жизни девочки. Долгое заточение в четырех стенах библиотеки, слабое питание и плохой сон стали результатом ее коллапса. Но королева им не верила.

Посмотрев на своего верного советника, она тихо шепнула.

- Приведите ко мне ведьму. Она должна знать, что с ней произошло.

- Но, госпожа. Как же свадьба? Что подумают люди?

Иоланта одарила его свирепым взглядом матери, готовой на все лишь бы спасти свое дитя.

- Как прикажете, но что если она откажет?

- Обещайте ей все что угодно, но приведите. Милия не должна умереть!

Всю ночь она провела без сна, сидя у изголовья кровати Милии. Она надеялась, что та вот-вот подаст какие-то признаки пробуждения, и поэтому ей нужно быть все время рядом с ней. Но Милия спала, и сон ее казался смертью. Это сводило Иоланту с ума. Ей, казалось, что стоит Милии перестать дышать, и ее сердце тоже в тот же миг остановится. Поэтому каждый раз, когда ей мерещилось, что в келье стало слишком тихо, она почти садилась на кровать лишь бы убедиться, что девочка все еще жива.

- Прошу, не уходи. Не бросай меня, - шептала она, целуя влажный лоб своей дочери.

Наконец, в комнату вошла знакомая фигура. Ведьма была как всегда прекрасна, и в свете камина ее силуэт сиял мистическим пламенем. На ней было лучшее платье, ее губы искривились в приветственной улыбке.

- Так, значит, твоя дочь достигла лимита? Что она пыталась сотворить? Магия должна была быть сильной, раз она почти при смерти.

Иоланта была готова встать перед ней на колени, лишь бы та спасла дочь.

- Пожалуйста, помоги ей. Спаси ее!

Ведьма подошла к кровати, смотря на лицо ее дочери. Впитывая в себя ее образ.

- Лимит нельзя обмануть. Он забирает что-то ценное, а ты и не понимаешь насколько оно ценное, пока не потеряешь. Если она достаточно сильна, то выкарабкается сама. Что конкретно у нее заболело, перед тем как это произошло?

Иоланта попыталась вспомнить, в панике думая, что от ее ответа что-то зависит.

- Сердце, - тихо прошептала она чуть не плача, - Неужели, у нее исчезнет сердце?

Ведьма склонила голову на бок, пытаясь что-то вспомнить. Иоланте хотелось встать и начать ее трясти, настолько она была взвинчена.

- Нет, не исчезнет. Но будет хрупким как стекло. Малейшая боль, малейшее переживание и оно разобьется.

- Как же ей жить? Ведь не может же она совсем ничего не чувствовать. Она еще дитя.

- Магическое дитя, что намного опаснее. У тебя есть выбор - запри ее в своем замке, не подпускай к ней людей и молись, чтобы она никогда не влюбилась.

- Или?

- Более гуманный вариант на мой взгляд, но решать тебе. Дай ей умереть без мучений прямо сейчас.

- Нет! Нет, не позволю. Как же... Как же она может умереть? Это же моя дочь, - Иоланта не заметила, как подскочила к ведьме. Крепко держа ее за плечи, она смотрела ей прямо в глаза и плакала, - Как я могу это сделать? Я не могу.

- Хочешь, это сделаю я?

Ведьма не шутила, она действительно была готова ее убить.

- Нет! Нет, прошу, должен быть другой путь. Как мне спасти ее? Ты же владеешь магией! Я все отдам!

- Магия не сможет вернуть ей сердце. Придется научиться жить с этой болью. Мой совет, не мучай вас обеих. Дай ей умереть. Жизнь без событий, которые и создают подобные эмоции - для юной девушки, разве это жизнь?

Иоланта упала на колени, отпуская ведьму из своего захвата. Она больше не могла сдерживать слез, она ревела, громко икая и издавая страшные некрасивые звуки.

- Отпусти ее. Дай ей уйти без боли.

- Нет. Я не могу.

- Тогда, остается первый вариант. Но учитывая жизнь Милии, ее быт мало чем изменится. Просто заточение перестанет быть добровольным, так? И еще кое-что, скорее всего она умрет от поцелуя. Точно! Испугается первого поцелуя, и ее сердце заледенеет и разобьется. Кажется, так там было?

Иоланта не понимала, что она говорит. Ее коробил радостный тон девушки. Но зная, что Милия все-таки проснется, Иоланта немного успокоилась.

- Милия считала, что ты ее мать... Ты, и правда с ней в родстве?

В этот раз ведьма задумалась надолго, а затем пожала плечами.

- Все может быть, но я точно не ее мать. Пожалуй, пойду-ка спать. Путь до моего дома не близкий, поэтому я останусь здесь на ночь. Ты же не против, да?

- Как пожелаешь.

Ведьма из Уайтдримма не являлась матерью Милии - Иоланта облегчено вздохнула. Она легка рядом с дочерью и тихо плакала, пока и сама не заснула.