Проклятие последнего „прости"

- Закройте ворота! - крикнул охране, голос сорвался на хриплый рык, в глазах сверкнула ледяная ярость.
- Сер... - со страхом произнёс охранник, пальцы дрогнули на рукояти, он переглянулся с напарником, будто ища поддержки.
- Закройте эти долбанные ворота! - рявкнул он, шагнув вперёд так резко, что земля будто вздрогнула под сапогами.

Ворота закрылись - с тяжёлым, гулким лязгом, прямо перед моим носом. Металл врезался в камень, эхо прокатилось по двору, и в этом звуке было что-то окончательно-безвозвратное.
Чёрт, чёрт... Я отшатнулась, прижав ладонь к груди, будто пытаясь удержать рвущееся наружу сердце.

- Откройте, выпустите меня!!! Выпустите! - вопила я, голос ломался, срываясь на визг, полный паники и отчаяния.
Вцепившись в решётку с силой, до побелевших костяшек, я тянула на себя, словно могла разорвать эти железные прутья голыми руками. Холодный металл впивался в кожу, но я не чувствовала боли - только жгучий, ледяной ужас, расползающийся по венам.
- Пожалуйста... ну откройте... - прошептала я уже тише, и эта внезапная тишина пугала больше крика.

Преодолев расстояние, Айрон резко вцепился в её запястья, рванув на себя так, что она не успела даже вдохнуть - только пошатнулась, теряя опору под ногами. Ткань платья треснула на плече, обнажив тонкую полоску кожи, и этот звук - такой незначительный, но оглушительный в звенящей тишине - заставил её вздрогнуть.

- С радостью, говоришь? - он наклонился, почти касаясь её лба своим, и в этом движении не было ни капли нежности, только хищная, выверенная угроза. - Я покажу тебе, что приносит мне радость, - дьявольским голосом прошептал он, и от этого шёпота по её спине пробежал ледяной, колючий холод, будто кто-то провёл остриём по позвоночнику.

Его пальцы сжимались всё крепче, не до хруста, но ровно настолько, чтобы она чувствовала: вырваться не получится. В его глазах плясали тёмные, безумные искры - будто он уже видел, как рушится её воля, как рассыпается на осколки каждое её «нет». Она хотела отшатнуться, закричать, ударить - но тело будто окаменело, скованное не только его хваткой, но и этим тяжёлым, липким страхом, что сжимал горло тугим узлом.
Открыв дверь машины, он швырнул её на пол салона - с такой силой, что она ударилась плечом о жёсткий край сиденья, а в груди на миг всё оборвалось от резкого удара. В тесном пространстве запах кожи и металла стал вдруг густым, удушающим, будто сама машина дышала злобой.

Закрывая дверь, он сел за переднее водительское сиденье, резко выворачивая руль - шины взвизгнули по асфальту, и автомобиль рванул с места, будто сорвавшись с цепи. Мир за окном слился в размытые полосы света и тьмы, а внутри кабины время словно сжалось до одного звенящего, натянутого мгновения.

- Куда мы? Куда ты меня везёшь??? - истерично орала она, пытаясь приподняться, цепляясь пальцами за обивку, будто это могло удержать её в реальности. Голос срывался, дрожал, разбиваясь о глухую, непробиваемую тишину, которую он создал вокруг себя.

- Закрой свой рот, - процедил он, не глядя на неё, сжимая руль так, что костяшки побелели, а вены на руках вздулись тёмными жгутами. - Я покажу тебе, что бывает с теми, кто выводит меня.

В этом обещании не было угрозы - была холодная, выверенная уверенность, от которой кровь стыла в жилах, а воздух в груди становился тяжёлым и горьким, как пепел.

Машина с визгом затормозила, утопая колесами в мягкой лесной подстилке. Тишина леса, нарушаемая лишь тяжелым дыханием мотора, казалась оглушительной. Не успела она опомниться, как сильные пальцы впились в ее предплечье, выдергивая из салона.

- Отпусти! Слышишь, отпусти меня! - она отчаянно дергалась, пытаясь вырвать руку из его железной хватки, но он лишь крепче сжимал пальцы, увлекая ее в чащу.

Среди вековых елей, там, где лес становился совсем непроходимым, показался мрачный особняк. Он завел ее внутрь, не обращая внимания на мольбы, и потащил по скрипучим ступеням на второй этаж. В конце коридора он толкнул ногой тяжелую дверь и с силой швырнул ее на пол.

- Что ты делаешь?! - она всхлипнула, и горячие слезы, обжигая кожу, покатились по щекам.

- Что такое, босс? - раздался низкий голос из тени.

Милли вздрогнула и вжалась в стену, подтянув колени к груди. В комнате, как из-под земли, возникли десять массивных фигур. Мускулистые, с холодными, лишенными жалости глазами, они медленно приближались.

Айрон обернулся к своим людям, небрежно бросив через плечо:
- Она ваша. Делайте с ней что хотите, но не убивать. Завтра заберу.

Он опустился перед ней на одно колено и грубо подцепил пальцами ее подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

- Веди себя хорошо, - прошептал он, словно давая совет.

- Ты не можешь... нет, умоляю, не оставляй меня с ними! - ее голос сорвался на крик, полный животного ужаса и удушающего отчаяния.

Он лишь холодно усмехнулся, поднимаясь на ноги.
- Будь послушной.

Дверь с глухим стуком захлопнулась, отрезая путь к спасению.

Машина с визгом затормозила, утопая колесами в мягкой лесной подстилке. Тишина леса, нарушаемая лишь тяжелым дыханием мотора, казалась оглушительной. Не успела она опомниться, как сильные пальцы впились в ее предплечье, выдергивая из салона.

- Отпусти! Слышишь, отпусти меня! - она отчаянно дергалась, пытаясь вырвать руку из его железной хватки, но он лишь крепче сжимал пальцы, увлекая ее в чащу.

Среди вековых елей, там, где лес становился совсем непроходимым, показался мрачный особняк. Он завел ее внутрь, не обращая внимания на мольбы, и потащил по скрипучим ступеням на второй этаж. В конце коридора он толкнул ногой тяжелую дверь и с силой швырнул ее на пол.

- Что ты делаешь?! - она всхлипнула, и горячие слезы, обжигая кожу, покатились по щекам.

- Что такое, босс? - раздался низкий голос из тени.

Милли вздрогнула и вжалась в стену, подтянув колени к груди. В комнате, как из-под земли, возникли десять массивных фигур. Мускулистые, с холодными, лишенными жалости глазами, они медленно приближались.

Айрон обернулся к своим людям, небрежно бросив через плечо:
- Она ваша. Делайте с ней что хотите, но не убивать. Завтра заберу.

Он опустился перед ней на одно колено и грубо подцепил пальцами ее подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.

- Веди себя хорошо, - прошептал он, словно давая совет.

- Ты не можешь... нет, умоляю, не оставляй меня с ними! - ее голос сорвался на крик, полный животного ужаса и удушающего отчаяния.

Он лишь холодно усмехнулся, поднимаясь на ноги.
- Будь послушной.

Дверь с глухим стуком захлопнулась, отрезая путь к спасению.

Щелчок замка прозвучал как приговор. Милли осталась в душной, пропитанной запахом табака и мужского пота комнате, где единственным источником света был тусклый луч, пробивающийся сквозь щели в заколоченных окнах. Десять пар глаз, тяжелых и голодных, медленно сканировали ее фигуру, словно хищники, оценивающие добычу перед прыжком.

Один из них, с глубоким шрамом, пересекающим бровь, сделал шаг вперед. Его тяжелые ботинки глухо стучали по дощатому полу, каждый звук отдавался в висках Милли пульсирующей болью. Она задрожала, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. В этом пространстве, отрезанном от мира, время словно остановилось, превращаясь в тягучую, липкую пытку.

- Босс сказал - развлекаться, - прохрипел другой, чьи руки, покрытые грубыми татуировками, медленно сжимались в кулаки.

Милли попыталась отползти назад, но спина уперлась в холодную, шершавую стену. Пути не было. Она видела, как они переглядываются, как на их лицах расплываются предвкушающие, жестокие ухмылки. В воздухе повисло напряжение, густое и удушающее, от которого перехватывало дыхание. Она видела, как один из них небрежно отстегнул ремень, и этот звук - лязг металла о пряжку - стал для нее последним сигналом того, что надежды больше нет.

- Пожалуйста... - прошептала она, но голос утонул в тишине комнаты.

Они начали окружать ее, сужая кольцо. Милли зажмурилась, пытаясь представить, что это лишь страшный сон, что сейчас она проснется в своей постели, а не в этом логове, где человечность была принесена в жертву прихоти одного человека. Но реальность была осязаемой: запах пыли, тяжелое дыхание десятерых мужчин и ледяной холод, исходящий от пола, пробирающий до самых костей.

Первая рука легла ей на плечо, грубо и властно, заставляя вздрогнуть от омерзения. Милли вскрикнула, но этот звук лишь подстегнул их азарт. В глазах мучителей не было ни капли сострадания - только холодный расчет и жажда власти над тем, кто слабее. Она чувствовала себя загнанным зверьком, чья судьба была решена еще там, в машине, когда Айрон, даже не обернувшись, вынес ей вердикт.

В этот момент она поняла: для него она никогда не была человеком. Она была лишь вещью, игрушкой, которую можно передать из рук в руки, сломать и оставить гнить в темноте, пока он не решит, что пришло время забрать ее обратно. И эта мысль была страшнее, чем сами люди, стоящие перед ней. Она была заперта в клетке, где единственным законом была воля того, кто ушел, оставив ее на растерзание.

---------------------

★★
Мои заи , ну как вам глава, понравилась?

Если да, поставьте

ЗВЁЗДОЧКУ,

пожалуйста.
Мой телеграм‑канал - 𝙢𝙞𝙖.𝙡𝙤𝙧𝙚 | 𝙖𝙪𝙩𝙝𝙤𝙧 𝟏𝟖+ 💋.Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.

вы мне 🌟 я вам главу)

Ребята следите за выходом глав в ТГК - 𝙢𝙞𝙖.𝙡𝙤𝙧𝙚 | 𝙖𝙪𝙩𝙝𝙤𝙧 𝟏𝟖+