Почтальон

Среда, 09.06.19.

Моя рука сильно онемела. Из-за этого неприятного чувства, я проснулась, не сразу открыв глаза. Кажется, я ее отлежала. Повернуться с левого бока на спину было невыносимо сложно. Когда я попыталась сделать это, боль сразу пронзила все мое тело. Было ощущение, будто меня ударило током. С трудом повернув голову, я не поверила своим глазам. Все было как и прежде. Я лежала дома на своём диване. Пытаясь приподняться, я снова почувствовала сильный удар боли, который прошёлся по всем моим мышцам и связкам. Не удержавшись, я вскрикнула.

- Сьюзан, дорогая, ты проснулась!

Я увидела маму, которая с обеспокоенным выражением лица быстро ко мне шла. Мне совсем было непонятно то, что сейчас происходило, но это вовсе не имело никакого значение. Сейчас значение имел только тот факт, что я снова дома.

"Дома!", - повторила я это слово у себя в голове, наслаждаясь им.

- Мама, - тихо произнесла я, заплакав. - Я думала, что больше тебя не увижу.
- Не говори так! Я не переставала верить в то, что все обойдется. Теперь мы рядом и я больше не допущу того, что с тобой было, - она нежно погладила мое плечо.

Я еле-еле подняла руку, дотронувшись до головы. Верх головы был перебинтован. Постепенно накатывала острая головная боль, которая начинала отдавать в виски. Только сейчас я вспомнила последние события, от которых мне стало страшно.

- Как я тут оказалась? Где он?

Мой голос дрожал. В нем ясно можно было услышать нотку волнения.

- Все в порядке, Сью. Он отпустил тебя. Теперь ты в безопасности.

"В безопасности", - снова повторила я про себя. От этих слов, дыхание начало выравниваться. Я расслабленно выдохнула, удобнее устраиваясь на диване.

- Хочешь кушать? - услышала я неразборчивые мамины слова. Она говорила очень странно. Звук ее голоса будто отдалялся от меня.
- Что ты спросила?

Я все еще не могла разобрать ее слова. Они смешивались с каким-то внешним гулом. У меня складывалось навязчивое впечатление, что этот гул был в моих ушах, постепенно увеличивая свою мощность. Вскоре он стал таким громким и невозможным, что я закрыла уши руками и зажмурила глаза. Уже через несколько секунд, я отключилась.

Резко дернув ногой, я пришла в себя. Когда я открыла глаза, то поняла, что кто-то выключил свет.

"Наверное, мама решила, что мне надо поспать".

Голова все так же продолжала болеть, но гула в ушах уже не было.

- Мама? - я попыталась громко ее позвать, но голос был сорван, поэтому у меня вышел только тихий хрип. На мой зов никто не откликнулся.

"Она меня не слышит".

Не знаю почему, но от этой мысли на меня снова нашел едкий страх. Я слегка подняла голову, но она отдала настолько пронизывающей болью, что я сжала руки и медленно опустила ее обратно. Я еще раз дотронулась рукой до своего лба, но не почувствовала повязку. Я снова и снова водила рукой по своей голове, ощущая засохшую кровь. Ее было немало. Живот заурчал, напоминая мне, что он абсолютно голодный.

"Я дома. Я в безопасности", - пыталась повторять я про себя, чтобы успокоиться. Но чем больше я повторяла, тем меньше в это верила. Я хотела встать, но вокруг все закружилось. Очень тёмная комната и этот... Матрас?

"О нет! Нет, нет! Только не он! Не надо, господи! Только не матрас!"

Я постепенно начинала понимать, что все еще нахожусь взаперти у ненормального маньяка. Перед глазами всплыли мутные отрывки последних событий. Как я хотела сбежать и попыталась его порезать лезвием бритвы, но ничего не вышло. Я вспомнила его безумный взгляд, которым он тогда посмотрел на меня. Взгляд, от которого кровь могла застыть в жилах. Вместе со всеми воспоминаниями пришло то, как он грубо схватил меня за волосы, после чего начал бить головой об стену. Я думала, что хуже уже быть не может, но я ошибалась. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я уже более отчётливо видела ту самую комнату, в которой меня все это время держал Кристофер. Страх вместе с отчаянием полностью парализовали меня. Я поняла, что это был всего лишь сон. Сон, в котором я снова дома, с мамой. И тут меня прорвало. Не сдержавшись, я заплакала, сильно прикрывая рот рукой, чтобы он не слышал моей слабости. Слезы стекали на толстый матрас, оставляя на нем маленькие мокрые капли. Вы замечали, насколько порой жестокими бывают сны? Нам снится то, о чем мы мечтаем. Сны будто дразнят нас, играют с нами, показывая то, что никогда не будет. Сейчас я понимала, что моему сну не суждено сбыться. Я больше никогда не увижусь с мамой, никогда не полежу дома на своём диване. Я больше никогда не увижу друзей и никогда не почувствую себя в безопасности.

"Лучше бы я не проснулась", - подумала я, смотря на комнату заплаканными опустошенными глазами.

На столе я увидела стакан с водой. Наверное, его принес Кристофер, когда я была в отключке.

"Может не все еще потеряно и он не убьёт меня?".

Еле встав с матраса, я медленным шагом пошла к старому ржавому столу. Каждый шаг давался с огромными усилиями. Я взяла дрожащими руками стакан, крепко обхватив его и выпив все содержимое. Когда я собралась обратно сесть на матрас, то услышала щелчок замочной скважины. Внутри все свернулось, по коже прошёлся холодок. Меня начинало трясти от мысли, что он возвращается. Зайдя ко мне, он плотно закрыл за собой дверь. Я быстро взглянула на него, поняв, что сейчас его глаза не пылают гневом.

- Отлично, ты выпила воду, - сказал мне Кристофер, нарушая тишину. - Мне нужны твои силы, чтобы ты могла кричать и страдать.

Я слушала эти ужасные слова, которые он говорил мне, и не могла понять: как такой привлекательный парень с приятным голосом может быть ТАКИМ чудовищем? Как это вообще работает?

- Пожалуйста, не надо, у меня болит голова, - прохрипела я.
- Голова болит? - иронично спросил Кристофер, будто передразнивая. - Это случайно не из-за того, что ты пыталась сбежать? Нет?

Он подошел ко мне, толкая меня к матрасу.

- Я предупреждал тебя, сучка, что с тобой сделаю, если попытаешься сбежать! - его голос становился громче, увеличивая мою головную боль. - Встань! - рявкнул он.

Я не хотела следовать его командам, но боялась, что если я не выполню, он ударит меня. Я встала с матраса, стоя на небольшом расстоянии.

- Становись на колени, - сухо произнес он, смотря на меня.
- Не надо, - снова тихо сказала я, продолжая стоять на месте. Меня всю трясло.
- На колени, живо! - Кристофер достал из кармана нож, приближаясь с ним ко мне. 

Я сразу встала на колени, пытаясь сохранить себе жизнь. Он приблизился ко мне.

- Не трогай меня, - мой голос сильно дрожал, как и я сама. Я знала, что он это заметил.
- Смотри на меня. В глаза.

Я подняла взгляд, посмотрев в глаза человека, которого до всего этого считала хорошим. Теперь этот взгляд не выражал ничего, кроме вечно холода.

- И как тебе это чувство? Когда ты стоишь передо мной беспомощная на коленях. Нравится? - он улыбнулся. И эта улыбка была самой зловещей, которую я когда-либо видела.

"Господи, он псих. Он просто больной на голову!".

- Это твое место. Потому что ты - никто, - продолжал он.

Я сидела, не двигаясь и смотря в пол. Шевелиться не было сил.

- А теперь проси прощения за то, что ты сделала.

Я продолжала сидеть неподвижно. Мне казалось, что у меня нет сил даже для того, чтобы что-то сказать. 

- Прости, - еле слышно промолвила я.
- Что? Я ничего не слышу, - он подошел вплотную, водя ножом по лицу. - Громче!
- Прости меня! - крикнула я изо всех сил. Казалось, Кристофера это устроило.
- Какое твое любимое число? - с серьёзным лицом спросил он. 

От этого вопроса я впала в ступор, не понимая, почему он спрашивает.

- Пять, - с сомнением в голосе ответила я, наблюдая за его реакцией.
- Ложись на живот, - приказал он. 

От этих слов меня всю сковало животным ужасом.

- Я же извинилась, что ты хочешь от меня?

Он резко толкнул меня в плечо, из-за чего я упала спиной на пол.

- Переворачивайся на живот, я сказал.
- Нет, я не хочу. Не надо, - я начала плакать. Голова болезненно пульсировала.
- На живот! - громко крикнул он. Я вздрогнула. Слезы затмевали глаза.
- Я не стану это делать. Пожалуйста, оставь меня. Не надо меня трогать!
- Какая же ты жалкая, - в его голосе слышалась явная неприязнь. 

Он убрал нож в задний карман своих чёрных джинсов, подойдя полностью ко мне. Схватив меня большими руками, он стал переворачивать. Мне было ужасно неприятно. Я брыкалась, но это было бесполезно. Теперь я лежала на животе, крепко прижатой его рукой к полу. Я ненавидела сейчас абсолютно все. Кристофера, себя, за доверие, эту планету и свою жизнь.

"Лучше бы я не просыпалась", - вновь подумала я, вспомнив тот сладкий сон.

Я не могла увидеть что он там делает. Это сводило с ума. Я пыталась унять дрожь и взять себя в руки, но ситуация для этого была вовсе не подходящей.
- Сейчас будет больно, - услышала я слова Кристофера, которые звучали так, будто его это радует.
- Нет! Нет! Хватит! - я продолжила сопротивляться, отчего он еще сильнее прижал рукой.

 Мое сопротивление не имело смысла. И я презирала себя за свою беспомощность. Тут, неожиданно для себя, я почувствовала, как он поднимает сзади мою футболку до самого верха. Тело покрылось мурашками.

- Я буду вставлять в твою спину гвозди. По одному. Всего их будет пять, как ты сама выбрала, - Кристофер наклонился и шепнул мне это на ухо. 

Не успев отреагировать на его слова, я почувствовала адскую боль, которую ни с чем нельзя было сравнить. Я закричала изо всех сил. Я даже не знала, что у меня еще остались силы, чтобы так громко кричать. Тут же последовал еще один адский прилив невыносимой боли.

- Аааааааааааа! - я сильно вопила и дергалась. По спине стекала тёплая кровь.
- Это за то, что пыталась сбежать! - злобно буркнул он и вставил еще один гвоздь. Потом последовал четвёртый и, наконец, пятый.

От невозможности терпеть это, я сжала руки, вцепившись ногтями в свои ладони. От боли я кричала так сильно, что меня просто обязаны были слышать все в округе. По всей спине текла кровь. Из-за переизбытка болевого эффекта, я отключилась на какое-то время.

Когда я снова пришла в себя, то поняла, что все еще лежу на полу. Кристофер сидел на стуле, с идиоткой улыбкой смотря на меня. Вся моя спина горела огнём. Я боялась шелохнуться. Не хотела снова чувствовать эту боль. Тишину прервал рингтон звонящего телефона. Мутными глазами я видела, как он ответил на звонок.

- Да, слушаю, - сказал в трубку Кристофер. 

Я была очень удивлена. Это просто полное перевоплощение. Только что этот монстр вставлял в мою спину гвозди, наблюдая за моими жуткими мучениями. А сейчас его выражение лица было таким же добрым, как и в баре, когда мы познакомились. Я внимательно смотрела на то, как искренне он улыбается, разговаривая с собеседником, и не могла поверить, что это - один и тот же человек.

- Нет, я сейчас не на работе. У меня отпуск, поэтому я отдыхаю, - с теплотой в голосе сказал он. - Да, конечно, все нужные документы на моем рабочем столе. По правде говоря, я уже успел соскучиться по работе. Дома нечего делать, страдаю от безделья.

Он засмеялся и я не чувствовала наигранность. Сердце бешено билось в груди.

"Дома нечего делать, поэтому я мучаю невинных девушек", - подумала я, сжав глаза от сжжения спины.

Мне захотелось закричать во весь голос, чтобы собеседник, с которым сейчас разговаривал Кристофер, услышал меня и что-то заподозрил. Чтобы он понял, с каким лживым и обманчивым монстром сейчас разговаривает. Но я понимала, что ничего хорошего из этого бы не вышло. Я не хотела снова обрекать себя на адские мучения, которые сегодня пережила. Даже при всем желании закричать, я вряд ли смогла бы это сделать. Сейчас моих сил хватало лишь на то, чтобы что-то прошептать. Мне оставалось только верить в то, что его резко вызовут на работу и я смогу спокойно вздохнуть и попытаться прийти в себя. Я должна держаться. Ради мамы.

- Нет, буду не скоро. Могу помочь Вам, когда закончится отпуск. Мне это совсем не сложно. И передайте от меня Эвелин, что ей очень идет ее новая прическа. До свидания, - Кристофер закончил разговор, убрав телефон обратно в карман. 

Его лицо снова изменило свое выражение. Мне стало искренне жаль ту Эвелин. Ведь она могла оказаться в такой же опасности, как и я.

- Вставай.

Я боялась, что физически не смогу это сделать. С колющей болью в спине, я еле встала на ноги, ощущая, что могу упасть. Кристофер грубо схватил меня за предплечье, ведя за собой. Я больше не сопротивлялась, потому что силы покинули меня. Поэтому я просто плелась за ним, как-то удерживаясь на ногах. Он привёл меня в другую обшарпанную комнату, в которой стоял большой стол.

- Раздевайся до нижнего белья и ложись на стол.
- Нет, я не хочу это делать, - прохрипела я. 

Тогда он подошел и ударил меня по лицу.

- Мне надоело с тобой сюсюкаться! - вскрикнул он.

Я послушалась и села на стол в нижнем белье.

- Мне больно ложиться, - говорила я, чувствуя на губах привкус крови.

Он откинул меня назад, стукнув спиной об стол. Я закричала. Кристофер взял верёвки и привязал мои ноги и руки к столу. Только сейчас я поняла, что видела засохшие капли крови на этом столе.

"Стол пыток", - эта мысль буквально добила меня.

Он подкатил к столу маленькую тележку, на которой лежали различные приборы, больше похожие на хирургические.

- С чего начнём?