Глава двадцать восьмая
- Нет, смотри. Сначала нужно перенести все буквы и цифры в левую часть уравнения, чтобы справа остался нуль, - терпеливо объясняю я, доедая найденную в чужом рюкзаке шоколадку. Слежу, чтобы даже в таком простом моменте, парень опять не наворотил ошибок. Никогда не думала, что биквадратные уравнения могут так сложно даваться кому-то. – Нет! Нет! Знаки поменяй. Ты же перенёс через равно, значит должен поменять знак на противоположный, - говорю же, что везде может накосячить.
- Господи, это ужасно, - жалуется рыжеволосый, откинувшись на мою кровать, заваленную обёртками от еды и напитков. – Как?! Вот просто, зачем мне это в жизни?!
- Это мы ещё графики не разбирали, - отмечаю я, с улыбкой наблюдая, как Малюков, со стоном, начал прятаться среди кучи подушек. – Дай, пожалуйста, вот эту штуку, - почти сразу мужская рука вылезла из-под одеяла и передала мне баночку со странным «кофейным напитком».
- Сколько можно пить кофе? У тебя скоро сердце остановится. Я сижу тут всего полтора часа, а ты уже успела выпить три чашки растворимого, несколько банок и какао. И это, не считая, остальных напитков, - в подушку пробурчал Виталик, когда я пыталась открыть напиток, не сломав ногтя. Заметив мои мучения, Малюков забрал баночку и, быстро дёрнув за металлическое колечко, открыл её.
- Могу задать аналогичный вопрос с уравнениями: сколько можно их не понимать? Это же настолько просто и примитивно, что даже дети в седьмом классе решают, - в ответ на это в меня прилетела подушка, которая задела банку и облила мою футболку. – Прибью, Малюков!
- Прости, случайно, - вижу по этой довольной роже, как «случайно». – Ладно, вернёмся к занятиям! – показательно-оптимистично воскликнул парень, но его настрой значительно уменьшился, увидев раскрытую тетрадь. – Что я не так делаю?
- Знак при переносе через «равно» не меняешь. Это большая ошибка, - нравоучительно объясняю я, доедая размякшее подобие шоколадного кекса.
- Подумаешь, «минус» вместо «плюса» поставил! Велика потеря! Такое ощущение, что если я в одном знаке ошибусь, то свет клином сойдётся! – невнятно бормотал баскетболист, карандашом зачёркивая сразу несколько строчек. Затем быстро написал что-то сверху и передал мне тетрадь. – Правильно?
- Не считая ужасного почерка, да. А теперь, выпиши а, в, с, - подсказываю я. Несколько секунд рыжеволосый выписывает три числа, строчкой ниже. – Неправильно. Не в том порядке. Сначала нужно выписать коэффициент х², затем х, и после этого оставшееся число, - терпеливо (почти) объясняю я, выделяя ручкой правильный порядок.
- Почему? от перемены мест множителей, произведение не меняется! – довольно громко возмутился парень и забрал моё пирожное.
- Каких множителей? Если ты коэффициенты перепутаешь, то у тебя потом дискриминант не получится, а из-за него неправильное количество х, а из-за них не те формулы для нахождения х, а из-за этого неправильные ответы! Какие тебе ещё привести аргументы - почти кричу я, выписывая формулы на поля тетради.
- Так бы сразу и сказала! – оправдывается Виталик, а я, в точности как он несколько минут назад, прячусь в горе из подушек. – Ника, какая формула дискриминанта? – тихо и неуверенно интересуется Малюков, заставляя чуть ли не закричать от досады.
- Я тебе на поля все формулы выписала.
- А что из этого нужно?..
- в² – 4ас, - устало подсказываю я, наслаждаясь наступившей тишиной.
Несколько минут раздаётся только скрип шариковой ручки в руках парня. Мне даже удалось немного задремать, как раздался громкий удар. Друг, откинув от себя пишущий предмет, радостно вскинул над собой раскрытую тетрадь, чуть ли не приплясывая на стуле.
- Я решил! Ты видела?! Смотри! Господи, как я горд собой! – словно трёхлетка, радовался Виталик. Быстро выдёргиваю у него из рук бумагу с решением уравнения, проверяя.
- Да! Реально! Ты, наконец-то, решил!! – разделяю чужую радость, начиная так же прыгать. Минуты две мы кричим как умственно отсталые, пока до меня не доходит один пункт…
- Виталик, - остановившись и, с надеждой, повторно оглядывая тетрадь, сказала я, - ты область допустимого значения не учёл…