Часть 3. Глава 1.
Маргарет Хэйл, была известна в мире науки под самыми разными псевдонимами - Салли Ланкастер, Кэтрин Циммер, Бонни Нэшвил. Во всех ее именах, так или иначе, мелькала нотка обычности, монотонной повседневности, но не стоило давать ввести себя в заблуждение. Она была такая же обычная, как закат на Венере, который вряд ли наблюдал вживую кто-либо из обитающих сейчас на Земле.
Она опубликовала более сотни различных исследований в области языкознания, переводоведения и других лингвистических наук, выступала на конференциях посвященных сложнейшим переводам мертвых языков, ее докладам внимали самые блестящие умы их времени, частенько цитируя ее труды в своих собственных работах. Редкое сочетание красоты, силы и ума очень быстро прославило ее в научном сообществе, но она никогда этим не хвалилась. В ее жестах и грации сквозили нотки благородства, взгляд был полон любви ко всему живому, но также там была не соответствующая ее юному возрасту мудрость.
Однако, даже в этой идиллии были тайны, о которых мало кто подозревал. Например, то, что она была потомственной ведьмой. Ее родственники называли эту силу - «писательством», даром, проклятьем, но для нее это была такая же точная наука, требующая точности, терпения и хладнокровия.
Было около восьми утра, когда она, наконец, устало опустилась на стул в своем любимом, тайном убежище - ее "колдовской" мастерской. Вся комната, в сравнении с домом в целом, представляла собой довольно странный контраст нового и старого. Здесь был один старый деревянный шкаф, краска на котором давно потрескалась и облупилась, деревянный стол и два стула. Освещение было не ярким, лампа, висевшая прямо над столом, была старомодной, но на удивление долгожительной. Маргарет и не помнила, когда здесь приходилось менять лампочку. Стул тихо скрипнул под ее весом, напоминая о том, что не все в этой комнате не подвластно времени. Стены комнаты были выполнены из живого, натурального камня, так что казалось, что сейчас она сидела в пещере, где-нибудь в лесу, как настоящая колдунья. Камень впитал в себя запахи цветов и благовоний, которыми был полон шкаф. Особой магии они в себе не несли, но запах ее успокаивал и помогал сосредоточиться.
Маргарет не признавала никакой другой одежды кроме платьев. В ее повседневном гардеробе вы не найдете ни одной пары брюк, джинсы или шорты, а прическа и макияж, вне зависимости от времени суток, всегда были выполнены по высшему разряду. Но сейчас на ней было обычное черное платье, как у подмастерья, без каких-либо затей, волосы были собраны в небрежный хвост - она закончила очищение и защиту ее дома от магии Лауры и позволила себе такую маленькую роскошь, как небрежность во внешнем виде. Эта работа ее вымотала, хоть она и не хотела этого признавать. Младшая кузина становилась опаснее с каждым днем, и ее удары становились все изощреннее. Если бы не Грей... Нет. Все обошлось, и это главное, но еще рано отдыхать.
Маргарет достала из шкафа большую плоскую коробку, напоминающую коробку из под шоколадных конфет, но вместо сладостей в ней находились тридцать шесть черных, гладких камней. Все были одинаковой формы, хоть и найти такие заняло у нее много времени. На каждом были нацарапаны руны, покрытые желтой краской, многие из них были известны любому, например крест или стрела, но некоторые из них были придуманы ею самой в результате долгих исследований. Многие часы она потратила на изучение различного сочетания рун и выборочных наугад символов разных народов мира, бесчисленные эксперименты, фиксирование данных и изнуряющие тренировки по их использованию и быстрому начертанию.
В детстве ее родители были против этого, ведь наука занимала все ее время, не давая ей вести образ жизни обычной девочки. В особенности противилась этому мама, устроившая ей настоящую истерику, когда она узнала о способности Маргарет превращать свою руку в когтистую лапу, совсем как у птиц. Но привыкшая все делать по-своему, девушка не уступила ее слепому упрямству. Аврора не знала, что и делать. В ее практике еще не было человека, который не следовал ее добрым советам, а тут еще родная дочь. Тактика игнорирования и демонстративного молчания, попытка взломать комнату дочери и уничтожение всей этой магической ереси ни к чему хорошему не привела.
Маргарет игнорировала ее выпады, молчала при жестоких словах критики, не поддавалась на материнские нравоучения «я желаю тебе добра, поэтому все и сжигаю» и была готова уйти из дома совершенно нищей с полным отказом от семьи, если это потребуется, ради свободы. Вмешался отец, уставший от бесконечных криков жены и грустного вида дочери. Каким-то образом он помирил обе стороны, хоть Маргарет и подозревала, что он пригрозил Авроре разводом. Больше на ее пути преград не возникало.
Во время одного из ее экспериментов - она вручную выскабливала на руническом камне символ глаза, довольно полезное приобретение для ее арсенала; она-то и обнаружила целый ряд странных чешуек проросших у ее запястья до самого локтя. Она были иссиня-черными, гладкими на ощупь, мягкими как перышко, но стоило ей попытаться вырвать одно из них, как они стали прочнее чешуи дракона.
Душа исследователя толкала Маргарет на дальнейшее изучение этого феномена. Чешуя появлялась лишь тогда, когда у девушки выходило использовать магию. При чем очень сильную, на простые фокусы ее кожа никак не реагировала. Она предположила, что это какое-то загрязнение ее организма остаточной магией, напоминающее реакцию кожи на отравление. Но это не объясняло, откуда она появлялась. Маргарет знала, что она совершенно здорова. Их личный врач проверял все семью, по крайне мере раз в две недели и это не было так сложно выяснить.
В следующий раз, чешуя появилась при создании руны исцеления. Ее ногти на обеих руках стали длинными и грубыми, а вены на запястьях из нежно голубых стали черными. Зафиксировав новое изменение, Маргарет продолжила работать. Страх был абсолютно нелогичным явлением по ее разумению, и потому-то она так спокойно и отнеслась к этой трансформации. Денно и нощно, она проводила все свое время над своим новым увлечением - созданием ее собственного набора рун для предсказаний. Процесс шел медленно, так как выяснилось, что у ее силы появилось ограничение. В отличие от ее родни, написание заклинаний обычными чернилами никогда не давало для нее никакого эффекта. Ей приходилось вычерчивать руны на камнях, сначала инструментами, а теперь и собственными когтями, проводя за этим делом много изнурительных, но, тем не менее, приятных часов.
Богатство ее семьи позволяли ей заниматься ее исследованиями практически постоянно, многие из них были очень затратными и никакой прибыли не приносили. Ее отец спонсировал все ее экспедиции, дорогостоящее оборудование, обычная констатация факта, что без него ей пришлось бы заниматься совсем ни тем, к чему тянулась ее душа. Печально, что все, что хочется получить в этом мире, требует наличия большого количества денежных средств. В начале это было лишь хобби, безобидное увлечение, переросшее в настоящее помешательство. Она хотела знать больше. Хотела понять, откуда это появилось, но данных обычных людей было недостаточно.
Прошли годы, и ее исследования все еще продолжались. Она многое выяснила и все равно так многого не знала о своей собственной семье и магии, которой она была окружена, но теперь у нее появился надежный союзник. И требовалось сделать все возможное, чтобы удержать Грей на своей стороне. Ведь где Грей, там Дамиан. Два прямых, и потому самых сильных наследника Тауэра, прямо здесь, на ее стороне шахматной доски. Темный король и королева в их маленькой игре на выживание.
Ее техника чтения будущего, должна помочь ей в ее нелегком деле. Нужно узнать, что же готовит им будущее, странно, что Маргарет из параллельного мира Грей не стала так подстраховываться. Возможно, она была так сильно занята праздником сына? Девушку наполнил гнев. Лаура посмела использовать ее любовь к ребенку, чтобы добиться своих грязных целей. Ну что ж, теперь охотник сам станет жертвой, ведь она намерена, использовать все свои знания на полную мощь, чтобы обеспечить ей радушный прием.