Кладбище тестов

• Хибари Кёя– Офигеть, – только и сказала ты, когда вы с Хибари нашли коробочку карандашей в своем почтовом ящике и прочитали инструкцию.
Молодой человек лишь неопределенно хмыкнул, а потом, развернувшись, пошел обратно в дом.
– Кея, а что теперь с ними делать? – Ты догнала его и зашагала рядом.
– Выбросить. Это может быть опасно, – Хибари вдруг нахмурился и сразу же протянул руку к карандашам. Ты отдала – спорить–то бесполезно.
«Вот всегда он так... – устало подумала ты, садясь на ступеньки крыльца. – Как только появляется волшебство, Хибари на корню его пресекает. Но... Нельзя же так!»
Ты вскочила и кинулась догонять молодого человека, который пошел к мусорным контейнерам, что находились на задней стороне вашего участка.
– Кея! – Крикнула ты издалека, и молодой человек сразу обернулся. – Не выбрасывай их! Пожалуйста!
Ты добежала до Хибари и вцепилась пальцами в его ладони.
– Не надо, пожалуйста. Вдруг, – ты глубоко вдохнула, – вдруг это... и вправду волшебные карандаши?
Хибари молча смотрел на тебя.
– Хорошо, – неожиданно согласился он, и ты счастливо выдохнула. – Но мы все равно проверим ее.
– Есть, сэр! – Ты шутливо взяла под козырек.
– Отойди к стене, – скомандовал Кея, и ты проворно забежала за угол дома.
Хибари открыл коробочку, бросил ее на землю и отскочил в сторону. Ни через полминуты, ни через минуту ничего не произошло. Только синий и зеленый карандашики наполовину вылезли из коробочки. Кея даже камешком в нее кинул, но воображаемая молодым человеком бомба так и не сдетонировала.
– Все в порядке, иди сюда, – позвал Хибари, и ты подошла к нему, садясь на корточки перед коробочкой.
– Ну что, попробуем порисовать?
Молодой человек кивнул, и вы отправились в дом.
...Теплый ветер трепал подол твоего сарафана, а пролетевшая рядом ласточка чуть не чиркнула тебя крылом по щеке.
Хибари мгновенно позабыл, о чем говорил секундой ранее. Вид у него был растерянный. Кея похлопал длинными темными ресницами, которые совершенно ему не шли, как будто он украл их у всемирно прославившейся своим идиотизмом американской куклы Барби. Похлопал и посмотрел на тебя беспомощно.
– А ведь и вправду волшебные... – Сказала ты, а потом, раскинув руки в стороны, вдохнула полную грудь лугового воздуха.
Молодой человек промолчал.
– Мы возвращаемся назад. – Со сталью в голосе проговорил Кея, уже взяв себя в руки.
– Как?
– Не знаю, – процедил он сквозь зубы. – Вон, смотри, там кто–то стоит.
И двинулся вперед.
Но когда вы подошли ближе, то оказалось, что это всего лишь пугало.
– Вот черт, – проговорил Кея.
– Я не черт, – раздался скрипучий голос, и ты аж на месте подпрыгнула от неожиданности.
Хибар­и ощутимо напрягся и толкнул тебя себе за спину, закрывая своим телом.
– Кто здесь.
– Это я, Страшила, – тут набитое соломой чучело стало поворачиваться на шесте, и через несколько мгновений перед вами предстало намалеванное угольком лицо. – Вы что–то ищете?
Первой из ступора вышла ты.
– Э–э–э... Нам нужно вернуться домой. Мы не из здешнего мира.
– Вы не отсюда? Как это?
– Кто–то прислал нам так называемые «волшебные карандаши», и она, – Хибари покосился на тебя, – села рисовать первое, что пришло в голову, чтобы их испробовать. А я позволил этой глупости свершиться, и мы тут застряли. Есть здесь где–то поблизости населенный пункт?
– Хм... Я... Я не знаю. У меня ведь мозгов нет, – улыбнулось чучело, и ты разинула рот. Это же...
– Извините, пожалуйста, – ты отодвинула Кею и подошла ближе. – Вы случайно не знаете, как к Великому Гудвину попасть? Мы бы могли взять Вас с собой.
– Ты что несешь? – Встрял было Хибари.
– К Гудвину?! Знаю, знаю!! – Страшила задергался на шесте.
– Значит как куда–то идти – знаешь, а как к городу дорогу показать – нет. Странно, – встал в позу Кея.
– Это другое! – Воскликнуло пугало. – Каждый день об этом у меня над головой вороны трещат, попробуй не запомнить!... Чтобы попасть к Гудвину, нужно следовать по дороге из желтого кирпича. Она начнется, есть пройти сто шагов на юг. Снимите меня, пожалуйста, и мы пойдем туда вместе – я хочу, чтобы исполнилась моя мечта.
Хибари хмыкнул, а потом, схватив тебя за руку, потащил к дороге.
– Эй, Кея, так нельзя! – Возмутилась ты, вырывая ладонь.
– Мне – можно.
– Тогда я сама его сниму, – насупилась ты и зашагала к пугалу на шесте.
Хибари выругался сквозь зубы и последовал за тобой.
– За это поплатишься, – жарко прошептал он тебе в ушко, когда Страшила оказался на земле и начал вас воодушевленно благодарить. Ты застыла на месте, как вкопанная, а потом учащенно задышала, чувствуя как кровь стремительно приливает к щекам.
– Ну что же... В путь, друзья! – Продекламировал Страшила, когда вы, продираясь через высокие луговые травы, и вправду вышли к мощеной дороге.
Вы двинулись по дорожке из желтого кирпича, и ты, крепко сжимая руку своего молодого человека, ни капельки не боялась. Да и зачем бояться, если твердо знаешь, что Кея без труда раскидает всех, кто покажется ему угрозой для безопасности его любимой...

• Бьякуран ДжессоТы тупо пялилась на коробочку цветных карандашей в своей руке.
– И ты в это веришь, Бьякуран? – после некоторого времени скептического разглядывания ты подняла голову и посмотрела на своего молодого человека.
– Да какая разница, – Джессо повертел твою ладошку с зажатой в ней коробочкой перед глазами. – Доставай альбом, сейчас проверим.
Ты ринулась в кабинет Бьякурана, и тот, зарулив на кухню, чтобы захватить «Мажитель» и пару стаканов, последовал за тобой.
И вот ты, устроившись в широком кожаном кресле между бедер Джессо, с решительным видом схватила простой карандаш... и поняла, что не знаешь, что изобразить.
– Бьякуран, а что рисовать–то? – Ты попыталась повернуть лицо к молодому человеку, но тот наклонился к столу, крепче прижимаясь к твоей спине и обхватывая горячими ладонями твой живот.
– М–м–м... – Джессо положил подбородок тебе на плечо, – давай нарисуем... море. Или горы. Или все вместе.
– О, точно! – Ты даже подпрыгнула в кресле. Повернув голову вбок и запустив пальцы в мягкие волосы Бьякурана, в знак благодарности ты поцеловала зажмурившегося от удовольствия молодого человека в висок. – Что–нибудь да получится...
И вот, сделав набросок простым карандашом, ты выбрала из коробочки все оттенки синего для покраски моря, коричневый – для гор, а зеленый нужен был, чтобы раскрасить зелень на склонах.
И в тот момент, когда ты взяла лист, чтобы на расстоянии вытянутых рук оценить проделанную работу, рисунок задрожал, а затем изображение стало спирализоваться, образуя портал–воронку. Ты даже и звука издать не успела, как в кабинете Джессо стало пусто.
Вы как сидели в кресле, так и остались: ты – с офигевшим видом и карандашом, зажатым в пальцах, Бьякуран – со стаканом в одной руке и цветным карандашом в другой. Небольшие волны сбоку от вас набегали на влажную полоску песка, а из джунглей, что начинались за широким пляжем, доносились голоса множества зверей и птиц. В глубине тропического леса виднелся вулкан, верхушка которого была скрыта тонкими облаками, а к нему вела гряда разных по вышине холмов.
От всего увиденного ты чуть в обморок не грохнулась. Вскочив, ты схватилась за голову и обернулась к Бьякурану:
– Где это мы, черт побери?! – И, не дожидаясь ответа молодого человека, ты сразу же стала себя упрашивать: «Главное – без паники. Паника, она еще никому не помогала. Так? Так. Вот если бы...»
– Постой, – Джессо поставил стакан в песок, поднялся, подошел к тебе и обхватил ладонями твои плечи. – Мы же с тобой прочитали инструкцию?
– П–прочитали...
– Нас предупреждали?
– Предупреждали...
– Так значит все хорошо. Мы с тобою вместе, а значит ничего больше не надо. Правильно?
– Правильно...
– В таком случае, – Бьякуран потянулся всем телом, – нам лишь нужно выбрать место для дальнейшего проживания и...
– Чего–о–о?! «Проживания»?! Бьякуран, ты в своем уме? – Постучала ты костяшками пальцев по лбу, даже не дослушав молодого человека. – Мы сейчас же идем исследовать остров. Нам домой нужно вернуться!
Джессо сразу же нахмурился.
– Нет. Я... не хочу. Конечно, если ты того желаешь, мы можем попытаться это сделать, – ради твоего счастья я готов на все – но... там многое напоминает о моем не слишком привлекательном прошлом, – проговорил он, щурясь на горизонт. – И в нем не было тебя, так что оно было еще и бессмысленным.
Ты удивленно расширила глаза.
– Но Бьякуран... Там наш дом, все дела... – Ты подошла к мужчине и прикоснулась ладонью к его предплечью.
– Я уже сказал свое мнение, – улыбнулся он. – Если ты хочешь, то мы, конечно, попробуем отыскать путь назад.
«Вот же манипулятор! – Подумала ты усталой обреченностью. – Ведь понимает, что после таких слов отказать невозможно».
– Ладно, – проворчала ты. – Мне совершенно все равно, где жить – лишь бы с тобой. С милым и в шалаше Рай, да?
Бьякуран возликовал и даже, схватив тебя за бока, подбросил перед собой. Ты смущенно и испугано пискнула, и Джессо совсем развеселился.
Скинув брюки и рубашку – тебя немного заклинило – тот с довольным видом потопал к морю. И тут у тебя болезненно сжалось сердце. Так бывало всегда, – хоть на несколько секунд, но бывало, – когда ты видела обнаженную спину Бьякурана с двумя чудовищными шрамами от крыльев. Если прикоснуться к ним пальцами, то можно было ощутить, что новая кожа чуть грубее и прохладнее. В такие моменты тебе всегда было до слез жаль Джессо, но самому молодому человеку было решительно все равно – все, что было до тебя, для него не имело ни малейшего значения.
– Вода теплая! – Прокричал Бьякуран и повернулся к тебе – капельки воды на мускулистом теле сверкнули солнцем. Ты тяжело сглотнула. – Не присоединишься ко мне? – Джессо протянул тебе руку.
– Нет–нет, – ты замахала руками, – у меня и купальника–то нет... Постой, Бьякуран! – Только тут до тебя дошло. – А как же мы?... У нас ни еды, ни пресной воды, ни одежды. Что делать–то? Все же придется как–то возвращаться.
Пока ты говорила, молодой человек снова оказался на берегу.
– Ты что, забыла? А карандаши нам зачем?
Ты вскинулась:
– А ведь точно!
Семеня по горячему песку, ты добежала до коробочки карандашей и альбомного листа, который оказался почему–то совершенно чистым. Удивившись, ты показала его Бьякурану. Тот улыбнулся.
– Ну, так что ты там говорила про Рай?