Аукцион

Выйдя из машины и посмотрев на здание школы, я поняла, что оно сейчас мало походило на неё. Конечно, это было всё то же пятиэтажное здание без особых изысков, но атмосфера была совсем другой.

Сейчас школа напоминала мне какую-то тюрьму, даже показалось, что на окнах были решётки. Тем не менее меня тянуло зайти внутрь. Странная и неведомая сила успокаивала и завлекала. В ней не чувствовалось опасности, что было совершенно непонятно: ведь ещё несколько часов назад я намеревалась штурмовать здание с боем… а сейчас чувствовала … я даже не понимала до конца, что я чувствовала...

Страха не было. Не было не раздражения… лишь странное и необъяснимое спокойствие. Я почувствовала, как по моей спине хлопнула рука Родиона, и подталкивая меня вперёд, при этом давая мне в руки маску. Повертев её в руке, я спросила:

— Для чего нужна эта маска?

Она не была какой-то особенной, просто полукруглое нечто, в которой заяц угадывался лишь по ушам. А вырезы для глаз были наспех вырезаны. По качеству даже предыдущая маска была лучше.

— Можно сказать дань традиции. Также она демонстрирует тот уровень, на котором ты находишься, — ответил Родион, одевая белую маску, в которой угадывалась либо лисица, либо волк, если брать за основу лесных зверей.

— Идём, — он протянул мне руку. Я поморщилась, но всё-таки надела маску...

И в этот миг мир стал блёклым, а моё зрение резко улучшилось, помогая улавливать самые мелкие детали в темноте. Я увидела собаку, прятавшуюся в кустах, ворону, летящую в ночном небе. На мгновение у меня закружилась голова, и я хотела снять маску, но Родион меня тут же остановил.

— Тебе стоит привыкнуть, это в начале непривычно, мозг перестраивается под изменение тела, скоро ты её не будешь чувствовать. — голос мужчины неуловимо изменился. Заметив мой взгляд он указал на маску, — Побочки маски.

Мы подошли к дверям школы, за которыми не было ни звука, ни движения — ни малейшего признака, что там кто-то есть. Но едва Родион открыл дверь, как перед нами распахнулся бесконечный коридор. Такой длинный, что его концы терялись где-то во мгле. По бокам тянулись тяжёлые бархатные портьеры, будто замершие в ожидании. Кругом была тьма, но я видела. Видела заячьим зрением — чётко, широко, будто мой взгляд охватывал всё вокруг сразу, пронзал темноту, как днём. Я опустила глаза — пол под ногами переливался, словно из чистого золота, каждая дощечка светилась изнутри некими линиями.

— Помпезно всё выглядит, — мрачно отметила я. — Для чего нужна вся эта театральщина?

— Мы редко собираемся все вместе, поэтому и делаем такие вечера особенными.

— Как вы из школы смогли соорудить подобное? — удивлялась я масштабам.— Ну нельзя же такое сделать за один день.

— Это место, где соединены явь и навь. Оно неподвластно смертному уму человека. Лишь те, кто связан с навью, способны уловить и направить подобные потоки. — он обернулся и я заметила с огонёк в его глазах. — Сегодня ты увидишь, на что способны наши братья в своих учениях и познаниях. И главное, ты увидишь, какую цену они платят за подобную силу.

— Яна станет платой за силу, — я заметила, как Родион вздрогнул, когда услышал это имя.

— Мне действительно интересно, когда ты стала считать эту девушку своей подругой, — он посмотрел на меня выжидающе.

— Она всегда была моим другом... — почему-то смутилась я. Это было не совсем правда, ведь кроме Пети я не считала никого своим другом… Приятелем, одноклассником может быть… Но не другом…

— Мы можем доверять лишь своим, но те, кто не нашего рода, нас никогда не поймут и даже не приблизятся, — он со злостью развернулся, его фигура стала казаться больше, а глаза засверкали злым огнём. — Тебя водят за нос, заяц, а ты и веришь. Ты ведь никогда не считала их друзьями, согласись

— Считала, — твёрдо сказала я, смотря ему прямо в глаза. — Они всегда были моими друзьями!

— Были?

Я не поняла его уточнения, но, произнеся это слово ещё раз , нахмурилась. Меня охватило странное чувство. Словно что-то поняла прямо сейчас. Я сжала кулаки.

— Да, были,— твёрдо сказала я. — но сюда я пришла за Яной!

— Но получишь ли ты желаемое, вот в чём вопрос — сказал Родион, увлекая меня дальше по коридору.

Сжав зубы, я пошла за ним. Впереди я заметила две фигуры. Чем ближе мы подходили ко входу, тем больше деталей я видела и тем яснее слышала звуки музыки.

А именно то, что охранниками у дверей были двое людей в заячьих масках. И что самое обидное, что маски у них на порядок качественнее и краше, нежели у меня.

— Вы про этот уровень намекали? — шёпотом спросила я, но меня услышали.

— Ну мы сами не слуги, а лишь приближенные люди к хозяину Аукциона, — произнёс один из зайцев и я заметила его глаза. — Новенькая? И чья же будет?

— Местная, — коротко ответил Родион, после чего наступила пауза.

— Весело, — после чего этот мужчина открыл дверь. — Надеюсь всё пройдёт спокойно?

— Не стоит беспокоиться, я не такая уж кровожадная, — усмехнулась я, проходя мимо зайцев. — Какие они противные, право слово.

Но вдруг я остановилась перед тьмой, которая открылась в проходе. Мне стало не по себе.

— И что нас там ждёт? — спросила я, чувствуя, как страх сковывает моё тело. Оно не желало двигаться вперёд, подозревая подвох.

Однако моё тело вдруг начало действовать самостоятельно. Сначала я нервно рассмеялась, а потом сделала шаг в пустоту.

— Надеюсь, Демьян всё сделал как надо, а то за сотню лет у меня не было ни одного нормального отдыха. — Я обернулась к входящему через портал Родиону. Его тело напряглось. — То голод, то война, то чума... Ни одного спокойного года... — говорила я, одновременно слыша свой голос. Это было странно.

— А что насчёт... — попытался спросить что-то Родион, но та, которая манипулировала моим телом, выставляя перед ним руку.

— Никаких вопросов, сегодня я гуляю! — закричала она моим голосом, разворачиваясь и входя в зал. — Приветствую всех!

Круглый зал, стены которого задрапированы алой тканью, был заполнен людьми в бальных платьях, костюмах, и единственное что этот вечер отличало от обычного официального вечера, что на людях были карнавальные маски. И в отличие от наших, они явно были сделаны у профессионалов.

— Я согласна с Катей, почему ты сделал нам такие ужасные маски? — словно прочитав мои мысли, сказала сущность, поворачиваясь к моему спутнику.

— Не наглей, они намного сильнее этих псевдомасок, — обиженно проговорил он.

— Как ребёнок, — фыркнула сущность внутри.

— Ты же знаешь, не всё то золото, что блестит, — раздался поблизости задорный голос. В порыве обернувшись, я увидела молодого человека в элегантном костюме.

— Коша, мне кажется аль тело успел поменять ?— я принялась обходить его, довольно кивая. — Намного лучше предыдущего, — я начала оглядывать с интересом вокруг, замечая, как от моего взгляда многие люди в человеческих масках замирают в ужасе, но в животных масках улыбались и кивали мне в ответ. — Но… почему я не вижу твоей жёнушки…

— Пара оказалась несбалансированной, — улыбнулся мужчина, смотря в мои глаза. — Всё чаще одна из сторон оказывается такой сволочью… Поэтому чаще в разное время приходим.

— Так вещаешь, будто смертные изменились за тысячелетия, — хмыкнула я... Точнее, сущность, что была внутри, для меня весь этот разговор был слишком сюрреалистичное. А потом она обратилась ко мне — Ты уже свершил то, что было предначертано, ступив на званный вечер сегодня.

— Я вас оставлю… — этот Коша удалился

— А где Яна? — раздался мой личный вопрос, и я ожидала ответа от Коши, смотрел на меня насмешливым взглядом.

— Решила не посвящать...

Моё тело раскашлилась.

— Да, тебе следует запомнить эту девчушку, — произнесла она, и я почувствовала на своём лице улыбку.

Мужчина лишь ухмыльнулся.

— Ты присмотришь за дамами, Родион? — спросил Коша.

— Надеюсь, сегодняшние лоты будут стоить моего внимания.

— Мы всегда находим лишь самое лучшее, — улыбался парень. — Выбирайте всё, что вашей душе угодно.— он присмотрелся ко мне.

— Она живой человек… Редко ты выбираешь живых людей.

— Человек ли, — усмехнулась сущность. — Благодарю, что уделила внимание. — и она развернулась, после чего к нам начали подходить люди в зверинных общались. Ощущать себя словно кукла, через которую общались было непривычно. Самое странное, что я подметила, так это то, что я общалась лишь с теми, у кого были животные маски. «Человеческие маски» боялись даже посмотреть в мою сторону и дрожали в отдалении.

Среди этих масок и фигур я искала Яну, но, похоже, в данных обстоятельствах эта задача была невыполнимой. Особенно, когда на мои попытки найти её, моё внутренняя сущность потешалась надо мной.

Её мыслей я не слышала, но ощущала её веселье..

Круговорот знакомых, странные разговоры на языках, которых я не знала, а даже когда они говорили на русском, то он смешивался в непонятные звуки. Я попыталась абстрагироваться от этого, но внезапный легкий электроразряд по всему телу, как собаку лаборатории, заставил смотреть на маски этих людей.

«Смотри внимательно, смотри насторожено и запоминай», — слышала я голос жнеца, так называл как-то Родион, пронизывающий до самых костей. Холодный, словно лёд, скрипучий и в то же время мелодичный, словно речка зимой.

Я начала прислушиваться, хотя многого не понимала. Кто-то говорил про некие сказки. Спрашивали про петухов, про других животных, про небо, солнце, про разные притчи.. От всей этой ненужной информации гудело в голове. Некоторые я знала, но большинство для меня оставались неизвестными пустыми историями. И главное, эти люди говорили про героев этих притч так, словно говорили про живых людей.

Я даже не поняла, как и сама начала говорить. Не та сущность, что сидела во мне, а я сама - и на те темы, о которых раньше не задумывалась. моя речь лилась сама собой, я только и успевала, иногда переспрашивать о некоторых вещах, которые меня заводили в тупик. Мои собеседники говорили со мной словно с ребёнком, добродушно улыбаясь. Им казались забавными мои высказывания, фразы и точка зрения на ту или иную сказку. Смех так и проскальзывал в нашей речи.

— Да уж, сколько безграмотных детей здесь собралось, если они не знают даже основ, — раздался голос, прекративший наше общение. Все смолкли и повернули головы на обладателя голоса, что был в человеческой маске. — Какого чёрта вы собрались возле этого ребёнка, словно она чем-то знаменита!? — повышал голос этот мужчина. — Я даю деньги на содержание ваших притонов, и что получаю взамен?

— Взамен вы получаете работу, где эти самые деньги зарабатываете, — проговорил Тоша, и щёлкнул пальцами. Тут же рядом с грамогласным возникли двое в чёрных заячьих масках, которые быстро подхватили его под руки и повели прочь, так быстро, что не успело пройти и секунды. — Чем больше даёшь этим скотам, тем меньше они испытывают благодарность, — устало промямлил этот молодой блондин, что явно был здесь самым главным. Потом он хлопнул в ладони, что служило для других неким сигналам, для продолжение разговоров.

— Не обращай внимание на эту суету, — промолвила дама в маске, схожей с какой-то птицей, поглаживая меня по плечу.

— Зря Коша его остановил. Бывает интересно в таком скандальчике— проговорила старушка в лисьей маске. — Сразу молодость вспоминается...

— Для этого наши и селятся в какие-нибудь загашники, — заговорил статный крупный мужчина в волчьей маске. Его голос грубо. — Но чтобы такое случалось на наших встречах? Мы и так редко собираемся, чтобы тратить время на подобное.

— О чём ты говоришь? — вдруг подала голос девчушки лет семи в странной деревянной маске, из-за которой была видна только фигура в костюме. Возле неё стояла женщина в чёрной человеческой маске. Она была полненькая, в простеньком платье. Только держалась она как статуя, а не как живой человек. — Мы последние пятьдесят лет очень часто встречаемся. Раз в два года уж точно.

— Для меня это редко, бабуля, а тебе, милая, — он дотронулся до меня, продолжавшую смотреть на женщину, — негоже так смотреть других. Им неприятно и страшно.

— Почему? — спросила я, переводя взгляд.

— Женщина, стоящая возле этой занозистой “бабки”, — сказал он кивая на маленькую девочку, —, является её последовательницей, отдавшей ей жизнь для служения. По сути, она поклоняется этой ведьме. И одно нахождение возле нас для неё большое испытание.

— В смысле? Мы же общаемся между собой нормально, разве нет? — слова его показались мне странными.

— Мы все здесь ведьмы и колдуны, — вмешалась девочка, которая смотрела на меня через стеклянный стакан с соком. — Мы не являемся нормой этого мира, и обычные люди нас боятся на животном уровне. — она приподняла маску и я увидела золотистые глаза, — Тявкают, собираются в стадо, либо забиваются по углам и дрожат, как мыши. Такова она — человеческая натура. — после чего девушка сделала глоток, всё-так же смотря в мои глаза.

— Из твоих объяснений ничего понять невозможно, — тяжело вздохнул мужчина, на что девочка демонстративно фыркнула. — Вот скажи, как ты считаешь, сколько лет этому телу? — спросил меня мужчина, кладя руку на голову девочки, которая только руки скрестила, показывая своё недовольство..

— Восемь? — спросила я, давая ей больше предполагаемого возраста.

— Этому телу всего лишь три года, — ухмыльнулся мужчина, а я впала в ступор.

— Но вы говорили про пятьдесят лет...

— Эта женщина стала моей матерью, — сказала девочка. — Ведьмы и колдуны могут переродиться в других, как я, создать тело в чреве женщины и растить его долгие годы. Либо забрать тело у живого человека, — холодно проговорила девочка, что звучало жутко из детских губ.. — Вот сегодня мы увидим второй способ… Он довольно интересен для нас, так как всё может пойти не по плану.

Я вздрогнула.

— А чем они отличаются? — я ощутила неприятный холодок внутри, сердце забилось сильнее. Вот только на мой вопрос окружающие «добродушно» засмеялись, от чего атмосфера вокруг сгустилась

— Это тебе предстоит испытать, — улыбнулся мужчина, и тут прозвенел звонок. — Как вовремя, — усмехнулся он, аккуратно беря меня за плечи и ведя в поток людей. — Сегодня тебе откроется новое измерение, а это, уж поверь мне, захватывающее зрелище, — его голос становился всё более возбуждённым, глаза через маску горели сумасшедшим огнём.

Пройдя какой-то тёмный проём, мы оказались перед огромной сценой. Этот человек в волчьей маске провёл меня к третьему ряду, где, как оказалось сидел и задумчивый Родион и со скучающим видом смотрел на других людей. Заметив меня, он улыбнулся и спросил:

— Как тебе вечер?

— Он ещё не закончился, — проговорил мужчина, что привёл меня усаживая меня рядом с Родионом. Они закрыли мне пути отхода. — Вечер только начался...

— Уже середина, братец.

— Начало середины, — возразил мужчина, после чего прозвенел ещё звонок. — Это так волнительно.

— Нет, сейчас будет одна из самых скучных частей, — скрестил руки Родион откидываясь на спинку кресла.

Я хотела было спросить у него, но слова застряли в горле. Оглядываясь, я замечала, как люди усаживаются на места, но вблизи сцены сидели люди в животных масках. Я не теряла попытку найти девушку, хоть с каждой секундой это казалось всё сложнее и сложнее.

— Ты ищешь кого-то? — спросил мужчина.

— А как вас зовут? — всё же решилась спросить я,— Я не знаю, как к вам обращаться? — но мужчина лишь усмехнулся.

— На подобных встречах не принято называть имена, иначе можно оказаться в ужасной ситуации.

Я взглядом обратилась к Родиону. Он, будто почувствовав мой вопросительный взгляд, принялся объяснять:

— Так как инородная сила этого мира собралась здесь воедино, то можно призвать древнюю магию через имена. Назовёшь имя, и можешь стать рабом, пообещаешь что-либо, и навязал уже контракт, который должен будешь исполнить, даже если это будет стоить тебе жизни или душе. Сегодня ты защищена от подобного, но в последующие разы должна знать, что никому не стоит говорить своего имени.

— В следующий раз? Но я не планировала приходить сюда после нешнешнего дня, — возражала я.

— И ты в этом уверенна? — улыбался безымянный знакомый. — Ты уже одна из нас...

— Ещё нет, — резкий голос Родиона заставил меня вздрогнуть. Он смотрел на незнакомца строго, тот делал тоже самое.

— Ты слишком напряжён, — усмехнулся мужчина. — Она одна из нас, это так же ясно, как и значение этого звонка, — щёлкнул пальцами парень, и раздался третий звонок.

Свет и гомон голосов начал по-тихоньку затухать. Всё погрузилось во мрак, и на сцене вспыхнул свет, в котором стоял тот самый Тоша. Он оглядывал всех собравшихся в зале.

— Благодарю всех пришедших в столь значимый день. Нынешняя встреча совпала с приходом моей любимой супруги, поэтому, надеюсь, что наш вечер будет приятен вам так же, как и мне, — после его слов послышались аплодисменты. Когда они стихли, блондин поднял руки кверху и прокричал:

— Нынешний аукцион объявляю открытым!

После чего громадные алые шторы за парнем раздвинулись, и я увидела на сцене столики со стоящими на них разными украшениями, картинами, зельями и прочими лотами, от чего глаза разбегались. И смотря на каждую вещь, можно было ощутить либо восхищение, либо ужас.

Я даже не заметила, как встала и нагнулась вперёд, чтобы более внимательно рассмотреть, что там. И лишь услышав смешки с передних рядов, я извинилась и села обратно.

— Видишь, Родион, — безымянный мужчина положил мне руку на плечо. — она всё-таки уже одна из нас.

Я посмотрела на Родиона, который смотрел лишь вперёд на сцену.

— Дамы и господа, мы начинаем наш аукцион! — на сцену вышла девушка в ажурной маске и коротком, довольно откровенном платье.

И смотря на то, как девушка объявляет лоты и цены на них, я удивлялась тому, как товары разлетаются по покупателям. За некоторые лоты шла нешуточная борьба и цены на них росли как на дрожжах. Другие же не привлекали не чьего внимание. И даже я со своими пятьюстами карманными рублями смогла купить себе простенькое колечко, сама не понимая зачем

Вертя его в руках, я стала ждать конца аукциона.

— А что будет потом? — со скучающим видом спросила я у безымянного мужчины.

— Потом придёт хозяйка вечера, — улыбнулся он.

— Это жена Тоши? — спросила я.

— Тоши? — улыбнулся мужчина. — Его имя Демьян.

— Разве можно называть имя? — спросила я. — Или на него тоже не действуют правила?

— Он не так слаб, как мы, по сути вся эта иллюзия, — здоровяк пальцем обвёл здешнее помещение.— держится на его силе.

— Иллюзия?

— Если коротко — обман пространства. Маленькое может быть большим, большое маленьким, правда-ложью, а ложь-правдой. Как это монетка, — в его руках возникла из ниоткуда монетка. — С одной стороны мир реальный — Явь, с другой стороны мир потусторонний — Навь. Слышала про такое понятиями? — он подкинул монету так, что она взлетела вверх, крутясь своей оси.

— Никогда не слышала о таком... — задумчиво проговорила я.

— А как думаешь, где мы сейчас находимся? — он поймал монетку.

— В Нави? Секунду, это как инь и янь, чтоли?

— Ян, — поправил он меня. — Не совсем, то, о чём говоришь ты, это определение женского и мужского начала. Ну или понятия порядка и хауса. Правда, — он усмехнулся, — некоторые считают это понятием добра и зла, что довольно забавно — видеть мир всего в двух цветах и считать его полноценным, разве это не смешно.

Я не могла ему возразить, так как не задумывалась об этом раньше. А сейчас его речь казалась мне продивой.

— Но разве некоторые поступки не являются хорошими, а некоторые плохими по определению?

— Как убийство человека? Благо или зло? — спрашивал он меня в ответ, отчего я впала в ступор.

— Естественно, это зло, — без раздумий ответила я.

— А если этот человек, допустим, овощ? Сколько призраков подобных бродят по городу? Его сознание живое, а он не способен пошевелиться или сказать что-либо? Каждый день он живёт как в аду, и не может обходиться без сторонней помощи.

Я сжала губы и замолчала, так как меня охватили противоречивые чувства. Я не могла сразу ответить, но разве я могу решать: жить или умереть человеку!? А если даже в таком состояние он желает жить?

— Это зло… — твердо сказала я. — Я не могу решать, кому умирать... Ведь умирать — это всегда страшно... — говорила я, вспоминая те ужасы, что рассказывали мне призраки.

— А если это убийца, который может убить свою подругу или даже собственную сестру? — спросил он.

— Убийца должен сидеть в тюрьме, — всё так же твердо ответила я.

— То есть твоя подруга должна сидеть в тюрьме за убийства?

— Да, — вдруг смысл его слов дошёл до меня. — Что? — переспросила я.

Он не успел ответить, как прозвенел ещё один звонок, после чего всё вокруг резко изменилось: яркие краски потемнели, маски, казавшиеся красивыми, сейчас ужасали своими мордами. Занавес начали закрываться, а девушка, проводившая аукцион, вышла на середину сцены и объявила:

— А сейчас мы проведём вторую часть аукциона. Занавеси вновь распахнулись, и я увидела на сцене клетки, в которых словно животные, находились люди..

— Мы начинаем второй тур!

— Если твоя подруга убийца, которая не пожалела ни свою подругу, ни свою кровную сестру, то она должна попасть в тюрьму? —повторил вопрос безымянный. Его голос казался таким безмятежным, что я не смогла скрыть ужаса от увиденного.

Этот безымянный человек уже не казался мне нормальным, наоборот, он превратился в один миг монстром…