26 глава: „Фрагменты памяти"
I feel myself go insane
Я чувствую, что схожу с ума
I've got a lot I cannot say
Я о многом не могу сказать
For too long, I bide my time, I'll say I'm fine
Слишком долго я выжидаю, говорю, что я в порядке
I watch you float on, float on
Наблюдаю, как ты проплываешь мимо, проплываешь мимо
For too long, I've been too fake
Чересчур долго я был слишком фальшивым
Pretend to be all that you need
Притворяюсь тем, что тебе необходимо
So tell me the the truth, my baby, baby
Так, скажи же мне правду, моя детка, детка
Is it me is it you? I say, I say, oh
Это я, это ты? Твержу, твержу о
So tell me the truth, my baby, baby
Скажи мне правду, моя детка, детка
Is it me is it you?
Это я, это ты?
- из песни „Tell me the Truth" от Two Feet
Нолан
Время действий: пару дней до взрыва
— Ты уверен, что в этом состоит их план? — снова переспросил я Риза, чувствуя, как ярость подкатывала к моему горлу.
— Сто процентов, — подтвердил он. — Я скину тебе записи, которые достала Кортни. Их намерения были чёткими и понятными.
Я кинул нож в картину напротив меня, попав прямиком в летящего голубя, изображенного на ней.
— Теперь я уверен в том, что это они сфотографировали меня с Сесилией в Бразилии, — почесав подбородок, сказал я. — И это они пытались убить её. Очень похожий почерк.
Риз замолчал по ту сторону провода, пока гнев распространялся по моему телу.
Прошло уже много времени с момента моей последней встречи с Сесилией. Я надеялся на то, что таким образом она будет в безопасности. Но проблема того, что я позволил ей отказаться от нас, состоит в том, что я не мог знать, видеть и контролировать, была ли Сесилия в безопасности и ничего ли ей не угрожало.
Я не мог контролировать многие вещи, когда дело касалось этой дьяволицы. Особенно часто я думал о том, не забыла ли она меня, не вернулась ли к своим завоеваниям в клубах, не возобновила ли отношения с этим чёртовым Алессандро. Ревность пробирала меня до костей и съедала изнутри.
Но я знал, что ничему не позволю стать на нашем пути. Не другим парням, не её страху, не этим ублюдкам, которые хотят нас убить.
— Тебе нужно залечь на дно, — предложил Риз. — Нам нужно всем вместе залечь на дно, чтобы разобраться с тем, как уничтожить их, не пострадав самим.
— Я залягу на дно, — сам себе кивнул я. — Они ещё не знают, на какие игры разума я способен.
Грудь наполнилась чем-то похожим на решимость, пока мою голову посетила определённо самая сумасшедшая и больная идея, которая только могла.
Время действий: день взрыва
— Что связано с Сесилией Фальконе? — выплюнул я.
— В новогоднюю ночь ей прислали труп Ребекки по файлу, Нолан.
Один. Два. Три.
Мои уши заложило и именно столько прошло ударов моего сердца, пока я снова не смог сделать вдох. Я поднялся на своём сиденье, наплевав на этот чёртов паспорт. Какого чёрта?
— Ей прислали файл с надписью «мы выполнили ваше поручение, босс», — продолжил Ноа. — Это она, Нолан. Она обманывала тебя, пока сама стояла за всеми теми пропажами детей, их матерей и она организовала убийство Ребекки.
Он ждал ответа от меня.
Разумного, внятного, но я не был способен на такой. Мои глаза опустились на экран управления машины и я нахмурился.
— Какого хрена? — сам себя спросил я, пока мои уши не заложило от взрыва, а в глазах не появились белые огни.
Я выключил телефон и смотрел на то, как горит ярким, красным огнём машина на той стороне улицы.
Наш план с Ризом был предельно ясным и простым. Взрыв произойдёт. Эти ублюдки вместе с оставшимся миром поверят в то, что я умер. Они потеряют бдительность и осторожность, но никто так и не узнает, кому на самом деле принадлежал тот труп в машине.
Считаю, что это один из самых гуманных способов борьбы с должниками. Он мучился намного меньше, чем мог бы, если бы мы решили, что его кончина должна прийти в нашей камере пыток.
Но я не мог продолжать думать про свои наполеоновские планы, потому что меня волновало две вещи: мне нужно сматывать, пока не набежала толпа зевак и какого чёрта Ноа сказал, что Сесилия замешана в убийстве Ребекки?
Врем действий: через пару дней после того, как Нолан «умер»
Будучи капо Красных Масок, я осознавал, что смерть - неизбежное понятие.
Но никогда не думал, что пойду на что-то подобное добровольно. Я не жалел о своём решении, которое могло защитить близких мне людей и помочь разорвать и разбить вдребезги организацию, которая занималась убийствами и продажей детей. Но, конечно же, я знал, что понесу последствия, что столкнусь и с негативной стороной своего выбора.
Например, с тем, что моему дяде, который заменил мне отца и мать в своё время, пришлось хоронить своего единственного наследника. Или с тем, что конкурентные мафии уберут нас со счетов после моей смерти. Но как мы уже успели выяснить, иногда лучше быть недооценёнными, чтобы потом показать, насколько остальные ошибались, чем действительно быть похороненными под землёй.
Утро, день, вечер и ночь я прятался в небольшом домике в забытой Богом деревушке. Вокруг были километры зелёных лесов, красивых полян и чистых озёр. Но у меня не было времени любоваться видами, когда в моей голове крутилось множество планов. В моём распоряжении был ноутбук и я то и делал, что пытался изучить своих врагов ещё глубже, чтобы понять их следующие действия.
— Похороны прошли успешно, — без стука в дом вошёл Риз - единственный человек, который знал о моей авантюре.
Даже Кортни и Ноа продолжали оставаться в неведении, хоть им и были известны подробности нашей операции.
— Надеюсь, все захлебнулись в слезах, — сухо усмехнулся я.
— Женщинам ты при жизни нравился куда больше, чем мужчинам, — фыркнул Риз с усмешкой. — Последние не проронили и слезинки.
— Что, даже мой лучший друг не соизволил всплакнуть на моих похоронах? — притворно удивился я.
Риз показал мне средний палец, запрыгивая на диван.
— Как там Кортни? — спросил я, как и каждый день с тех пор, как она не только стала помогать нам в Вегасе, но и как только она стала Риза.
На лице моего друга появилась более мягкая улыбка, и он схватил телефон в руки, вероятно, чтобы написать ей.
Кортни ещё находилась под прикрытием и хоть Риз не хотел оставлять её одну в городе грехов, я убедил его в том, что эти ублюдки слишком увлечены моей смертью, чтобы причинять вред девушке. Они забудут о ней ещё на пару дней, а потом ей лучше покинуть город и скрыться вместе с Ризом.
Ещё в начале я пообещал ей новую жизнь вместе с новым именем и новой страной, но сейчас я не был уверен в том, насколько её планы остались нерушимыми.
— Она тоже горюет по твоей гибели, — он поджал губы, неодобрительно качая головой. — Мне не нравится её обманывать, тем более в тех вещах, которые заставляют её настолько нервничать.
— Это ложь во благо, — пожал плечами я. — Ты сможешь ей всё объяснить.
Риз отодвинул телефон с любопытством глядя на меня.
— А что насчёт тебя? — кинул он. — Ты сможешь объясниться?
— Своему дяде? — я снова равнодушно пожал плечами. — Боюсь, он пожалеет о всех тех подростковых днях, когда он выбрал не пытать меня, как обычно поступают с мальчиками.
Риз прыснул смешком.
— Думаю, есть ещё один человек, который не будет против убить тебя заново, когда узнает о твоей шутке, — его губы растянулись в провокационной ухмылке.
Я поднял глаза, глядя на него через ноутбук.
— Кто?
— Мне звонила Сесилия Фальконе собственной персоной, — почти торжественно воскликнул он.
Мои глаза расширились, а сердце сделало несколько быстрых ударов, прервав привычный ритм.
Совру, если скажу, что я не почувствовал нотку самодовольства. Это подтверждало лишь то, что Сесилия врала, когда сказала, что всё, что было между нами - плод моего воображения. Она беспокоилась, и это согрело моё сердце.
— Что она тебе сказала? — я закрыл ноутбук, переключив всё своё внимание на друга.
— Спрашивала, правда ли ты умер, — он облокотил свои локти на колени. — Спрашивала, знаю ли я, кто замешен в твоей смерти. Сказала, что хочет отомстить.
Последнее предложение действительно заставило меня удивиться.
Это не было плодом моего воображения.
Хотя, чем дольше я находился вдали от Сесилии, тем больше её фигура казалась для меня чем-то размытым и нереальным. Будто она слишком хороша в моей жизни, чтобы быть реальностью.
— Я сам отомщу, — пообещал я. — И за неё, и за себя.
Время действий: через пару недель после того, как Нолан «умер»
— Что вы хотите сказать, господа, перед своей смертью?
Ублюдок выплюнул немного крови со своего рта.
— Надо было убить не только Нолана, но и всю вашу шайку, — злобно выплюнул один из ублюдков.
— Вы думали, что мы распадёмся без него или забудем нашу цель? — Риз хрипло и снисходительно посмеялся. — Вы не можете быть ещё большими идиотами. Я бы пожалел вас, если бы вы не сделали сиротами стольких детей.
Риз наклонился над мистером Робертсом, глядя ему прямо в трусливые глаза.
— А ты? — с омерзением в голосе протянул мой друг. — Ты отец. Неужели ты не смог проникнуться никаким сочувствием или достучаться до своей адекватности?
— Иди к чёрту, — прошипел он вместо ответа.
Хоть мой друг находился спиной ко мне, я мог представить, какую сумасшедшую улыбку он ему подарил.
— Ты передашь ему «привет» от нас, — кинул он, принимая прямое положение.
Связанные на стульях мужчины начали переглядываться между собой, будто почувствовали, как тяжесть слов Риза заветала в воздухе.
Я продолжал делать всю работу, находясь «под землёй». Вещи стали намного проще, когда они решили, что опасность миновала. Когда предположили, что я не думаю на несколько шагов впереди их. Они недооценили нас и поплатятся за эту ошибку своими жизнями.
— Не переживайте, даже я присоединюсь к этому веселью, — я сделал несколько шагов вперёд, выходя из тени, чтобы престать перед ними во всей красе.
Если бы у меня был фотоаппарат, я бы сделал фото на память.
Их брови подскочили к линии роста волос, их глаза чуть ли не вылетели из орбит, а челюсти могли удариться об бетонный пол - настолько они отвисли. Мои губы растянулись в широкой ухмылке. Я был любителем устраивать шоу, но сегодня оно получилось, как никогда хорошим.
— Вильсон? — почти в унисон выпалили они.
Даже те, которые потеряли некоторую часть своих зубов и не могли выговорить все буквы.
Я посмеялся тем смехом, от которого даже у меня прошлись бы мурашки, если бы он был адресован мне. Я развёл руками в театральном жесте, пока Риз следил за мной с усмешкой, наслаждаясь этим, как самый настоящий зритель в первых рядах.
— Меня не так-то и просто убить, как оказывается, — посмеялся я. — Вы успели расслабиться и облегчённо выдохнуть. Спасибо вам за то, что вы такие идиоты.
Наша операция, которая длилась не один месяц и принесла за собой не одну жертву и потерю, получила успех.
Мы отследили каждого из этих мудаков до последнего, узнав всю необходимую информацию и теперь нам было нечего терять и незачем гоняться, чтобы осуществить задуманное. Месть во имя всех пострадавших. Мы с Ризом не отличались добротой. Наказывать виновных нам нравилось намного больше, чем спасать невинных. Но полезно совместить одно с другим, не так ли?
— Это невозможно, — прошептал один из них.
Теперь я знал его в лицо.
J.
Тот самый J, о котором говорила та другая тройка мудаков, за которыми я следил в клубе. Низенький, седоволосый мужчина с признаками ожирения, у которого в охране было больше людей, чем членов любой мафии. Он боялся за свою жизнь. В его распоряжении были самые новые системы безопасности, но не одна из них не смогла устоять перед нами.
Особенно когда он от радости, узнав о моей смерти, решил напиться и уснул в каком-то баре. Его «надёжная» охрана воспользовалась моментом и решила порезвиться с парочкой шлюх, тем самым потеряв бдительность.
— Чудеса случаются, не так ли? — я похлопал его по плечу, будто мы были старыми приятелями.
Я подошёл к столику с орудиями пыток, взяв в руки молоток, который начал подкидывать в руках, ощущая его вес. Очень давно мне не выпадала возможность вынести свой гнев на кого-то.
— Надо было убить вас всех намного раньше, чёртовые ублюдки, — крикнул мистер Робертс.
— Надо было, — согласился я. — Потому что с этой минуты начнётся обратной отсчёт вашей жизни. Мне очень хочется начать с тебя, потому что это позор - быть отцом и позволять другим детям оставаться сиротами. Но ты поступил куда хуже. Ты сделал сиротой свою единственную дочь.
Его маленькие глаза-пуговки прояснились.
— Это вы её похитили, не так ли? — догадался он с нервным смешком, напомнив мне фильм о Джокере. — Чёрт возьми, та вы ничем не хуже нас. У вас в клубах дюжины проституток. Решили воспользоваться чьим-то фетишем на слепых девушек?
Мой молоток приземлился на его коленную чашечку, заставив его закричать в агонии. Мне не было жаль, ведь ему стоило лучше выбирать слова.
— Если тебя хоть немного интересует судьба твоей дочери, то я тебе отвечу, — протянул я спокойным голосом, хоть моё сердце вылетало из груди. — Она абсолютно здорова. Её психогенная слепота прошла. Теперь она решила учиться и мы с Ризом оплатили её учёбу на факультете психологии. У неё есть помощница, которая помогает ей свыкнуться и адаптироваться в новой жизни. А самое главное - у неё есть светлое будущее.
Эли стала кем-то вроде младшей сестры для меня и Риза.
Если честно, никогда не думал, что смогу ощущать такие защитные нотки по отношению к девушке. Я хотел защитить Сесилию, но мои чувства были к ней далеки от братско-сестринских. Эли была сломленной, но я верил, что она сможет излечиться. Её ждёт светлое и счастливое будущее.
Вопреки родителям.
Не благодаря им.
— Меня интересует только один вопрос, — я остановился напротив J. — Как Каммора связана с вами?
Это вопрос, который меня интересовал каждый день, каждый час и каждую минуту с тех пор, как Ноа сказал, будто Сесилия замешана в смерти Ребекки. Я не верил ему. Это не могло быть правдой.
Но и пройти мимо этой догадки я тоже не мог.
— Беспокоишься о своей шлюшке? — усмехнулся он, но улыбка сошла с его лица, когда молоток приземлился на его пальцы.
— Говори, иначе твои мучения продлиться намного дольше, — прошипел я.
Он поджал губы, стараясь показаться сильным и грозным.
Я лишь усмехнулся и продолжил бить молотком каждый его палец, вырывая из его рта новый крик. Чужая боль приносила удовольствие. Это текло в моей крови. Я был чудовищем, который не заслуживал искупления, но, чёрт, я о нём не просил.
Я наслаждался каждым криком.
— Говори, — выкрикнул сквозь зубы я.
— Нет, нет, нет, — закричал он.
— Говори, — мой следующий удар пришёлся по его животу.
— Нет, — снова завопил он. — Это была подстава. Фальконе ни о чём не знали. Каммора никак в этом не замешана и Сесилия тоже.
Он чуть ли не плакал, пока мои губы растянулись в ухмылке. У нас с Сесилией было будущее.
Время действий: за неделю до похищения
Умереть оказалось не настолько трудно по сравнению с тем, чтобы ожить.
Мне хотелось сделать это ярко, эффектно и по возможности избежать сердечного приступа у своего дяди. Почему-то мне хотелось, чтобы Сесилия первой узнала о том, что я был жив. Вместе мы бы смогли разобраться в этом. Она бы злилась, но я бы крепко поцеловал её и мы бы решили это.
Не было ничего, чего мы бы не могли преодолеть вместе.
— Нолан, я тебе сейчас кое-что расскажу, но пообещай не потерять своё дерьмо, — Риз аккуратно присел напротив меня, глядя на меня, как на бомбу замедленного действия.
Я скептически поднял бровь.
— Знаешь, после всего того, через что мы прошли, ничего уже не сможет выбить меня из колеи, — сухо посмеялся я.
— Поверь, это сможет, — громко вздохнул Риз, потирая свои тёмные волосы.
Теперь я действительно напрягся.
— Кто-то решил начать войну против Красных Масок? — выпалил я, сжимая кулаки.
— Нет, — он усмехнулся. — После твоей смерти они считают нас слишком слабыми, чтобы даже расценивать, как конкурентов.
Мы оба хмыкнули.
Даже если бы я умер, а от меня не так уж и легко избавиться, как можно заметить, то Риз достойно перенял бы наше дело в свои руки. Я доверял ему нашу империю. Он мог быть иногда легкомысленным или слишком осторожным, но он не просто так занимал пост моего консильери.
— Это что-то личное, Нолан, — продолжил Риз.
— Не тяни кота за яйца, — вспылил я. — Что случилось?
— Каммора организовывает помолвку, — выпалил он, наблюдая за моей реакцией, как хищник за жертвой. — Сесилия выходит замуж за Алессандро, Нолан. Через неделю будет помолвка, а через месяц - свадьба.
Что, блять, это значит?
Время остановилось, как и моя способность дышать. Я смотрел на друга, как на новый неопознанный объект. Захотелось взять и разбить его, как телевизор каждый раз, когда он нёс какую-то чушь.
— Это не правда, — сказал я.
Брови Риза поднялись вверх и теперь он был раздражён.
— А, если не правда, то окей. Ни о чём не переживай, во мне живёт реинкорнированная душа Шекспира, поэтому мне нравится сочинять драматические, душераздирающие истории, — язвительным голосом сказал он.
Я потёр рукой своё лицо.
Это не может быть правдой.
Это не может быть правдой.
Это не может быть правдой.
Мой кулак врезался в стенку, заставив картины и настенные часы упасть на пол. Моё сердце стучало в ушах, пока чувство предательства обвилось вокруг моей шеи, как верёвка.
Я не позволю чему-то стать между мной и Сесилией. Не её страхам, не другим парням вокруг неё.
Время действий: сейчас
Несколько раз Риз шутил о том, что поможет мне похитить Сесилию, стоит мне только попросить его.
Он действительно помог во многом, например, отследил информацию о местонахождении помолвки Сесилии и Алессандро. Мне не понадобилось много труда, чтобы проникнуть в это место. Я оставил машину возле заднего входа, куда завёл Сесилию.
Был ли способ лучше огласить о моей жизни перед конкурентами, чем похитить члена их семьи?
Возможно, да, а может, и нет.
Но мне было безразлично, потому что идея похищения пришла спонтанно и не имела ничего общего с властью и мафией. В деле были замешаны чувства, а это было намного опаснее. Риз находился в боевой готовности, если они решат напасть на Красные Маски. В любом случае, мы держали Сесилию в отдалённом месте нашей территории, чтобы обезопасить нашу мафию.
Оскар уже знал о том, что я был жив, как и остальные члены Красных Масок. Чтобы никто не потерял сознание от шока, сначала Риз предупредил всех и рассказал о опасности, которая висела над нами и нашими жизнями, а потом я и сам показался всем.
Мы с Сесилией ехали в гробовом молчании, пока я не припарковался напротив особняка, который станет её домом на ближайшее время. Одно её присутствие возле меня сводило меня с ума, заставляя кучу разных эмоций вступать в одну битву. Не одной из них я не мог дать конкретное название. Мы вышли с машины и я открыл дверь особняка, пропуская её вперёд.
— Проходи, моя сирена, — усмехнулся я, зная, что она не могла отойти от меня дальше, чем на расстоянии вытянутой руки из-за наручников.
Чувствовал ли я себя ублюдком?
Да, абсолютно.
Но внутри меня играла смесь различных эмоций. Я был рад, что Сесилии больше ничего не угрожало. По моему телу пробегались мурашки от возможности видеть, прикасаться и чувствовать её. Столько времени она была лишь плодом моего воображения и теперь я, наконец, могу просто почувствовать её рядом с собой.
Но в то же время я злился.
Злился на неё за то, что она хотела выйти замуж за Алессандро, за то, что так легко нашла мне замену, когда я не мог представить, что когда-то прикоснусь к другой женщине после неё, за то, что она захотела бросить меня и забыть всё, что между нами было.
Меня разрывало от чувства, что я хочу томно и долго целовать её, как найденную любовь всей моей жизни, и одновременно меня распирало от желания наказать её за её проделки.
— Отпусти меня, Нолан, — она подёргала меня за руку.
— С минуты на минуту, — пообещал я, закрывая дверь на замок, пряча ключи в карман.
Я притянул её ещё ближе к себе, ударяя её грудью об свою.
Кажется, я выбил весь воздух с её лёгких.
Её серые глаза смотрели на меня со смесью странных чувств, начиная с настороженности, заканчивая тем, что я не мог прочитать, но от чего мне хотелось прижаться к её губам и высосать всю душу из неё, как добровольный смертник, отдающий свою душу дьяволице. Ироничная шутка о смертниках, не так ли?
Её пухлые губы, её цитрусовый запах, её скулы, большая грудь в этом красивом, восхитительном, красном платье. Мне не хотелось расстегивать наручники.
— Нолан, клянусь, если ты сейчас не...
Мои губы накрыли её, перебивая, забирая её право на слово себе.
Сесилия постаралась оттолкнуть меня руками, но я схватил её кисти в крепкий захват, останавливая её сопротивления. Мурашки прошлись по моей коже. Возможно, я сделал вид, что умер. Возможно, ей было тяжело осознать, что я был реальностью, но я испытывал нечто похожее тоже. За столько времени, что мы не виделись, было тяжело определить, где начиналась моя фантазия о ней и где заканчивались мои воспоминания.
Мои губы исследовали её, как в первый раз, когда она воткнула нож в мою руку. Я мягко провёл языком по её губам, хоть мягкость - последнее, что я испытывал.
Раз.
Второй.
Но она не поддавалась.
Я зарычал, зарывая свою руку в её шелковистых, чёрных волосах, дёргая назад, пытаясь заявить на неё свои права.
— Противно прикасаться к моим губам после своего жениха? — прорычал я, испытывая всплеск ярости.
Моё сердце стучало в моих ушах при мысли, что она обручилась с другим парнем.
Снова целовалась с ним.
Разрешала прикасаться к себе.
Спала с ним.
— Иди к чёрту, Нолан, — выплюнула она. — Ты, блять, умер. Ты позволил мне думать, будто ты умер.
— Не кажется, что тебя должно было это волновать, — ответно огрызнулся я. — Ты стала той, кто уничтожила всё, что было между нами.
— Не кажется тогда, будто тебя должен волновать мой будущий брак, — съязвила она.
Я сцепил зубы, потому что напоминание о её браке было, как спусковой крючок для меня.
— Вы не поженитесь, сирена, если ты ещё не поняла это, — холодно и сухо протянул я.
— Ты собрался меня просто запереть здесь? — шокировано выдохнула она. — Насколько? Навсегда?
— Если понадобиться, то да, — ответил я, не зная, насколько серьёзно подразумевал это на самом деле.
Мне не хотелось удерживать здесь Сесилию силой.
Мне хотелось борьбы от неё. Я хотел, чтобы она была собой, такой же сильной, которой я её запомнил и такой же вольной птицей, которая не позволяет никаким правилам ограничивать себя.
Именно за это я и влюбился в Сесилию Фальконе.
Но намного больше мне хотелось, чтобы она выбрала меня добровольно. Чтобы осталась со мной, чтобы нашла в себе силы бороться со мной против всего мира, даже если он весь восстанет против нас.
Лицо Сесилии приобрело холодный и серьёзный вид, и она несколько раз подёргала рукой.
— Отпусти меня, Нолан, — сказала она. — Наручники натёрли мне руку.
Я достал ключ и освободил её руку.
Мне было странно отсутствие некоторого сопротивления у Сесилии. По крайней мере, того, которого я ожидал от неё.
Почему она не пытается напасть на меня?
Ударить?
Отобрать мой нож?
Пистолет?
Может, она ещё пребывала в состоянии шока, а может я убил что-то глубоко внутри неё. Очень надеялся на то, что это не был последний вариант.
Я почувствовал вибрацию в кармане своих брюк, и достав телефон, мои губы растянулись в ухмылке, когда я прочитал имя человека, который мне звонил. Я кинул взгляд на Сесилию, которая потирала своё запястье, на котором точно останется след от наручников, и подозрительно глядела на моё самодовольное выражение лица. Надеялся, что хоть это могло вызвать сопротивление в ней.
— Сирена, мне звонит твой брат, — её брови подскочили вверх и её выражение лица сменилось на обеспокоенное.
Она не успела ничего сказать, потому что я просто взял трубку, включая громкую связь и показывая ей жест, чтобы она молчала. Я не хотел, чтобы она сорвала моё шоу, даже если всё оно и было сделано ради неё.
— Да, Римо Фальконе? — провокационно протянул я.
— Нолан, я не знаю, как ты восстал из мёртвых, но я загоню тебя туда обратно, — выпалил он, звуча бескомпромиссно.
Я улыбнулся.
Какой-то части меня даже нравилось то, что Сесилия была окружена такими защитниками. Людьми, которые её любят и готовы на всё ради неё. Они были не одни в этом. Она никогда не осталась бы одна.
— И тебе здравствуй, — протянул я. — Кстати, мы не поздоровались сегодня днём.
— Пусть засунет свои приветствия себе в задницу, — выкрикнул один из голосов.
Если мне не изменяет память, то это был Савио - брат-близнец Сесилии.
Глаза Сесилии моментально наполнились слезами, когда она услышала его. Что с ней, чёрт возьми, такое? Не был уверен, что мне не показалось, потому что плаксивость точно не было качеством Сесилии. Я видел, как она убила человека, как рассказывала о смерти своей матери, о своих братьях, как делилась своими переживаниями о том, что она похожа на свою мать.
При этом она не выронила ни одной слезинки. Но один голос её братьев заставляет её плакать? Это было очень странно.
— Как грубо, — просто сказал я, наблюдая за Сесилией, как за новой интересной головоломкой.
Чёрт, какая она красивая.
Мои руки горели в желании снова прикоснуться к ней, почувствовать на своей коже, услышать её хриплый голос ещё раз. Я был наркоманом, которого решили дозу.
Мне хотелось обнять её и уснуть вместе, как когда-то в Бразилии.
Но Сесилия злилась и не удивлюсь, если она предпочтёт заколоть меня во сне, чем добровольно прикоснуться ко мне.
— Нолан, если ты хочешь схватить меня, получить кого-то из членов Камморы, какую-то территорию Камморы, столько денег, сколько тебе нужно - я всё отдам тебе, только не смей причинять вред моей сестре.
Я усмехнулся, ощущая, что в моих руках было слишком много козырей.
— А как насчёт удовольствия? — мои губы растянулись от того, как я услышал тишину на том конце трубки.
Интересно, Алессандро слушал? Я бы хотел, чтобы он слушал.
Моя бы воля, я бы заставил Сесилию кончить онлайн, чтобы он сравнил, что от меня она больше рассыпается на кусочки, но я знал, что она откусит мне член в процессе, если я сделаю что-то подобное при её братьях.
— Нолан, — выдохнул Римо. — Ты играешь с огнём. Я засуну тебе свой клинок в одно место и сам трахну тебя им.
— Что ж вы все в семье зациклились на этом? Сирена? — мой голос выражал фальшивую заинтересованность. — Тебе нравится анальный секс?
— Пошёл к чёрту, — Сесилия неожиданно подняла ногу вверх и ударила меня в самые яйца.
Я прошипел, хватаясь за своё причинное место.
— Это было нехорошо, — покачал головой я сквозь зубы. — Извини, Римо, мне нужно научить твою сестру хорошим манерам.
Я бросил трубку, моментально получив следующий звонок, но я только отключил телефон. Сесилия выглядела яростной и гневной, что я предпочитал больше её слёз или страха.
— Каким хорошим манерам? Что ты несёшь?
— Извини, сирена, но мы с твоими братьями всё так же остаёмся конкурентами с разных территорий, — объяснил я.
Моя рука упала на её талию, но не прошло и секунды, как Сесилия ударила меня по руке, оттолкнув её.
Я усмехнулся.
Чем яростнее была борьба, тем приятнее был приз.
— Не смей ко мне прикасаться, не после того, что ты сделал, — злостно ответила она.
— Ты стала той, кто закончила всё между нами, — прошипел я, снова испытывая прилив злости из-за этого.
— Это не значит, что я этого хотела, — почти выкрикнула она.
Она не знала об этом, но её слова заставили мёд разлиться по моей груди.
— Тогда чего ты хотела? — моя интонация стала мягче, но голос оставался твёрдым.
Мои руки мягко легли на её тонкие плечи.
— Сесилия, ответь и я смогу тебе это дать. Только используй свой красивый, сексуальный голос для этого.
Прошла вечность, пока она всматривалась своими большими, серыми глазами в мои.
Возможно, пытаясь найти ответы во мне.
— Отпусти меня домой, — перешла на шёпот она.
— Всё, кроме этого, — вздохнул я, услышав совершенно не то, что рассчитывал.
— Ты меня собрался здесь вечность держать? — округлила глаза она.
— Только пока ты не будешь готова сражаться за нас перед всем миром, включая твоих братьев, — я заправил переднюю прядь её волос за ухо.
— Ты так уверен, что есть за что сражаться? — выпалила она, как зарядила пощёчину.
Я действительно, будто отшатнулся от неё, потому что я мог ожидать чего угодно, но не такой отрешённой интонации.
— Пошли, я покажу тебе комнату, — холодно протянул я.
— Я не буду спать с тобой в одной постели, Нолан, — она с нервным смешком покачала головой. — Ты не можешь заявиться через два месяца и ожидать, что я добровольно лягу к тебе в кровать.
— Значит, у тебя будет своя комната, — пожал плечами я, не рассчитывая на большее.
Нам с Сесилией придётся заново узнавать друг друга. И я почему-то был уверен, что мы преподнесем достаточно сюрпризов друг для друга.
—————————————————————————
Вот и двадцать шестая глава😈 Следующая глава будет от имени братьев Фальконе 😉
Переходите в мой тг-канал, чтобы прочитать немного о Ризе и Кортни и читайте другие истории на аккаунте 🫶🏻
Делитесь своими оценками и комментариями 🖤