😈𝕤𝕙𝕖-𝕕𝕖𝕧𝕚𝕝

Кирилл:

Я не свожу с неё своего пристального взгляда. Впервые за две недели она выглядит, как прежде. Даже одежда, которую она выбрала только с одной целью – побесить меня, – радует взгляд. Она такая же открытая, своенравная и притягательна. Василиса на Живых холмах, как рыба в воде, и я её отлично понимаю.

Несмотря на то, что Василиса всё ещё испытывает внутренний дискомфорт и борется с гнетущими эмоциональными последствиями, её бунтарский дух любопытно поднимает голову и начинает озираться по сторонам.

Она возвращается ко мне, моя бунтарка.

– Ты ей сказал? – спрашивает Артём, пристроившись рядом.

– Нет, – отвечаю слишком резко. Повернув голову, вижу укоризненный взгляд друга. – Она бы разволновалась, – оправдываюсь я.

– Твоя гиперопека раздражает даже меня. Сложно представить, что чувствует Василиса, находясь с тобой круглосуточно в закрытом доме, – хмыкает Артём.

– А я уже начал думать, что ты напрочь забыл её имя, – вздергиваю бровь, ухмыльнувшись.

– Могу продолжить называть её беспощадной стервой, – пожимает плечами парень. – Но это ничего не изменит. Она такая же жертва обстоятельств, как и мы все.

– Она не жертва, – жестко припечатываю я, а Артём в смятении умолкает, отпивая сок из стакана. – Василиса сбилась с пути, но это ещё не значит, что заблудилась.

– Ты очень хорошо играешь роль личного GPS-навигатора. Надеюсь, в этот раз твоя дорогая не заведёт её в очередной гремучий лес к тварям, – закатывает глаза парень. – В прошлый раз ты тоже молчал... Думаешь, что в этот раз всё пройдёт гладко?

Я молчаливо поджимаю губы, отворачиваясь.

– Как там рыжая? – меняю траекторию разговора.

– Обещала приехать, – его голос заметно тускнеет.

– Всё ещё бесится?

– Скорее изгаляется надо мной, – поправляет меня Артём. – Чувствую, как она надела на меня ошейник и держит возле своей ноги на поводке. Странное чувство. Как-будто меня окольцевала женушка, а я будто и не против...

– Наверняка она тебя считает своенравным кобелем, вот и держит у ноги, чтобы больше не вскочил на какую-нибудь податливую суку, – позволяю себе острую шпильку.

– Очень смешно, Бес, – фыркает Артём. – Ты всё равно недалеко от моего положения, так что прикуси язык.

– Ну почему же не далеко? У меня как раз намечается увеселительная программа по соблазнению одной очень капризной девочки.

- Уволь меня от этих подробностей! – Артём корчит рожицу. – И вообще… Не рано ли ты стремишься затащить свою Лису в постель? Она ещё в прострации. Не то, что от наших байкеров держится стороной, но даже от банки пива.

– Во-первых, у нас был уговор – никакого алкоголя. А во-вторых, рано… Думал я, пока не начал замечать её реакций. Дарья сказала, что, если у неё есть стабильное влечение и принятие, это лишь поможет ей быстрее отойти от стресса и наложить новые впечатления поверх травмирующего опыта. Своего рода пластырь, на кровоточащей ране. Не смотри так на меня, это тётя меня подтянула в познаниях психологии.

– Так ты не только навигатором заделался, но ещё антистрессом и пластырем? Она скорее начнёт мять твои яйца и вертеть, как ей вздумается. Это же Василиса, наша неправильная девственница, – смеется Артём, шутливо толкая меня локтем в бок.

– Давай лучше закончим на этих нелепых аллегориях? – качаю я головой, слабо улыбнувшись.

– Ты уверен, что этот ублюдок здесь появится? – с сомнением спрашивает Артём. – Ковалёв хоть и отбитая мразь, но достаточно расчетлив и осторожен.

– Появится, – уверенно киваю я головой. – А будь он таким расчетливым и осторожным, не оставлял бы после себя столько грязных следов. Он слишком самонадеян, считая, что всегда выйдет из воды сухим.

– Надеюсь, в твои планы не входит устраивать с ним бойню, – Артём смотрит на меня, когда я задумчиво кручу в руках бутылку лимонада за горлышко. – Бес, ты же несерьезно?

– Я что, похож на самоубийцу? – хмыкаю. – Махать кулаками – заведомо плохая идея, к тому же не моя стихия.

– Так и не расскажешь мне сценарий, по которому пройдет сегодняшний вечер?

– Чем меньше знают о нём окружающие, тем эффектней и правдоподобнее будут развиваться события.

- Не боишься, что она снова окажется под ударом? – Артём переводит взгляд на Василису, как и я.

Она мило щебечет о чём-то с Тимофеем, присев на его двухколесную рухлядь. К сожалению, замена моего байка ничем не отличается, от такого же хлама металлолома…

Я скольжу взглядом по Василисе, которая улыбается и жестикулирует руками. Она чувствует себя здесь комфортно, и видимо, Живые холмы нравится ей больше, чем посиделки дома. Дарья была права – смена обстановки и хорошие воспоминания идут ей на пользу. Жаль только, что вечер не будет таким же хорошим, как его начало.

– Не окажется, – утверждаю я.

– Твоя самоуверенность может навредить не только…

– Я сказал – не окажется, – грубее говорю я, поставив точку в сомнениях друга. – Вы о ней позаботитесь, пока я разберусь с этим ублюдком.

– Ты неисправим, Бессонов. Хотя бы на этот раз не забывай, к чему приводит твоё задетое эго и неверно истолкованные ею слова, – тяжело вздыхает Артём. – Твой стратег явился. Не переусердствуйте, – он мнет пустой бумажный стаканчик и кидает в урну, неодобрительно вскинув взгляд в сторону приближающегося Мирослава.

– Мне показалось, или наш славный Артёмчик меня избегает? – шутливо поддергивая бровями, спрашивает Дымарский, озираясь вокруг.

– Перебесится, – утверждаю я. – Всё готово?

– Да. Ожидаем главного виновника торжества, – с надменной ухмылочкой Дымок подносит бутылку пива к инструментальному ящику моего байка, со скрежетом сняв крышку.

Морщусь от неприятного звука, понимая, что проделай он это с моим железным зверем, я бы без сомнений переехал его на том же байке. Жаль только, что Василиса уничтожила его до никому ненужного хлама…

– Ты же на задании.

– Это для маскировки, – подмигивает Мирослав, на что я закатываю глаза.

– Как тебя только начальство терпит?

– Я тебе больше скажу – мне ещё и хорошо платят. Как и ты, – Дымок отпивает пиво, сладко причмокивая. Для меня не остается незамеченным то, что он отправляет красноречивый взгляд в толпу и приподнимает пиво, едко ухмыляясь.

Наверняка этот подлец сейчас хвастается вседозволенностью какому-то зеленому практиканту.

– Выпендрежник.

- Выпендрежник. у которого есть деньги, – вносит он корректировку моему выговору. – Твоё серьезное лицо навевает на меня скуку. Пока не явился Ковалёв, я собираюсь повеселиться и возможно сделать сальто на байке.

– Ты уже выпил. Это небезопасно, – во мне просыпается консервативность.

– Какой же ты занудный… Это безалкогольное пиво. Теперь, папочка, я могу развлечься? – Мирослав чокается со мной своей бутылкой пива и идёт в толпу, быстро вписываясь в атмосферу байкерской вечеринки.

Пожалуй, он прав. Мне стоит немного расслабиться…

***

Василиса:

– Я поверить в это не могу, – хмыкаю, качая головой.

– Как и я сам, – артистично вздыхает Тим. – Но ты кажешься рядом с ним счастливой, хотя я всё ещё считаю Бессонова высокомерной задницей.

– Так вы теперь друзья?

– А я так похож его друга? – скептически щурится парень. – Мы не ладим, но ты была права. Нам нужен компромисс, и ты сама им стала. Но я не забыл, как он несколько раз приложил меня кулаком, так что, если я разукрашу его смазливое личико – не обессудь.

Смеюсь, похлопывая друга по плечу. О дружбе между Тимом и Киром говорить ещё очень рано, но они начали общаться. Жаль только, что причиной их разговора стали мои проблемы и всё тот же Станислав Ковалёв. Совру, что их перемирие меня не радует. Более того, я рада, что их уровень тестостерона понизился и при встрече они не кидаются друг на друга с кулаками.

Мой взгляд скользит за спину друга и я, затаив дыхание, замерла. Аня стоит рядом с Артёмом, искоса на меня поглядывая. Как только она замечает моё внимание, демонстративно отворачивается, встав ко мне спиной.

– Я отойду, – шепчу я.

Тимофей, замечая изменения в моих эмоциях, прослеживает за взглядом.

– Ты уверена, что это хорошая идея? Сама же знаешь, насколько рыжая вспыльчива. Остынет и тогда поговорить будет легче.

– Мне стоит попробовать.

Я не заостряю внимание на том, что сказала Дарья. А она предположила, что моя тревожность зависит от людей, которые пострадали от моей руки. Примерить маску стервозной суки оказалось интересно, но сейчас эту маску приходиться отрывать с собственной кожей.

Когда я встаю недалеко от воркующей пары, Артём с недоверием прищуривается.

– Мы можем поговорить? Наедине, – мягко намекаю, что мне было бы комфортно пообщаться с Аней наедине.

– Отчего же? – резко поворачивается рыжая, едва не хлестнув по моему лицу своими распущенными волосами. – Я лучше перестрахуюсь, чтобы моего парня не напичкали наркотой за моей спиной. Так что ты хотела, Авдеева? – она высокомерно вздергивает подбородок, но я слишком хорошо знаю Аню. Она нервничает, поэтому облизывает губы и складывает руки под грудью.

– Я хотела сказать, что мне жаль, – сказала я на одном дыхании, поочередно глядя на Артёма и Аню. – Мне не стоило так радикально… То есть мне вообще не стоило вам вредить. Это было мерзко.

Аня переглядывается с парнем.

– Извинения приняты. Ты хочешь сказать что-то ещё? – спрашивает Артём, когда девушка не находит для меня собственный ответ.

Киваю, замявшись.

– Ты мне нужна, Аня, – тяжело сглатываю, борясь с тем, чтобы не мять пальцы от напряжения и не отводить взгляд. – Я понимаю, что… – судорожно ищу слова, умоляюще смотря в её глаза. – Я была не права. Мне стоило поговорить, а не поддаваться эмоциям и всяким… В общем, я не претендую на дружбу. Просто не хочу, чтобы вы думали, что я бесчувственная сука…

Я не успеваю отреагировать, когда оказываюсь в крепких объятиях подруги. Артём уходит, позволяя нам побыть вместе. Несмотря на напряжение, скопившее в теле, я позволяю себе расслабиться и взаимно обнять Аню, прижимая ладони к её спине.

- Ты тоже прости меня. Я знала о споре, но, клянусь, не помогала Бессонову, – она откланивается, заглядывая в мои глаза. – Он в тебя влюблен по уши. Я думала, что Бес тебе обо всём расскажет и не допустит подобной выходки… В общем, ты тоже прости меня, Вась.

– Я не обижаюсь, – кивнула я. – Так значит, ты говоришь, что Бессонов по уши в меня влюблен? – лукаво улыбаюсь.

– А разве не видно? – Аня закатывает глаза. – Он даже Артёма недавно приструнил, когда этот великий Мститель решил дать взятку в универе для твоего исключения. Видела бы ты, как он прижал его к стене…

Мне приятно, и я это не скрываю.

– Ты правда на меня не злишься? – не сдерживаюсь и уточняю ещё раз, решая не переводить тему.

– Не злюсь. Отчасти я даже тебе благодарна. Артём теперь валяется у моих ног, чувствуя вину. Я купаюсь в цветочках, хожу на роскошные свидания, а в постели… М-м-м… Пожалуй, через несколько недель снисходительно приму его приглашение съехаться.

– Хорошая стратегия.

– А как ваши отношения? – любопытничает Аня, а я непроизвольно заливаюсь краской от смущения.

Боже мой… Я с точностью помню, что и как он говорил совсем недавно, сидя на диване в моей гостиной, детализировано рассказывая о своём желании без какого-либо чувства стыда.

– Вижу, происходит что-то интересное, – проницательность рыжей как всегда отменная.

– Я пока не знаю, как себя с ним вести, но он очень своеобразно намекнул, что между нами ничего не изменилось.

– Догадываюсь, как именно. Бессонов точно подобрал самые грязные словечки, не так ли? – смеется Аня. – Но и ты… Хочешь его да?

Я поворачиваюсь к подруге, пожимая плечами.

– Брось, ты даже сейчас пытаешься найти его взглядом. Если тебе с ним хорошо – наслаждайся моментом. А судя по тому, что он рядом с тобой вопреки всему, говорит о многом. Вы влюблены, Василёк, и я рада за вас.

– Он мне очень помогает. То, что он рядом со мной несмотря на то, что случилось… – когда Аня заглядывает в мои глаза с сомнительным замешательством, я сбиваюсь на словах. Она не знает. Пока ещё не знает. – Прости. Сейчас не то место и не то время говорить об этом.

– Что-то случилось? – участливо спрашивает девушка.

– Уже всё в прошлом. Если у тебя будет свободное время, загляни ко мне на выходных. Поболтаем, – неопределенно говорю я, приглашая подругу в гости.

Я уже признала факт, что мне стоит обсуждать мою проблему и кому, как не подруге, рассказать о произошедшем? Аня всегда находит подходящие слова, умеет выслушать и вовремя помолчать.

Рассказывать подробности случившегося Кириллу в глаза – у меня не хватит смелости. Более того, меня тревожит, что узнав такие мерзкие подробности, он больше не захочет находиться рядом со мной. Эгоистично, но я ведь давно уже не примерная девочка. Дарья так же не лезет в мою душу, но знает о проблеме, а вот Ане хочется немедля вывернуть всю мою душу наизнанку.

– Сегодня что, сходка? – недоуменно фыркает девушка. – Знала бы, так хоть теплее оделась.

Я оборачиваюсь, пытаясь понять, что привлекло внимание Ани. Мой взгляд мечется по толпе байкеров и любителей подобной тусовки. Но моё чутье ведет мой взгляд дальше. И я вижу... Я вижу его. Кажется, в этот момент часть меня в страхе и ужасе шарахается в сторону.

– Ты чего? – Аня замечает, как я непроизвольно делаю несколько шагов назад. – Вась?

– Зачем он здесь… – ошеломленно шепчу я. – Где Кирилл? – нервно дергаюсь, осматриваясь по сторонам. – Где он?!

– Василиса… – Аня растерянно ловит меня за ладонь.

– Мне нужен Кирилл! – истерично вскрикиваю. – Где он?

– Василиса, ты меня пугаешь, – встревожено шепчет Аня. – Ты… Боже… Артём! – она оборачивается, вскрикивая имя парня. Её хватка на руке стает невесомой, и я нервно отхожу назад, беспомощно кружась на месте, а затем срываюсь и теряюсь в толпе. – Василиса!

Глаза застилают жгучие слезы. По ушам набатом бьет его мерзкий голос, угрожающий расправой. Тело жжет, вспоминая его жестокие руки, а мозг яростными вспышками ослепляет, напоминая мне о роковом вечере…

– Тише… – когда я попадаю в чьи-то руки, вырываюсь, не опознавая человека рядом. Я почти ничего не вижу из-за слез, а меня трусит от ужаса, который мертвой хваткой сделал петлю на моём горле. – Я рядом, Лиса. Слышишь? Посмотри на меня.

– Кирилл… – жалостливо всхлипываю, утыкаясь лицом в его грудь. – Он здесь. Мне нужно… Пожалуйста, давай вернемся домой?

– Тебе ничего не угрожает, Василиса, – заверяет меня Кир.

– Я хочу домой! – взываю я, в кулаках сжимая его крутку, требуя. – Домой, Кир. Слышишь меня? Я не хочу здесь находиться.

– Сегодня гонки и я хочу, чтобы ты меня поддержала, Василиса.

– Он здесь! – не выдерживаю я, вскрикивая.

– Знаю.

Ошалело смотрю в его глаза, вздрагивая.

Вижу в нём твердую решимость и осознанное решение быть здесь, в этот вечер и в эту минуту. Голова раскалывается от эмоций и мыслей, которые затуманивают мой рассудок.

- Ты что-то задумал, – паникующее шепчу я.

– Чтобы не случилось, ты в безопасности. Я клянусь тебе, – он обе ладони прижимает к моим щекам, большими пальцами стирая слезы. – Пора взглянуть нашим страхам в лицо и покончить с этим раз и навсегда.

Кажется, что я забываю, как дышать.