Подарок на рождество🎀

Декабрь в городе выдался снежным и суетливым: витрины переливались гирляндами, кофейни предлагали горячий какао с пряностями, а в воздухе витал запах мандаринов и хвои. В этом повседневном, но по-особенному волшебном мире клоны жили каждый своей жизнью — и почти не пересекались.

Джокер обожал эту предрождественскую суету. Его синие глаза загорались от каждого огонька, а хитрая улыбка то и дело появлялась, когда он подмечал забавные детали: как прохожий поскользнулся на льду и тут же рассмеялся над собой, как кошка на подоконнике щурилась на гирлянду. Он был общителен, открыт, но в глубине души ему хотелось разделить это волшебство с кем-то особенным. Вару, его лучший друг, только закатывал глаза: «Да ты как ребёнок, Джокер! Хватит скупать все открытки!» Но Джокер лишь смеялся и добавлял в корзину ещё одну — с оленем и надписью «Счастья в новом году».

Пик, напротив, ненавидел суету. Для него декабрь был временем бесконечных пробок, скользких дорог и людей, которые будто разом потеряли терпение. Он гнал свой байк сквозь город, чувствуя, как ветер остужает разгорячённое лицо, а мир вокруг становится чуть тише. Его фиолетовые волосы развевались, рожки едва заметно поблёскивали в свете фонарей, а шрам на переносице казался особенно заметным из-за резкого света витрин. Он был раздражителен, замкнут, и даже Вару, который пытался вытащить его хоть на пять минут на улицу, получал в ответ короткое: «съебись, валет.». Но где-то внутри, под слоями колючести, Пик тоже ждал чуда — просто не признавался в этом даже себе.

Их встреча случилась почти случайно. Вару уговорил Пика заехать в небольшой книжный магазин, чтобы забрать заказ, а Джокер как раз выбирал там подарок для Фёдора — какую-то странную книжку, которую тот давно искал. Проходя мимо стеллажа с рождественскими украшениями, Джокер зацепился взглядом за изящную подвеску в виде пиковой масти — она переливалась, будто внутри неё жила крошечная искра. Он улыбнулся и потянулся за ней, не замечая, что с другой стороны к той же полке шагнул Пик.

Их руки едва не столкнулись.

— Эй,по осторожнее, можно! — рявкнул Пик, отшатываясь и хмуро глядя на Джокера.

— Прости-прости, не хотел напугать, — легко отозвался Джокер, но вместо того, чтобы отступить, вдруг замер, разглядывая Пика с неподдельным интересом. — Ты же… Пик, да? Вару столько про тебя рассказывал!

Пик фыркнул, будто это было оскорблением:

— И что он там наплел? Что я ужасный и противный?

— Нет, что ты крутой и круто водишь байк, — честно ответил Джокер, и в его голосе не было ни насмешки, ни подтекста — только искреннее восхищение.

Пик на секунду растерялся. Никто не говорил о нём так просто и без задней мысли. Он буркнул что-то вроде «Хрень» и хотел уйти, но Джокер вдруг протянул ему ту самую подвеску:

— Возьми. Она тебе подойдёт.

— чё?назера мне это? — нахмурился Пик.

— Просто… чтобы в этом сумасшедшем декабре у тебя было что-то, что напомнит: чудеса случаются. Даже если ты в них не веришь.

Пик хотел отказаться, но что-то в этих синих глазах с голубым зрачком заставило его пальцы сомкнуться вокруг подвески. Он не сказал «спасибо», но и не швырнул её обратно. Вместо этого он пробормотал:

— Ладно. Но не думай, что мы теперь друзья.

Джокер только рассмеялся:

— А я и не думаю. Но, может, хотя бы не враги?

С этого дня между ними завязалась странная, неловкая связь. Они сталкивались в самых неожиданных местах: у кофейни, где Пик всегда брал чёрный кофе без сахара, а Джокер — латте с корицей; на парковке, где байк Пика стоял рядом с велосипедом Джокера; в чате, куда Вару зачем-то добавил их обоих, чтобы обсудить рождественскую вечеринку у Фёдора.

Каждый раз Пик хотел уйти, сделать вид, что ему всё равно, но каждый раз задерживался чуть дольше. А Джокер, в свою очередь, старался не давить, не шутить слишком много, не быть «слишком собой» — и от этого становился ещё более трогательным.

Однажды вечером, когда город уже утонул в огнях, Пик ехал по пустынной улице, и его байк вдруг заглох. Он выругался, пнул колесо чего никогда не делал, и уже собирался звонить Куромаку, когда рядом затормозил Джокер — на своём велосипеде, в тёплой куртке, с шарфом, обмотанным вокруг шеи, и с фонариком в руке.

— Проблемы? — спросил он, не дожидаясь ответа, уже доставая из рюкзака термос. — Держи. Это чай. С имбирём. Говорят, согревает лучше всего.

Пик хотел сказать что-то резкое, но вместо этого взял термос, сделал глоток и вдруг почувствовал, как тепло разливается по груди.

— ага, спасибо...— пробормотал он, впервые глядя на Джокера без привычной колючести.

Они чинили байк вместе, споря о мелочах и смеясь над собственной неуклюжестью. И когда байк наконец завёлся, Пик вдруг спросил:

— Ты… придёшь на рождество к Создателю?

Джокер улыбнулся:

— конечно! Надеюсь ты тоже придешь.

Вечеринка у Фёдора была уютной и немного хаотичной. Рикардо приготовил свой фирменный пирог, Эмма украсила комнату самодельными гирляндами, Вару пытался заставить всех играть в настольную игру, а Фёдор следил, чтобы магия даже самая маленькая не выходила из-под контроля. Джокер пришёл с подарком для каждого — и для Пика тоже.

Он протянул ему небольшую коробку, перевязанную лентой.

— Это… ну, я подумал, что тебе может понравиться.

Пик взял коробку осторожно, будто она могла взорваться. Внутри лежал свитер с котами. А на внутренней стороне была пришита маленькая бирка с надписью: «Чтобы магия всегда была под рукой, но не мешала жить».

— Я знаю, что ты не сильно любишь котов— тихо сказал Джокер. — Но как по мне коты прям твой вайб.

Пик молчал долго. Потом поднял глаза и сказал:

— Спасибо.

В ту ночь они сидели на тирасе, глядя на падающий снег, и говорили о пустяках: о любимых фильмах, о том, какой кофе лучше, о том, как странно, что Рождество делает даже самых колючих людей чуть мягче.

♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥♥

Здравствуйте ♥ сразу извиняюсь за задержку главы, были женские проблемы с интернетом

К сожелению сказать мне больше нечего так до встреч

Ваш Зефир ♥