Мурчание - звук, который издает кот.

- Что думаешь насчёт того, чтобы полететь в Америку? - спросил Минхо у Джисона.

Они снова были на прогулке. Наверное, шестнадцатой по счету только за этот месяц.

- Америка? Мать её, чёртова, Америка?  Конечно, я бы поехал! - Сон начал

бить в ладони и прыгать вокруг Хо.

- Успокойся, мы можем туда полететь завтра.

- Аж завтра? А виза, деньги?

- Все есть, просто не беспокойся и дай ответ.

- Я поеду. - Джисон сильно обнял Минхо, и между ними стало мало пространства, настолько, что их лица чуть-ли не соприкасались.

План наполовину сработал, осталось что-нибудь придумать для исполнения её второй части. Минхо отстранился и, чтобы не сильно обидеть Сона, слегка улыбнулся. Было неловко. Было между ними что-то, но не настолько дорогое каждому. Или одному. Джисон тоже улыбнулся в ответ, после чего сказал, что ему пора домой, вообще много планов, дел, там готовка, работа, которой раньше в априори не было, и убежал, сверкая пятками.

"Окей"

Минхо тоже направился домой: собирать вещи и продумывать план дальше. На улице дел не оставалось.

На часах 00, учитель по сей времени не спал. Причиною была не бессонница, а этот гребаный план. Он вроде как придумал его, но что-то беспокоило. Что же?  Ему казалось, что все, что он придумывал в течение нескольких часов- искусный бред, и действительно использовать его было таким же диким бредом. Однако это единственное, что приходило в голову.

Помимо этого, стоило предупредить отца, что его сын уезжает. Возможно навсегда. Поднявшись с кровати, Хо отправился в комнату единственного родителя.

- Я завтра улетаю в другую страну, мне неважно против ты или нет, я просто ставлю тебя перед фактом.

Отец, что сидел в кресле, стоячем в другую сторону, даже не удосужился встать и начал говорить в том положение, котором был.

- Уезжай. Я любил тебя, и прости, что испортил твою жизнь вечными ссорами и моими срывами.

- Я не буду принимать твои извинения, они уже ничем не помогут.

- Как скажешь.

Минхо собирался уходить обратно к себе, как услышал всхлипы, но несмотря на это, не остановился по пути.

---

Утром ребята уже были в аэропорту, до посадки оставались считанные минуты. Один миг и они улетят из родной страны в совершенно другую. В квартиру, которую Джисон даже не знал как Хо получил.

- Я очень рад, что лечу именно с тобой, - сказал Джисон, повернув голову к Минхо.

Однако учитель не имел желание с кем-либо сейчас разговаривать. В прочем, как обычно. Он даже не повернулся к программисту, оставив его слова в шуме аэропорта. Обидно.

- Хо, что с тобой? Почему ты молчишь? Даже не смотришь на меня. - с явной печалью в голосе произнес еще недавно радостный парень. - Хорошо, я понял. Может, хотя-бы, расскажешь почему стал учителем? И как работа вообще. Я не люблю, когда ты молчишь, а эта тема мне как раз таки интересна, думаю и ты будешь рад рассказать о опыте.

Перещелкнуло. Внутри изменилось. Больно, плохо, хорошо?

- Что ты сейчас спросил? Повтори! - резко оклемался Хо и посмотрел прямо в глаза того, кто сидел возле него. - Нет, лучше ничего не повторяй, пожалуйста...

Сон опешил, он не ожидал такой реакции на, как казалось, совершенно обычный вопрос.

- Минхо, что с тобой? - Джисон схватил друга за руку. Но ответа не последовало. Только слезы выступили на глазах. Но учитель не давал себе плакать. Он держался? -Хо, ответь, пожалуйста, почему ты плачешь?

Резко руки Минхо обвили программиста и крепко сжали, не давая просто так выбраться. Он обнял его. Такое было впервые. Хо никогда не проявлял такую тактильность, да и вообще прямую открытость по отношению не только к другому парню, но и вообще к кому-либо.

- Мне очень больно, можешь не говорить, пожалуйста. Давай побудем так, если ты не против.

- Я не против, твое прикосновение для меня- яд, который вводит в эйфорию, а слезы- который убивает больнее любого ножа.

Они перестали обниматься, и Сон уложил Минхо к себе на колени

- Я захотел стать учителем из-за своей бабушки. Она была преподавателем по истории и обществознанию, всегда принуждала меня учить эти предметы, а я их ненавидел. – рассмеялся Хо со слезами на глазах. – Я пошел учиться, в то время у меня появилась очень близкая подруга. Прошло четыре года- я выучился, даже пошел работать по специальности, но случилось кое-что, из-за чего я вообще жалею, что жил и продолжаю по сей день. Однажды мой отец насильно заставил меня выпить, буквально залил мне в глотку водку, чтобы я понял какого это быть настоящим мужиком. А перед этим я поссорился с той самой близкой подругой. Оказалось, что она сливала всю мою информацию своему парню, во время наших звонков она подключала его также, и он слышал все, о чем мы говорили. Мне было очень больно. Я плакал навзрыд, на что отец сказал, что я не заслуживаю жить, ведь не мужик, и велел выпить для того, чтобы стать лучше. Это было вечером. На следующий день я, конечно, же пошел на работу, несмотря на своё состояние, потому что работу пропускать нельзя, а мне было ужасно плохо.

- И что случилось дальше? – спросил Сон, поглаживая Минхо по голове.

- Я вскрыл себе вены прямо на уроке, перед всеми детьми. Кровь струилась из моих рук, я не переставал плакать и просить за все прощение. Администрация школы не стала с этим мириться и в тот же день заставила подписать заявление на увольнение.

Говорить было больше нечего. Как учителю, так и программисту.