Глава 18
Мы снова сидим с ним в его машине и мчимся по вечернему городу. Я опять рассматриваю вид из окна, словно вижу всё впервые. Я так соскучилась по всему этому. По нормальной жизни, в которой я могла спокойно выйти из дома и прогуляться, как хочу и когда захочу. Не потому что этот парень решил меня отвезти куда-то, а по своему желанию.
Снова смотрю на профиль брюнета. Но всё не так просто. Ведь на самом деле я смотрю на его губы, и в голове всплывают воспоминания недавней сцены. Я не должна думать об этом. Не имею права. Вот сейчас я чувствую себя настолько глупо, чем когда он запер меня в подвале.
Он плохой человек.
Он похитил меня.
Он удерживает меня.
Он угрожал меня убить.
Он ударил меня.
Он - тот, из-за кого я много плакала.
С самого начала нашей поездки я всё время напоминаю себе обо всём, но ничего не выходит. Есть в нём что-то, что так притягивает.
Заставляет поверить ему. Узнать его. Возможно, это из-за его множества секретов, которые он держит в себе. Я никогда не встречала такого человека.
- Не смотри так, - парень резко поворачивается, и я только сейчас понимаю, сколько времени я на него смотрела. - Ты отвлекаешь меня.
Опять его привычная ухмылка, и я снова отворачиваюсь от него и смотрю в окно. На улице снова снег, и я безумно хочу выйти из машины и ощутить этот снег на себе. На своём лице. Хоть и ненавидела всегда, когда мокрый снег попадал на моё лицо или в глаза, и это мешало мне видеть, но сейчас мне кажется это таким необходимым.
Мы останавливаемся снова возле торгового центра. Мы сейчас в другом центре на другом конце города. Неужели он снова привез меня купить одежду? Или ему некуда потратить свои деньги, или он... У меня даже нет мыслей насчёт того, зачем ему снова понадобилось покупать мне одежду.
Парень снова галантно помогает мне выбраться из машины, и мы, как обычно, идём с ним за руки. Для меня держаться за руки - это очень много значит. Это для меня в основном доверие. Но я не испытываю к нему доверия. Я ничего к нему не испытываю.
Кому я вру?
Не могу ведь я врать самой себе. Да, испытываю. Я испытываю к нему заинтересованность. Мне просто интересны его мотивы и больше ничего. Когда я их пойму, и он отпустит меня, я навсегда забуду о нём и снова буду проживать свою жизнь без его вмешательства.
- Какой у тебя размер ноги?
Этот вопрос немного вгоняет меня в ступор. Но из-за всех своих мыслей я даже и не заметила, куда мы пришли. Осмотревшись, я вижу огромный каток.
- Я не умею, - слова слетают слишком быстро и тихо. - Кататься на коньках.
- Научу, - он игриво улыбается и отпускает мою руку. - Так какой размер?
- Тридцать восьмой.
Он берёт нам на прокат коньки, в то время как я осматриваю людей на льду. Они все отлично катаются, и это для них так просто. Но я совершенно не умею кататься и буду падать. Последний раз я ходила на каток со своей подругой Роксаной и её парнем. Всё время я простояла у бортика, и покаталась лишь пару раз, и то, когда меня держал за руку парень Рокси, или она сама.
Грэм протягивает мне коньки и ведёт в сторону раздевалки. Он сейчас в отличном настроении, и мне не сильно хочется его портить, но я доставлю ему кучу проблем на льду.
Как только я ступаю на лёд, начинаю скользить и обхватываю бортик. Брюнет смеётся и уверенно шагает на лёд. Он отъезжает, и я понимаю, что он умеет отлично кататься.
- Давай.
Грэм протягивает мне свою руку, но я лишь отрицательно качаю головой и сильнее ухватываюсь за бортик. У меня боязнь. Не хочу падать. Мне кажется, что если я упаду, то сломаю себе что-то. А ещё я всегда боялась, что если упаду, то кто-то будет ехать и, не заметив меня, зацепит меня коньками. А это ещё больнее, если учесть, что они хорошо заточены.
- Не будь трусишкой, Эвелин.
Он снова тянет свою руку, но я упираюсь. Пусть он простит, но слово «доверие» - это не про него. Парень подъезжает ко мне и сам убирает мои руки от бортика. Теперь мы с ним выезжаем на середину катка. Я чувствую, как трясутся мои ноги, и как сильно я вцепилась в руки брюнета.
- Тебе стоит опираться немного, - он притягивает меня ближе, и я обхватываю рукой его плечо. - Здесь нет ничего сложного. Просто попробуй.
Но я снова отрицательно качаю головой. Он закатывает глаза, словно я маленький капризный ребёнок, которому пытаются объяснить в магазине, что нельзя. Грэм берёт меня за руку и немного отъезжает. Теперь мы держимся за руки, и он начинает скользить на коньках, и мне не остаётся ничего, как ехать за ним. Единственное моё спасение - его рука, которой он меня удерживает. Мы сделали вместе один круг, и это уже сильное для меня достижение.
- Попробуешь сама? - парень поворачивается ко мне, но я снова качаю головой.
У меня одной не выйдет проехать даже полкруга. Я упаду, и всё наше катание прекратится. Лучше буду кататься вместе с ним. Вижу, он профессионал. Мы сделали вместе уже кучу кругов. Так много, что я уже и считать перестала. Странно, но сейчас мне кажется это весело. Он даже один раз меня отпустил, и я проехалась немного сама, но как только он увидел, что я падаю, то быстро меня подхватил.
- Ладно, - мы останавливаемся возле бортика, и я отпускаю его руку. - Хочу попробовать сама.
- Хорошо, - он объезжает меня и становится напротив. - Согни колени и оттолкнись.
Опустив голову, я стала наблюдать за своими ногами. Прислушавшись к совету парня, я согнула ноги и слегка оттолкнулась вперёд. У меня получилось проехаться, и я оказалась возле него. Победно улыбнувшись, решила ещё попробовать. Он отъехал на большую дистанцию, и я снова повторила, и у меня вышло.
Довольно улыбнувшись, я захлопала в ладоши от радости. У меня получается. Парень разделил моё веселье и отъехал ещё, но на этот раз ещё дальше, и теперь мне нужно было проехать больше двух метров.
Убедив себя, что справлюсь, я вздохнула и посмотрела на парня, который ждал от меня движений. Снова поехала и почувствовала, что это мне далось намного легче, чем предыдущие разы. Я счастлива, что у меня получается. Это моя маленькая победа. Хоть и немного, но я научилась кататься. Теперь ещё пару моих походов на каток, и я смогу хорошо кататься. Я так благодарна парню, что обняла его. Но он этого не ожидал, потому что не стал обнимать в ответ, и как только я убрала свои руки, он слегка приобнял меня за талию.
- Прости, - кажется, в его глазах я увидела удивление. - Просто... спасибо.
- Сделаешь круг сама?
Кивнув, я отъехала от него и, повернувшись, решила проехаться одна. Кажется, мне нужно переставать быть такой эмоциональной. Он всего лишь помог мне научиться кататься на коньках. Не нужно было его обнимать. Теперь я начинаю терзать себя за свои эмоции. Я так сильно этим увлеклась, что не заметила, как врезалась в парня, и мы оба свалились на лёд.
- Ты что, слепая? - парень явно сильно разозлился на меня. - Или ты без мозгов?
Я неплохо ударилась своей пятой точкой. Парень, которого я столкнула, уже встал и злостно уставился на меня. Я всё ещё сидела на льду.
- Ты в порядке? - сильная рука Грэм подняла меня, и теперь я стояла возле него.
- Купи этой дуре очки.
- Простите меня, - я пыталась как-то загладить свою вину. - Я просто не заметила Вас.
- Идиотка.
Ну почему я не могу, как все обычные люди, нормально проехаться по льду и не встрять в неприятности? Да я извинилась. Ну, правда, я не заметила его. Знаю, что виновата, но это ведь не такой сильный повод сыпаться грубостями.
- Парень, она извинилась, - мой похититель убрал свою руку с моей талии. - Езжай дальше.
- Пусть валит отсюда, - ну, не могла ведь я так сильно задеть этого мужчину.
Вижу, как сузились глаза моего похитителя. Но я ничего не успеваю сказать, потому что Грэм хватает незнакомца за шиворот и встряхивает.
- Тебе лучше не связываться со мной, - брюнет сильно шипит, и теперь он напоминает мне привычного Грэма. - Извинись перед девушкой, или я тебя в лёд закатаю.
Он сейчас безумно зол, и я даже не знаю, что делать. Неужели его так сильно разозлило то, что незнакомец обозвал меня?
- Я не боюсь тебя, - незнакомец убирает руки Грэмa. - И перед твоей сучкой я извиняться не собираюсь.
Сама толком не понимаю, что произошло, но Грэм бьёт незнакомца по лицу, и тот падает на лёд. Моя рука машинально прижимается ко рту. Я вижу, что злость так и прет с Хартмана, и он приподнимает парня, который меня обидел, снова за шиворот, и снова бьёт. Из носа незнакомца идёт много крови. Лёд под ними измазан кровью. Но теперь не только я свидетель этой сцены, но и все, кто находятся на льду, смотрят на парней.
Грэм откидывает незнакомца на лёд, и я думаю, что он уймётся, но нет. Он опускается возле него и обхватывает его волосы. Не знаю, что он собирался делать, но я так резко оказываюсь около него, что и сама не замечаю.
- Пожалуйста, успокойся, - я падаю возле него коленями на лёд и обхватываю его руку. - Не нужно. Он этого не стоит.
Он сейчас ужасно пугает меня. Я видела, как он злится на меня, но так как он избивал этого парня, это напугало меня ещё больше. Мы смотрим друг другу в глаза. Мои испуганные глаза встречаются с его злыми. Вижу, что зрачки становятся шире, и рука отпускает волосы незнакомца. Теперь я могу облегчённо вздохнуть. Не знаю как, но мне удалось успокоить вспышку злости у этого парня.
Грэм резко хватает меня за руку, и мы выходим с катка под пристальными взглядами людей. Мы так быстро переодеваемся и выходим из этого торгового центра, что у меня появляется одышка. И вот мы стоим возле машины брюнета. Он опёрся об свой автомобиль и, достав мокрые салфетки, вытирает кровь этого парня со своих рук.
- Можешь говорить что угодно, - он пытался вытереть кровь, но у него плохо получалось. - Но он заслужил это.
Наверное, я слишком глупая или добрая. Но мне всегда казалось, что эти два чувства связаны. Я забираю под его удивлённым взглядом салфетки и сама оттираю кровь с его рук. Он не сопротивляется, и это радует.
На очищение его рук понадобилась полная пачка мокрых салфеток. Он не смотрит мне в глаза, и я не могу понять его настроения. Он был в полной ярости. Вдруг злость не до конца ушла, и он отыграется на мне. Не очень хочется ехать с ним домой в таком состоянии. Да и не хочу, чтобы всё закончилось на таком моменте.
- Садись в машину, Эвелин, - брюнет открывает дверь автомобиля и кивает мне головой, чтобы я села. - Думаю, нам стоит поехать домой.
Не хочу к нему домой. Я почувствовала себя так хорошо и не могу сейчас вернуться.
- Мы могли бы прогуляться? - в моём голосе нет ни грамма уверенности.
- Прогуляться? - он удивлённо оглядывает меня.
- Совсем немного.
Конечно же, он откажет мне. Запихнет в машину, и мы поедем. Всё будет так, как захочет он. Но как же приоткрывается мой рот, когда брюнет закрывает дверь своего автомобиля и подходит ко мне.
- Тут есть небольшой парк, - парень осматривает моё лицо, и теперь я могу видеть, что он полностью спокоен. - Думаю, мы сможем провести там немного времени.
Я так рада, что, улыбнувшись, закрываю глаза. Неужели это свершилось, и я смогу немного прогуляться? Это безумно. Но меня радует даже такая перспектива побывать на воле. Мы идём с ним рядом, но на этот раз он не берёт меня за руку, и не обнимает, мы просто идём рядом.
Мне знаком этот парк. Бывала здесь пару раз. Он далеко находится от моего дома. Людей не очень много. Наверное, это связано с тем, что на улице зима, да и сегодня достаточно холодно. Не понимаю, как Грэм может идти с расстёгнутым пальто, в то время как я посильнее укутываюсь носом в шарф из-за мороза.
Я наслаждаюсь здесь всем. Мне нравится, что я могу пройтись сейчас, не задумываясь ни о чём. Хотя всё же думаю о том, что Грэм молчит. Он идёт рядом и ничего не говорит. Раньше, наверное, я была бы счастлива, если бы он не трогал и не разговаривал со мной. Но сейчас мне хочется, чтобы он как-то оживился.
- Думаю, что тебе будет лучше, если ты застегнёшь своё пальто.
Не могу смотреть, как он так ходит. Становится ещё холоднее, когда я смотрю, как холодный ветер пробирается сквозь его пальто.
- Не стоит делать вид, словно тебя это волнует.
Мы останавливаемся, и его слова сильно меня удивляют. Он говорит это не со злостью или горечью. Он спокоен, и его тон такой, как был пару часов назад. Хотя нет. Не такой. Пару часов назад он был весёл, и мы даже смеялись.
- И всё же так будет лучше, - не хочу отвечать ему колкостью.
Грэм фыркает и отворачивается от меня. Значит, когда я подумала, что всё может быть хорошо, то ошиблась. Я никогда не буду уверена в нём. А точнее, в каком настроении он сейчас пребывает. Возможно, под этой маской спокойствия скрывается полный гнев.
Он такой сложный, что кажется, если начать в нём копаться, то мозги взорвутся. Когда кто-то пребывал в плохом настроении, я всегда шутила или делала глупые вещи. Может, мне повезёт и с ним выйдет. Наверное, это глупая идея, но я больше не могла ничего придумать. Я падаю в снег и начинаю делать бабочку. Парень оборачивается на мой смех и странно оглядывает меня.
- Всегда в детстве делала так, - пытаюсь показать ему, что мне весело. - Наверно, с годами ничего не меняется.
- Эвелин, вставай.
- А ещё любила играть в снежки, - я просто лежу в снегу и смотрю на небо. - В детстве мы всегда с друзьями играли в снежки, - мои руки стали замерзать, но я продолжала лежать. - Всегда поджидали друг друга, чтобы закидать снежками. Это казалось так важно и весело.
- Ты замерзнешь.
- Мы с моей семьёй любили кататься с горки, - в голове всплыли воспоминания моего детства. - Однажды мы приехали на дачу и вечером ушли кататься. Мы прокатались там до ночи, и когда стало уже невыносимо холодно, тогда мы вернулись домой.
Грэм опускается ко мне и обхватывает мои руки. У него они такие горячие, что, когда он прикасается к моим холодным, то словно они начинают таять. Он поднимает меня со снега, обхватывает моими руками и начинает согревать. Теперь я чувствую, как снег пробрался мне под куртку и скользит по моей спине.
- Нам лучше вернуться, иначе ты заболеешь.
Стало ужасно холодно. Но я всё-таки добилась того, чего хотела. Грэм улыбнулся.
****
Мой день начался с того, что у меня ужасно болит голова. В глазах всё плывёт, и мне кажется, что в комнате всё кружится. Немного приподнявшись, понимаю, как я обессилена. Меня тянет вниз, и я не сопротивляюсь этому чувству, снова залезая под одеяло. Не могу понять, что со мной, и снова засыпаю.
- Эвелин, ты в порядке? - меня вырывает из сна чей-то голос. - Вставай, иначе весь день проспишь.
Приоткрыв глаза, вижу перед собой Киру. Она настойчиво тормошит меня за плечо, на что я никак не реагирую. Кажется, мне стало ещё хуже. Мне так жарко, что я резко убираю одеяло со своего тела. Но становится ещё жарче. Такое чувство, что я горю изнутри.
Она осматривает меня изучающим взглядом и прикладывает ладонь к моему лбу. У неё такие холодные руки, что я не хочу, чтобы она их убирала. Кира резко забирает руку и, схватившись за голову, стала что-то нашёптывать. Мне так плохо, что я даже не пытаюсь вслушаться в то, что она говорит.
- Думаю, мистеру Хартману стоит знать об этом, - она укрывает меня одеялом. - Я сделаю тебе чай с мёдом.
Она хорошенько укрывает меня, и я сильно ей благодарна. В глазах снова всё плывёт, я прикрываю их и снова проваливаюсь в сон.
****
Звонкий звук закрывающейся двери будит меня. Грэм подходит ко мне и присаживается на кровать. В его руках градусник, и он без слов протягивает его мне. Неохотно я вытягиваю руку из-под одеяла и беру градусник. Кладу его под мышку и смотрю на парня, ожидая, когда узнаю свою температуру.
- Как самочувствие, любительница поваляться в снегу? - брюнет смеётся, но не с сарказмом, и за это благодарна.
- Очень плохо.
И это сущая правда. Моя голова ужасно болит. Не могу ни о чём думать, лишь о том, как мне плохо. Свет в глаза ужасно бьёт, и я не сильно их открываю, лишь настолько, чтобы видеть силуэт парня. Он больше ничего не говорит, видимо, понимая, что разговаривать мне тоже тяжело. Грэм протягивает руку, и я отдаю ему градусник.
Парень тяжело вздыхает, когда видит мою температуру, и прячет градусник в ящике. Мне остаётся лишь догадываться, что он показал. Дверь открывается, и входит Кира с кружкой. Женщина ставит её на тумбочку и кладёт пакет, как я понимаю, с кучей лекарств. Брюнет благодарит её, и она выходит.
- Выпей, - Грэм берёт кружку в свои руки и протягивает мне. - Это собьёт твою температуру.
Простонав, я привстаю, и голова снова кружится. Мне не удаётся почувствовать вкус того, что в кружке, из-за того что из-за болезни пропадают вкусовые рецепторы. Я выпиваю содержимое за считанные минуты и ставлю кружку на тумбочку. Снова ложусь на кровать.
- Что у тебя болит? - парень наблюдает за моими мучениями.
Мне так тяжело ответить, что я просто прикладываю два пальца к голове, показывая ему, что именно она болит. Глотаю слюну и убеждаюсь, что кроме головной боли у меня ничего нет. Он кивает и отвечает на звонок. Грэм видит, как я морщусь от его громкого голоса, и выходит из комнаты.
Я снова прикрываю глаза и понимаю, что не могу уснуть. Тяжесть понемногу уходит, и мысли становятся яснее. Кажется, лекарство начало действовать.
Грэм вновь входит в комнату, и теперь я смотрю на него нормально. Освещение не так сильно давит на глаза.
Он стоит напротив кровати и не садится снова возле меня. Возможно, боится, что я его заражу, и тогда ему тоже придётся лежать в кровати с температурой. Жутко ненавижу болеть. Так я умудрилась ещё заболеть не в своём доме. Жар стал уходить, и я почувствовала жуткий холод. Обхватив себя руками, пытаюсь согреться, но не особо получается. Кажется, парень заметил, как я дрожу, и подошёл ближе.
- Тебе хуже? - в его голосе есть нотки беспокойства, или мне кажется.
- Мне холодно, - мой голос такой обессиленный, что я сама это понимаю.
- В доме температура около тридцати градусов, - брюнет задумчиво осматривает меня. - Тебя морозит, и нужно согреться.
Я улыбаюсь, потому что он сказал это так, словно я маленький ребёнок и сама не понимаю. Но он наверняка так и думает, если вспомнить, почему я лежу здесь с температурой. Моя глупость непревзойдённая.
Я укутываюсь ещё больше, но всё равно ничего не выходит. Холод не проходит, и это мешает мне нормально уснуть. Я бы с радостью поспала ещё пару часов, но не могу расслабиться. Грэм ещё пару минут наблюдает за мной, затем тяжело вздыхает. Он прошёл немного по комнате и снял свой пиджак, аккуратно сложив его на диване. Обойдя кровать с другой стороны, он лёг и залез под одеяло.
Не понимаю, что он делает. Но ответы находятся раньше, чем я успеваю задать вопросы. Брюнет обнимает меня и прижимает к своей груди. Сжав мои руки, он посмотрел мне в глаза. От него исходит тепло, и, кажется, моё тело против воли стало это понимать, и я больше не испытываю холод.
Это так странно. Никто не делал этого для меня. А парень, который похитил меня, сейчас лежит в своём дорогом костюме и обнимает меня, чтобы я не замёрзла. Ситуация настолько странная, что я не хочу о ней задумываться. Чувство тепла наполняет моё тело, и я прижимаюсь к нему сильнее.
- Расскажи мне что-то.
Болезнь или любопытство, но мне безумно хочется, чтобы он начал какой-то рассказ. Хочу, чтобы он говорил со мной. Или просто говорил. Что угодно, но я хочу слышать его голос.
- О своей семье.
Я почувствовала, как он дернулся, и как участилось его дыхание. Мы лежали друг к другу настолько близко, что я даже чувствовала, как бьётся его сердце. На его лице не проскользнула ни одна эмоция, но я поняла, что тема семьи его сильно тревожит. Пусть он и пытается это скрыть внешне, но внутри у него происходит вулкан эмоций.
- Когда-то здесь жили моя бабушка и дед, и мои родители привезли меня сюда. Моя мама долгое время упрашивала их переехать к нам, но они не соглашались. Старые люди всегда привыкают к одному месту и не хотят что-то менять, - он затихает и начинает перебирать мои пальцы. - Я сильно ненавидел проводить всё лето здесь, так разозлился на всех и спрятался в гараже. Бабуля обыскала каждый дюйм этого дома и не только, но так и не смогла меня найти. Я был ребёнком и знал все места, где можно спрятаться. Просидел там около двух суток. Был голоден, но упорен. И пока не приехали мои родители, я не вылез. Но затем они забрали меня.
Он замолкает, и я открываю глаза. Нет. Не хочу, чтобы он прекращал говорить. Его голос сейчас мне так необходим. Он помогает мне уснуть. Не то чтобы мне скучно, просто в данный момент это помогает почувствовать себя лучше. Я смотрю в его глаза и прошу рассказать мне ещё что-то.
- Мне было лет двенадцать, и меня позвали на вечеринку. Было круто попасть на вечеринку к старшеклассникам, и я согласился. Но родители не пустили меня, и мы сильно поссорились. Я заперся в своей комнате и пообещал, что непременно попаду на вечеринку, - я вижу, как на его лице появляется усмешка. - Я вылез через окно. Тогда, наверное, впервые попробовал алкоголь. Мне хватило буквально одного стаканчика водки, и я был пьян в стельку. Тогда родители приехали за мной и опозорили на всю школу. Я был так зол на них, что не разговаривал месяц.
Он улыбается, и я тоже улыбаюсь. Не перестаю удивляться ему. Он говорит, что родители ушли, но рассказывает о них с такой тоской. Возможно, он лжёт? С чего я взяла, что он сказал правду о них. Но тогда где они? Он ведь неоднократно говорил, что они приезжали в этот дом. Значит, он не отсюда. Возможно, родители в другом городе. Но тогда почему он говорит, что они ушли? Может, он от них ушёл?
- Тебе нужно поспать.
Грэм убирает руки и отодвигается от меня на край кровати. Парень хочет уйти, чтобы я смогла уснуть. Как только я это понимаю, становится снова ужасно холодно, словно он своим уходом забирает всё тепло.
- Останься, пожалуйста.
Я хватаю его за руку. Не хочу, чтобы он уходил. Наверное, мне сейчас ужасно плохо, ведь я прошу своего похитителя полежать со мной в кровати. Но я не хочу задумываться об этом. Подумаю и осужу себя позже. Сейчас хочу, чтобы он остался. Грэм долго всматривается в мои глаза, а затем снова обнимает меня, и я полностью отдаюсь его объятиям. Мне так много хочется спросить его, но я лишь прижимаюсь к нему и закрываю глаза, чтобы уснуть.
Я исчезла надолго - прошу прощения 🤍
Эта история пережила моё молчание, сомнения и возвращение, и вот я снова здесь с новой главой.
Для меня очень важно знать: Вы всё ещё хотите читать дальше? Стоит ли мне продолжать этот путь?
Любой Ваш отклик ‐ это то, что даёт этой истории жизнь!