11

Я захожу в квартиру и впервые за последние сутки закрываю дверь за собой. Несколько секунд просто стою в прихожей, прислонившись к ней спиной, и закрываю глаза. Тишина. Моя тишина. Я даже не сразу понимаю, насколько сильно мне её не хватало.

Телефон в руке почти сразу начинает вибрировать — Линдси. Я смотрю на экран и понимаю, что должна была написать им гораздо раньше. Быстро набираю: «Я дома. Через пару часов приходите ко мне». Ответ прилетает почти мгновенно: «Мы уже собирались».

Конечно. Я невольно улыбаюсь, бросаю телефон на диван и иду в комнату. Только сейчас начинаю осознавать, как ужасно выгляжу: глаза красные, волосы спутались после сна и дороги, а на голове всё ещё ноет рана, поэтому привести их в порядок я даже не пытаюсь. Я смотрю на себя в зеркало и на секунду чувствую, будто вижу совершенно другого человека.

Неделю назад моей главной проблемой была университетская работа, а теперь я каким-то образом оказалась между двумя мужчинами, один из которых едва не убил другого, а второй решил, что имеет право распоряжаться моей жизнью.

— Отлично, Джесс, — говорю я своему отражению. — Просто отлично.

Я переодеваюсь в домашнее и сажусь ждать девочек. Они приезжают довольно быстро, я даже не успеваю толком прибраться. Когда в дверь начинают стучать, я понимаю, что они, скорее всего, вообще не спали нормально после того, как я пропала.

Я открываю дверь, и Линдси практически влетает внутрь.

— Джесс!

Она даже не говорит ничего больше, просто бросается ко мне и крепко обнимает. Следом за ней входит Джилл, закрывает дверь и тоже подходит ближе. Они обе обнимают меня так крепко, что я невольно морщусь от боли, и Линдси сразу отстраняется.

— Господи, я больно сделала?

— Нет, всё нормально.

— Ничего не нормально.

Она внимательно смотрит на меня, и я вижу, что её глаза уже красные. Джилл молча рассматривает моё лицо, потом тихо спрашивает:

— Ты вообще понимаешь, как мы испугались?

Я смотрю на них обеих и вдруг понимаю, что больше не могу держать всё в себе.

— Девочки... произошло кое-что страшное.

Мы садимся на кухне, и я начинаю рассказывать. Сначала про вчерашний вечер, про Тони, про то, как я осталась у него, затем про утро, про Мэтта, драку, машину, его квартиру, наш разговор, возвращение к Тони и всё, что произошло потом. Я рассказываю им практически всё, даже то, что сама до конца не понимаю.

Линдси плачет почти с самого начала, Джилл держит её за руку, а иногда сжимает и мою. Когда я заканчиваю, на кухне на несколько секунд повисает абсолютная тишина.

Линдси закрывает лицо руками.

— Я не могу.

— Лин?

Она поднимает голову, вытирает слезы и смотрит на меня.

— Я так боюсь за тебя, Джесс.

— Я знаю.

— Он сейчас там? Под подъездом?

— Да.

— Тогда вызываем полицию.

— Нет.

— Почему?!

— Потому что я сама должна разобраться.

— Джесс, он следит за тобой!

— Я знаю.

— Он приехал к Тони!

— Я знаю.

— Он избил человека!

Я молчу, потому что спорить с этим мне нечем.

— А ты говоришь, что разберёшься сама, — Линдси снова начинает плакать. — Ты вообще понимаешь, насколько это страшно?

Я мягко смотрю ей в глаза.

— Он не обидит меня.

Она смотрит на меня так, будто я сказала величайшую глупость на свете.

— Откуда ты знаешь?

Я не отвечаю сразу, потому что на самом деле не знаю.

— У меня есть цель, — наконец говорю я. — Избавиться от него. И я буду держаться этой цели столько, сколько смогу.

Джилл внимательно смотрит на меня.

— Джесс... ты уверена, что это в твоих силах?

Я качаю головой.

— Не знаю. Я не знаю, насколько правдивы его слова о том, что он не отступится.

— Может, он обычный балабол, — тихо говорит Линдси.

Я невольно усмехаюсь.

— Хотелось бы.

Она вытирает щёку.

— А этот Тони?

— Что Тони?

— Ты правда осталась у него на ночь?

Я киваю.

Линдси закрывает глаза и качает головой.

— Где была твоя голова?

Она легко ударяет меня по руке.

— У незнакомого человека!

— Я знаю.

— Который потом оказался достаточно безумным, чтобы в тебя влюбиться за один вечер.

— Я, похоже, действительно сошла с ума.

Джилл впервые за весь разговор слегка улыбается.

— Это мы уже поняли.

Я тоже улыбаюсь, впервые за весь день по-настоящему.

— Но меня действительно к нему тянуло, — говорю я уже тише. — Он словно солнце.

Линдси закатывает глаза сквозь слёзы.

— Только не начинай романтизировать это.

— Я не романтизирую. Он такой. Добрый, весёлый... рядом с ним мне было легко.

Линдси становится серьёзной.

— А рядом с Мэттом?

Я долго молчу.

— Сложно.

Джилл смотрит на меня.

— Но?

Я отвожу взгляд.

— Но интересно.

Девочки переглядываются, но больше ничего не спрашивают.

В этот вечер они решают не оставлять меня одну, и я даже не спорю. Честно говоря, сама не хочу оставаться одна. Мы долго сидим за чаем, я рассказываю им о последних двух днях уже без подробностей, просто говорю о том, что чувствовала, о Тони, Мэтте, страхе и о том, что вообще не понимаю, как оказалась в этой ситуации.

Ночь проходит спокойно. Мы ложимся спать втроём, Линдси долго не может уснуть, я слышу, как она ворочается рядом, Джилл тоже почти не спит. Но постепенно квартира погружается в тишину.

Утром нас будит звонок домофона.

Я открываю глаза и сонно произношу:

— Угадайте, кто?

Джилл тут же садится, Линдси тоже вскакивает.

— Мэтт?

Мы втроём переглядываемся и почти одновременно бежим открывать дверь.

Но за ней оказывается совсем другой человек — незнакомый мужчина с огромным букетом алых роз.

Нет, даже не букетом. Целым лесом.

Розы настолько большие, что их невозможно нормально удержать одному человеку.

— Заказ для Джесс Стронгер.

Я смотрю на цветы.

— От кого?

Курьер проверяет бумаги.

— Тони Калаво.

Я замираю.

Линдси смотрит на меня, Джилл тоже.

— Тони...

Он не смог дозвониться. Мэтт удалил его номер, и поэтому Тони просто отправил мне цветы. Но как? Как Мэтт пропустил курьера?

Мы вдвоём с девочками заносим букет внутрь. К нему прикреплена небольшая записка, и Линдси передаёт её мне. Я разворачиваю бумагу.

«Моя милая, надеюсь, этот букет поднимет твоё настроение до небес. Я свяжусь с тобой вскоре.
Навеки твой Тони».

Я перечитываю записку дважды, потом отдаю её девочкам. Линдси читает и её лицо моментально меняется.

— Я боюсь за этого Тони.

Я ничего не отвечаю.

— Что твой чокнутый поклонник может с ним сделать?

Я смотрю на розы. Ответа у меня нет.

Букет оказывается настолько огромным, что мы даже не можем найти подходящую вазу. В итоге временно ставим его в ванной, наполняя водой всё, что способно удержать эти стебли. Потом возвращаемся на кухню и пытаемся спокойно завтракать.

Но ненадолго.

В дверь снова стучат.

Я замираю.

Линдси смотрит на меня, Джилл тоже.

— Он, — шепчет Линдси.

Я иду открывать.

На пороге стоит Мэтт. В руках у него огромная корзина красных роз с красивыми веточками между цветами. Он выглядит совсем иначе, чем вчера: гладко выбрит, аккуратно одет и совершенно спокоен.

— Доброе утро.

Он улыбается мне, я отступаю, пропуская его внутрь. Мэтт бросает взгляд на девочек. Линдси смотрит на него так, будто готова прожечь в нём дыру, и он явно это замечает.

— У вас здесь драма?

Линдси ничего не отвечает.

Мэтт снова смотрит на меня.

— Не буду отвлекать. Я внизу, выходи, как освободишься.

Он ставит корзину и уже собирается уйти, но вдруг останавливается.

— А, и можно я загляну в уборную?

У меня внутри всё падает.

Ванная. Розы. Записка.

Мэтт делает шаг в сторону коридора, но Джилл оказывается быстрее. Она резко встаёт и подходит к нам.

— Мне тоже срочно надо.

В её голосе столько раздражения, что Мэтт останавливается. Джилл проходит мимо него и исчезает за дверью ванной.

Мэтт странно смотрит ей вслед, но ничего не понимает. Он подходит ко мне, легко касается губами моей щеки.

— Я жду внизу.

— Спасибо за цветы.

Он улыбается.

— Не за что.

И выходит.

Несколько секунд мы стоим молча. Потом из ванной выглядывает Джилл.

— Всё.

Я бросаюсь к ней и обнимаю.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! Ты так быстро сообразила!

Она смеётся.

— Потом поблагодаришь.

Линдси смотрит на меня и тихо говорит:

— Вот он, этот мерзавец. Клянусь, Джесс, я просто не могу смотреть на него как раньше.

Я понимаю, что она имеет в виду. Вчера Мэтт был для неё просто странным парнем, а теперь он человек, которого она боится.

Девочки собираются домой. У двери они обе снова обнимают меня, на этот раз особенно крепко, будто действительно боятся увидеть меня в следующий раз уже другой.

— Слушай, Джесс, — говорит Линдси, — ты же знаешь наши номера?

— Знаю.

— Если вдруг что-то случится, просто позвони с любого телефона. Даже если не сможешь ничего объяснить, просто скажи: «Я в порядке». Или наоборот.

Джилл кивает.

— И больше не пропадай так.

Я киваю.

— Обещаю.

Они уходят, и я закрываю дверь.

Я остаюсь одна.

Сейчас я поеду на свидание с Мэттом.

Странно даже произносить это про себя. Я заинтригована и одновременно взволнована. Куда он меня повезёт?

Я ещё раз смотрю на корзину роз и вспоминаю, почему он не заметил курьера. Всё просто: Мэтт приехал уже другим. Свою корзину он принёс после того, как съездил домой, переоделся и привёл себя в порядок.

Я иду собираться.

Перед выходом замечаю на столе коробку с жемчугом и беру её с собой. Проверяю телефон, смотрю на себя в зеркало и делаю глубокий вдох.

Сегодня я должна просто узнать его. Не выбрать, не дать обещаний и не решить всю свою жизнь за один день. Просто узнать.

Я открываю дверь и выхожу.