Бездушная

В больнице был какой-то переполох. В этот раз не было скорби. Но грусть очень ярко прослеживалась в глазах врачей и работников клиники.

Все были какие-то расстроенные и потерянные. Вроде всё как обычно, но атмосфера совершенно другая. Вместо строгих дисциплинированных лиц повсюду были какие-то выражения амёб.

- Что происходит? - Спросила я, осматривая всех вокруг.

- Мы теперь специализируемся и на детских смертельных заболеваниях. К нам привезли уже первых детей, которые серьёзно больны.

- Неужели эти маленькие дети тоже борются за жизнь? - Ужаснулась я.

Нет, конечно же, я знала, что существует немало серьёзно больных детей. Но просто впервые мне доводилось увидеть бледных безжизненно грустных лысых детей. Они больше не играют в игрушки, не бегают по лужам, эти дети проходят химиотерапию и все круги ада.

Мне раньше никогда не доводилось видеть воочию детей, которым действительно нужна помощь. Меня окружали только дети избалованных родителей, у которых было всё и даже больше. Но, ведь действительно на свете существуют и те, кто нуждается в помощи, которая им недоступна.

Пока я размышляла над всем этим, в меня резко врезался кто-то маленький. Это была худенькая девочка лет пяти-шести.

- Ой, извините. - Быстро сказала она и потёрла своими ладошками мою ногу. - Меня Ева зовут. - Сказала она мне уже в след. Я ничего не ответила и просто молча ушла.

Да, я могу поразмышлять, что этим детям очень не повезло, но ничего более. Не перестану повторять, что в этом мире каждый сам за себя, и помощи от меня ждать не стоит. Я недобрый, несентиментальный, совсем бесчувственный человек, которому совершенно безразличны проблемы других.

Врач уже подготовил для меня какие-то бумаги для подписи. Сколько там? 1 млн? Что мне с ним делать?

Если бы кто-то сказал мне лет так пять назад, что у меня будет 1 млн баксов на счету, и я не буду знать, что с ним делать, я бы рассмеялась, если честно. Но самых близких людей не заменят никакие суммы.

- Переведите половину этих денег на счёт Калеба Кристофа Джордана. - Сказала я, когда врач закончил говорить про всю эту бумажную процедуру.

Он уставился на меня и ещё с минуту тупо смотрел. Врач всматривался в мои глаза, рассматривал лицо и всю мою персону в целом. Видимо, проверял на вменяемость. Но я уже давно сошла с ума.

- Вивиан, вы понимаете, что сейчас происходит? На Ваш счет должен поступить миллион. Вы что так просто отдадите половину?

- Что нужно подписать?

Мне дали какой-то чек или квитанцию, подтверждавшие операцию. Но мне не нужно этого подтверждение. Даже если меня обманули, не расстроюсь. Что с этим миллионом я не хочу жить, что без него.

Телефон разрывался от пропущенных звонков Аарона. Конечно, какая-то глупая девчонка, которая недавно хотела свести счёты с жизнью, резко пропадает, любой бы запаниковал.

Я пошла на свой мост, чтобы побыть в одиночестве. Но только на этот раз это место не пустовало. Там стояли двое парней, одного из них я узнала. Это был тот самый чувак, который угрожал Кайлу.

Заброшенное грязное место, которое, находись в закрытом помещении, давно бы заросло паутиной - оно вовсе не популярно среди людей. Это была Зимбабве для европейского жителя. Дикость, разруха, заброшенность. На этом мосту могли собраться только наркоманы и я.

- Привет, братва, че есть, чем закинуться? - Громким басом спросила я. Они посмотрели на меня очень странно.

- Это кто такая? - Они переглянулись. Один схватился за пояс штанов, видимо, у него там пушка, а может и две.

- Не признали? А зря. Так есть, че скурить?

- Ты кто такая?

- Для начала я девушка, так что языки прикусили и пасти закрыли. - Грубо сказала я, но потом мой тон сменился на подозрительно-милый. - Мне же нельзя грубить, я девочка.

- Блять, ты ебанутая?

- Че ты с ней вообще разговариваешь? Она здесь одна против двух парней. Сам подумай.

- Давайте, вперёд, насилуйте. Так есть че скурить?

- Мы тебе травку, а ты нам тело?

- Есть-нет?

- Допустим есть.

- Вы типо доставляете?

- Типо да.

- Значит, у Стива появились конкуренты. А что нужно делать с ними? Правильно. Конкурентов нужно устранять.

- Блять, че она несёт вообще?

Да я и сама не понимала, что несла, как и всегда. Сначала говорила всё с умным лицом и громадной уверенностью, а потом думала, а какого хера я вообще это сделала.

- Кто первый хочет моё тело? Только условие, каждый по очереди. И наедине, а то я девочка стеснительная.

Ладно-ладно. Это была чистая импровизация, но я с самого начала понимала, какой исход должен быть от неё. Вот так всегда, сначала придумываю конец, а потом - что должно заполнить эту пустоту.

Они опять переглянулись. Похоже эти двое вообще не вдупляли, что происходит. В глазах ещё просматривались сомнения, но, видимо, член уже давно всё решил, потому что они согласились хоть и с недоверием.

Потрошитель денег с Кайла первым решил испытать удачу, поэтому его "друг" отошёл.

Он начал лапать меня, но я сразу убрала его руки.

- Сядь. - Он выполнил указ.

Я села на него и начала целовать его шею, руки двигались к поясу штанов. Нащупав оружие, я выхватила пистолет и направила ему на яйца и слезла с него.

- Ещё хоть раз подойдёшь к Джордану, выстрелю и глазом не моргну. - Прошептала я леденящим голосом. Но, видимо, мой скин был для него не очень убедительным, потому что он посмеялся.

- Духу не хватит. По тебе и видно, что впервые держишь пистолет в руках.

- Предупредительный? - Я сняла пистолет с предохранителя. - Проверим мои умения на твоём товарище? - Он стоял спиной к нам метрах в десяти в каких-то кустах. Я направила пистолет на него. - Три, два, о...

- Ладно, я понял. - Почти прокричал тот.

- Подойдешь к Кайлу хоть на метр, пристрелю твоего младшего братишку. - Прошептала я.

- Откуда ты узнала?

- Он без разговоров уступил тебе первое место. Среди наркобарыг нет такого уважения, это братское чувство.

- Передай своему пареньку, чтобы в следующий раз не связывался с такими тёмными людьми. Он может тебя, однажды, очень хорошо подставить.

Я лишь с пренебрежением посмотрела на него, ничего не сказав. Разрядив пистолет, я кинула его в парня и начала уходить. Он удивился этому жесту.

- Не боишься, что выстрелю?

- Пристрелишь, тебя и твоего брата найдут и убьют. - Бросила я и продолжила идти, даже не обернувшись.

Мне пришлось обойти мост, чтобы посидеть на берегу. Я поджала ноги под себя и уставилась на водную гладь.

Вода успокаивала. Глядя, на грязный темно-зелёный оттенок воды, с выступающей из-под неё тиной, понемногу забываешь, где находишься и, что происходит в твоей жизни. В воде отражались деревья, которые росли здесь уже десятилетиями.

Это место было словно всеми забыто, хотя на самом деле так и было. Дымчато-призрачного берега все боялись и обходили стороной, никто вовсе не хотел находиться среди грязи и антисанитарии. Даже птицы и звери покинули этот берег и небольшой лес.

Ветер слегка колебал поверхность грязной воды. Маленькие волны доходили до берега и отражались, вновь восходя до середины своего пути, опять начиная его сначала, и так по кругу.

Если бы у меня стоял выбор: или этот грязный водоём, или чистейший бирюзовый бассейн в доме Рэйчел, я бы без колебания выбрала это место. Мне нравится всё, что сделано природой. У всех таких мест своя особая сокровенная атмосфера. В натуральности больше жизни, спокойствия и уюта, чем в идеальности. Я выбираю жизнь, а не идеал. Всегда выбирала.

Время уже движется к зиме, поэтому темнеет раньше обычного. Небо озарилось ярким красным светом закатного солнца. Оно отразилось в зелёных водах темно-красным грязным кровавым цветом.

Кто-то умный сказал: "Закат - это доказательство того, что конец тоже бывает красивый". Я тоже хочу красивый конец. Смерть бывает благородной, вынужденной и неизбежной. Мне плевать, как я умру: под пулями, или где-нибудь на операционном столе, но для меня важно, чтобы меня запомнили.