Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 8.
Репетиции шли тяжело, но весело. Минхо терпеливо объяснял, где нужно сделать паузу, где добавить интонации, а Джисон добавлял в текст свои фирменные шутки — и, к удивлению самого Минхо, они идеально вписывались.
Однажды после репетиции они задержались в пустом актовом зале. Свет был приглушён, сцена казалась огромной и немного пугающей, а тишина — такой густой, что слышно было, как где-то в углу тикают часы.
Джисон сидел на краю сцены и болтал ногами.
— Странно, да? — вдруг сказал он. — Раньше я думал, что быть на сцене — это значит быть самым ярким. А теперь понимаю, что главное — не яркость. Главное — чтобы тебя услышали.
Минхо стоял рядом, прислонившись к колонне.
— Иногда достаточно одного человека, который тебя слышит, — тихо ответил он.
Джисон посмотрел на него, прищурился, будто пытался что-то разглядеть в полумраке.
— Ты меня слышишь. Даже когда я несу чушь.
— Я слышу не чушь, — спокойно сказал Минхо. — Я слышу тебя.
Они улыбнулись друг другу — и в этот момент тишина перестала быть пугающей.
Комментарии