Черный зонт

Пятничные посиделки с Роном и Гермионой Гарри решил не откладывать. Драко мог с легкостью приготовить еду, искупать детей, найти развлечения в доме и во дворе, да что там, Драко от скуки даже садом занялся.

У друзей Гарри рассчитывал на игру в лучшем случае, пиво и веселые рассказы главного Аврора. К сожалению главной темой снова стал он сам.

— Объясни, почему ты не снимешь им квартиру? Или хотя бы в гостиницу не выселишь? — спросил Рон спустя две бутылки сливочного эля, когда все были порядком на веселе.

— Им нужна моя защита.

— Гарри, не ври хотя бы нам. Ты просто не хочешь. Признайся наконец.

— Да, может быть или нет. Ну вы же знаете, как мне одиноко.

— Так найди себе кого-то. Вон за тобой сколько вьется — выбор немалый.

— Я не хочу кого-то, я хочу другого.

— Опять ты за свое, — прикрывая глаза сказал Рон, откидываясь на стуле и делая очередной глоток эля.

— Не за свое. Вы же видели, как мне сложно сближаться. Поэтому и с Джинни не вышло. Это так сложно. С девушками в особенности! Хрен поймешь, что ей нужно: то цветы неправильные, то подарков мало, то внимания много, то «я же говорила тебе, что гортензии люблю», а по факту только упомянула, что их ее мать выращивала еще на первом свидании! Бред. Я не люблю этого головняка. Этот дурдом на свиданиях, что идешь как на расстрел. Сложно по другому?

— Как ты хочешь? Как должно быть по другому?

Гарри вздохнул пытаясь объяснить необъяснимое в пятидесятый раз.

— Если я ей нравлюсь — почему не подпускает? Если она нравится мне, зачем ждать третьего свидания? Зачем ждать месяц, чтобы съехаться? Нахрена все эти условности и даты? Понравились, трахнулись, съехались. Можно в другом порядке — все. Это меня устроит. А все эти «ну так не правильно», «не на первом свидании», «сейчас еще рано». А потом, блять, я уже не захочу.

— Ты просишь, чтобы они тебе давали без обязательств? — возмутилась Гермиона.

— Да почему без обязательств? И почему сразу про секс? Нет. Я прошу, чтобы мне давали шанс, а не тело. В чем проблема съехаться? На неделю, три дня, блять да просто на ночь остаться! У многих даже с этим проблемы! Что случится если остаться на ночь, Гермиона? Вот ты такая же, ты не остаешься. Почему?

— Это значит, что вы в отношениях уже. А мне это не надо. Мне нужен только секс.

— Ну, значит всем моим пассиям был нужен только секс или кольцо. Первые не оставались из принципа, вторые на первом свидании обсуждали свадьбу — тут уже я был против.

— Ты должен понять Гарри, отношения — это риск.

— Это двадцать первый век, Гермиона, какой к черту риск? В моем случае рискую разве что я, потому что они потом в газеты побегут разбалтывать в каких позах я люблю трахаться. Для них чаще всего риск один — не попасть на маньяка или абъюзера. Второго не распознать пока не съедешься, а первый покажет себя в первую ночь, когда грохнет. Все. Секс не риск, если предохраняешься. Остаться на ночь не риск, потому что можно сразу обсудить, что оба вольны и без ограничений. Съехаться — тупо, чтобы попробовать. Я же не замуж зову, я просто хочу быть рядом с тем, кто мне нравится. Все.

— То есть, как сейчас, да? — вставил Рон.

— Ты о чем?

— Малфой, — уточнил Рон пряча улыбку за бутылкой.

Гарри долго молчал, а потом выпалил на повышенном тоне.

— А знаете, да! С Малфоем сейчас именно так. Он живет у меня с ребенком, с двумя! И я, блять, счастлив от этого! Мне не скучно впервые за пять лет, они веселые, настоящие. Я не знаю, что чувствую к ним, но тупо рад, что они там есть.

— Вы занимались сексом? — выпалила Гермиона опешив друга. Они часто обсуждали секс, но тема Малфоя в принципе была больной со школы.

— Нет. Но целовались. И знаешь, это тоже было классно. Без обязательств, без лишних разговоров, обсуждений. Мне, блять, это было нужно, ему походу тоже. Поцеловались, заснули в одной постели и утром никаких проблем или обсуждений. А если бы и обсудили, уверен он бы не придирался и не просил ничего. Я не знаю чего хочу и он это понимает. Он сам говорит, что сейчас я странный. Да странный. Я впервые за пять лет блять чувствую хоть что-то кроме ярости.

— Какой ярости? — спросил Рон, но Гарри проигнорировал обращаясь больше к Гермионе. Рон не знал про состояние друга, потому что при нем Гарри никогда не злился особенно. Простые посиделки, разговоры ни о чем не выводили из себя, так что подобные слова не могли не заинтересовать Аврора, как минимум.

— Он заставил чувствовать, понимаешь Гермиона. Он заставил меня смеяться, улыбаться, хотеть чего-нибудь простого, просыпаться с желанием узнать, что будет в обед или на ужин, а не думая лишь о будущем сне как о какой-то вечной цели.

— Ты влюбился, — констатировала подруга.

— Может быть. Может вообще всегда любил. Я не могу сейчас ничего от него просить, боюсь что ошибусь, не оправдать надежд. Он сделал то, что не смог никто другой. Просто остался и начал жить со мной. Без намерений и претензий. Просто утро на кухне, день в супермаркете, вечер в саду с чашкой кофе — я, блять, именно этого всегда и хотел.

— Малфоя, походу.

Гарри тяжело вздохнул.

— Сейчас все правильным кажется, а раньше...

— Но он уедет однажды, — сказал Рон, внимательно вглядываясь в друга.

Гарри передернуло на этой фразе, но ответить ничего он не мог. Драко волен жить как хочет. Сейчас он с Гарри из-за Скорпи, но что, если дать ему свободу?

Вечером, когда Гарри вернулся домой, Драко лежал перед телевизором прижимая к себе Скорпи и Тедди, которые видимо уже давно спали. Гарри не желая мешать сел рядом с диваном. Мягкий теплый ковер ограждал от холодного пола.

— Ты поздно, — раздался голос с дивана. Малфой не спал, хотя выглядел сонным.

— Мы всегда засиживаемся, прости.

— Да ничего. Если хочешь, там еще жаркое осталось и немного фруктов в шоколаде.

— Вам определенно было вкусно.

— Балую Тедди и Скорпиуса.

— Молодец. Я рад, что Скорпиусу тут нравится.

Гарри облокотился о диван спиной, продолжая сидеть на полу. По телевизору шел какой-то то ли фильм, то ли сериал. Он даже не пытался вникать, наслаждаясь спокойствием. Мир остановился в этом самом моменте. Тихое сопение Скорпиуса и равномерное дыхание Тедди позади, легкий шум с экрана. Хотелось закрыть глаза и заснуть, подражая детям.

Малфой поднял руку, которая до этого придерживала сына и вплел пальцы в непослушные локоны Поттера. Гарри слегка откинул голову назад и прикрыл глаза. Ощущая податливость парня, Драко начал медленно массировать голову, лаская и перебирая волосы. Душа металась. Гарри ощущал, что именно так хочет всегда. Вчетвером, перед странным фильмом, на диване, с рукой Малфоя в его непослушных кудрях, с сопением сытых детей в объятиях такого же сытого Драко. В тепле, в этом самом доме, где впервые так много людей просыпаются каждое утро и готовят завтрак на маленькой, осенней кухне.

Когда фильм закончился, Драко убрал руку заставляя прибалдевшего Поттера замычать от недовольства. Гарри повернулся и увидел, что тот пытается встать. Скорпиус и Тедди облепили парня так, что совершенно неудобно выбраться, чтобы не разбудить.

— Подожди, я возьму его, — сказал Гарри, поднимаясь на ноги и беря Скорпиуса на руки аккуратно, чтобы не разбудить. Следом встал Драко, подхватил на руки Тедди и они вместе пошли укладывать детей.

На втором этаже, Гарри прошел в спальню малышей и уложил в постель первого. Подоспевший Драко положил рядом Тедди и укрыв их мягким, свежим одеяльцем, поцеловал на ночь и вышел вслед за Гарри.

— Что хочешь делать? Спать или...

— Можем еще немного фильм посмотреть? — спросил Поттер глядя на Драко.

— Пошли.

Они спустились вниз, и Гарри пройдя к дивану сразу сел на него. Драко же вышел в кухню и через несколько минут вернулся с двумя чашками горячего чая, тарелкой фруктов в шоколаде и салфетками.

Он поставил все это на столик у дивана, потом сел и Гарри сразу же облокотился на него боком.

— Просто посиди немного так, пожалуйста, — сразу же сказал Гарри, боясь что парень отстранится. Но Драко и не собирался этого делать. Он не пугался и не дергался, принимая движения и действия Гарри так, словно это в порядке вещей.

Впервые Гарри с таким столкнулся. Он всегда тщательно выбирал фильмы, боялся что остынет чай или кофе, выпивая их пока еще шел пар, несмотря на обожженный язык. И не любил раньше есть перед сном. Сейчас все неправильно, но по новому правильно.

Драко сидел рядом и Гарри обнаглев вкрай, взял его руку и начал перебирать тонкие пальцы, лаская кисть, словно проверяя настоящая она или нет. На столике остывал свежеприготовленный чай, лежали сладкие лакомства, которые они наверняка будут есть чуть позже, а по телеку шло то, что Гарри даже не знал как называется, но почему-то это вообще не вызывало ни вопросов, ни недовольства. Он не слушал телевизор, не понимал что там происходит в том фильме, ему просто нравился факт, что они так сидят перед ним. Вместе.

— Арчи сегодня спит в саду, — нарушил тишину Драко.

— Почему? — спокойно ответил Гарри.

— Он наказан. Разбил твою чашку.

— Бедный пес. Репаро не помогло?

— Бедная чашка — сколько тысяч раз ты на ней репаро применял? Теперь придется еще одну блэковскую искать.

— Ты понял, почему моя именно черная?

— Ты сомневался?

— Даже Гермиона не поняла.

— Я тебя как облупленного знаю, Поттер.

Знает. В этом не осталось сомнений. Гермиона была самой близкой подругой, даже ближе Рона. Но и она не знала Поттера так как Драко. Откуда, когда он успел, было не понятно. И Гарри не хотел думать об этом. Он знает его. Он рядом. Он наказывает его собаку, словно у него такие же права на Арчи как и у самого Гарри. Мерлин. У него ведь и правда такие же права. И даже Арчи это признал. Он слушается его. Он даже Скорпи слушается! Сейчас было так восхитительно, что Гарри не хотел ничего большего. Почти...

— А можешь еще?

— Что? — Малфой на мгновение перевел взгляд на просящие глаза парня, а потом улыбнулся краем губ и слегка надавил на его плечо, заставляя лечь на свои ноги.

Поттер послушно улегся на колени головой, приобнимая ногу Драко и прикрыл глаза, ощущая как длинные пальцы снова зарываются в его локоны, массируя, разминая, перебирая и просто играясь, как в лохматой песочнице.

Гарри улыбнулся и открыл глаза, сильнее сжал ногу Драко, прижимаясь и прошептал еле слышно:

— И правда знаешь.

Так они просидели еще три серии какого-то странного сериала. Гарри так и не понял, что это был детектив, но понял, что это был лучший вечер в его жизни. Когда они шли наверх, Гарри даже не сомневался, что Малфой зайдет к нему в комнату. Он не сомневался, что тот быстро залезет в его постель вместе с ним, даже не сказав ни слова, и он не удивился, когда Малфой своим недовольным тоном начал подгонять его нерадивого, потому что Гарри слишком долго умывался перед сном. А затем они вдвоем прижавшись телами выключили свет палочкой, пожелали друг другу спокойной ночи и уснули. Без поцелуев, без секса, без обязательств, потому что когда это рождается, не нужны термины и подтверждения.